Смутное время

После венчания Брагинский вернулся в свои покои, успокаивая мечущееся в груди сердце. Возникший рядом домовой молча поставил на стол бутылку, но Иван лишь скользнул по ней взглядом. - Всё так плохо? - Борис не любит запах алкоголя, - скинув расшитые золотом и драгоценностями одежды прямо на пол, Россия распахнул резные ставни окна, впуская в комнату холодный ветер. - Оденься. - Нет. Всё равно он сегодня придёт. - Не каждый правитель пользуется этим правом. - Он воспользуется, - Брагинский опёрся локтями о подоконник. - Ох, ты Русь моя обездоленная, - домовой принялся собирать разбросанную по полу одежду. – Я могу остаться… - Уверен, что царь справится и без твоих подсказок, - Брагинский усмехнулся, наблюдая за стремительно краснеющим домовым. - Тьфу на тебя, чертяка! – старичок исчез вместе со всей одеждой. Всё ещё усмехаясь, Иван подошёл к столу и, взяв бутылку, выбросил её в окно, испытав небольшое удовлетворение от возмущённых криков стрельцов, дежуривших во дворе. - Беспредельничаешь? - Избавляюсь от вредных привычек, - Брагинский обернулся к вошедшему без стука царю. – Царица знает о ваших планах на сегодняшнюю ночь? - Моей супруге известно, что я буду заниматься государственными делами. - А ведь даже не соврали, царь-батюшка, - Иван привычно растянул губы в полуулыбке. - Прекрати! – резко одёрнул его Годунов. – Никогда не смей больше скрывать от меня свои чувства. - Боюсь, что подобный набор противоречий всё равно не будет вам понятен, - подойдя вплотную к царю, Иван положил ладони на его плечи, смотря сверху вниз. – Сделав это, вы ничего не добьётесь. - Слова не возникают на пустом месте, - мягко возразил Борис. - Молва, как всегда, всё перепутала. Таким образом подчинить страну может лишь другая страна, а не человек. - Я попробую, - Годунов скользнул ладонями по груди Брагинского, явно наслаждаясь этой лаской. Иван прикрыл глаза, не наслаждаясь, но и не испытывая отвращения. Ещё до венчания он боялся, что прикосновения Бориса разбудят память о ночах с Ордой, но этого не произошло. - У тебя кожа как у девушки. Россия поморщился, принимая комплимент, и принялся быстро, но спокойно, как слуга готовящий своего господина ко сну, раздевать царя. Под всеми этими шуршащими слоями одежды у Бориса оказалось весьма крепкое, но уже начавшее полнеть по бокам тело. Подведя мужчину к своему ложу, Иван усадил его, встав рядом на колени. В тёмных глазах Годунова мелькнуло что-то до горечи торжествующее. Впрочем, Россия знал, что в венах Бориса течёт и монгольская кровь, а значит и дух давно мёртвого Орды может иногда мелькать в его взгляде – в конце концов, ни одна страна не исчезает бесследно. - Как много? - Мне перечислить всех? – Иван спрятал взгляд за пепельно-серебристыми ресницами, обхватывая ладонью член царя. – В алфавитном порядке аль по годам? Годунов хмыкнул, скрывая неожиданно накатившее смущение. - Глупый вопрос. Забудь. - Глупый, царь-батюшка, - Брагинский поймал взгляд Бориса. – Урок на будущее: страна никогда ничего не забывает. Сейчас я ваш, но я – опора, а не раб. Я подчиняюсь во всём, но ваш долг вести меня к величию и благополучию. Вы же помните, как в народе величают царя? - Отцом, защитником, - Годунов тяжело вздохнул, позволяя Ивану уложить себя на спину. Он ничего не предпринимал, пока Россия ласкал губами и языком его член, но когда почувствовал, что удовольствие почти достигло пика, резко дёрнул Брагинского за волосы, заставляя отстраниться. - Глупо верить людской молве, как будто это откровение, - в последний раз прошептал Иван, ложась на живот. Царь явно никогда не делил ложе с мужчиной, раз сразу же попытался проникнуть внутрь, причиняя боль не столько Брагинскому, сколько самому себе. - Не сопротивляйся. Россия лишь молча поймал Бориса за руку и облизал его пальцы, смачивая слюной. Дальше объяснять уже было не нужно. Вцепившись пальцами в перину, Иван выгибался, поддаваясь навстречу не грубым, но и не приносящим удовольствия толчкам. Семя царя не могло сделать образовавшуюся после венчания связь прочнее, но подсыхающая влага на бёдрах слишком явно напомнила о годах полона – всё-таки сон сбылся и Борис «оживил» Золотую Орду. Всего лишь на миг, но и этого оказалось достаточно, чтобы заставить сердце болезненно сжаться. *********** Иван чувствовал нарастающую тревогу, но не мог найти причин для неё. Во внутренних границах всё было спокойно, да и внешние враги затихли, не собираясь нападать. Но тревога всё равно туманила разум и выматывала как и эти нескончаемые летние дожди, которые гнули посевы к земле, заставляя колосья гнить задолго до сбора урожая. - Русь, - Скопин-Шуйский поклонился Ивану, выжидающе заглядывая ему в глаза. - Что-то случилось? Боярин медленно моргнул. - Вы ведь направляетесь повидаться с иноземными послами? - А есть альтернатива? – Брагинский пошёл дальше по коридору, разглядывая обновлённые красочные узоры на стенах. - Темница, - скорее не произнёс, а обозначил фразу Скопин, замедлив шаг, чтобы отстать от России. Иван не стал останавливаться и расспрашивать боярина, понимая, что тот и так осмелился сказать ему намного больше, чем любой другой из его детей. «Борис хотел утаить это?» - шурша длиннополым кафтаном с красными узорами на рукавах, Брагинский вышел из каменных палат, жестом запретив стрельцам следовать за собой. В темницу его пропустили без промедлений, из чего Иван заключил, что Годунов не так уж и стремится скрыть имена тех, кто впал к нему в немилость. - Борис? - Его здесь нет, - боярин Мстиславский отошёл от стены, к которой до этого стоял прислонившись спиной. – Я ждал вас, Русь. - Ты что-то хотел мне поведать? - Скорее показать, - сняв со стены светильник, мужчина пошёл вглубь темницы. Брагинский никогда не любил это место, но и страха перед ним не испытывал. На миг сжав пальцы, Россия пошёл за Мстиславским, разглядывая каменные стены, которые поблёскивали от влаги, когда на них падал свет огня. - Царю назвали имена заговорщиков. - Я бы почувствовал готовящийся переворот, - Иван нахмурился, невольно ускоряя шаг. – Кого оклеветали в этот раз? - Двоюродных братьев нашего покойного царя… - Романовых? – Россия старался любить весь свой народ одинаково, но всё равно некоторые люди были ему дороже – учёные, герои, сказочники… Все те, кто прославил себя и свою страну в веках. Бояре Романовы были всего лишь представителями знатного рода, но Иван всё равно относился к ним с большей симпатией чем к другим. Он не мог назвать причину. Он просто чувствовал, что однажды этот род будет очень близок ему. - Я подожду вас здесь, - Мстиславский передал России связку ключей и светильник. – Четвёртая камера справа. Железный засов подался легко – его явно недавно смазали оружейным маслом. В помещении без окон витал запах пота и крови. Прикрыв глаза рукой, одетый лишь в некогда белую холщовую рубаху, с пола поднялся мужчина. В его бороде запеклась кровь, а пальцы на руках были без ногтей. - Снова пришли спрашивать, ироды? - Ласково же вы меня встречаете, Фёдор Никитич, - поставив светильник на пол, Брагинский подошёл к боярину. - Русь, - Романов, не обращая внимания на то, что причиняет себе боль, вцепился изуродованными пальцами в кафтан Ивана, упав перед ним на колени. – Живота прошу… Клевета и хула всё… Псы смердящие царю нашептали из зависти. Мы с братом и не думали против Годунова заговор чинить… - Я знаю, - Иван ласково провёл рукой по грязным, спутанным волосам Романова. – Я поговорю с Борисом, Фёдор. Позже. А сейчас я хочу услышать твою версию. Людская молва твердит, что от Родины нельзя скрыть правду. Слухи, как обычно, всё преувеличивают. Страна как отец и мать. Зачастую родители видят, когда их дети лгут, но также они могут и обмануться, поверить, поддавшись чувствам. Уже выходя из темницы, Россия задержался, ловя взгляд Мстиславского. - Никогда я не замечал дружбы между вами. - Служу Родине, - боярин тонко улыбнулся. - Выслуживаешься, - холодно поправил его Иван. - А разве вы не рады, что узнали о Романовых до того как их казнили? - Чего ты хочешь в награду? - Там видно будет, - отвесив земной поклон, Мстиславский первым выскользнул из темницы, и длиннополое боярское одеяние ничуть не сказалось на его скорости. Страна любит всех своих детей, но некоторые их деяния могут вызвать недовольство. Страна не знает своего будущего, но она предчувствует, что тот или иной из детей сыграет роль в её судьбе. Мстиславский, как и Романовы, должен был повлиять на Брагинского в будущем, но если тот же Фёдор вызывал симпатию, то Мстиславский только лёгкую неприязнь. ******************** Очередная чарка с вином была сброшена со стола на пол. Брагинский наливал хмельной напиток, мечтая забыться, но, каждый раз, поднося чарку ко рту, вспоминал, что Годунов не любит запах алкоголя. - Ох… ох, - домовой, причитая, вытер образовавшуюся на полу лужу. – И о чём думу думаешь? Что опять стряслось, Русь ты моя обездоленная? - Ничего, - кутаясь в домотканое одеяло, Иван подошёл к окну, наслаждаясь тёплыми брызгами летнего дождя. – Просто я собираюсь просить милости у Бориса, а нужных слов никак подобрать не могу. - О чём просить-то? – домовой чуть ли не навострил ушки от любопытства, но ответить Брагинский ему не успел, потому что в покои вошёл сам виновник дум. - Ты не пришёл на встречу с послами. - Я был в другом месте, - Иван жестом приказал домовому исчезнуть, и тот действительно, как будто растаял в воздухе. - Доложили уже? – скорее уточнил, а не спросил Годунов, усаживаясь за дубовый стол. – И чем же ты не доволен? - Романовы не виновны. - Я своего решения менять не буду. - Их оклеветали. - Значит, доносчиков тоже накажем. Серебристо-светлые брови нахмурились, но в остальном лицо России осталось спокойным. - Эти обвинения только повод. - Какой догадливый, - царь нехорошо усмехнулся. – Они могли предъявить притязания на престол. Я просто устранял возможных конкурентов, так же как твои князья во времена Орды. Брагинский повернулся спиной к Годунову, до боли вцепившись пальцами в подоконник. Больше не удерживаемое домотканой одеяло соскользнуло на пол, и Борис не смог сдержать вздох. - Разве правитель может требовать больше одного раза? - Это просьба. - Я не помилую Романовых. - Не милуй, но сохрани жизнь. - Хорошо, - подойдя к Ивану, царь положил ладони на его плечи, притягивая к себе. – Ссылка в Сибирь. - Монашество. - Но только в северном монастыре. - В северном, - эхом повторил Брагинский, подставляя шею для поцелуев. Страна не может приказать своему правителю. Правитель может приказать своей стране. ________________________________________________________________________ 1. Мстиславский - боярин возглавивший "семибоярщину" 2 В 1600 г. по ложному обвинению были арестованы бояре Романовы, двоюродные братья царя Фёдора. Старший из братьев, Фёдор Никитич, был пострижен в монахи и под именем Филарета отправлен в один из северных монастырей.