Семь тысяч оборотов

— Бесспорно, это очень интересный проект, и я восхищен вашим намерением поставить эксперимент на себе самом, не дожидаясь проверки. Эдвард вздернул бровь. — Я уверен в своем механизме. Ему не нужна дополнительная проверка. — И все же... — месье Дюбуа искоса взглянул на будущего пациента, — можно было для начала испытать его на ком-то менее значимом для общества. Операция предстоит сложная. Металлическое сердце в его руках билось как живое и ловило отблески ламп накаливания безупречно отполированными поверхностями. Эдвард заставил себя улыбнуться. — Странно слышать подобное от врача. Вы не находите? Француз коротко рассмеялся. — Ну что вы, месье Давентри, если бы я и мои взгляды были другими, я не согласился бы оперировать вас, как и все, от кого вы успели получить отказ, — он подмигнул. — Но все же я крайне заинтригован тем, что вы добровольно хотите стать куклой. — Прошу прощения? — Эдварду потребовалось все имеющееся самообладание, чтобы оставаться спокойным. В конце концов он слишком долго искал хирурга, чтобы теперь обращать внимание на такие мелочи. — Куклой. Без сердца, — месье Дюбуа осторожно положил сердце обратно в шкатулку и запер ее. — Как привратники, дворецкие или некоторые дамы в домах терпимости. — У кукол нет разума. Они — марионетки заложенных в них программ, — холодно заметил Эдвард. — А сердце — всего лишь движет кровь по телу. — Ладно-ладно, — примирительно поднял ладони месье Дюбуа, впрочем, продолжая усмехаться. — В любом случае я уже дал вам свое согласие. Неожиданно он шагнул к Эдварду и ухватил его за щеку. — Такой милый, маленький и умный. Из вас бы вышла отличная кукла, месье Давентри, — Эдвард не успел среагировать — мгновение назад возвышавшийся над ним француз со смехом развернулся и зашагал к двери. — Я бы с удовольствием посадил вас на полку, — побледнев, Эдвард молча сжал кулаки так, что на ладонях остались отпечатки в форме полумесяца. — Встретимся во вторник. Хлопнула дверь. Вместе с выдохом на Эдварда накатила дурнота, и он пошатнулся. Мир поплыл перед глазами, стремительно темнея. Главным в месье Дюбуа были его чуткие руки и превосходное знание анатомии. Если же в остальном его разум давал сбой — что же, после проведения операции Эдвард не планировал продолжать знакомство. Оперевшись о рабочий стол, он пытался отдышаться и одновременно найти пилюли. Скоро все это закончится. Так или иначе.