"Танцы" за кадром

Весь оставшийся день я выслушивала негодования Рона и Гарри, которые и без того находили повод поносить Снейпа, а тут так вообще разошлись. Иногда, чтобы не выдавать своего нового чувства, я соглашалась с ними и называла Снейпа отвратительным или приставучим… Не думаю, что им хватило такого рода описаний, но они ничего мне не сказали. Их поддерживала и Джинни, которая, услышав о взрыве в кабинете зельеделия, не поленилась вставить свое слово. Но, когда я поддержала ее теми же фразами, бессмысленно сказанными из-за учебника, она замолчала и посмотрела на меня. Заметила я это только через минуту, когда ее взгляд был слишком требовательным. — Что-то не так? — Я думала, тебя это больше взбесит, — пробормотала она. — Все же Снейп — ужасный человек, и я уверена, что он хорошо повеселится на твоем наказании. — Меня больше удивляет то, что он не снял с гриффиндора даже одного балла. А ведь он так любит придираться к любой мелочи. Здесь уж точно должен был вычесть как минимум десять баллов. Вот с этим я была согласна. За мои ночные «преступления» я ждала публичного наказания, порицания и снятья уймы баллов, но вместо этого я получила только сказанное шепотом для меня наказание, суть которого я не могла предположить даже в своих самых страшных «мечтах». Но даже несмотря на то, что баллы гриффиндора оставались в спокойствии, ребята все равно провожали меня скорбными взглядами, когда я выходила вечером из башни. «Если что — кричи», — засмеялся Фред, предполагая, что я и без этого буду кричать от страха. Сама я кричать не собиралась, если, конечно, меня не ожидало бы действительно страшное наказание. А что могло быть страшным? Меня уже отправляли в Запретный лес, чуть-ли не убивали под взглядом Василиска… А сколько раз в моей жизни прозвучало появление Волан-де-Морта? Не думаю, что Снейп так изощрится, что переплюнет предыдущие наши передряги. И эти мысли успокоили меня до поры до времени, пока я не подошла к двери комнаты профессора. Оттуда раздались голоса Снейпа и Филча. Появление последнего здесь и сейчас было действительно страшным: не раз я слышала о его маниакальной любви к подвешиванию учеников за палец к потолку, так что уж кто-кто, но он сможет удивить. — Профессор Снейп? — постучала я в дверь, чувствуя, как от нервов и страха голос начинает хрипнуть. Они стояли у стола. — Наконец вы пришли, мисс Грейнджер. Проходите, — с издевательской улыбкой сказал Снейп, показывая рукой на уже знакомый мне диван. — Сейчас я занят, Аргус, так что обратитесь к кому-нибудь еще. Филч неопределенно кивнул и вышел из кабинета, где его уже ждала миссис Норрис. Кошка посмотрела на меня, сверкнув глазами, но потом перевела взгляд на хозяина, который понимающе посмотрел на нее: «Опять разводят шум! Эти несносные дети!» Под громовые крики Филч скрылся в коридоре, так и не закрыв за собой. — Итак, мисс Грейнджер, — вкрадчиво сказал Снейп, закрывая дверь за Филчем. — Теперь с вашим наказанием. — А что именно я отрабатываю? Испорченный котел или… — неуверенно спросила я, не решаясь упомянуть о самом главном. Снейп и без этого все понял: — Вы правильно подумали, Грейнджер. Именно о ваших ночных пьянках мы и поговорим. — Только поговорим? — Опять ваши тайные желания, мисс Грейнджер. Разве я не говорил вам, чтобы вы избавились от них? Я думал, каникул вам на это с лихвой хватит. Я прикусила язык, а затем и губу, чтобы не проскулить что-то непонятное в ответ на такое заявление. Не припомню за собой каких-то «тайных желаний», которые касались бы Снейпа хоть чуть-чуть. Хотя… В последнее время я действительно была какая-то странная. Но я ни за что не признаю, что в этом виноват именно Снейп, иначе мой случай будет беспросветно мрачным. А тем временем профессор уселся рядом на диван, складывая ногу на ногу. Я тут же сжалась и отодвинулась, все равно чувствуя, как на меня накатывают волны тепла от профессора в этом холодном месте. И мне становилось так приятно, что я вновь поймала себя на молчаливом согласии с вариацией Снейпа о моем поведении. — И что мы будем делать? — наконец спросила я. — Мы? Ничего, а вот вы, мисс Грейнджер, сейчас отправитесь в кабинет смотрителя Филча. Ему как никогда нужна помощь в это загруженное Чемпионатом время. Он только-что говорил мне о том, как распоясались ученики первого и второго курса. Близнецы Уизли своими волшебными приколами уже довели старика до безумия, так что будете убирать последствия своих друзей. — Но это нечестно! Этим должны заниматься Фред и Джордж, раз они выдумали все. Вы назначили мне наказание — значит, вы и будете со мной возиться, — вскочила я на ноги. — У меня нет времени с вами возиться, Грейнджер, — развязно сказал он. — Да сядьте вы! — он схватил меня за руку и дернул вниз. Я тут же села рядом, — слишком близко, как по мне, — чувствуя, как рука горит от прикосновения профессора. Она будто сохранила положение его пальцев, жар ладони и теперь мучает меня этим. — Тогда освободите меня от наказания, — прошептала я. — Так легко вы не отвертитесь. Скажите спасибо, что я не рассказал обо всем вашему декану или директору. Я с содроганием пофантазировала на эту тему. Стоило только подумать о том, как о моих «приключениях» узнают все остальные, по коже проходила дрожь и выступал холодный пот. Нет, я не пыталась сохранить присужденное мне на первом году обучение звание зазнайки и примерной ученицы, но этот поступок был для меня позорным. При этом я не сомневалась, что близнецы Уизли, Гарри, Рон и Джинни обязательно посмеются и поаплодируют мне. Наверное, поэтому я в мыслях поблагодарила Снейпа, хотя все внутри сжималось от того, что он придумает вместо этого. Я ожидала, что он будет ставить на мне эксперименты, замучает уборкой каких-нибудь грязных и отвратительных мест Хогвартса, но вместо этого я услышала вполне спокойное и не такое страшное: — Всю неделю вы будете приходить и убирать за учениками их котлы. Руками. Без помощи колдовства. — И все? — не веря своим ушам, спросила я. — Так вам мало, мисс Грейнджер? Хорошо, тогда… — Нет, нет! Все прекрасно. Я буду приходить в кабинет зельеварения и убирать все котлы, — тут же согласилась я. — А за одним и столы, и прочие принадлежности, — добавил за меня Снейп. — И прочие принадлежности… — Тогда жду вас завтра. Сегодня, увы, работы для вас нет. Я уже выдохнуть успела, поняв, что все самое страшное осталось позади, а под страшным я понимала мысли, свои мысли, которые выдавали мне куда отвратительнейшие наказания, которые мог придумать Снейп. Улыбнувшись, я хотела попрощаться и выскользнуть в коридор, но тут я резко заледенела, когда рука профессора, медленно преграждая мне путь, на уровне моей груди потянулась к маленькой тумбочке у дивана с моей стороны. Я, как завороженная, смотрела на нее, чувствуя внутри бешенное биение сердца. Оно так подскочило, так загромыхало, что я услышала этот предательский звук в ушах, совершенно не сомневаясь, что слышала его не одна я в этом кабинете. На долю секунды мне показалось, что рука движется не к тумбочке, а ко мне, и чувство, которое появилось во мне от этой мысли, было не отвращением, не страхом, а каким-то предвкушением чего-то приятного… — Вы можете идти, мисс Грейнджер, — четко сказал Снейп, пока я продолжала смотреть в пустоту впереди себя. Я не заметила, как он добрался до тумбочки и взял яблоко, смачно откусывая кусок. — До свидания, — пискнула я и пулей вылетела в коридор. На одну секундочку краем глаза я заметила довольную ухмылку на его лице. Когда я так скоро вернулась в башню, меня встретили удивленные лица. Ребята думали, что у Снейпа я пробуду до поздней ночи, а после вернусь уставшая, возможно, грязная, возможно, даже не целая. Именно поэтому они тут же оккупировали маленький уголок, прижав меня к стене и любопытными взглядами проникая в мысли. — И что? — Ничего. Сказал, что я буду приходить всю неделю в кабинет и убирать за вами грязь. Мне кажется, что я услышала разочарованный вздох близнецов, которые ожидали куда интересный исход чем то, что получилось в итоге. Но вот Джинни, Гарри и Рон были куда сердечней: они поняли, что убираться за каждым курсом вечером просто ужасно! Это столько работы, столько времени и сил, а если учесть и то, что пользоваться колдовством мне нельзя, наказание превращалось в каторгу. — Но ведь ты просто ошиблась с зельем, а взорвал его сам Снейп, — недовольно говорил Рон. — Взорвал с твоей помощью, Рон, — треснул по голове брата Фред. — Кстати, я все же согласен с этим балбесом. Для такой ерунды недельное наказание по уборке слишком тяжёлое и несправедливое. — Тебя точно за это наказали? — поддержал Джордж, пристально всматриваясь в меня и как-то подозрительно ухмыляясь. — Что? О чем ты? Я только в этом накосячила, а так ни в чем, — быстро затараторила я, потом вспомнила руки и ухмылку Снейпа, и мои щеки опять же, как и сердце, начали меня выдавать. — Уже поздно, а завтра уроки и начало наказания. Я спать. И вам советую. И тут же, понимая, что я и так выдала себя со всеми потрохами, я гордо прошествовала наверх. Может мне и казалось, что выгляжу я неприступно и спокойно, но со стороны выглядела я совсем не так, потому что вся компания начала громко и заливисто смеяться.