Путь со дна

— А если девочка ещё не знает? — мутно пробирались слова в сознание, — Она так больна... Нельзя говорить об этом сейчас. — Но! — тут же попытались возразить, однако я больше не могла сдержать подступающий кашель, привлекая внимание. Глаза почти не разлипались. И пусть больно не было, тело явно находилось на грани. Попытавшись привстать на локтях, я почувствовала тёплую руку на спине. — Тише, всё хорошо, не вставай, — мягко потребовал мужской голос, отчего меня невольно передëрнуло, — Я Генри Фишер, отец Салли. — Меня зовут... Сиерра. — Милая, только не перенапрягайся и ни о чëм не думай! Мы о тебе позаботимся, совсем скоро тебе полегчает, — залепетала Лиза, вызывая прилив неожиданного раздражения. Это одновременно застало врасплох и чертовски разозлило. Демон внутри начал шептать о неблагодарности, незаслуженности, жертве... И будто назло перед глазами всплыла миссис Олин. — Простите, — в итоге не выдержала натиска собственных эмоций, пряча лицо за руками. В комнате повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь моими собственными тяжёлыми вдохами. — Тебе надо отдохнуть, — первым заговорил Генри, — Вот таблетки с водой, выпей их прежде, чем снова решишь поспать. — Хорошо, — легко согласилась, потянувшись к стакану. — Нам нужно будет отойти, но если тебе что-то понадобится, то совсем скоро придут мальчики. Казалось, будто мама Ларри едва сдерживает слезы. А Генри тяжёлый вздох. Пусть их лица всё ещё было непросто рассмотреть из-за опухших глаз, но атмосфера читалась и без детального рассмотрения. Чтобы попытаться что-то с этим сделать, не находилось никаких сил и желания. Я просто дежурно улыбнулась, давая понять, что всё поняла. И это прекратилось. Дверь захлопнулась, оставляя меня в одиночестве. — Если бы я не проснулась здесь, то тогда не проснулась бы вовсе, — прошептала вслух, успокаивая расшатанную душу. Может это и не правда, но так или иначе — произошло настоящее чудо. Словно удача не приходила до этого специально. Специально, чтобы в конце я проснулась в теплом доме, окружённая заботой взрослых, и могла какое-то время просто восстанавливаться. Без страха, без боли, без отчаяния. Никакой борьбы, только я и... Возможность сходить в туалет и умыться горячей водой. Внезапное озарение вызвало ещё больше положительных эмоций. На этом вдохновении я даже смогла подняться, пусть и очень медленно. И так же медленно, по стене, почти вслепую найти нужную комнату. — Мяу, — послышалось из-за незакрытой двери. Рыжий кот прибежал возможно на звуки воды, а возможно из-за того, что я нечаянно обронила какую-то баночку. Потупившись под внимательным кошачьим взглядом, я присела на пол, чтобы исправить это недоразумение. Снотворное, комбинированное — гласила матовая этикетка, а рыжик всё ещё продолжал наблюдать. — Не думаю, что у меня есть проблемы со сном, малыш, — отчего-то решила оправдаться, перед тем как поставить таблетки на место, — Я нечаянно, понимаешь? После явно понятливого "мяу" больше ничего не оставалось делать, кроме как погладить милую мордашку. Всё таки животные тоже чувствуют, да ещё как. Пусть и такая доверчивость к незнакомому человеку и заставила меня задуматься. А потом и заметить кое-что забавное. На мне была чужая футболка и штаны. Явно принадлежащие кому-то из ребят. — Я надеюсь, меня переодела Лиза, — сглотнула, с мольбой заглядывая коту в глаза. А он просто хитро отвернулся и ушёл, вильнув хвостом на последок. — Никакого понимания, а я так-то уже... Стоп, а сколько мне лет? Может пятнадцать... Хмыкнув, покачала головой. Хотелось посетовать на ситуацию, а не получилось. Грустно. Да ещё и вдобавок к этому неприятно запершило в горле, словно заговорило — какой толк вспоминать о возрасте, если ты довела себя до состояния еле живой старушки? Пусть эта фраза, возникшая в голове, и шутка, но в ней была доля правды. После того, как я умылась, в отражении увидела совершенно другого человека. Глаза окружили морщинки, губы иссохли, а волосы напоминали не до конца сожжённое сено. Даже седину нашла, хоть и всего пару волосков. Только температура частично спасала, даря милый девичий румянец. — Мяу, — вновь пришёл кот, закружившись вокруг ног. — Ты чего? — безуспешно поинтересовалась, переводя взгляд обратно на зеркало. — Мяу. — Так и я скоро начну мяукать, друг. — отстранилась, решив наконец вернуться в постель, — Лучше проводи меня, но иди подальше, вдруг ещё упаду на тебя. Падение имело место быть, потому что ноги были чересчур тяжёлыми, почти свинцовыми. Небольшая прогулка конечно дала почувствовать себя лучше, да не на много. Шаг за шагом желание телепортироваться усиливалось. — Мяу, — вновь отозвался кот, когда половина дороги была преодолена. Я опустила на него взгляд. Тот почему-то прекратил идти, присев в двух шагах от меня и навострил уши. Такое поведение животных могло значить что угодно, в том числе присутствие потустороннего. Поэтому я последовала его примеру, опустившись. Так сконцентрироваться на ощущениях было намного легче. — Зря только испугал, — после того, как не нашла ничего подозрительного, обиженно ткнула в него пальцем. А он и не думал отвлекаться от собственной медитации, проигнорировав даже повторный тык. Посидел так ещё минуты две, облизнулся и побежал в сторону входной двери. — Погоди. Так ты ребят выслушивал? — досадливо хлопнула себя по лбу, когда послышалась мальчишеская возня в коридоре. — Вот подстава, я же не успею теперь встать. — Мяу. Дверь действительно открылась слишком быстро, впуская Салли и Ларри на порог. Они сразу начали искать меня взглядом, поэтому моё странное положение было обнаружено за секунды. — Почему ты на полу? — встрепенулся Джонсон, подбегая ближе. Не дожидаясь ответа, он подхватил меня под подмышки и практически донёс до дивана. — Не хватило сил дойти, да? — почему-то виновато спросил уже Салли, встав за спиной друга. — Да, — не стала ничего додумывать, ограничившись односложным ответом. — М, ну, ты как вообще? — замялся Ларри, не желая пускать в разговор тревожные минуты молчания. — Нормально. Ответ выскочил бездумно, на автомате. Конечно, я могла бы что-то добавить или спросить уже их. Но по неизвестной причине слова просто не шли. — Ты проспала сутки, и... Многое произошло, и...  Это наша вина... — невпопад затараторили ребята, беря на себя не хватающую инициативу. В конце концов они поняли, что я не понимаю их сумбурный монолог и немного успокоились. — Сиерра! — не обратился, а выпалил брюнет, сжимая руки в кулак, — Я не смогу не сказать этого сразу. Твоя мама, в общем. Пиздец, я не могу. Прости. Твоя мама... — Я знаю, — оборвала я, притягивая его ближе. Парень, совсем не ожидая, сразу же потерял равновесие и приземлился на диван почти вплотную ко мне. Резкое действие отрезвило его, заставив замолчать и всё обдумать. — Если не боишься заразиться, — похлопала я по дивану, приглашая присесть и Салли. — Ты слишком спокойная для всего, что случилось, — нехотя проговорил Фишер, сгорбившись под моим взглядом, — Я не обвиняю тебя. Просто... Если ты пытаешься быть сильной перед нами, то не стоит. — Я не пытаюсь, — парировала, продолжая похлопывать по простыне, — Думаю, нам надо поговорить по душам. — Ты уверена, чувиха? — попытался смягчить обстановку Ларри смешком, но на нервах голос немного задрожал. И после этого он тут же отвернулся. Сердце кольнуло. Находиться в подобной обстановке было одновременно приятно и тяжело. Тяжело видеть боль и сметение в глазах тех, кто так сильно о тебе беспокоится. Или скорее жалеет. Но жалости мне не хотелось. Или из-за болезненного состояния или из-за стадии отрицания — я просто не нуждалась в этом. Принятие ещё не произошло, а многие воспоминания прошлых дней и вовсе исчезли из памяти. Но сам факт, что вместо злобы и непонимания я вызываю жалость, радовал. Лицо злодейки, побитой жизнью, начало приобретать новые черты и детали. Что-то, что помогает посмотреть глубже прошлых обид и сухих фактов. Если всё так, как я думаю... То они поверили в возможность моего искупления. А значит — я уже оторвалась от дна. — Если честно, я пока не осознала всего, что произошло, — разговор с собой позволил найти правильные слова и начать говорить, — Поэтому не знаю, уверена ли. Просто хочу поговорить. С вами. Подтянув колени к груди, сжалась, словно пытаясь вновь собраться с мыслями. И пока я собирала волю в кулак, рядом сел Салли. — Тогда, на озере, — вкрадчиво начал Джонсон, — Почему ты была одна? И видела ли ты это тоже? — Одна... — минута задержки была очень нужна, учитывая, что пока я не могла рассказать про культ правду, — Когда я вернулась с апартаментов, сильно заболела. Мне было очень плохо, невероятно плохо. Кажется я блевала несколько дней подряд. Парни переглянулись. — А потом пришёл один нежданный гость, — продолжала, решив изменить детали, специально перепутав прошлое с настоящим, — Мистер Керри. Мужчина, который явно питает ко мне что-то нехорошее. Не знаю, что именно могла ему сделать, но оставаться с ним наедине, черт. Знаете, это самоубийство. — Мистер Керри... — шёпотом промямлил Фишер А Ларри резко напрягся. — Он угрожал тебе когда-то? Или может, преследовал? — с плохо скрываемой яростью всё же спросил, успев опередить продолжение моего рассказа. — Два раза в точку, — губы искривились в ухмылке, — Однажды я даже разбила окно в своей комнате, пытаясь убежать. — Однажды? То есть всё это время ты спала там с разбитым окном? — вскинул брови Ларри, от удивления почти прокричав. Но мой прищур тут же остановил всплеск эмоций. — Откуда ты знаешь, что я всё ещё ничего с ним толком не сделала? — Видимо, пришло время объясниться и нам, — включился в разговор Салли, спрятав руки, которые никак не находили себе места, в карманы, — Позавчера мы пришли в твой дом. Тебя не было в школе очень долгое время, а Нокфелл снова запестрил объявлениями об исчезновении людей. — Мы волновались. Не хотели ничего плохого, поверь, — прикусил губу металист. А я рассмеялась. Их слова не просто подтвердили мои мысли. Даже больше — оказалось, что я начала реабилитироваться в их глазах ещё раньше. — Эй, почему ты смеешься? — покраснел то ли от стыда, то ли от чего-то иного Джонсон. — И вы видели эту помойку? Ха-ха-ха, — не могла остановиться, смахивая с ресниц подступившие от смеха слезы, — Ну вы даёте! Собственными руками добавили себе новую локацию в ночных кошмарах. Другой искатель приключений на задницу, всё это время неподвижно наблюдавший, вдруг встрепенулся и с тихим — "я скоро", удалился куда-то вглубь квартиры. — Ой, я же не обидела его случайно? — повернулась на Ларри, прикусывая раскрасневшиеся губы, — Я не над вами, просто... Мне стыдно. Очень. И от этого смешно. Ведь теперь вы знаете, что ведя себя так ужасно, я сама жила буквально в бомжатне. — Ну... — стушевался парень, не находя что ответить, — Я вообще о таком не думал. — Твой дом вовсе не "бомжатня", — вернулся Сал, держа в руках небольшой мешочек, — Если бы не мусор и разбитое окно, это было бы самое обычное жилое здание. Лжёт. Я поняла это сразу, даже без поддержки ввиде Ларри, не умеющего скрывать эмоции так явно. Но решила не подавать виду, просто улыбнувшись. — Я принёс лекарство, вот, выпей. Кивнув, взяла таблетку в руки и протянула руку в сторону, где лежал стакан. Мучаться долго не пришлось, потому что его тут же переместили прямо в мои руки. — Если вернуться к твоему рассказу. Получается, ты убежала из дома? — Да. Через подвал, прямо к озеру, — лгала, смотря на Фишера из-под опущенных ресниц, — А там встретила испуганных вас. Я помню второй вопрос, не смотрите на меня так. Нет, я ничего не видела. Только из-за того, что вы так шокированно смотрели в мою сторону — я сильно испугалась, подумав что сзади меня кто-то есть. Этот ответ конечно же расстроил ребят, но в то же время подтолкнул к одной несостыковке, о которой я не подумала заранее. — Подожди, ты сказала, что из дома прибежала прямо на озеро, верно? — сжал кулаки Салли, — Но мы не один раз были на озере. Более того, изначально мы тоже вышли к Вендиго именно через подвал. — И когда в таком случае ты успела узнать о гибели миссис Олин? — растерянно добавил Ларри, почти задрожав от вероятности того, что я нагло вру. Однако переставать врать и тушеваться я не собиралась. Ведь знала намного больше, чем они. — Ну да, всё верно, — одной фразой заставила ребят неверяще уставиться на себя, — Это я не понимаю как вы успели выйти к озеру первее меня, учитывая, что оказались в подвале намного позже. Переглянувшись, они лишь пожали плечами, всё ещё ожидая услышать объяснение от меня. — Я никогда раньше не пользовалась подвалом. Полной карты всех этих переходов у меня попросту нет, а их там точно не мало. По ощущениям, до того, как выйти на свет, я плутала несколько часов, постоянно тыкаясь в какие-то тупики. — Не мало? — зацепился за фразу Сал, вынуждая оправдаться. — Не знаю сколько точно. Мать говорила, что этот дом был куплен у какого-то умалишенного, который бредил о секте и демонах. И что в подвал из-за этого лучше не соваться. Не так давно, я случайно нашла обрывки какого-то чертежа... Наверное они связаны, хотя разобраться в этих бумажках нереально. Выговорившись, я расслабилась, откидываясь спиной назад. И поставила точку в своих показаниях. — А о её смерти я узнала когда очнулась в первый раз. Генри и Лиза спорили о том, стоит мне об этом говорить или нет. Но, к слову, если бы я проснулась чуть позже, тоже не удивилась бы. — Почему? — Я даже не вспомню сколько недель она не появлялась дома... Она очень давно перестала быть человеком, от которого знаешь, что ожидать. Постепенно пришлось привыкнуть к мысли, что наступит день, когда она не вернётся. — Мне очень жаль, прости, — отвернулся Фишер, — Не хотел давить недоверием, я должен был держать себя в руках. — Да... Тебе тяжело пришлось, — кивнул Ларри, — Если судить по тому, что мы узнали, у неё случился сердечный приступ или что-то по типу этого... Во время попойки. Безразличность, плескавшаяся внутри до этого, вмиг сменилась горечью. Попойка. Именно так запомнят конец той, которая пожертвовала ради своего ребёнка жизнью. Скорее всего, подавляющее большинство рассказов о её алкогольных проблемах окажутся такой же нелепой ложью, как эта. — Сиерра, — еле слышно позвал Салли, — Ты что... Плачешь? Я смотрела на него, но будто сквозь. В голове стучало набатом. Громко, безудержно. А слезы действительно лились из глаз, наверняка подтверждая моё "алиби". Но это были слезы раскаяния перед человеком, который, возможно, так же как и я был вынужден скрывать правду и барахтаться на самом дне. Без возможности поговорить, узнать лучше. И дать хотя бы на миг почувствовать себя настоящим. А не законченным отбросом общества. Парни, наблюдая за моей безмолвной горечью, подвинулись ближе, поглаживая по спине. Утешали. И скорее всего переглядывались время от времени, не зная, что делать дальше. Именно в таком положении нас застал рыжий кот, который, посмотрев на моё заплаканное лицо, начал безудержно мяукать, заставляя своего голубоволосого хозяина пойти за ним на кухню. А я, оставшись наедине с Ларри и совсем без сил, позволила себе, наверно, очень глупую вещь. Положила голову ему на плечо, утыкаясь носом в короткий рукав потертой футболки. Парень застыл. Даже его дыхание стало совсем редким, почти не слышимым. — Я, — неловко начал он, — Я спрошу маму, сможем ли мы взять над тобой опеку. Если не получится, то, может, спрошу у кого-то ещё... — Не думаю, что в этом есть смысл, — так же неловко отозвалась, — Керри как-то раз угрожал мне тем, что отправит в приют. Однако у меня всё ещё есть "тётя". Возможно опека перейдёт ей. Названная тётя, которую мне представили прямо на глазах у настоящей, наверняка будет действовать по чужой указке. Поэтому я действительно думала, что разрешение сложившейся ситуации — лишь вопрос времени, а не ярко вставшая проблема. — Меня больше волнует другое, — внезапно на ум пришла здравая мысль, — Вы не знаете случайно, где моя сумка? Джонсон хотел ответить, но его прервал звук открывающейся двери. С полыхающими щеками он резко отпрянул, вставая с насиженного места. — Дорогие, как вы? — первой вошла Лиза, одаряя присутсвующих уставшей улыбкой. — Всё путём, мам, — тут же оказался рядом с ней сын, перенимая пакеты с едой. — Сиерра, — мягко позвала она, — Мне очень жаль, милая, но завтра нам с тобой нужно будет съездить в полицейский участок. Я просила дать отсрочку в разбирательствах из-за твоего состояния, но они не согласились... Глубоко вдохнув, я кивнула. Впереди замаячили новые бешенные дни, странные обстоятельства и борьба за выживание. Однако они должны были начаться только лишь завтра. А пока — я была безмерно благодарна судьбе за то, что прожила хотя бы один день так, как мечтала долгое время.