Призрачный Вор

Просьба Накахары прозвучала весьма неожиданно, и Брэдбери даже не смогла подумать, перед тем, как дать ответ. Его тон был настолько уверенным, что отказаться было равносильно обидеть ребёнка, и мягкосердечность не позволила этого сделать, поэтому она выслушала его просьбу и пообещала сделать всё в лучшем виде. Хотя Чуя всё же немного нервничал из-за чреды неудач и даже сейчас для пущей убедительности решил проверить, всё ли хорошо запомнила девушка. — Итак, сначала, всё очень просто, — методично начал он. — Вот несколько жучков, они очень легко крепятся, особых усилий прилагать не нужно. Они маленькие, но могут быть заметны, если приглядеться. Наш противник явно не обычный прохожий, а отменный стратег, и взор у него явно острый, поэтому лучше всего будет закрепить их в каком-то неприглядном месте, но сделать это нужно так, чтобы выглядело это максимально естественно и непринуждённо. Поняла? — Да, я всё поняла, но есть одно «но». — Какое? — Согласно законодательству улики могут быть не приняты в рассмотрении дела, если они были доставлены незаконным путём. Нам нужно разрешение на установку жучков для прослушивания, иначе это внедрение в частную жизнь человека. — Рэй, это общедоступное кафе, а не его квартира. — В таком случае нужно оповестить хозяина кафе? Просто я боюсь, что если мы-таки что-то найдём, то это может оказаться единственной весомой уликой, доказывающей его виновность, и если её не примут, мы вернёмся на круги своя… — детектив лишь тяжко засопел, явно понимая тот факт, что Брэдбери вообще-то права, но его чутье буквально кричало, что это необходимо сделать. Рэй же почудилось, что Чуя злиться на неё, поэтому тут же поспешила добавить в оправдание своей скептической позиции: — Я хочу продумать всевозможные варианты и выбрать самый оптимальный, поэтому не думайте, что мне не нравится ваш план, и я не хочу его выполнять. — Нет, всё правильно. Ты полностью права, я не подумал об этом. Если суд откажется принимать запись во внимание, у нас нет ничего, что можно было бы подвязать к делу. Совершенно ничего серьёзного и стоящего, — он развёл руками и цокнул языком. — Мне нужно покурить. — Я могу постоять рядом, обсудим… Или предпочтёте побыть одному и подумать? — Давай для начала ты перестанешь со мной говорить, используя всевозможные формальности? Можно просто Чуя. — Х-хорошо, — щеки девушки слегка залились румянцем, ведь она не ожидала такой просьбы. — И если ты действительно хочешь стоять на холоде и дышать табаком, то не мне тебя останавливать. Твоё присутствие никак не повлияет на мои мысли, — он порылся в кармане, выискивая там пачку сигарет и зажигалку. — Я только пальто накину. — Жду у входа, — отрезал он и вышел, громко хлопнув дверью. Накахара нахмурился, погружаясь в густой омут собственных мыслей. Это дельце определённо не из лёгких, и оно беспокоило больше всего, как минимум потому, что преступник постоянно выставляет его и всю полицию, как дураков, а публика охотно съедает каждую его выходку, иногда даже нахваливая. Рэй вышла к нему, тихонько прикрыв за собой дверь, и уперлась об стену, глядя на осенний пейзаж. Задний дворик был ограждён от посторонних высоким сетчатым забором, внутри него залетали листья с других деревьев, и никто не спешил их собирать. Вот так они валялись на земле средь брошенных окурков покрывалом жёлтых, красных и немного зеленоватых красок. Ветки почти полностью остались оголённые, а на фоне свинцово-серого неба это вызывало неприятно чувство хандры. Неловкая тишина между ней и Чуей добавляла неприятного привкуса к общей атмосфере, но девушка не спешила покидать его компанию, сбегая прочь от того, что вызывает дискомфорт. Накахара громко выдохнул, сигаретный дым подхваченный ветром полетел прямо в лицо Брэдбери, и та закашлялась, пытаясь разогнать его ладонью. — Прости, давай поменяемся местами, чтобы на тебя не шёл дым, — в его голосе не было чувства вины, это было сказано просто так, скорее, для галочки и из банальной вежливости, но девушка согласилась. — Так значит… Это дело для тебя первостепенной важности? — чтобы как-то разбавить тишину, поинтересовалась Рэй, рассматривая свои туфли. — Можно и так сказать. Любое дело важное, но в этом уже играет личный принцип. — И поэтому жучки в кафе твой единственный способ? — Да, — Чуя бросил сигарету к остальным старым окуркам на территории и поднял голову вверх, прикрыв глаза. — Эти жучки могут помочь получить ту информацию, при помощи которой мы можем получить другие, более весомые доказательства. — Ты так отчаялся, что готов идти по серой линии закона? — но этот вопрос повис в воздухе, оставаясь без ответа. — Альтернатив ведь нет, так? — Нет. — Тогда… Сделаем это. Может быть повезёт. Твоё чутье и опыт помогли раскрыть множество дел, поэтому можно попробовать. Если мы постоянно будем действовать согласно закону, то никогда не сможем поймать того, кто эти законы нарушает. — Ты уверена? Если наши действия расценят как нарушение, то ты можешь потерять должность. Готова пойти на такой риск, чтобы просто помочь следствию? — Я ведь такой же работник правоохранительных органов, как и ты, поэтому хочу тоже проявить большую активность, нежели сидеть здесь и анализировать принесённые улики. Эти голубые и голые стены скоро сведут меня с ума. — Тогда зачем тянуть? Я подвезу. Идём. Чутьё Накахары обсасывало мысль о том самом кафе, где он проводил допрос Рейлинг. Работник, неизменный бариста, показался уж слишком скользким, и его хотелось проверить в первую очередь. Конечно, веских доказательств и причин, по которым его можно было бы подозревать, на руках у детектива не было, но ведь не всегда они должны быть, порой хватает и простой интуиции, чтобы ухватиться за нужную ниточку. Чуя остановил машину в паре метров от кафе, и Рэй уверенным шагом направилась туда, натянув улыбку. Дверь открылась, зазвенел колокольчик, и прозвучало стандартное приветствие. — Ох, а что у Вас имеется в наличии? — тоненьким голоском поинтересовалась Брэдбери, подойдя к стойке вплотную. Дазай энергично развернулся и размашистым жестом указал на меню, висящее на стене. — Всё имеется. Выбирайте, что нравится. — Глаза разбегаются… Что можете посоветовать? — она захлопала ресничками, мило улыбнувшись. — Такой красавице, как Вы, могу предложить вкусный, ароматный, горячий мокко. Он сладкий, как и Вы, — он фирменно улыбнулся, подмигнув, чем вогнал её в краску. На секунду она забыла, ради чего сюда заявилась. — Ой, ну что Вы меня смущаете… Ой, а что это там? — Рэй тыкнула указательным пальцем куда-то за спину Осаму, куда именно, она сама не видела, ей просто нужно было отвлечь его от себя. Тот охотно развернулся, выискивая взглядом то самое, куда клиентка ткнула, чтобы пояснить. Пользуя моментом, она быстро поместила жучок, приговаривая: — Я просто плохо вижу, а очки спрятала в сумку, чтобы потом не мучиться с ними, если пойдёт дождь. Да-да, вон там. В банках. — Это чай. Хотите чаю? — А, нет, нет. Не хочу, — она махнула рукой. — Давайте остановимся на простом капучино без сахара. — Не любите сладкое? — поинтересовался Дазай, вскинув брови домиком, и принялся параллельно готовить заказанный напиток. — Не очень. — Жаль, Вы выглядите как сладенькая зефирка, — на эти слова девушка лишь неловко улыбнулась, прикидывая, где ещё можно незаметно разместить жучок. — А, где у вас уборная? — Слева за углом, вторая дверь. Рэй кивнула и скрылась шустро, как кошка. Она пару раз воровато обернулась из-за легкой паранойи, а затем тихонько открыла дверь с надписью «STAFF» и аккуратно поместила жучок под полкой шкафа. Вздохнув, чтобы унять бешено колотящееся сердце, девушка направилась уже в саму уборную и громко хлопнула дверью, на всякий случай, чтобы отвести любые подозрение и придать всему эту действу естественности и непринуждённости. Сполоснув руки холодной водой и секунду промедлив, она вернулась обратно к стойке, где её ждал ароматный кофе. — Сколько с меня? — Брэдбери отпила со стакана и уставилась на парня, держа пальцы на собачке молнии кошелька. — Двадцать. — Вот. Сдачи не нужно. Спасибо! — Вам спасибо, — Дазай улыбнулся, вкладывая деньги в кассу. — Хорошего дня! Рэй кивнула, не считая целесообразным кидать уже на выходе «и Вам тоже». Дверь захлопнулась за ней с противным громким звуком, и она слегка вжала голову в плечи, виновато обернувшись. Этот жест был скорее рефлекторным, потому что уже через секунду девушка направилась к месту, где её высадил Чуя. Однако стоило ей пройти туда, машины она не заметила. Потерянно осмотревшись и даже покружив на одном месте, Брэдбери развела руками, уже мысленно смиряясь с мыслью, что Накахару вызвали на какое-то важное дело, и он уехал, оставив её здесь. Прикидывая, как она уже будет добираться обратно, Рэй не ожидала услышать внезапный, короткий гудок, отчего подпрыгнула на месте, едва не разливая кофе. Затем фары промигали прямо перед ней, и сразу стало ясно, что Чуя просто переставил машину так, чтобы её нельзя было вот так сразу увидеть. — Ну, как всё прошло? — с некой надеждой задал вопрос Чуя, сбивая пепел сигареты. — Поставила. Две штуки, — довольно ответила девушка, а затем вспомнила, что у неё в руках кофе и тут стало резко не по себе, и она несколько сконфуженно глянула на картонный стаканчик, а через секунду перевела взгляд на Накахару. — Ой, прости, наверное, нужно было взять и тебе… — Не переживай, я не очень сейчас хочу кофе, — он отмахнулся, затем кинул окурок себе под ноги и притоптал его. — Следующим делом будет расследование неуловимого бросальщика окурков во всевозможных местах, — невзначай отчеканила Рэй, нахмурив брови. Чуя недоумевающе уставился на неё, не сразу осознав, что это была лёгкая издёвка. Вся голова была забита только поимкой Призрачного Вора. — Да, я стану порядочным человеком, как только упеку за решётку этого гнусного типа. Садись в машину, нам надо теперь просто слушать. Как бы ни был хорош план Чуи, но тот с каждым часом трещал по швам. Они с Рэй и Акутагавой заказали прямо в участок лапшу и суши, вооружились наушниками и слушали каждый разговор, который звучал в стенах кафе. Но всё было таким простым, обыденным и рабочим, что напоминало неинтересный, нудный, житейский сериал, который не годен даже на то, чтобы включать его на фон. — Чёрт, вообще ничего полезного, — недовольно цокнул Накахара, несколько злобно откинув пустую картонную коробочку в сторону. — Может, нужно подождать? Вы сами говорили, что в таких делах спешка может только навредить, — спокойно поинтересовался Акутагава. Пусть он и был простым стажёром, но старался учиться быстро и подавать большие надежды. Одна из причин, почему Чуя взял его к себе, так это потому, что он увидел в мальце себя, хоть и не знал всей его подноготной. — Обычно такое и правда не делается одним днём. Многие часы напролёт люди сидят и слушают в надежде, что прозвучит что-то важное, — добавила Рэй, складывая палочки вместе. — Это может даже занять месяцы. — У нас нет столько времени! — удар кулаком сотряс стол. — Вы не понимаете! Доверие к нам подорвано. Чтобы уладить сложившуюся острую ситуацию это дело передадут выше, другому детективу, а тех, кто работал над этим, могут даже сократить, чтобы население было довольно. Якобы ссылаясь на то, что мы не справились. Чуе не хотелось признавать тот факт, что он не справился. Что противник оказался умнее, шустрее и хитрее. Эта работа для него буквально всё, от начала и до конца. Он ею живёт, он ею дышит и в целом больше ни на что не отвлекается. Да у него даже семьи нет, и не намечается из-за того, что он настолько ярый и неисправимый трудоголик. Поэтому запах неминуемо надвигающегося провала выводил его из себя, заставляя кусать локти и грызть ногти. — Уже поздно, — подметила Рэй, чтобы как-то сгладить обстановку. — Да, вы идите, а я ещё немного посижу. Вдруг, он облажается. — Уже скоро закрытие кафе, нет смысла оставаться на ночь. Он может даже ничего так и не сказать, а может даже вообще быть невиновным, и эти домыслы ни к чему не приведут… — А я не говорил, что останусь на ночь. — Я просто подумала, что именно это ты и собрался делать… Тебе нужно отдохнуть, а то ты только об этом и думаешь. Лучше свежим взглядом посмотреть на сложившуюся картину. — На какую картину?! Я отдыхаю всё это время, пока он грабит. Пока он спокойно гуляет по городу и заходит в ювелирные магазины, вскрывает чужие сейфы, я отдыхаю! Я отдыхаю всякий раз, когда не могу поймать его. Я не делаю ровным счётом ничего для того, чтобы бросить его за решётку! Я не могу спокойно прийти домой и лечь спать просто потому, что я знаю, что уже на следующее утро он устроит очередную провокацию, и я снова буду чувствовать себя бесполезным. Каждый раз, когда я ищу нужный след, я словно не работаю. Не ра-бо-та-ю, понимаешь? Поэтому сейчас, когда есть маломальская зацепка, я хотел бы просидеть над ней до конца. — А девушка? — внезапно задаёт вопрос Акутагава, заставляя всех недоумевающе глянуть на него. — Ты про мисс Рейлинг? — Да. Этот бариста приехал лично её забирать из полицейского участка, да и тогда инцидент с допросом. Тоже не без него обошлось. Если он так печётся о ней, может, если мы прицепим жучок на неё, то в спокойной и безопасной обстановке он может что-то рассказать. Тем более, что сейчас выгодные условия — осень. Люди ходят в одной и той же верхней одежде, а особенно студенты. — Отличная идея, Рюноскэ! Рэй может подбросить жучок, и так мы сможем слушать их всякий раз, когда они вместе. Возможно, эта девушка частый гость его дома. — Я не могу подбросить жучок девушке просто так! Как вы себе это представляете? Я судмедэксперт, а не шпион или детектив, или специальный агент! — запротестовала Брэдбери. — Я могу. Она не удивится, если увидит меня, потому что я такой же студент, как и она. Столкнусь с ней где-нибудь и быстро помещу жучок где-то под воротником, — Акутагава говорил это с таким выражением лица, будто бы его совсем никак не волновали последствия этого не совсем законного поступка. — Ты уверен? — Абсолютно. Доверьтесь мне. — Хорошо. Тогда сделай это завтра. А пока езжай домой и отдохни. Я совсем забыл, что помимо помощи мне ты ещё и умудряешься параллельно учиться в университете. — Да, спасибо. До свидания, наставник! — с этими словами Рюноскэ покинул их компанию. Брэдбери как-то тяжко вздохнула, глядя на бардак, который они развели, пока ели и прослушивали жучки. — Надо бы это убрать. Не оставлять же всё вот так. — Да, ты права. Я помогу, — Чуя встал из-за стола и принялся собирать пустые коробки, закидывая их в раскрытый пакет. Рэй же решила протереть стол влажными салфетками, дабы окончательно стереть любые признаки того, что они развернули целый обеденный стол в неположенном месте. Они вдвоём справились достаточно быстро, закрыли кабинет на ключ и оставили его вахтёру. Пакеты с мусором Чуя вручил уборщице, которую встретил по дороге. Он сделал это без задней мысли, но заставил этим жестом свою спутницу чувствовать себя несколько неловко и даже пристыженно. — Мы могли выбросить пакеты с мусором в мусорный бак за участком, — уже на улице отчеканила девушка. — А? Ну, какая разница, техничка всё равно отнесёт их, куда положено, — он пожал плечами, вновь доставая сигарету. Пусть вечером заметно похолодало, изменять своим вредным привычкам никто не собирался. — В этот раз окурок кинешь себе под ноги или в вон ту гору листьев? — Накахара как-то обиженно глянул на девушку, затем вздохнул и положил сигарету обратно в пачку. — Вот же дотошная. Тебя подвезти? — О, не откажусь. Так холодно: не хочется ждать на остановке автобус, — Брэдбери сильнее укуталась в шарф, прикрывая им рот. — Тогда пошли, нечего тебе мёрзнуть. Чуя всегда предпочитал проявлять свою заботу в делах, потому что в словах он был полным профаном. Как-то с детства никто не научил его слащавым нежностям, сладко-медовым речам, поэтому особых познаний в этой области у него не было, да и надобности в том, чтобы их получить, тоже не было. Ведь единственная страсть — это работа. А сейчас, когда вроде бы и вырисовался новый путь для поимки, стало как-то спокойнее, легче на душе, и голова стала пропускать любые другие мысли помимо тех, что были связаны с делом. Довезя коллегу прямо под сам дом, Накахара долго собирался с силами, чтобы задать вопрос не по работе. — Слушай, а ты не хочешь как-нибудь кофе попить? — и стоило ему это произнести, как он мысленно чертыхнулся. Теперь слова «кофе», «кафе» и «кофейня» у него ассоциировались с мерзким и противным преступником. Но эта такая банальная, стандартная фраза любого свидания из сериалов, что он выпалил её чисто на автомате. — Будем за кем-то следить? — непонимающе осведомилась девушка, склонив голову набок. Чуя вздохнул, понимая, что сейчас лучше будет отступить. — Нет. Ладно, забудь. Спасибо за помощь сегодня. — А… Да не за что. Всегда рада помочь… А за кофе ты имел ввиду встречу? Свидание? — как-то неловко уточнила она, но атмосфера между ними и без того была такая. Лёгкий, едва заметный румянец проявился на щеках Накахары, но это можно было скинуть на работающую печку в автомобиле. — Ну, встреча, да. Не рабочая, — осмелиться назвать это самым настоящим «свиданием» у него язык не поворачивался. — Хорошо… Только давай на чай, чтобы не преследовали неприятные ассоциации, — она улыбнулась и легкого волнения перебирала пальцами ручку сумочки. — Чай тогда. Хорошо, тогда чай. — Как насчёт в эти выходные? — Вообще-то я думал пригласить тебя после окончания дела… — Ох… — между ними повисла неловкая тишина, казалось, они оба искали нужные слова, чтобы сгладить возникшее недопонимание. — Но если… — в унисон начали они, после чего раздался лёгкий смешок. — Хорошо, ты первая. — Я хотела сказать, что если это тебе так важно, то я не против. Будет, что отметить, — Рэй прыснула в кулак. — Если отмечать закрытие дела, то хорошим вином, — на лице Чуи заиграла лёгкая улыбка. — О, так это уже приглашение на хорошее вино? Как быстро мы перешли от невинного чая к алкоголю. — А ты не против? — Я… Да, а чего мне быть против, если алкоголь хороший. Почему нет?.. — Я возьму хороший, — внезапно его голос стал серьёзным. — Что ж, тогда буду ждать как можно скорее момента поимки чёртового Призрачного Вора, — улыбнулась девушка, открывая двери машины. — Спасибо, что подвёз. Хорошего вечера! До завтра! — До завтра! Спокойной ночи. На следующий день, как и было оговорено, Акутагава поджидал Рейлинг у входа в университет, чтобы провернуть задуманное. Специально придя пораньше, чтобы ни в коем случае не пропустить её средь десятка других студентов, он затаился в уголочке, безразлично провожая взглядом каждого проходящего. Он в целом уже был наготове, нужно лишь столкнуться, а дальше ловкость рук — простое дело практики. Глянув на часы, парень подумал, что эта горе-студентка опять решит провести целый день в кафе, прогуливая уроки, но стоило ему снова перевести взгляд на главный вход, как заметил спешно идущую шатенку. Рюноскэ рассчитал время и уверенным шагом вырулил прямо на перехват девушки. Шаг, второй и третий, затем глухой удар, и оба упали на землю. Он уронил небольшой дипломат, который всегда таскал за собой, а из её рук вылетела папка, раскрылась, и ветер подхватил парочку листов, озорно унося их подальше от владелицы. — Ох, чёрт, нужно смотреть куда иду. Ах, опять утро не задалось, что ж такое, — чертыхалась Анна, потирая ушибленное место и спешно вставая на ноги. — Прошу прощения, это мой промах. Я не заметил вас, — отозвался Акутагава, его рука слезла с её плеча, всё что ему нужно было сделать, он уже успел сделать, теперь оставалось только сгладить неприятный инцидент и доложить наставнику. — Всё в порядке. Ох, ловите-ловите. Улетят! — воскликнула Рейлинг, тыкнув пальцем на ускользающие листы. Рюноскэ в момент поднялся и спас какие-то непонятные, но очевидно важные для студентки документы. А затем подал руку, помогая вставать. — Спасибо. Извините, спешу очень сильно, — она, казалось, настолько спешила куда-то, что совсем не обратила внимания на то, что столкнулась с помощником того самого, весьма неприятного детектива, от которого у неё мурашки по коже. Её и след простыл, как только она встала на ноги. Впрочем, куда и зачем она направлялась, уже не волновало Акутагаву от слова совсем. Его миссия выполнена. Достав телефон и открыв чат с наставником, он отписал всего лишь одно слово: «Сделано». — Отлично, можно приступать, — довольно отчеканил Чуя, получив сообщение от своего подчинённого. Он надел наушники с каким-то неподдельным энтузиазмом и принялся сосредоточенно вслушиваться. Предчувствие подсказывало ему, что эта ниточка, за которую они ухватились и есть та самая правильная. Вскоре преступник сам во всём признается… Первые несколько часов, пока Рейлинг пребывала в стенах университета, ничего такого, что могло бы помочь делу, они не услышали. Это немного огорчало, но никто не терял изначального настроя, ведь все ждали самого интересного — когда девушка останется наедине с баристой. Почему-то никто не сомневался в том, что она обязательно заявится в кафе. Она чуть ли не ежедневно туда залетала. — Кажется, пришла, — отчеканила Брэдбери, вслушиваясь в звук, передаваемый через наушники. По ту сторону послышалось приветствие, и донесся уже знакомый голос Дазая. — Да, они вместе. Накахара тут же засуетился, хватая наушники и падая на стул, чтобы вслушаться в диалог. Но кроме обычных обыденных тем те двое ничего не обсуждали. — Сегодня столкнулась с тем помощником детектива, сбил меня с ног, что я чуть не растеряла все листы отчёта, — жаловалась Рейлинг. — Честно говоря, я уже не могу адекватно на него смотреть. Я, конечно, была слишком занята тем, чтобы не опоздать, но всё равно теперь как-то не по себе. Они же посчитали меня причастной к делу. Теперь всякий раз, когда вижу либо детектива, либо его помощника, то кажется, будто они опять меня возьмут в участок, — она дёрнулась от неприятных ощущений после представления весьма неприятной картины с её очередным задержанием. — Да не должны уже они к тебе цепляться. Если ты пойдёшь и расскажешь прессе о том, что полиция от тебя никак не отстанет вместо того, чтобы искать виноватого, это сильно подорвёт их репутацию. Возможно, даже тебе принесут публичные и официальные извинения. — Вот гад, он советует ей пойти к чёртовым журналюгам! — недовольно шикнул Чуя, крепче сжав кулак. — Ну, пока они меня не трогают, так что я хочу забыть всё это как страшный сон. Не хочу ввязываться в это болото. — Да, это вполне нормальная позиция, тем более, что тебе и без того есть, чем заняться. — Хотя меня иногда и посещают мысли о том, чтобы предложить следствию свою помощь, дабы полностью отмахнуть их подозрения от меня. — Думаешь, это поможет? — Осаму слегка напрягся. — Не знаю, конечно, чем я могу помочь, но так меня точно вычеркнут из подельников. — Может, лучше забыть про всё это и заняться чем-то другим? Кое-кто собирался помочь мне заново взглянуть на этот мир, — Дазай глянул на неё с некой хитринкой в глазах, намекая на тот вечер, когда между ними произошел слишком интимный и особенный разговор. Щеки девушки вспыхнули красным, и она по-детски наивно захлопала ресничками. — Да, но я ещё ничего не придумала… — Решила заморить меня ожиданием? Хитрый ход, кто бы мог подумать, что за этой наивностью будет таиться страшная и жестокая натура? — озорно подстегнул её тот, из-за чего Рейлинг слегка обиженно надула губки. — Как ты мог такое подумать про меня?! — А неплохая идея была бы. Я бы смиренно бродячей собакой ждал милости от прекрасной леди, что пообещала меня приютить, — он наигранно изобразил обеспокоенность своей судьбой, разыгрывая самую настоящую трагедию. — Актёр без Оскара. — Я обещаю быть хорошей и послушной собакой, — он положил голову на стол и посмотрел щенячьим взглядом. Анна улыбнулась, взъерошив его мягкие волосы, а затем ободряюще погладила по щеке. — У меня нет фетиша на «хозяйку» и «верного питомца». — Не хочешь снова прийти ко мне? — Да, очень хочет. Соглашайся, — радостно воскликнул Чуя, заслышав это предложение через наушник. Он даже пальцы скрестил в надежде, что Рейлинг даст положительный ответ. — Я к тебе зачастила, ты так не думаешь? Как будто я уже твоя девушка, — она неловко засмеялась, чтобы как-то сгладить непонятную атмосферу между ними. Дазай выровнялся и серьёзно глянул на неё. — А что, не моя? — внезапно выдал он, заставая девушку врасплох. Щеки покраснели, напоминая спелый помидор, глаза округлились, а губы приоткрылись в немом удивлении. Ещё несколько секунд недоумения перед тем, как неловкая тишина была разорвана. — Я… Что? Погоди… Я правильно поняла? Мы… Я… Ты… — мысли смешались в сумбурную кашу всего простым вопросом, теперь связать слова между собой и выдать что-то понятное будто бы не представлялось возможным. И эта потерянность позабавила Осаму. — Извини, просто мне так нравится видеть твоё смущение. Наверное, нужно было бы выбрать более романтичную обстановку. Но я подумал, раз нам так хорошо вместе, то зачем делать из этого что-то грандиозное? Или тебя волнует официальный вопрос? — его смелость в таких вопросах просто поражала. С такой лёгкостью говорить про отношения, почему-то это вызывало восхищение. Рейлинг так точно не могла. — Хорошо. Анна, не хочешь стать моей девушкой? — Я будто на свадьбе сижу… — прокомментировала Рэй, слушая весь этот разговор. — Как-то даже неловко слушать их в такой момент… — Это для дела, — вздохнул Накахара, мысленно соглашаясь с Брэдбери. Как-то было неловко быть незаметным наблюдателем в сложившейся обстановке, как будто они нарушают интимную атмосферу этих двоих, на которую заслуживает каждый. — Я… Да… — с придыханием ответила Рейлинг, как-то глупо, по-детски наивно улыбаясь. — Странная ситуация… — Сумбурная, — добродушно добавил Дазай. — Только… В свете последних событий… Давай договоримся, что не будет никаких секретов, и мы будем всё обсуждать? Тайны не приведут нас ни к чему хорошему… Я бы хотела точно знать, что могу тебе доверять, и знать, что ты доверяешь мне. Если тебе станет плохо, не прячь всё за улыбкой… Хорошо?.. — Правильно девочка, выводи его на чистую воду, — довольно проговорил Чуя. — Хорошо, что они нас не слышат, — добавила Рэй. — Никаких тайн, да? — взгляд Осаму стал несколько печальным, как будто он ещё не был готов вывернуть свою душу наизнанку и показать каждый тёмный уголок ей. Но он быстро вернул контроль над своим выражением лица и снисходительно улыбнулся, взяв руки Анны в свои. — Договорились. Никаких тайн между нами. — Так, значит, хочешь, чтобы я к тебе приехала? — С тобой спится лучше, — хитро добавил он, радуясь, как смущается девушка от таких фраз. — Осенние ночи такие холодные для одинокого сердца, — он обхватил себя двумя руками, обнимая. — Так хочется почувствовать тепло другого человека. — Тебе купить плед?.. — Почему этот бред несёт он, а стыдно мне? — добавил Накахара, слегка скривившись. — Он не сможет обнимать меня так, как это делаешь ты. — Да когда же вы уже поедете к нему, чёрт возьми?! — рявкнул Чуя, устав слушать все эти слащавые разговорчики. Рэй на это лишь посмеялась. — Будет неловко, если у них всё зайдёт намного дальше, чем простые разговоры двух влюблённых. Я не стану тогда это слушать… — Ты про… — Накахара запнулся, а затем покраснел, отвернувшись: до него дошло, что конкретно имела ввиду его коллега. — Нет ну… Это вторжение в личное пространство… Но для дела… — Нет, Чуя! Нельзя всё аргументировать фразой «для дела». Мы даже не знаем, правда ли он преступник. Сейчас он выглядит как самый простой парень… И мы не имеем права заходить настолько далеко. Я не позволю, — Брэдбери скрестила руки на груди, а затем ахнула, хлопнув себя ладонью по лбу. — А почему мы такие глупые и зашли настолько далеко?.. — Ты о чём? — детектив вопросительно изогнул бровь. — Можно же было просто взять волос этого баристы и сравнить его с волосом, который мы получили с места преступления… — Мы идиоты… — отчаянно протянул Чуя. — Всё потому что из-за этого урода уже голова не варит нормально! Ладно… Сделаем это, если сегодня не услышим какого-то признания. То, чего так ждал детектив, произошло спустя пару часов. Как раз после закрытия кафе. Уже после гениальной и разумной идеи Брэдбери он не особо вникал в то, что доносится из наушников, но для галочки они все сидели рядом, записывая каждое слово и просто уже обсуждая самые обыденные темы, чтобы убить время. Анна и Осаму, не подозревая, что их слушала маленькая команда из троих человек, отчаянно желающая поймать преступника, обсуждали абсолютно всё за чашкой горячего чая в уютной квартирке, наивно полагая, что они в полной безопасности и все секреты будут хранить лишь два любящих сердца и безмолвные стены. За шутками, простыми житейскими историями и обсуждениями интересов время протекло в более трогательные разговоры. — Я тут кое-что хочу сделать, — Анна удивлённо уставилась на него, уже не смущаясь трепетных и нежных касаний его пальцев. — Говорят, больно смотреть на губы, которые не можешь поцеловать… Но теперь я могу, верно? Рейлинг не успела даже пикнуть, когда Осаму наклонился к ней, срывая нежный, чувственный и сладкий поцелуй. Его руки по-хозяйски гуляли по её телу, вызывая табун приятных мурашек. Его умелый и юркий язык сплёлся с её в причудливом танце. В полной тишине было слышно лишь лёгкие причмокивания. Он прикусывал зубами её нижнюю губу, затем зализывал, и снова углублял поцелуй, сполна наслаждаясь её робкой отзывчивостью на каждое его действие. Анна была подобна утончённой скрипке. Она отзывалась на каждое прикосновение, на малейшую дрожь смычка… И это пьянило, уносило сознание куда-то на затворки, позволяя зайти дальше простых поцелуев… Уже лёжа в кровати под одним большим и тёплым одеялом, Рейлинг устроилась в полудрёме у него на плече, довольно обнимая, а он ласково и лениво поглаживал её оголённое плечо. И они просто говорили, так, будто они вместе не один год. — С тобой даже не хочется испытывать судьбу, — заговорщически прошептал Осаму. — О чём ты? — Да так. Просто я подумываю над тем, чтобы залечь на дно. Не хочешь переехать куда-нибудь? Куда бы ты хотела поехать? — Переехать? Поехать? Откуда ж у нас деньги найдутся на это? Ты на простой подработке, я на стипендии… Всё, чем мы можем довольствоваться — это границы нашего городка… — А что если я тебе скажу, что у меня есть деньги? — Ты собираешься потратить свои сбережения на путешествие? Думаю, мы не молодожёны, и у нас ещё будет время. — Зачем так ждать, если мы живём здесь и сейчас? — М-м-м… Ну, сколько у тебя есть? — Столько, что я могу даже купить небольшую виллу где-то в Испании или Мексике. Там мы с тобой погрузимся в этот замечательный и неповторимый колорит, ты будешь вечерами танцевать под гитару, а ночью я буду наслаждаться твоими сладкими стонами, чтобы потом провалиться в сон до самого утра, пока жаркое солнце не будет щекотать глаза, заставляя их открыть. — Откуда у тебя столько денег? Звучит, как несбыточная мечта… — Ну, раз уж мы договорились, что между нами никаких тайн… Я и есть тот самый Призрачный Вор.