Нить судьбы

      Один стук. Два стука. Три стука. Казалось, что эти нервные постукивания уже не прекратятся, однако, в гостиной вновь стало тихо, а зеленые глаза осмотрели сидящих рядом парней. В его поле зрения попал Кокичи, что с ехидной ухмылкой смотрел на Хаджиме, и Нагито, спокойно пивший чай из своей чашечки, иногда оглядываясь на собеседников.       Шатен показательно сжал переносицу большим и указательным пальцами, показывая свою усталость: — Ты точно сделаешь все, что я сказал? — Хината не сильно доверял своему приятелю, что явно выражалось в его интонации.       — Конечно! Ты же заплатил, и, к тому же, у меня куча связей оттуда, — игриво произнкс тот, отвечая на поставленный ему вопрос. — А что? Ты все еще обижаешься из-за того, что я спутал твоего дружка с девчонкой?       Очевидно, что нет. Хаджиме всегда изводило общение с ним — его вечные неуместные шутки, раздражающе звонкий голос, да и сам Ома любил донимать людей в независимости от ситуации. Конечно, сегодня он был менее навязчивым, ведь кто-то да согласился на его услуги. Скажем, он — незаменим в плане добычи различного рода информации, и, к тому же, язык заговаривает тот знатно. Ему нужно всего-то узнать, за какие деньги согласится на выкуп текущий владелец Комаэды, с чем он справится, в худшем случае, за два дня. Кстати, о владельце… Не так давно он разузнал текущее местоположение Нагито и через Чиаки начал требовать вернуть его обратно, или же, предложить достойную цену за выкуп светловолосого. Узнав об этом, Хаджиме пришёл в ярость, вспоминая, в каком плачевном состоянии он нашёл блондина. Еще сильнее его вывел из себя факт того, что именно этот человек бросил Нагито умирать в таком состоянии, так ещё и заикается о его возврате. Комаэда же продолжал спокойно выслушивать диалог этих двух, даже учитывая, что совсем недавно тот был против выкупа, но Хаджиме быстро поставил того на место.       — Кстати-и, — протянул Ома. — Вы ведь тоже были вчера на площади — сбежали, и даже не поздоровались, а я ваш друг вообще-то.       Кокичи сделал обиженное лицо, но, махнув рукой, продолжил: — Впрочем, вы ничего интересного не пропустили: посреди казни — часть площади с военнопленными моментально охватило пожаром. И кто умудрился возводить такие большие деревянные конструкции? Я бы сделал все гораздо лучше! — тот улыбнулся от собственной похвалы. — Думаю, из них никто не выжил.       От услышанных слов руки блондина невольно затряслись, а ранее спокойное лицо помрачнело, что не осталось незамеченным Хинатой. Дабы помочь другу — в голову не пришло ничего лучше, кроме как поменять тему.       — У тебя есть, что еще сказать? — кинул тот, показывая свою незаинтересованность в словах Омы.       — Уже выгоняешь? — Кокичи говорил с наигранной грустью. — Хотя, ты прав. Я вынужден откланяться, спасибо за приглашение!       Двое парней вновь остались одни, а Хаджиме направил свой взгляд на блондина, что сидел рядом. Комаэда лишь грустно смотрел на чашку в своих руках, иногда дергая указательным пальцем, но никак не отводя от нее своих серых глаз. Он был настолько погружен в свои мысли, что даже не заметил ухода Омы — ему никак не давало покоя все сказанное уже ушедшим гостем. Хаджиме видел, как его друг буквально увядает из-за навязчивых воспоминаний, но не хотел лишний раз спрашивать, считая, что у того есть свои причины не говорить об этом. Он действительно уважал личное пространство Нагито, несмотря на некое чувство обиды, которое постепенно прокрадывалось в разум Хинаты. Конечно, ему не были понятны причины возникновения этих эмоций, однако, он поистине хочет, чтобы Комаэда открылся ему.       Всему свое время…       Хаджиме встал возле блондина, ожидая, пока его заметят. Благо, долго ждать не пришлось, и шатен ощутил на себе удивленный взгляд Нагито, который, к слову, был в полном замешательстве.       — Ты не против прогуляться? — Хината отвел свой взгляд куда-то в сторону. — Я думаю, было бы неплохо обдумать все на свежем воздухе.       — Не против, — произнес тот, мысленно выдыхая. Он и впрямь испугался.       Для этих двух, прогулка всегда была универсальным способом развеяться — они каждый день совершали небольшие вылазки на улицу, с целью отдохнуть от тяжелого дня, да и не только. Этот раз не стал исключением — у каждого из них были вещи, которые нуждались в переосмыслении.

***

      Весь путь царила немая тишина. За все это время — никто из них не проронил ни слова, пока они ходили по таким же тихим улицам, на которых изредка появлялись люди. Каждый был на своей волне, и никого не настигало чувство дискомфорта от такой молчаливой прогулки, даже Хаджиме было не из-за чего жаловаться — все это время он провел не столько за мыслями, сколько рассматривая рядом идущего Комаэду. Легкие порывы ветра соприкасались с его бледным лицом, заставляя того подрагивать, а серые глаза были направлены куда-то вниз, даже не замечая белой пряди волос, что свисала прямо перед ними. Такое мирное и спокойное лицо — от его вида даже шатену стало легче, ведь, казалось, что Нагито уже лучше. Так и было, но даже это не заставило темноволосого отвести свой взгляд — ему не хотелось отрываться от этого бледного, но такого миловидного лица. Хаджиме даже начал завидовать будущей девушке своего друга, но быстро подавил эти мысли. Он не понимал, с чего это вдруг ему вообще взбрело в голову думать о таком.       Тишина была прервана лаем, который моментально привлек внимание двух парней. По улице бежал маленький щенок, что иногда останавливался перед новыми объектами интереса малыша, коим и стал Нагито. Следом за игривым комочком шерсти шёл старик, переплетая ногами, но не так быстро, как его маленький друг. От вида, щенка глаза Комаэды впервые загорелись жизнью, а сам он присел перед малышом, чтобы немного поиграть с ним. Его тонкие пальцы пробирались сквозь густую, но гладкую, белую шерсть, в некоторых местах обладающую синевато-голубым окрасом — довольно необычным для собаки. Щенку, видимо, настолько понравилась чужая ласка, что тот даже облизнул свободную руку Нагито, всем своим видом вызывая улыбку блондина.       — Милый… — на лице Комаэды играла детская, но искренняя улыбка, выражающая сильную заинтересованность в маленьком чуде. Смотря на него и щенка, Хината даже подумал, что это один и тот же человек в разных телах — настолько они были похожи друг на друга. Такие же милые и пушистые — от этой мысли, Хаджиме неосознанно для себя глупо заулыбался. А ведь и правда, они слишком похожи.       — Не хотите купить щенка снежного волка? — старец обращался к темноволосому. — Я вижу, он вам очень приглянулся.       Хаджиме еще раз посмотрел на этих двух, но не обнаружил ничего нового — все та же улыбка красовалась на бледном лице блондина, позабыв о своих былых тревогах. Стоит ли поблагодарить маленького щенка за это? Определенно. Если бы не он — кто знает, сколько еще продлилась борьба Комаэды самим с собой.       — Да, вы правы, — тот издал сдержанный смешок. Нет, это была не насмешка — темноволосый и правда был рад тому, как сложились события. Он уже не мог сдерживаться, когда видел Нагито таким счастливым.       И вот, двое друзей обзавелись новым другом, который с первого взгляда «влюбил» в себя Комаэду. Как оказалось — это был не совсем волк, а обычная собака, что некогда обитала лишь на далеких ледяных землях, чем и объясняется ее необычный окрас. За всей этой суетой, парни уже успели подзабыть то, что сказала им Чиаки. Уже через шесть дней они отправятся в другой город, чтобы освободить Нагито от мучительных оков, что сковывают его даже сейчас. Даже так — это не мешает им проводить дни в радости, хоть и со своими трудностями. Но баланс ведь всяко лучше хаоса, не так ли?