Преступная кровь

12 марта

      Стоял грибной дождь. Был глубокий вечер; во глубине тьмы из окон домов светился тёплый домашний свет. Под этими окнами припарковались пару полицейских машин, чьи сигнальные огни активно плясали в своих стеклянных коробочках, взбудораживая округу своими яркими огнями. Пару полицейских в фуражках без энтузиазма осматривали одноэтажный жилой домик... то есть то, что от него осталось. Вчера вечером он был сожжен дотла, тогда же он и был опечатан полицией. Стражи порядка прибыли туда вместе с пожарными, но, как пожар потушили, — сразу уехали, лишь опечатав его. Потому как услышали от соседей, что хозяева дома покинули его лет двадцать назад. Никто даже не решил проверить информацию о его принадлежности. Дело было заморожено.       Сейчас шериф вдруг решил про него вспомнить и отправился осматривать место преступления, прихватив с собой один отряд.       Сам шериф — пятидесятилетний пёс светло-серого цвета — стоял сейчас возле машины и, держа руки на поясе, наблюдал за обыском.       Из-за угла вдруг выехала чёрная легковая машина, подъехала и остановилась рядом. Оттуда вышел человек в шляпе и чёрном костюме. Завидев его, шериф выпрямился, поправил форму, фуражку. Человек подошёл к нему ближе, фонарь осветил его тощее лицо. Это был мужчина средних лет с цепким, задумчивым взглядом; он был на голову выше шерифа.       — Полагаю, — начал мужчина, — это вы шериф Коллинз?       — Так точно. Извините за излишние предосторожности, но не могли бы вы показать своё удостоверение?       Человек достал из кармана одностраничную книжку с кожаной коркой. Посередине документа были написаны три большие синие буквы «FBI», справа была прикреплена фотография этого человека, слева был герб бюро, внизу была напечатка: «special agent». Справа было от руки написанное имя. Скотт Томпсон.       — Рад встречи, мистер Томпсон. — Они пожали друг другу руки. — Мы, вот, по Вашему запросу осматриваем обломки.       — И что-нибудь нашли?       — Пока что нет, сэр... Я немного не понимаю...       — Что именно?       — Не понимаю, зачем. Тут же и так понятно, что дом сгорел по воле случая.       — Но Вы не провели должного расследования.       Шериф не нашёлся, что на это ответить.       — К тому же, — продолжал агент, — Вы сами сказали, что в этом деле может быть замешаны преступные группировки.       — Это всего-лишь теория, не подкреплённая ничем.       — Подкрепление Вы даже и не искали.       — Эй, шеф! — крикнул кто-то из обыскивающих. — Мы что-то нашли!       Скотт и шериф подошли к полицейским, которые что-то пытались откопать из под обломков. Из-за влажности попытки сначала были безуспешными, но всё же они смогли откопать... руку, точнее лапу, черную, обгоревшую. Они стали откапывать стремительней и успешнее, даже начальники помогали. В итоге, труп был полностью откопан. Чёрное, как уголь, тело лежало на поверхности, некогда называвшейся полом, почти сливаясь с ним.       — Теперь уж к Вашей теории есть подкрепление, — сказал Томпсон шерифу.       Он достал фонарик и осветил тело. Зрелище было не из самых приятных; один страж порядка отвернулся. Кожа превратилась в шероховатый уголь, на поверхности которого иногда сочилась из ран ярко-красная кровь; кое-где тело прогорело до костей; глаза навсегда застыли в каменном взгляде, направленный в никуда, рот приоткрыт. «Кот», — констатировал Скотт, внимательно осмотрев голову. Его внимание привлекли парочка жирных точек с красной жидкостью в районе груди.       — А это уже не подкрепление, а самое настоящее доказательство! — воскликнул он. — Посмотрите на это, шериф.       Шериф приблизился, прищурился.       — Раны.       — Не просто раны — пулевые ранения! — Скотт встал. — Нужно отвезти труп на экспертизу, чтобы подтвердить, что это действительно они. — Он огляделся. — Возможно, тут есть ещё один труп...       Полицейские изобразили измученные гримасы и заворчали.       Шериф всё ещё глядел на отверстия. Нет, он не исследовал их и не любовался. Он глубоко задумался. Томпсон нагрянул, как снег на голову, нежданно и без предупреждения. На преступность в Элморе шериф обращал внимание в самую последнюю очередь, что по-сути являлось прямым неисполнением обязанностей, но на это есть причины. Какой он шериф по счету за последние десять лет? Шестой. Остальные пять уволились или были убиты. За последние годы мафия получила такое влияние в городе (да и не только в городе), что всякие попытки помешать ей без проблем пресекались. Нынешний шериф сделал то, на что не решились другие — подчинился и закрыл глаза. Ну а что? Он бы всё равно никак не повлиял на ситуацию, а цикл всё продолжался бы, пока на кресло шерифа полиции не сел бы такой же, как и он, который подчинился бы, ведь подчиниться — намного проще. Конечно, были в полиции и те, кто был против этой политики... ключевое слово «были»; многих постигла участь подобная участи его прошлого помощника: смерть в виде несчастного случая. И всё бы продолжало идти в нормальном порядке, если бы вдруг не заявились ФБР. Что они вообще забыли в этом городке? Почему именно Элмор, а не какой-нибудь Сан-Франциско? Этого он не мог понять, но он прекрасно понимал, что этот агент перевернёт всё здесь вверх дном и это расследование только начало. Но что ему делать? Подчиниться? Но кому? Он стоял между двух сторон, и обе стороны принесут конец, если он выберет другого. Казалось, выбора тут нет, каждый вариант приведёт его к одному и тому же варианту... Сейчас, глядя на это изуродованное огнём тело, внезапно для себя он сделал выбор, нашёл решение.       Он встал. Его подчинённые под командованием Томпсона рыскали в обломках.       — Шериф, не могли бы вы вызвать бригаду, чтобы вывезти тело? — попросил его Скотт.       — Да, конечно.       — Вас, кстати, зовут как?       — Грегори Коллинз .