Записки пока ещё живого Мэн Яо

Сюэ Ян прорычал с десяток проклятий в сторону убегающего Мэн Яо. Затем уныло посмотрел на всё ещё ждущих волшебников. — Сука. Но он всё же вышел за ворота. — Даочжан, — Сюэ Ян расставил руки в стороны для объятий, но внезапно ему в грудь упёрся черенок метлы. — Мелкая, лучше не выводи меня. — А ты чего руки распускаешь? — послышался ворчливый голос А-Цин. — Скажи спасибо, что тебя вообще взяли. — Это вы должны сказать спасибо за то, что вас взяли. — Это моя оплошность, — вмешался Сяо Синчэнь. — Прости, я не успел предупредить. — Если мой даочжан меня поцелует в щёку, то не буду злиться. Сюэ Ян, улыбаясь во весь рот и хитро прищурив глаза, слегка повернул голову, подставляя щеку. — И не мечтай, — Сун Лань открыл заднюю дверь машины. — Садись и поехали уже. «Однажды я вырву твой язык» — Почему я должен ехать со Слепышкой? — Потому что ты будешь мешать Синчэню за рулем. — Думаешь, я не смогу этого делать, сидя сзади? — Сюэ Ян ухмыльнулся, показав острые клыки, от которых у Сун Ланя всегда пробегал по спине легкий холодок. — Я тебе не дам, оборванец, — угрожающие помахала метлой А-Цин. — Будто маленькая девочка сможет меня остановить. — Только попробуй её тронуть. — А-Цин, Сюэ Ян, Цзычэнь, пожалуйста, — Сяо Синчэнь изобразил такое жалостливое (хотя должно было быть серьезное) лицо, что все трое замолчали, а ещё были готовы принести всё золото мира к его ногам. Поворчав, Сюэ Ян уселся за Сун Ланем, чтобы пинать того под сиденьем и смотреть на красивый профиль Сяо Синчэня. — Если начнутся проблемы, сразу говори, я перехвачу управление, — попросил Сун Лань, обращаясь к другу. «И кто же виноват в этой проблеме, а?» Благодаря небольшому казусу, когда Сун Лань случайно ослепил Сяо Синчэня на дружеской дуэли, Сюэ Ян и познакомился с последним в госпитале. Зрение быстро вернулось к Синчэню, лекари думали, что обошлось без последствий, но нет. Проблема была обнаружена на первой же тренировке по квиддичу, когда Сяо Синчэнь не увидел пролетающий у него под носом снитч, но при повторном осмотре в госпитале ничего не было обнаружено. Позднее выяснилось, что чем сильнее волнуется Сяо Синчэнь, тем больше он слепнет. Он даже хотел оставить команду по квиддичу, но потом взял себя в руки и научился почти не переживать во время матча. И хорошо, что он остался, более быстрого и ловкого ловца Хаффлпаффу было не найти. Болезнь за последний год вообще не проявлялась, но Сун Лань решил лишний раз предостеречь. — Даочжан, мы же заедем за сладостями? — состроила горестную мордашку А-Цин, когда машина двинулась. Сун Лань прикусил язык, чтобы не отчитать А-Цин за «даочжана». Так называть Сяо Синчэня начал Сюэ Ян, когда увидел того в белой мантии со свитком в руках, и это напомнило ему даосского священника, а А-Цин подхватила эту кличку, применяя её ещё и к Сун Ланю. О более пошлом значении этого слова Цзычэнь узнал случайно, и всё никак не мог рассказать об этом Сяо Синчэню, поэтому ему приходилось лишь хмуриться и считать до десяти, чтобы успокоиться. — Мы взяли достаточно более полезной еды, — аккуратно отказал Сяо Синчэнь. — Пожалуйста, даочжа-ан, — жалобно проскулили Сюэ Ян и А-Цин. — Не сработает, — чуть улыбнулся Сун Лань. *** Конечно же это сработало. Уже через час под молчаливое возмущение Сун Ланя компания вошла в Косой переулок, направляясь к магазину сладостей. — Вот блин, — за сто с лишним метров затормозил Сюэ Ян. Он с надеждой огляделся по сторонам, в поисках другого магазина. — Там дальше должен быть ещё один, идём туда. — Не пойдём, — отрезала А-Цин. — Там совсем не вкусные конфеты. — Вредную маленькую нахлебницу не спрашивали. — Мы уже пришли сюда, — встрял в спор Сун Лань. Когда они оказались у самых дверей, Сюэ Ян вновь воспротивился. — Ну и идите тогда, — хмыкнул он. — Я прогуляюсь до другого. — Если дело в деньгах, то я заплачу, — остановился рядом Сяо Синчэнь, у которого на самом деле было не особо много денег. — Если даочжан хочет мне что-то подарить, то пусть подарит мне избавление от слепышки и святоши с метелкой, — растянул губы в наглой улыбке Сюэ Ян. — Невероятно. Один раз ударил его по руке метелкой, а он третий год забыть не может, — тихо себе под нос пробурчал Сун Лань. Сюэ Ян планировал при первой возможности отделить Сяо Синчэня от навязавшихся личностей и уехать с ним один. — А-Ян, не вредничай. Сяо Синчэнь использовал запрещённый приём, от которого у Сюэ Яна начинают отказывать ноги, а в голове все мысли куда-то улетают и там образовывается пустота. Он под Империусом не становится таким покладистым, как от даочжановского «А-Ян». — Хорошо, я подожду вас здесь, — вновь взглянув на магазин, остался при своём Сюэ Ян. — Отлично, мне больше достанется, пойдём, — А-Цин потащила Сяо Синчэня за рукав в сторону двери. — Я останусь с ним, чтобы он ничего не натворил, — спокойно сказал Сун Лань. Под громкие возмущения Сюэ Яна, взволнованный Синчэнь ушёл с А-Цин в магазин. Сун Лань же прислонился к кирпичной стене рядом с нахохлившимся слизеринцем. — Рассказывай. Чего буянишь? — утомленно спросил Цзычэнь. — Твоё какое дело? Сюэ Ян демонстративно отвернулся. Проблема была в том, что первые года после поступления в Хогвартс он объединил свой бюджет с Мэн Яо, а тот отказывался выдавать денег на конфеты, и Сюэ Ян нашёл самый логичный выход из этой ситуации. Просто начал воровать. Первые пять раз его не поймали, зато на шестой старый хрыч завопил на весь магазин, пока Сюэ Ян давал стрекача. Мэн Яо потом его на две недели запер дома, чтобы не поймали. Хоть тогда Сюэ Яну и было 12, но в случае если его узнают он подставит Сяо Синчэня, поэтому он предпочёл остаться снаружи. — Воровал? — не в бровь, а в глаз попал Сун Лань. — Отъебись. Глубоко вздохнув, спросив небеса «за что ему всё это?», Сун Лань посмотрел сквозь окно внутрь магазина сладостей, а затем уточнил: — Тебя старик ловил? — От-е-бись — Пойдём, сегодня на смене его младший сын. — С хуев такая забота? Если хочешь сделать хорошее дело, то бери мелкую и вали. Сун Лань гордо отказался отвечать. А Сюэ Ян с опаской вошёл в магазин. Ещё через полчаса все четверо сидели в машине, а двое на заднем сиденье обнимались со своими пакетами сладостей. Причём ни А-Цин, ни Сюэ Яну не хватило бы своих денег на покупку и старшим пришлось им добавлять. А-Цин потратила почти все деньги на новую метлу, а Сюэ Ян на отрубленную руку, к которой его уже вторую неделю не подпускал Мэн Яо. Когда вторая шоколадная лягушка была успешно поймана А-Цин, машина съехала с дороги и направилась в сторону небольших холмов. Ещё спустя четверть часа тряски, компания прибыла на место. — По-моему отлично, — воодушевлено сказал Сяо Синчэнь, оглядывая небольшой холм, затем нагнулся и провёл пальцами по мягкой траве. Небо было чуть затянуто облаками и августовское солнце не так сильно припекало. Расположившись на огромном покрывале, волшебники принялись за еду. Сюэ Ян и А-Цин больше внимания уделяли сладостям, но после вскользь брошенного девчонкой «а этот суп приготовил наш даочжан», Сюэ Ян едва ли не вырвал термос из рук Сун Ланя, чтобы потом залить Сяо Синчэня комплиментами. После того, как с едой было покончено, А-Цин притащила карты и начала подбивать остальных на игру на деньги, чтобы пополнить свой кошелёк. Сяо Синчэнь на корню обрубил эту идею, но А-Цин смогла уговорить двоих праведников на игру на желания. Так как Сюэ Ян был тем ещё жуликом и даже зоркие глаза Сун Ланя не смогли его остановить, то выиграл он в первой же раздаче, а Сяо Синчэнь в ней проиграл. Но не успел Чэнмэй озвучить свое желание, как Сун Лань, видимо третьим глазом увидев недобрый умысел, отменил награду и теперь они играли просто так. От скуки А-Цин даже жульничать перестала, да и Сюэ Ян злился из-за сорванного приза, но затем он придумал другой способ вывести Сун Ланя из себя. Он положил свою голову на ноги Сяо Синчэня под скрип зубов Сун Цзычэня. Слизеринец даже вышел из игры раньше, чтобы отдать себя всего лежанию на Синчэне, который ничего против этого не имел, наоборот, даже спрашивал, удобно ли. — Давайте позапускаем воздушного змея, — прыжком приняла вертикальное положение А-Цин. — Что интересного в маггловской забаве? — Вы не понимаете, — отмахнулась она. — Когда в детском доме мы наконец смогли смастерить один, мы весь месяц бегали его запускать, пока он не насадился на ветку. Она сделала драматичную паузы. — Пойдемте. Это же так здорово управлять змеем, ловя ветер. Сун Лань откровенно-скептически посмотрел на А-Цин. По лицу Сяо Синчэня тоже можно было сказать, что он не особо понимает. — Да ну вас. Сюэ Ян, ты же тоже рос среди магглов, скажи им! Иногда Сюэ Ян завидует А-Цин, которая на первом курсе привязалась к Сяо Синчэню, а как тот узнал, что её забрали из детского дома, так сразу отвел к Баошань Санжэнь и поселил мелкую нахлебницу у себя дома. Может, если бы Сюэ Ян на первом курсе познакомился с Синчэнем, то тоже бы жил сейчас с ним. — Дурацкая затея, — Сюэ Ян сказал сделал противоположное ожиданиям А-Цин, и сделал это не потому, что не хотел поддакивать А-Цин, а потому что ему нравилось лежать на Сяо Синчэне. Топнув ногой, А-Цин в гордом одиночестве пошла к машине и достала из багажника разноцветного змея. Но не успела она поудобнее для запуска взять его, как рядом с ней оказался Сяо Синчэнь, предложив свою помощь. Сюэ Ян, лишившись своей подушки, тоже встал. Он неохотно ходил позади, пока А-Цин кругами носилась по холмам, а следом за ней Сяо Синчэнь и Сун Лань. Сюэ Ян лениво наблюдал за ярким змеем, изредка жмурясь, когда тот попадал на вечернее солнце. Смех А-Цин не мог заглушить даже свистящий ветер, который постоянно пытался оторвать цветное пятно от нитки, в которую вцепилась А-Цин. Стоило Сюэ Яну отвлечься на пролетающую птицу, как по опушке разнеслось громкое «Ой». — Вот блин! — едва сдержалась от более крепких ругательств А-Цин. — Чертова нитка. Сюэ Ян повернулся на шум и не увидел в небе воздушного змея, только проклинающую нитку А-Цин и Сяо Синчэня с Сун Ланем, озадачено смотрящих в лес. — Мы видели, куда его унесло, быстро найдём, — слишком оптимистично заговорил Сяо Синчэнь. — Я пас, — поднял руки Сюэ Ян. — Даочжан, давай останемся здесь, пусть Слепышка сама ищет свою игрушку. Под общее осуждающее «Сюэ Ян», он, ворча, побрел следом в лес. А-Цин убежала далеко вперёд, быстро скрывшись среди деревьев, Сун Лань ушёл вправо, пока Сяо Синчэнь шёл чуть левее, а Сюэ Ян даже не знал, куда унеся воздушный змей. Он просто брёл вперёд, срывая листья и тут же отпуская их. Из-за того, что солнце уже начинало садиться, чем глубже в лес продвигаешься, тем темнее становилось, но даже так Сюэ Ян увидел небольшой куст, увешенный синими ягодами. Он тут же обобрал его и запустил несколько ягодок себе в рот. — Ты что делаешь? — рядом послышался взволнованный голос Сяо Синчэня. Он мгновенно оказался около Сюэ Яна, взял его за руку и начал рассматривать ягоды в его ладони. Только когда он убедился, что это дикая черника, спокойно выдохнул. — Нельзя так есть неизвестные лесные ягоды. — Не переживай, даочжан, я только такими все детство и питался, так что умею различать. К тому же, я думаю, что мой желудок любые переварит. На секунду Сяо Синчэнь смутился, поняв, что случайно задел неприятную тему. — Прости, я совсем забыл. — Да пофиг, — отмахнулся Сюэ Ян. — О! Сюэ Ян увидел небольшой куст красных цветов, наклонился и сорвал один, самый красивый. Покрутив в руке стебель, он развернулся к Сяо Синчэню, протянув цветок. — Даочжан, ты всё ещё должен мне желание. Прикрепи его к мантии ради меня. Э? Синчэнь? Сяо Синчэнь застыл как вкопанный, таращась на цветок. — Сюэ Ян! — возмущённо и в то же время смущенно выпалил Сяо Синчэнь. — Нельзя же… вот так… это… не правильно… — Ты чего? — все ещё не понимал Сюэ Ян. — Я сорвал какой-то священный, занесённый в десятки книг редкий цветок? — Ты разве не делал доклад по языку цветов на травологии? Сяо Синчэнь немного успокоился. — Не, это же ерунда какая-то. Сюэ Ян вспомнил, как несколько дней назад Мэн Яо, как ужаленный, носился по поместью с каким-то свёртком в руке, а потом вломился в библиотеку Ланей «чтобы что-то уточнить» и достал три книги про цветы. И, хоть его лицо и оставалось спокойным, если Мэн Яо решил что-то перепроверить, это значит, что он находился в настоящей панике. Сюэ Ян только глянул в одну из книг, ничего интересного не прочитал и потерял к этому интерес. — Ох, понятно, — Синчэнь почувствовав себя неловко и опустил глаза. — Этот цветок он… не важно. Не надеясь на ответ, Сюэ Ян сунул красную астру [1] в карман на груди Сяо Синчэня и ему как никогда захотелось приподнять голову Синчэня, стоящего так непозволительно близко, за подбородок, заставив посмотреть на себя, но его остановил здравый смысл небольшой блеск где-то впереди. — Хм, а это что? Чэнмэй кивнул головой вперёд, где что-то поблёскивало сквозь деревья. Он быстро направился в ту сторону, пока Сяо Синчень едва поспевал за ним. Пробравшись сквозь колючие кусты, они вышли на берег небольшой реки. — Смотри как красиво, даочжан, — Сюэ Ян опустился на траву, не уронив ни единой ягодки. — Давай посмотрим на закат отсюда. — Цзычэнь и А-Цин ждут нас, — напомнил хаффлпаффец. — Нам следует догнать их. — Хочешь идти — иди. [2] Сюэ Ян сказал это, не скрывая лукавой улыбки, потому что он знал, что Сяо Синчэнь без него никуда не пойдёт. Действительно. Сяо Синчэнь ещё несколько минут стоял над слизеринцем, упрашивая того подняться, а потом, громко выдохнув, уселся рядом. — А-Ян, — вновь применил нечестный приём Сяо Синчэнь. — Пожалуйста, пойдем. — Как только доем, так сразу и пойдём. Сюэ Ян специально медленно кушал чернику, пока любовался, нет, не пейзажем, а Сяо Синчэнем, крутящим между пальцев травинку. Солнце постепенно садилось, окрашивая всё в рыжий цвет. Вода в речке стала чёрной, а на поверхности плясали оранжевые лоскуты лучей солнца, как и на складках белой мантии Сяо Синчэня. А ещё Сюэ Ян думал о том, что его даочжан несправедливо не обращает на него внимание. Они одни. Сидят близко друг к другу. И огненное солнце только подталкивает к действию. Сюэ Ян взял темно-синюю ягоду и кинул в юношу. Снаряд попал в белоснежную шею, но упасть на землю ей не дал Сяо Синчэнь. — Что такое? — Ты не попробовал, — улыбнулся Сюэ Ян, закусив нижнюю губу, выставив демонические белые клыки в наружу. Сяо Синчэнь бросил на него чуть растерянный взгляд и аккуратно положил ягоду себе в рот, чуть показав при этом розовый язычок. Сюэ Ян неотрывно следил за движением губ, которые секундой позже растянулись в улыбке. — Вкусно. Сюэ Ян поделил пополам оставшуюся чернику. Когда в его ладони осталось всего несколько ягодок, он заметил на шее Сяо Синчэня розовые брызги, оставленные ягодой после удара. — У тебя пятно на шее. Сяо Синчэнь попробовал вслепую стереть сок, и, конечно же, у него это не вышло. — Дай мне. Закинув оставшуюся чернику в рот, Сюэ Ян вплотную подвинулся к своей одержимости и аккуратно положил руку ему на шею, собираясь убрать пятно, а потом подумал «да к черту». Он наклонился, вдохнул приятный терпкий запах, исходящий от подаренной астры, затем коснулся шершавым языком шеи, слизав черничный сок. Сяо Синчэнь рвано вздохнул, пока Сюэ Ян совсем чуть-чуть отстранился, но все ещё опалял горячим дыханием чужую кожу. Не заметив никаких попыток отстраниться, в голове у Чэнмэя пронеслось победное «О да!». Он мазнул губами по коже, влажной от его собственной слюны, затем поцеловал чуть выше, чувствуя, как учащается дыхание Синчэня. Следующий поцелуй был под челюстью, и Сюэ Ян вновь слегка дотронулся кончиком языка до покрытой мурашками коже, наслаждаясь легким вздрагиванием своего даочжана и разливающимся по телу вязким тёплом. Ещё одно долгое прикосновение губ уже к подбородку. Сюэ Ян из последних сил сдерживается, чтобы не наброситься, продолжая наслаждаться трепетанием тела в его руках. Сяо Синчэнь дышит часто, чуть приоткрыв рот, а стук его сердца кажется можно услышать и за километр. Сюэ Ян слегка навалился на него, перекинув свободную руку, и оперся о землю по другую сторону от него. Сяо Синчэнь оказался в плену его рук и немного подался назад, откинувшись на траву. На мгновение сердце Сюэ Чэнмэя замерло, испугавшись, что его сейчас остановят, но затем он почувствовал легкое давление, слегка притягивающее его обратно, теплой руки на своей спине. Перед финальным этапом пленения губ, Сюэ Ян чуть отстранился, чтобы посмотреть на немного раскрасневшегося Синчэня. Глаза у того слегка мутные, чуть прикрытые, и в них Сюэ Ян видит как бы тошнотворно-романтически это не звучало целую вселенную. Победно ухмыльнувшись, Сюэ Ян наклонился чуть вперёд, приоткрывая рот, и был готов поклясться, что Сяо Синчэнь сделал тоже самое, но по их ушам резанул крик А-Цин и ослепила белая вспышка. — Да чтоб тебя демоны заебали до смерти, а потом твою сучью душу пустили по кругу, — тихо ругался Сюэ Ян, пробираясь на шум сквозь кусты и ветки деревьев. — Какого хрена ты визжишь?! — Там кто-то был, — указывала палочкой на дымящие кусты А-Цин. — Я видела и слышала! — Это было животное? — спросил подоспевший Сун Лань, успев бегло бросить подозрительный взгляд на Сюэ Яна. — Нет, блин, насекомое! — съязвила А-Цин. — Человек. Там был человек. И у него была палочка! *** — И как этот святоша с метелкой понял, что у меня и даочжана что-то было, я не ебу, но потом он не отходил от нас ни на шаг, — продолжал громко жаловаться Сюэ Ян, иногда стуча кулаками по матрасу. — И сейчас, когда мы прощались, даже слова не дал сказать! Просто, блять, увёз Синчэня, не дав нормально попрощаться. Ну не ублюдок ли, а? — Угу. На самом деле, Мэн Яо перестал слушать после того момента, как Сюэ Ян рассказал о человеке. Хоть Яо и говорил с А-Цин от силы раза два, но он понимал, что без надобности она разбрасываться может только словами, а заклинание она без серьезной причины использовать не будет. «Значит за Сюэ Яном следили. И если предположить, что до этого Демоны не знали, что мы прячемся у Ланей, то сейчас они уверены в этом 100%. Плохо.» — А от него так сладко пахло, — продолжал Сюэ Ян, не замечая, что его слова пропускают мимо ушей. — Он был как конфета, его хотелось всего облизать. «Если завтра утром они попробуют проникнуть в поместье, то поймут, что нас здесь нет, и сколько времени у них уйдёт, чтобы узнать про переход в Облачные Глубины? Вполне вероятно, что мы уже отправимся в Хогвартс, когда Демоны поймут, что делать. Но Ланей теперь мы точно подставили» — Эй, — позвал Сюэ Ян, громко щёлкнув пальцами, чтобы на него обратили внимание. — Ты не хочешь немного прогуляться? — Зачем? — Мэн Яо вернулся из своих мыслей и теперь непонимающе уставился на личность напротив. — У меня возникла проблема и мне срочно нужно её решить. Сюэ Ян откинул одеяло, показывая на штаны, которые не скрывали образовавшийся бугор. Мэн Яо устало вздохнул: — Иди в ванную. — Там свет слишком яркий. Не то, — капризно произнёс Сюэ Ян. — Так выключи его. — Тогда слишком темно. — Издеваешься? — Возможно. Мэн Яо раздраженно скривил рот. — Что тебе стоит проветриться полчасика? — не унимался Сюэ Ян. — Разве что ты хочешь предложить мне дружескую руку помощи? Под тяжёлый вздох Яо, Сюэ Ян игриво пошевелил бровями. С каменным лицом и взглядом, показывающим, как ему всё это опостыло, Мэн Яо взял серый халат и вышел из комнаты, отрезая закрытой дверью насмешливо благодарную речь обнаглевшего хулигана. На улице было прохладно. Хоть в саду ветер был менее пронизывающий до костей, но легкой пижамы и махрового халата оказалось недостаточно, чтобы сохранить тепло в теле. Мэн Яо приобнял себя за плечи и пошёл по тропинке в глубь сада. Все огоньки, до этого слегка освещающие дорогу, после отбоя потухли, поэтому единственным источником света был не затянутый облаками месяц и звёзды. Тихий шелест едва тронутых желтизной листьев и тихий стрекот далеких цикад приятно успокаивал, даже манил идти дальше, где деревья становились все больше и плотнее закрывая всё своими ветвями. — Не спится? — внезапно сзади Мэн Яо раздался приятный голос Лань Сичэня. — А-Хуань? Что ты здесь делаешь? — обернувшись, чуть обеспокоено спросил Мэн Яо. Лань Сичэнь показал слабо светящийся нефритовый жетон. — Он даёт сигнал, если после отбоя кто-либо проходит через портал или выходит на улицу, — пояснил Сичэнь. — Значит, я разбудил тебя, прости, — извинился Мэн Яо. — Здесь нет твоей вины, я всё равно не мог уснуть. Сичэнь поравнялся с Мэн Яо, убрав жетон к себе в карман, и продолжил вместе с ним идти в глубь сада. — Это из-за Чэнмэя? — уточнил Яо. — Не буду лукавить, из-за него тоже, — Лань Сичэнь слегка усмехнулся. — Судя по его буйному прибытию, его поездка не задалась? — К сожалению. Присутствие Сун Ланя его не порадовало, но замечу, что по письму, которое прислал Сяо Синчэнь, даже я не думал, что он тоже будет приглашён. — Недоверие Сун Ланя объяснимо, он боится, что Сюэ Ян будет пользоваться наивностью Сяо Синчэня, поэтому и пытается защитить товарища. — Не просто защитить, — после небольшой паузы продолжил Мэн Яо. — Он хочет сохранить его. Страх Сун Ланя основан на том, что он слишком хорошо понимает, насколько Сюэ Ян может быть опасен. Он не желает, чтобы Сяо Синчэнь обжегся о пылкий нрав Чэнмэя, поэтому и жаждет контролировать его поведение. Хотя здесь есть место и самой обычной ревности. Тропинка, по которой шли юноши стала немного шире, кусты и деревья гуще. — Не думаю, что Сяо Синчэнь совсем не понимает характер Сюэ Яна, — Лань Сичэнь щелчком зажёг несколько низких фонариков, чтобы стало видно дорогу. — Он скорее надеется на то, что Сюэ Ян не переступит опасную черту. — Вот только он давно переступил, — досадно подумал Мэн Яо. — Как думаешь, он отвернётся от Сюэ Яна, если он зайдёт слишком далеко? — поинтересовался Мэн Яо. — Разозлится, это точно. Он будет разбит таким предательством. Но я всё же буду надеяться на его благоразумие, как и на благоразумие Сюэ Яна. — О чем ты? — Боюсь, Сяо Синчэнь не сможет закрыть глаза на что-то, что будет противоречить его морали. Поэтому надеюсь, что он не захочет узнавать Сюэ Яна с другой его стороны. — Разве незнание причины тех или иных поступков облегчает ношу осознания, что они произошли? — Нет. Но так есть возможность самому оправдать их, просто знанием того, что у этого была весомая причина. Из-за деревьев показалась черепичная крыша. Когда юноши подошли ближе, перед ними оказался чуть обветшалый, поросший лозой небольшой одноэтажный дом с темными окнами. Он находился на самом конце сада, откуда не видно даже самого поместья. Мэн Яо чуть нахмурился, осматривая стены неизвестного строения. — Это дом моей матери, — тихо объяснил Лань Сичэнь, подойдя к нему и коснувшись отштукатуренной стены. — Я и не заметил, как далеко мы ушли. Лань Сичэнь было подошёл к деревянной двери, даже занёс руку, чтобы повернуть ручку, но в последний момент передумал. — Всё ещё непривычно видеть его таким пустым. Когда в нем жила мама в нём всегда было светло. Он никогда не был похож на тюрьму, хоть ей и являлся на самом деле. — Твой отец так решил? — аккуратно подбирая слова, спросил Мэн Яо. — Да. Он забрал её из Знойного Дворца. Не дал ей платить за преступление против его семьи, которое она совершила. Хоть весь мир магии и думает, что она сама скрылась в неизвестности, мама была здесь. — И в наказание за свой поступок, он тоже запер себя от всего мира и даже от неё, — закончил Яо. — Да. Не смог простить себя за содеянное. В голосе Лань Сичэня слышалась горечь, словно он сам начал вскрывать старую рану. — Он ведь даже от меня и Ванцзи отгородился, — продолжил Сичэнь. — Даже с мамой мы виделись чаще, чем с ним. Хотя большую часть нашего воспитания на себя взял дядя. Лань Сичэнь отвернулся от дома. — Он воспитывал нас правилами семьи. Не хотел, чтобы мы повторили судьбу отца. Я его не виню в его строгости, он хотел как лучше. «Именно поэтому мне и нужно держаться от тебя подальше» Мэн Яо огорченно думал о том, что Лань Сичэнь умудрился влюбиться в человека, стоящего ближе всех к преступности, даже ближе Сюэ Яна. Если это не проклятье, то что? — И он прекрасно справился с вашим воспитанием, — мягко улыбнулся Мэн Яо, следуя за Сичэнем прочь от дома. — Да, а мама нас баловала. Разрешала бегать, говоря «это мой дом, здесь правила не действуют, можете смеяться так громко, как захотите». Лань Сичэнь улыбнулся своим воспоминаниями. — Я не хотел и не хочу знать, почему она совершила то преступление. Для меня это не важно, — Сичэнь остановился. — Думаешь, я не прав? — Не знаю, — честно ответил Мэн Яо. — Это твоё право думать как угодно, разве посторонний человек может понять твою жизнь. — Ты не посторонний. Мэн Яо поднял взгляд на Лань Сичэня. В его глазах разлилась глубокая печаль, но даже в ней горела малая капля надежды, отчего у Мэн Яо стали слегка ватными ноги и чуть затряслись руки. — Давай присядем. Окна большого поместья можно было увидеть над листвой, а вот маленький домик полностью скрылся из вида, и скамейка как раз смотрела в ту сторону. Мэн Яо глубоко вдыхал прохладный воздух, но так и не мог сказать то, что уже давно должен был. От осознания того, что Лань Сичэнь из-за него может пойти по стопам своего отца, у Яо начинала кружиться голова. Именно поэтому ему нужно было сейчас прервать всё, чтобы не было плохо потом. — Может, я и не посторонний, — начал Мэн Яо. — Но я всё равно не могу ответить за тебя. — Это было неправильно, задавать тебе такой вопрос. Извини. Однажды дядя спросил меня, почему я не пытался узнать, про мамино преступления. А я не ответил. Думаю, он хотел, чтобы я знал и вырос, понимая, что значит быть главой семьи, чтобы я не был как отец, который не смог разделить свои чувства и свой долг перед семьей. Лань Сичэнь внезапно усмехнулся. — Зато дядя может. Одно из самых ярких воспоминаний из детства, как дядя, ругаясь, пытался выставить Вэнь Жоханя из нашего дома, когда тот на мой и Ванцзи день рождение подарил нам по огромному пакету сладостей. Ванцзи отказался принимать, а я успел свой спрятать, но дядя всё равно об этом узнал. Такой брани я от него никогда не слышал. — Значит, ты ещё до Хогвартса знал? — Догадывался. А на первом курсе выяснил, что не стоит приходить в кабинет дяди вечером. Не сдержавшись, Мэн Яо засмеялся в кулак. — Как ужасно, — чуть успокоившись, съехидничал Яо. — Ужасно, — подтвердил Лань Сичэнь. — Вот у меня перед глазами всю жизнь было два примера. И от обоих у меня мороз по коже. Потому что и мой отец, и мой дядя не могут без… своих. Отец отказался видеться с матерью и вот что с ним стало. А дядя… я надеюсь ему никогда не придётся выбирать между семьей и любовью. Ответ будет очевиден, но слишком болезнен. Не хотел бы я это видеть. «А я не хочу, чтобы ты оказался в ситуации, когда тебе придётся выбирать» Мэн Яо облокотился на Лань Сичэня и положил голову на его плечо, продолжив смотреть куда-то вперед, всё ещё не в состоянии совладать с дрожью в руках. «Но спохватился я слишком поздно, да?» Наземные фонарики тускло горели, даже звезды и месяц светились ярче, разбрасывая свои холодные лучи. В образовавшемся молчании стрекот цикад казался почти оглушающим, а каждый сильный порыв ветра и вовсе заставлял слегка вздрагивать. Лань Сичэнь устало вздохнул, потом повернул голову к прислонившемуся к его плечу Яо. Даже не видя его взгляда, Мэн Яо его чувствовал и ему казалось, что Сичэнь всё знает и понимает, как бы он не пытался скрыть свои внутренние терзания. — Я могу для тебя что-нибудь сделать? — шепотом спросил Лань Сичэнь. — Побудь со мной, пожалуйста. Лань Хуань кивнул. Затем он положил ближнюю к Яо руку на своё колено ладонью вверх и приглашающее раскрыл пальцы. Мэн Яо аккуратно накрыл его ладонь своей, переплетая их пальцы вместе. Дрожь в руке пропала. А звёзды засияли чуть ярче.