Семь тысяч оборотов

Улицу и несколько переулков, соединяющих ее с еще одной — той, где можно было найти все виды масла и керосина для ламп и фонарей, жители Эс-Эл-Си называли китайским кварталом. Об этом месте ходили легенды, но почти все они не выдерживали критики, когда дело касалось фактов. Чул снова сверился с адресом, который дал ему часовщик, живший неподалеку от комнаты, что снимал для него дядя. Не было никакой ошибки — запылившиеся красные фонари ясно говорили, что он на месте, и все же отчего-то Чул хотел оттянуть момент. Непонятная робость объяла его, когда он дошел до чайной лавки и увидел небольшую вывеску над мастерской, в которую лежал его путь. Переступив с ноги на ногу, Чул напомнил себе, что он обещал Мелани сходить с ней на праздник. Опускался вечер. У него оставалось не так много времени для того, чтобы поговорить с механиком. В конце концов он же только спросит, не знает ли мастер Ланг что-нибудь о том, почему часы сломались, или кто изготовил их, или кому они могли принадлежать прежде, чем оказались у отца Чула. Вопросов было много, и китаец, весьма вероятно, поднимет его на смех, но пока старые часы были единственной зацепкой в попытках узнать, что же произошло на самом деле. Сделав глубокий вдох, Чул бросил еще один взгляд на фонари, мирно покачивающиеся на ветру. Кажется, совсем недавно он слышал от кого-то из соучеников, что в китайском квартале продают небесные огни — фонари из рисовой бумаги, которые можно зажечь и отпустить в небо, загадав желание. Мелани наверняка бы понравилось. Чул невольно огляделся по сторонам в поисках того, что подходило бы под описание. И все же сначала нужно было набраться смелости и зайти в мастерскую Ланга. Мелодично пропела флейта — небольшой паровой механизм, соединенный со входной дверью, выдувал несколько нот каждый раз, когда дверь открывалась, извещая хозяина о новом посетителе. Растерянно уставившись на лакированный бамбук, замерший в металлических пальцах, Чул не заметил появления мастера Ланга и вздрогнул от звука его голоса. — Чем я могу помочь вам, молодой господин? — Я... я... — Чул неловко прочистил горло. — Добрый вечер. Мне нужен совет. Мастер Ланг сделал приглашающий жест, побуждая Чула продолжить. — Меня направил к вам мастер Ричардсон. Видите ли... — он снова замялся, — в наследство отец оставил мне часы. И пока это единственная зацепка, которая у меня есть. Видя, что механик не намерен его прерывать, Чул открыл сумку и достал из нее шкатулку. Ключ никак не хотел попадать в замочную скважину, но он все же справился с ним и откинул крышку, демонстрируя предмет разговора. — Они сломались восемь лет назад. Отец просил не отдавать их в починку, но мне нужны ответы. Почему эти часы сломаны, ведь, когда я запирал шкатулку, с ними все было в порядке? Кто их сделал? Я не знаю, как это принято у часовых дел мастеров — возможно, там есть какой-то тайный знак, скрытая печать, подпись где-то внутри? — с каждым вопросом мастер Ланг становился все мрачнее. Наконец Чул собрался с духом: — Может быть, можно как-то узнать, кому они принадлежали раньше? До моего отца. — Боюсь, я не смогу починить их, — сухо ответил китаец. — Но хотя бы взгляните... — растерянно попросил Чул. Мастер Ланг, до того неотрывно смотревший на часы, поднял взгляд на Чула, как будто что-то искал в выражении его глаз. На несколько минут повисла гнетущая тишина. Наконец механик вздохнул и взял часы в руки. — Молодой господин ведь не знает, что это за часы? — спросил он. — Если бы знал, разве задавал бы я все эти вопросы?! — Чул постарался сдержать свой темперамент, но получалось с трудом. Мастер Ланг усмехнулся, что-то открыл, открутил, подкрутил, но часы по-прежнему не шли. — Это часы на семь тысяч оборотов, — часы вернулись в шкатулку. — Я не починил бы их, даже если бы мог. Но в любом случае починка таких часов мне не под силу. — Семь тысяч оборотов? — Чул моргнул. — Но что это значит? И что в этих часах такого особенного? — Смерть вашего отца ведь была внезапной, не так ли? — Чулу не понравилось, каким пронзительным взглядом был сопровожден этот вопрос, похожий на утверждение. — Вы знаете что-то о том, кто мог убить моего отца? — порывисто воскликнул он. Механик рассмеялся. Чул сжал ладони в кулаки. — В книжной лавке мисс Мелоди Ривер на Вересковой улице должна быть книга о зачарованных часах. Она ответит на ваши вопросы или хотя бы на часть из них. Мастер Ланг направился к циновке, отделявшей зал от подсобного помещения, объявляя этим, что разговор окончен. Чул запер шкатулку и убрал обратно в сумку. Когда флейта снова пропела, циновка всколыхнулась и до него долетел приглушенный голос китайца: — Никогда не чините эти часы, молодой господин.