THORN LILY (Gashiyeon)

Юнхо любил связывать мне руки. Во время этого занятия на его лице появлялось игривое выражение, как у подростка –у этого Юнхо. Хотя он выглядел таким зрелым джентльменом, даже мне трудно было поверить, что он мог делать такие детские гримасы. Юнхо не использовал свой ремень, чтобы связать меня, хотя моя кожа была не такая хрупкая, а выбрал полоску тайского шелка. Это был его способ заботиться обо мне? Как бы я хотел наклониться, лизнуть его ногу и стать его собачкой.   Ради Юнхо я был готов отдать свое сердце и тело. Каждая клетка всего моего существа реагировала на мужской запах, который исходил от него прямо сейчас.   Юнхо не собирался помогать мне раздеться. Может быть, он проверял мою решимость? Какой плохой мальчик! Я наклонился и снял с себя одежду, чувствуя эйфорию, хотя должен был ощущать смущение.   Юнхо снял пиджак, обнажив мятую рубашку под ним, затем расстегнул пуговицы на манжетах и закатал рукава. Рядом с кроватью в ведерке со льдом стояла бутылка вина. Он удерживал бокал вина между своими изящными пальцами и сел на край кровати, глядя на меня, хотя его взгляд стал отстраненным.   – Иди сюда!   Юнхо говорил так, словно хотел, чтобы я подполз к нему и побаловал. Я наклонился и лег на коврик, выгибая спину, как кот, охотящийся за добычей, и подполз к нему.   Когда я приблизился к его ногам, то поднял глаза и встретился с его взглядом. Юнхо отпил глоток вина, затем наклонился и поцеловал меня. Какое сладкое вино! Даже после того, как я выпил всё, то не отпускал его губы и высунул язык, чтобы лизнуть его рот. Он сразу схватил меня за волосы и грубо оттолкнул.   – Ах!   – Не делай того, что я тебе не говорил!   Юнхо протянул руку и схватил меня за лодыжку. Мм… еще не время.   Черт! Я уже почти достиг кульминации. Я перестал пытаться утешить себя и попытался ускользнуть от него, поэтому, когда он отпустил мою лодыжку, то начал медленно ползти прочь.   – Ах...   – Куда это ты собрался?   Он снова схватил меня за волосы, прижав мою руку к выпуклости в его брюках, а затем подтолкнул меня расстегнуть молнию. Его эрегированный член энергично выскочил наружу. Я внезапно почувствовал желание ласкать его своим ртом.   Я поднял голову и улыбнулся ему настолько мило, насколько мог.   – …Мой господин… могу я привести это в порядок для вас?   Он не сказал ни слова, поэтому я решил, что его молчание означает согласие. Я поспешно охватил его эрекцию своими губами. Какая аппетитная добыча!   – Тогда я оставлю это для тебя… м?   Айщ… Он только и умел, что использовать меня. Но какой божественный, мужской аромат! Я лизнул кружок на кончике, а затем протянул руки, чтобы поднять его рубашку. Однако поскольку мои руки были крепко связаны, я случайно оставил кошачьи царапины на его талии. Юнхо резко оттолкнул мою голову.   – Ты что, хочешь меня убить?!   Внезапный удар по щеке был чертовски болезненным. Почему ты снова меня бил? Я не смог защититься от его удара из-за связывающей меня ткани. Юнхо схватил меня за волосы и поднял мою голову, чтобы я смотрел на него.   – Больно было?..   Больно было так, что я чуть не заплакал! Я тупо уставилсяна него и почти сразу почувствовал, как еще один удар пришелся по другой щеке.   – Ах… Больно! Ублюдок!..   – Какой шумный питомец…   Я прикусил губы и глянул на Юнхо, но его выражение лица было гораздо страшнее моего, поэтому я мог только отвести взгляд. Он снова схватил меня за волосы и ударил еще раз.   – Ну… теперь больно?   Я посмотрел на него с самым жалостным выражением лица. Мой великий тиран! Подави меня своей силой и разорви на части своей жестокостью!   – Нет! Всхлип… совсем не больно! Совсем… умм, потому что это Юнхо, поэтому не больно…   – Какой сладкий язычок!   Он снял ремень и сложил его пополам. Я подперся локтями и коленями, подняв задницу как можно выше. Прошло столько времени с тех пор, как мы делали что-то подобное… Интересно, смогу ли я это выдержать? Мои плечи задрожали, когда он поднял хлыст.   – Ах! Ха… ха… Ах! Боже мой! Ах, Юнхо, ах!   – Прекрасно… давай, продолжай издавать звуки!   – Ха… Ах! Ха… ха… Ах, Юнхо, это всё моя вина… Ах!!!   – Хм? Что ты сделал не так?..   – Всё… Ха… Это всё моя вина… моя ошибка…   Ремень хлестал по моей заднице, как кнут. Поверхность уже покраснела и опухла, покрывшись следами от ударов. Всё, что я мог делать, это плакать и признавать свою вину перед ним – я же не мог сказать, что виноват Юнхо, правда? Ведь это он держал хлыст! Я просто признавал свои ошибки из удобства, а не потому, что действительно размышлял над собой! В конце концов, что я сделал не так?   – Ха… Ха…  

* * *

  – Я много раз приходил к тебе.   Юнхо вздохнул в мою спину, как будто пытался вдохнуть в мою кожу. Он сказал, что действительно навещал меня в те дни, которые я так старался забыть… Я вспомнил, как выглядела палата, со всеми этими жуткими тенями в углах и запертыми дверьми. Сколько раз я прислонялся к этим стенам, страдая так сильно, что не мог даже дышать?   – Ах, ха, Юнхо, отпусти меня!.. Ха, ха… ха… Угх!..   – Ты… ты хотел? Как я?   – Я, ха, ха… тоже… ах!   – Ублюдок! Ты тоже, а?   Вдруг я не смог вспомнить, как он выглядел в костюме и очках; всё, что я видел, был мальчик, семнадцатилетний Чон Юнхо, хватающий меня за волосы, как сумасшедший, точно такой же, как Юнхо в моих воспоминаниях. Я был так счастлив, что мог умереть!   – Я совсем не изменился… Я всё еще такой красивый… и в здравом уме!   Лицо, отражавшееся в окне, выглядело странно. Он укусил меня за плечо. Я действительно красивый, правда? Ты тоже так думал, да? Слезы текли по его лицу. Я действительно хотел забыть эту душераздирающую боль, забыть все те дни, когда я тосковал по нему, но в ответ получал только отчаяние.   – Я тоже, ха, ха… Я тоже хотел умереть… Когда я открывал глаза, тебя не было… ха, ха…   Когда я был в больничке, каждый день, открывая глаза, я не видел его. Как будто у меня отняли единственную причину жить. Однажды я подумал о том, чтобы просто кастрировать себя, сидя на кровати без штанов и размышляя о том, как легко было бы просто отрезать его ножом. Что это по сравнению с болью от того, что я не мог обнять Юнхо? Его любовь исчезла, ушла из всех уголков моего существа в те безнадежные дни…   Это как живой ад – пытаться забыть нашу любовь. Я был таким дураком, что так думал! Юнхо всё еще скучал по мне, когда я уехал, так как же я мог устать любить его?   – Как ты смеешь говорить о смерти!   Вдруг я почувствовал, как моя кожа защемила, когда он сильно схватил мою эрекцию. Я плакал как ребенок, ощущая, как холод пробегал по всему моему телу, чувствуя, как весь мир смотрел на меня через окно. Унижение делало это еще более возбуждающим, но он прилагал столько силы, что даже мое лицо побледнело, а плечи начали дрожать. Это больно! Черт возьми…   – Пусти! Я хочу, чтобы ты вошел в меня сейчас же!   Ах… Я соблазнительно повернулся к нему задницей.   – Ах!!!   Я чувствовал себя счастливым! Благословенным! Спасибо!  

* * *

  Я прижался к окну, чувствуя, как Юнхо дико входил в меня. Моя дырочка крепко сжимала его член, а моя опухшая задница была испещрена ранами, похожими на змеиную кожу. Мне было больно, когда я прикасался к ней.   Ему нравилось входить с силой, а затем выходить медленно и обдуманно. Мои колени начинали подкашиваться от его энергичных толчков, но я мог опереться только на окно. Мои руки издавали скрипящий звук, скользя по стеклу.   – Ха!..   Юнхо увеличил скорость, и после примерно десяти толчков я почувствовал, как первые волны оргазма захлестнули меня. В этот момент во мне расцвело горячее и липкое чувство, и я повернулся, чтобы посмотреть на него. Ах…   Он выглядел немного смущенным…   – Ты кончил, мм? Ха, ха…   – Ах, ха, ты придурок!   – Юнхо, почему… почему ты такой милый?   – Теперь ты… ах… айщ!   Юнхо звучал так смущенно, когда сказал это, а потом уткнулся лицом в изгиб моей шеи и крепко обнял меня. Я пытался сдержаться, но в конце концов не смог и расхохотался. Лицо в зеркале выглядело таким счастливым. Хотя я и не достиг оргазма, но возможность почувствовать объятия Юнхо после такого страстного занятия любовью…Я ощущал себя счастливейшим из смертных!   Это правда! Я собирался плакать только из-за него, быть сильным из-за него. Это правда! Он любил меня! Даже если мне пришлось выдержать всю эту боль, ничего страшного! Я чувствовал себя таким счастливым сейчас! В том месте, где мы были соединены, я ощутил, как Юнхо снова напрягся. Он вышел из меня так медленно, как только мог.   – Что ты теперь будешь делать… чем больше ты об этом думаешь, тем горячее становится, мм?   – Йа! Так мило, так красиво… мой Юнхо…   Я попытался обхватить его лицо ладонями, но он не дал мне посмотреть на него. Как мило! Как мне тебя съесть, а? Как насчет того, чтобы позволить тебе медленно растаять у меня во рту? Мм… Мне бы это понравилось! Я повернулся к нему лицом, обнял его за шею и наклонился, чтобы поцеловать. Юнхо намеренно отвернулся от меня, и я мог только ласково смеяться над ним.   Я поднял правую ногу к его талии, и его руки сразу же оказались на моем бедре, а его лицо было полно уверенности. Юнхо снова был с таким выражением лица, как будто всё, чего он хотел – это вылизать меня дочиста прямо здесь и сейчас.   – Держись крепче!   Прежде чем я успел осознать, что сказал Юнхо, он объяснил мне это своими действиями. Он поддержал меня руками за ягодицы, мои ноги болтались в воздухе, а затем снова начал яростно толкаться вперед и назад. Мои связанные руки были вынуждены держать его голову, пока я выдерживал его толчки, которые становились всё глубже.   – …Как хорошо!   – Ах… Ух… Ах, ах!   – Ха… скажи что-нибудь…   – Умм, что, например? Ах…   – Так мило… Ах, мой Джеджун…   Скрип, скрип… кожа на моей спине начала нагреваться от трения о стекло. Наши тела были плотно прижаты друг к другу, и место, где мы соединялись, казалось, горело в огне. Наконец, мой член не выдержал и взорвался. Несмотря на то, что он, должно быть, был полностью истощен, Юнхо всё еще мог крепко поддерживать меня и так энергично толкаться! Так сильно! Я открыл глаза, чтобы посмотреть на его лицо. Его брови были сдвинуты, и он тяжело дышал – картина совершенства. Мускулистые линии его тела тоже выглядели потрясающе, блестя от капель пота. Когда Юнхо наконец тоже достиг кульминации, он наклонился к моему уху, глубоко дыша в мои волосы.   Мы еще несколько раз занялись любовью, прежде чем рухнули на кровать. Я лежал на его груди, пытаясь перевести дух, пока его член всё еще был глубоко во мне. Юнхо нежно целовал меня, зарываясь в мои волосы, и я показал ему связанные руки.   – Можно я сниму это?..   – А… тебе не нравится?   – Это неудобно!   – В этом и смысл!   Ему нравилось контролировать, да? Как бы я хотел, чтобы он мог связать наши сердца так же крепко, как эти руки. Я хотел быть заложником его любви и позволить ему приставить нож к моему горлу.   – Сними это на следующей неделе.   – Нет! Это действительно больно!   В конце концов, Юнхо всё же развязал меня из заботы. Ах, как хорошо. Я наклонился, чтобы поцеловать его, и он страстно поцеловал меня в ответ, даже облизывав мои раненные запястья. Они были все опухшие, и даже шла небольшая кровь. Разве это не красиво?   – Хм… на самом деле, это не выглядит слишком болезненно. Перестань притворяться…   – Я не притворяюсь! Мм… ты снова твердеешь…   Я чувствовал, как он набухает внутри меня. Юнхо нахмурился, и его красивое лицо приняло такое очаровательное выражение! Я выпрямился и медленно повернул бедра, его дыхание участилось, как и мое. Я вставил палец ему в рот, и язык Юнхо сразу же обхватил его. Он крепко держал меня за талию, и я ощущал, как его член сильно давил на мои внутренние стенки. Я играл с его языком двумя пальцами; как бы я хотел просто проникнуть в его горло и схватить его сердце. Вероятно, он тоже хотел разорвать меня на части? Мы оба желали только одного – стать частью друг друга.   – Ах, тебе нравится? Хм? Оппа, ты лучший…   – Мм… это прекрасно. Мне нравится!   Я положил ладони на его грудь и начал двигаться вверх и вниз по всему его члену так быстро, насколько мог. Глядя на это великолепное зрелище, Юнхо покраснел, когда я начал громко стонать. Мои пальцы играли с его сосками, а он крепко держал мои бедра, стиснув зубы, проникая так глубоко, как только мог, в мой цветок. Я облизнул свои сухие губы и наблюдал, как он задыхался, его ноздри раздувались, а глаза соблазнительно сужались – всё это принадлежало мне! Когда ощущения стали более интенсивными, я начал двигаться быстрее… и внезапно дал ему сильную пощечину…   Ах!   – …Ты с ума сошел?!   Что я только что наделал?   – Я…   – Слезь с меня…   Я сам удивился себе! Я понятия не имел, что творю! Я даже не знал, почему это сделал!   Юнхо осторожно погладил свою щеку, гневно глядя на меня. Я быстро спрятал руку, которой ударил его, за спиной, но он только на мгновение оказался ошеломлен, а потом начал хихикать, смотря на меня горящими глазами. Юнхо потянул мою руку из-за спины и поднес ее ко рту, элегантно облизывая мои ногти. Ах! Это слишком эротично! Как раз когда я собирался застонать, его выражение лица потемнело. Я инстинктивно облизнул губы; что с ним? Он действительно злился?   – Свали!   – Что?   – Просто сделай это!   Я неохотно встал. Мой член был уже твердым как камень, как и его; неужели Юнхо действительно должен был остановиться сейчас? Я преклонил колени на краю постели, надув губы и ворча. Он отошел и сел на диван рядом с кроватью, а затем похлопал себя по бедру.   – Сядь сюда!   Юнхо хотел, чтобы я сел ему на бедро? Мне было немного неловко, поэтому я обнял подушку и подошел к нему. Он уставился на подушку в моих руках, высоко подняв брови, а затем внезапно вырвал ее из моих рук и швырнул на пол. Ах, теперь мне было нечем прикрыть свою наготу! Перед моими глазами была его эрекция, высокий и упругий член. Я почувствовал, как мое лицо загорелось, и, повернувшись к нему спиной, понял, почему Юнхо хотел, чтобы я сел именно там. Прямо перед нами было зеркало в полный рост. Так он вовсе не был зол! Это всё уловка!   – Нет, не здесь…   – Что, тебе не нравится?   – Это неловко. Не смотри…   Я сидел там, испытывая смущение, а Юнхо просто схватил меня за талию и опустил на свою эрекцию. Мой узкий цветок полностью обхватил его член, и он прижал мои плечи, чтобы войти глубже. Мне казалось, что эта часть меня могла загореться в любой момент. Я смотрел в зеркало, чувствуя себя нереально.   – Смотри! Это действительно… действительно красиво!   В отражении руки Юнхо обнимали меня, а наши головы были прижаты друг к другу. Черные волосы, фарфоровая кожа, блестящая от пота, вишнево-красные губы и мой анус, сжимающий член Юнхо. Вишнево-розовый оттенок моего входа действительно выглядел великолепно! Это правда… Я отлично выглядел там внизу! И Юнхо тоже выглядел потрясающе!   – Прошло десять лет, а я всё еще хорошо выгляжу в том месте… это, должно быть, счастье…   – Что… Ах, ха…   Стоны Юнхо во время любви для меня были как музыка, потому что это был его способ показать, что он любил меня. Вдруг в горле стало тепло, и слезы потекли по щекам. Юнхо посмотрел на меня и начал тихо смеяться, поглаживая мои губы, прослеживая их контуры. Он повернул мою голову к себе, и когда мы уже собирались поцеловаться, я приложил палец к его губам.   – Ты не хочешь поцеловать меня?..   Юнхо бросил на меня многозначительный взгляд – он выглядел немного раздраженным моей маленькой шалостью. Губы, которые целовали мои пальцы, соблазнительно прорычали: «Сейчас…»   – Только один раз…   Он поспешно прижался к моим губам, всунув язык в мой рот. Я не мог ему сопротивляться – его губы, его руки, его запах… Этот прекрасный мужчина, который душил меня и разрывал на куски. Юнхо внезапно толкнул меня на диван за талию, положил руки мне на плечи и начал яростно двигаться.   – Вместе, снова… быстрее!   – Ах, больно… ах, Юнхо, на кровать, пожалуйста…   Он прижал меня к своей груди и отнес на кровать. На мгновение я был глубоко тронут звуком его бьющегося сердца, пытающегося передать свою любовь ко мне. Это голодное сердце, которое билось только от любви, издавало такой приятный звук! Он – мое солнце, мой оазис в пустыне, я любил его так сильно! Вся моя душа была наполнена любовью к Юнхо!   Он обнял меня за плечи и начал целовать, начиная со лба, между бровями, кончика носа, затем щеки, губы, подбородок, мочки ушей… одно за другим Юнхо нежно целовал их. Он вытер слезы с моих глаз и прошептал мне самым мягким, нежным голосом в мире:   – Тебе больно? Мой Джеджун…   Больно… больно было моему сердцу, в котором есть только ты! Почему наша любовь такая трагичная и в то же время такая страстная!   Юнхо опустил губы к моим соскам и начал сосать их, осторожно входя в меня и выходя, и одновременно лаская мое тело руками. Он присел передо мной, как ребенок, и под его интенсивными атаками я поддался и начал стонать, когда ощущения становились всё более и более интенсивными. Мои ноги свисали с его плеч, когда он вводил свой член в меня.   – Ах, мой… Юнхо, быстрее! Ах! Быстрее!   – Ха… Ах, Джеджун…   – Ах, быстрее, быстрее… Оппа, умм… Я, да! Ах! Это место, да…   – Хватит притворяться милым… айщ… ха… ты что, хочешь меня убить…   – Ах! Ах! Ха! Оппа, как хорошо… просто убей меня! Оппа, ах! Да!   Юнхо медленно толкался, пока мы сцепили пальцы. Я лежал на одеяле и неконтролируемо плакал, мое тело расцветало для него, как лилия, а затем разбрызгивало мое желание на его живот. Он схватил мои бедра и интенсивно вошел в меня, а я мог только слабо кричать его имя. Юнхо… Юнхо… И он отвечал мне: Хм… Что… Мой прекрасный Джеджун… Мой Джеджун…   – Не плачь. Ха, ах… Я… почти… Ха, ха… Проглоти это… Хорошо?   Юнхо вытащил из меня, и я сразу же открыл рот. На мгновение он обхватил себя руками, а затем издал низкий рык.   – Ах… Умм… Как хорошо!   – Мм… Вкусно!   Он высунул язык и слизал остатки с моих губ. Мы оба рухнули на кровать, изможденные и удовлетворенные. Всё было липким от нашего пота, но ни один из нас не хотел принимать душ, потому что мы были слишком уставшими…   – Ли Сохи… ты ее любишь?   Пот стекал по моей линии волос, пока я ждал его ответа. Если я спрошу о ней после того, как мы занялись сексом, что еще Юнхо мог от меня скрыть? Я просто хотел знать, и он не обязан был отвечать, потому что даже если бы он ответил, никогда бы не признался.   – Я… люблю Ким Джеджуна.   Я посмотрел ему в глаза и понял, что не вижу в них ни капли лжи. Ее имя и мое отличались всего на три буквы… и всё же этого было достаточно, чтобы вытащить меня из ада в рай, превратить мою печаль в счастье. Я не хотел спрашивать об этом, но всё равно был глубоко тронут! Из-за этой одной фразы я чуть не заплакал снова, вопреки своей воле!   – Ты больше не ненавидишь меня?   – Мм… нет… Честно. Веришь?   – Я понял…   Юнхо прижался губами к моему сердцу. В течение последних десяти лет он всегда был честен со мной.   – Даже если я сделаю что-то ужасное или непростительное, ты должен продолжать любить меня, хорошо?..