Ain't no grave for the heroes

— Хей, Зер0… скажи мне, что ты нашел что-нибудь. Хоть что-то. — Мои шпионы повсюду /, но с пустыми руками приходят. / Ее след затерялся. — Дерьмо! Где черт возьми… Я был так погружен в это идиотское противостояние, я даже… может я мог бы… Сделать, помочь… — Это не твоя вина / не скрывается от чужого взгляда тот /кто желает быть найденным. Риз со вздохом потер переносицу, а затем зарылся живой ладонью в волосы. Много часов без сна, на иголках, зная, что Катагава где-то рядом, и еще и это… Каждый раз он задает этот вопрос Зер0, каждый раз получает один и тот же ответ, хотя он известен заранее, и все равно он спрашивает. Просто машинально уже, на всякий случай. Годами раньше, когда у него было больше времени, и меньше подручных, он искал сам. Спрашивал, наводил справки, звал. И много-много раз бил себя по голове за то, что вообще позволил скрыться, а потом еще и так долго ломался, прежде чем понять, что надо было начать искать еще давно. Но Зер0… Как можно скрыться от Искателя Хранилища? Если только тот, кто скрывается, задался целью, чтобы обнаружить его было бы невозможно. Интересно, а Август ее ищет? Он тоже не может забыть, или все-таки пошел дальше? — Мать твою, Саша, где тебя черти носят? — устало пробормотал Риз. — Я поверить не могу… — Ее звонкий голос ворвался в комнату, и Риз сразу почувствовал дрожь в коленках и волнение. Хорошо хоть, что не съел так много этих фруктов, потому что желудок закрутило и понесло куда-то вниз. — Я думала, ты умер. И вот она идет, идет, сияющая, как отдельное солнце, и… проходит мимо него, как нахальная кошка, самодовольно махнув хвостом. Ладно. Он понял, он понял. Впрочем, не он один. Август хоть и вполне безобидно пошутил, но одарил ТАКИМ взглядом, в котором читалось пожелание Ризу мучительной и долгой смерти. Она тискает Вонна, а Риз с Августом стоят, смиренно ожидая своей очереди и порции внимания. «Привет, Риз. О, ну, если я, конечно, сейчас с Ризом говорю. Спасибо, Риз. Только позволь уточнить, это комплимент от Риза или от Красавчика Джека? Сложно понять, знаешь ли, когда оказывается, что твой друг наполовину убийца-психопат.» Злится. Злится за услышанное ею объявление о «наиглавнейшем директоре», бесится за звонкий шлепок по заднице, обижена и… немного испугана, да оно и понятно, Риз сам был напуган до усрачки. Один безумный взгляд Джека чего стоит. Она еще не простила, и решает, как всегда, высказать свои чувства как можно более доходчиво. Становится чуть легче, когда хотя бы старшая сестрица появляется на радарах. В Глухом Ущелье осторожные шепотки говорят, что видали Искательницу Хранилища в шляпке, возвращающуюся в одиночестве в старое пристанище. Как раз тогда, когда Риз уже начинает чувствовать, что слишком поздно. — Ну знаешь ли, Фиона! Риз зашел в старую квартиру Феликса в тот момент, когда подруга переодевалась, явно вымотанная и сонная. — Ты бы хоть дверь запирала! — А тебя значит, стучать не учили? — Ризу в лицо прилетел (и больно) пиджак, на 43% состоявший из грубой кожи скагга, а еще на 30% из какой-то другой кожи. — Оу… ну, эээ… может, стоило постучать сначала, да. Риз почесал затылок, в попытке скрыть неловкость, хотя это выдавало его с головой. Фиона, наконец, вынырнула из-за холодильника, до того используемого в качестве укрытия, уже наряженная в пижаму. — Очень милые котята, — фыркнул Риз, усмехаясь в усы. — Очень милые усы, — улыбнулась Фиона. Риз посмотрел на нее со светлой надеждой во взгляде: — О, спасибо, хоть кто-то… — Риз. Я стебусь. Серьезно. Это ты сам вырастил, или на тебя напал ползун, и ты не можешь его оторвать? — У вас, пандорских, просто напрочь отсутствует чувство стиля! — С вызовом ответил Риз, однако в голосе чувствовалась легкая неуверенность. — Они действительно какие-то подозрительные, — прищурилась Фиона, и подошла поближе, чтобы лучше разглядеть нововведение во внешности друга, — ты что-то скрываешь, да? У тебя там шрам? Ты болеешь? — Так, хватит! — отшатнулся мужчина, и замахал руками, — я все понял, ты абсолютно не смыслишь в моде! — Но щеки у Риза предательски заалели. Он сложил руки на груди и состроил недовольное лицо. — Я так понимаю, ты… — но Риз не успел закончить начало своей гневной тирады, так как был заключен в крепкие объятья. Мужчина еще немного поворчал в плечо подруге, однако тоже, наконец, протянул руки и прижал Фиону покрепче. — Давно ты меня так не обнимала, — тихо пробормотал он в ворот пижамы. — Только потому, что мы долго не виделись, не привыкай. — Само собой, — усмехнулся Риз, — хотя я насчитал уже десять Миссисипи-обнимашек, это непростительно долго. Но я не против. — Миссисипи-обнимашки? Что это? — Это вроде обнимашкометра, для определения уровня обнимашек. Фиона отстранилась, и недоуменно воззрилась на друга. — А кто определяет? — Ну, эээ… — замялся Риз. — В общем, все знают, что три Миссисипи — это знакомые, пять — приятели, а вот десять… — Риз, тебе почти сорок, — очень внятно проговорила Фиона, выразительно глядя на главу одной из самых влиятельных компаний на мировом рынке в производстве оружия. И Риз надулся. Фиона отвернулась от него, прошла на некое подобие кухни Феликса (холодильник, плита, и шаткая тумбочка), и занялась приготовлением чая. Риз же со вздохом уселся в старое зеленое потрепанное кресло (под которым когда-то сестры обнаружили свои подарки), и теперь со страдальческим видом гипнотизировал спину подруги. — Непривычно вернуться на Пандору, а? — не отвлекаясь от своего занятия, спросила его бывшая аферистка. Лицо Риза вытянулось, а сам он даже выпрямился в кресле. — Ты серьезно или прикалываешься? Да пока я добирался сюда, меня два раза тормознули бандиты, шесть раз набрасывались попрошайки, один раз пришлось менять колесо, и меня чуть не покусал скагг! — мужчина горел негодованием. — Вот, взгляни, полюбуйся! Чуть ботинок не прокусил! В доказательство он высоко задрал одну тощую ногу. Фиона обернулась и прищурилась. Если присмотреться, то можно было заметить на подошве следы зубов, в лучшем случае принадлежавших скажьему детенышу, или ползуну. — Ну, некоторые вещи не меняются! — оптимистично заявила Фиона, насыпая в две кружки чай неопределяемой древности. — Например, твоя поразительная неприспособленность к реальной жизни. Риз аж задохнулся от возмущения: — Ты это жизнью называешь? Спасибо, — мужчина с благодарностью принял кружку чая, понюхал его и скривился, — что это? — Чай, возможно. Надеюсь, это не дохлые насекомые, — пожала плечами Фиона, и захихикала, когда Риз поперхнулся напитком, и тот потек у него из носа прямо на усы, — здесь давно никто не жил. Какой же ты все-таки чудик! Девушка уселась на еще более ободранное кресло напротив Риза. Он уже вытер чай из-под носа, подул на него, глотнул, и, пожав плечами, сказал: — Как будто у меня есть выбор. Они посидели пару минут в молчании. Фионе было непривычно видеть старого друга изменившимся, приобретшим новые морщины, еще пока незаметные, но скоро они навсегда изменят его лицо. Хотя сидеть рядом с человеком, которому, несмотря ни на что, ты доверяешь, и испытываешь к тому теплые чувства, было приятно. Хоть и непривычно, да. Впрочем, чего-то подобного Фиона ожидала. Она же не на краю Вселенной живет. Ну, может, и на краю, но новости она читает, и держит ушки на макушке, а глазки открытыми, а потому мало что от нее скроется. Конечно же, она не выдавала Сашу, когда Зеро заявился к ней. Хотя это не так уж и сложно, ведь Саша никогда не остается долго на одном месте, и Фионе самой, зачастую, приходилось искать ее. Но если она сказала, что действительно собралась прятаться… Старшая сестра не выдает младшенькую. Это закон. Даже если тот, кто ее ищет, в общем-то, не такой уж урод, как казалось когда-то. Это дело принципа, женской солидарности, если вам так угодно… Да и к тому же, Саша просто убьет ее. — Фиона, слушай, — Риз прервал молчание, — я тут разыскиваю кое-кого. Твою сестру. Забыла? Так я напомню. Темные волосы, симпатичная, чуть крупнее скагга, чуть агрессивней скагга. Я уже больше года, наверное, этим занимаюсь, и сбил все ноги, гоняясь за ней. Не припоминаешь такую? — он с трагическим взором изучал ее лицо. — Девочки не сдают друг друга, ты же знаешь? — улыбнулась Фиона. — К тому же… Это ты-то сбил подошвы в поиске моей сестры? Мне показалось, что это Зер0 натирал себе мозоли все это время. — Так ты знаешь обо всем? — вскричал Риз, вскакивая на ноги. — Конечно я знаю, олух, — скрестила руки на груди Фиона, и поудобнее устроилась в кресле. Кружку она предусмотрительно поставила на пол. Если это и был когда-то чай, то теперь в нем явно обосновалась колония плесени. — Но что, если она не хочет тебя видеть? Риз замешкался, и забегал взглядом по дощатому полу. — Но… может, она скажет мне это в лицо? Я был бы не против лично от нее услышать это, знаешь, мы могли бы… — Риз, — прервала его Фиона, — Саша убьет меня, если я скажу это тебе, но… кажется, ей было больно. Она никогда это не скажет, но она не стала бы прятаться, если бы ничего не испытывала. — Так может, ты поможешь мне найти ее? — Просто поразительно, как люди не замечают того, что у них прямо под носом, — вздохнула Фиона, и поднялась с кресла, чтобы опорожнить кружки с неопределяемым чаем, а заодно избежать несчастного взгляда Риза. — Я лишь хочу сказать, что… Я не могу сдать ее, даже если бы знала точно, где она находится… — А ты знаешь? — быстро спросил Риз. — Нет, она не задерживается долго на одном месте, — ответила Фиона, — я и так сказала тебе слишком много. Мы сестры, понимаешь, что это значит? — Да, да, да, духовная связь, бла бла бла, ты чувствуешь ее, она чувствует тебя, я все про это… — Нет, дурень! — Фиона обернулась, и гневно посмотрела на друга, — это значит, я не могу предать ее. А если помогу тебе, она точно подумает, что ее предали. Она перенесла слишком много. Феликс, ты… А как трудно ей было отшить Августа! — А она его отшила? — радостно спросил Риз, — то есть… В смысле… Я переживаю за нее, ты права, она много вытерпела… — Вот именно. И я не хочу, чтобы ей было больно. Я вообще обещала убить тебя, если ты ее обидишь, и вот, ты жив. Видишь, как хорошо я к тебе отношусь? — И я ценю это, — торопливо сказал Риз. — Но я не хочу обижать ее, совсем наоборот, я… — Ты что? — продолжила Фиона. — Женишься на ней? Сделаешь ее первой леди Атласа? Ты хоть думаешь, хочет ли она этого? Риз помолчал, смущенно отведя взгляд. «Мы так повзрослели, — удивилась Фиона, — через столько прошли. Но совсем не изменились.» — Я бы никогда ни к чему не принуждал ее, — тихо сказал Риз. — Просто… некоторые вещи нужно сказать. Фиона посмотрела на него как-то очень странно, и, что Ризу совсем не понравилось, очень сочувствующе. — Значит, ты мне не поможешь, — решительно вскочил мужчина на ноги и потянулся. — Я и так тебе уже немало помогла, ты разве не заметил? — удивленно спросила Фиона.