Неправильные. Потерянные во времени

      — Уверен, что это здесь? — с сомнением оглядывается, нервно теребя край серой куртки, такой непривычной по фасону и ощущению на теле. Хотя вовсе не куртка беспокоит, ведь всё бы ничего, но не любит туманность, кою вечно напускает их Хронос.       — Да, абсолютно, — склоняется вперёд блондин, сложив руки за спиной, и заглядывает в небольшое окошко. — Только не спрашивай…       — Кто из вас Кихён? — выходит из-за угла здания чумазый мальчишка, одетый в чрезвычайную ветхость одежды. Хотя Ю даже одеждой бы это не назвал, но старается об этом не думать, переключиться на важное, отвечая:       — Это я.       — Вы должны остаться здесь, за вами придёт хён, а я должен забрать его, — не слишком вежливо указывает пальцем в сторону Вонхо. Тот лишь пожимает плечами и уходит следом за парнишкой (который и без его согласия разворачивается и отправляется в путь), оставляя хмурого младшего в непонимании и ожидании неизвестно чего.       — Ю Кихён? — уточняет низкий голос, от которого у омеги по всему телу мурашки. Даже поворачивается не сразу, да и когда делает — выходит слегка заторможено по непонятным причинам.       В следующие мгновения сваливается столько мыслей сразу, что Кихён временно отключается от реальности, предаваясь анализу: альфа, немного старше его самого; рост примерно одинаковый; комплекция и выправка — военного; эмоции практически нечитаемы, лицо безразличное; особенность, привлекающая внимание с самого начала и не дающая покоя с их первой встречи, — блондин, причём натуральный, что вызывает недоумение и желание спросить о причинах, чтобы завершить…       — Долго пялиться будешь? — вырывает из мыслей одной пронзительной фразой, глазами злобно сверкая и на пару секунд позволяя проступить недовольству. Хотя уже через мгновения вновь выглядит абсолютно безразличным. — У меня и без того дел много.       После этих слов Кихён цепляет информацию, которую оставил без внимания прежде, — это их вторая встреча. Он уже видел и злые глаза, и белые волосы — вчера, на рынке.       — Какое дело ко мне? — спрашивает воинственно, против воли сопротивляясь чужой грубости, вместо тактичного ведения переговоров.       — На склад проводить сказали, — пожимает плечами, убирая руки в карманы серых свободных штанов, которые — в точности, как у самого Кихёна. Форма одинакового ранга, хотя совсем во всём разные.       — Идём, — кивает, хотя предпочёл бы ещё немного попрепираться, чтобы вывести на эмоции для более детального анализа этого странного военного. Но делать нечего — обходят дом и скрываются с открытой почти местности в тенистости леса, где деревья стоят плотно, лишь узкую тропку меж стволов пропуская.       — С севера? — спрашивает неожиданно незнакомец, как бы между прочим, хотя Кихён интуитивно различает неприязнь и готовность вступить в драку, даже если это пойдёт вразрез с приказом.       — Нет, — отвечает спокойно, следуя чуть позади и оглядываясь — чрезвычайно важно контролировать обстановку и быть на чеку. Ведь его спутник слишком беспечно выглядит и ничуть не заморачивается, будто бы совсем не ощущая возможной опасности. И руку на оружии держит только Ю, в то время как альфа позволяет винтовке свободно висеть на плече. — А вы представиться не хотите?       В ответ на вопрос — лишь глухая тишина, прерываемая тихим пением птиц, которое успокаивает Кихёна, ведь жителям леса лучше знать — грядёт опасность или нет. Хотя бдительность терять не стоит и…       …и он её не то чтобы теряет, но спотыкается и порывисто подаётся вперёд, совершенно случайно утыкаясь меж чужих лопаток лбом, а пальцы сжимая на куртке по бокам. Извиниться бы в этот момент, но неожиданно ощущает приятный запах. Разобрать не успевает ничего нормально, а его уже отпихивают, поворачиваясь лицом к лицу и спрашивая:       — Это что было?       Кихён указывает на небольшую корягу, торчащую из земли, пальцем, поскольку немного дезориентирован и ошеломлён, не способен дать ответ вслух и извиниться за неосторожность, такую недопустимую в их ситуации. Только про себя и удивляется — как умудрился перед самым столкновением оружие оттолкнуть, прокрутить на ремне себе за спину и не упереться стволом в чужое тело.       — Под ноги смотри, — фыркает, возобновляя движение вперёд и неожиданно выдавая фразу, которая для Ю всё проясняет. — Не место омеге на войне.       — Зато самое место выскочкам, которые даже тон разговора не могут выдержать, — ядовито отвечает, внутренне ликуя и понимая — точно разозлит подобным и выведет на ещё большую откровенность.       — Будто бы в бою важны слова, — парирует, ничуть не смущённый подколкой бестолковой. Даже шаг не замедляет, продолжая спор. — Зато как классно, когда у солдат мозги выкручивает из-за течного рядом.       Кихён быстро анализирует — когда были изобретены первые нормальные подавители, но немного теряется в датах и отвечает слегка вяло, поскольку действительно — в настоящем для них сейчас времени — хороших лекарств ещё не существовало, хотя какие-то уже и были:       — Для таких случаев таблетки есть, а омеги тоже могут быть полезны, — сам уже тему продолжать не хочет, понимая дельность чужих доводов, да и собственные мысли вспоминает, которые мучили весь путь сюда. Ему бы продолжать сидеть в аналитическом центре, а не скакать по полям военных действий. Только вот — признать сейчас чужую правоту будет слишком большим поражением.       — Вот, — кивает на небольшое строение и отдаёт связку ключей, звенящих из-за резковатых движений. Даже будто бы и не помнит — о чём только что шла речь. — Сказано дать полный доступ и не смотреть, что именно возьмут.       Кихён замечает нарочитое формулирование без обращения, но лишь усмехнуться на это может, хватая предложенное, открывая замок и сразу после оказываясь внутри тёмного помещения, где витают смешанные запахи пороха, затхлости и металла.       Когда осознаёт отсутствие источников освещения, оборачивается осторожно и видит, что провожатый отошёл и закурил, действительно не собираясь контролировать. Именно поэтому Ю не стесняясь достаёт телефон и светит фонариком, хотя им строго-настрого запрещено пользоваться техникой, принадлежащей слишком далёкому будущему.       — И что я должен тут без объяснений найти? Как по… — не договаривает, поскольку всё-таки действительно понимает — за чем его послали. Даже осознаёт — почему именно он оказался сборщиком. Остальные не видели чертежей и не смогли бы подобрать необходимые запчасти. Вонхо, разумеется, сумел бы, но у него, очевидно, иное задание, которое Ю не под силу выполнить.       Бурчит про то, что загадочность и нелюбовь к конкретному формулированию задач доведёт их всех до могилы, скидывает сумку с плеча на полку и сгребает все детали, прежде пряча телефон в заднем кармане.       — Ага, это тоже… — проговаривает тихо всё, что забирает, дабы потом была возможность проверки на общее наличие. — И вот…       Никак не ожидая того, что прижмут к стенке в прямом смысле и впечатаются со спины, закрывая за собой дверь, тихо вскрикивает от неожиданности, в следующий момент ощущая чуть грубоватые пальцы — на своих губах, а жаркий шёпот — на ухо:       — Не шевелись и молчи.       Кихён почти уверен, что смог бы молчать и не шевелиться, если бы не внезапное яркое желание повернуться и посмотреть альфе в глаза.       Здравый смысл ничуть не помогает, а потому он так и делает — выкручивается, оказывается лицом к лицу… но вместо соприкосновения взглядов — соприкосновение губ.