Шепот в темноте

Над Сентфором собиралась самая настоящая гроза. Тёмные кучевые облака висели совсем низко, и временами Саре, изредка поглядывающей в боковое зеркало автомобиля, начинало казаться, что те практически касаются голых веток деревьев. Но стоило девушке как следует проморгаться, морок спадал. «Наверное, сказывается акклиматизация», – ворчливо подумала агент, неспешно следуя за машиной заместителя шерифа, ведущей её к месту дома похищенного ребёнка. Первое впечатление от Сентфора было не слишком приятным: мрачный городок со своими тайнами, не самые радушные люди в лице местной полиции, больше расценивающие федерального агента как надзирателя, нежели как госслужащего, желающего помочь, отсутствие каких-либо зацепок в деле, которое вновь и вновь пополнялось. Сара тяжело вздохнула, вцепившись тонкими пальцами в руль до побелевших костяшек. Чутьё подсказывало ей, что в Балтимор она вернётся нескоро, и от этого чувства под ложечкой у девушки тревожно засосало. «Поздно сопли на кулак наматывать, О'Нил! Ты сама взялась за это дело, вот и покажи, из какого теста вас там лепят в базе на Куантико!» – попробовала смотивировать себя она, когда машина Никсона остановилась у дома в конце улицы. Припарковавшись следом, она взяла в руки блокнот с ручкой, засунула в карман жакета телефон и вышла наружу, хлопнув дверцей машины. Косой ветер сносил капли прохладного дождя, но, судя по прогремевшему в тёмном небе над их головами первому раскату грома, гроза обещала быть нешуточной. Сара поспешно закуталась в жакет, однако очень пожалела, что не надела свитер – в нём было бы сейчас гораздо теплее. – У нас на складе есть форма для патрульных. Если нечего накинуть, можете одолжить у ребят парочку бомберов. Может, даже откопаете свой размер, – вдруг предложил Дерек, поглядывая на замершего рядом федерала. – Не нужно беспокоиться, детектив. Все мои вещи уже в мотеле, я взяла с собой достаточно, – О'Нил изо всех сил постаралась выдавить из себя вежливую улыбку, но откровенная насмешка в зелёных глазах мужчины её безумно раздражала. – Давайте, наконец, приступим к нашей работе. Никсон молча кивнул, направившись к крыльцу серого дома. Сара, стараясь не стучать от холода зубами, послушно засеменила вслед за напарником. – Миссис Виндстоук, это заместитель шерифа Никсон, откройте дверь! – громко постучал кулаком по деревянной входной двери мужчина. – Дерек, ты там один? – вдруг раздался женский испуганный шёпот из-за двери. – Нет, Келли, со мной ещё федеральный агент. С этого дня она тоже расследует дело твоей дочери, – в ответ на удивлённый взгляд Сары Никсон лишь сильнее насупился, продолжая гипнотизировать дверь перед собой. – Мэм, я федеральный агент О'Нил из штаба в Балтиморе, – решила обратить на себя внимание девушка. – Я могу опустить удостоверение под дверь, чтобы вы сами могли в этом убедиться. Но в данном действии не оказалось нужды, так как в следующую минуту дверь распахнулась, являя перед собой женщину средних лет с вьющимися светлыми волосами и заплаканными карими глазами, обрамленными ободком красных воспалившихся капилляров. – Хорошо, что вы пришли вдвоём, потому что... – миссис Виндстоук едва слышно всхлипнула, прижав белый платок ко рту. Перейдя на шёпот, она подошла к детективам поближе. – Клянусь, я слышала, как на втором этаже сломалось окно и кто-то залез внутрь. Мне кажется, что в моём доме кто-то есть! *** – Ты уверена в этом, Кел? – Дерек хмуро обвёл взглядом коридор, после чего его рука уверенно легла на табельное оружие и легко извлекла оное из кожаной кобуры. Миссис Виндстоук испуганно выдохнула при виде пистолета и, попятившись, сделала шаг назад. – Да, я слышала шаги. Обошла с фонариком весь первый этаж, но никого не заметила, а на второй... Туда я с тех пор не решаюсь подняться, там же её комната. – Миссис Виндстоук, в вашем доме есть безопасное место? То, которое запирается на ключ и не имеет окон? – вмешалась в разговор Сара. Келли моргнула, смахивая слезы. – Есть прачечная. Она в конце кухни, рядом с выходом на задний двор, – с некоторой задержкой ответила женщина. – Отлично. Возьмите ключ и телефон, идите туда и как следует запритесь. Когда всё будет спокойно, мы велим вам выйти наружу, хорошо? – Да, но я... – Агент, у вас оружие с собой? – привлёк внимание Сары Дерек. – Надеюсь, пользоваться умеете. Пойдёте осматривать со мной второй этаж. О'Нил кивнула, заводя руку за пояс и в следующую секунду с ужасом понимая, что оставила пистолет в машине. – Он остался в моём авто, – судорожно сглотнула она. – Я должна за ним вернуться! Глаза Никсона гневно вспыхнули: – Твою мать, на это нет времени! Вези потерпевшую в участок и пулей возвращайся назад! – Нет, я вернусь только со своим оружием, один вы туда не полезете. Ждите меня внизу, – качнула головой О'Нил и решительно взяла женщину за руку. – Келли, вы пойдите за мной. – Какого хрена... Игнорируя яростное возмущение заместителя шерифа, Сара выскочила на улицу и подошла к машине. Бесшумно разблокировав её, она усадила опешившую женщину на переднее сиденье, схватив с приборной панели свой пистолет. При виде кобуры Келли вновь начала рыдать, судорожно вцепившись скрюченными пальцами в ручку дверцы. – Миссис Виндстоук, послушайте меня! – О'Нил перехватила женщину за запястье, стараясь говорить как можно увереннее. – В бардачке есть запасной ключ. Если кто-то покажется вам подозрительным или попробует проникнуть в машину, сразу же езжайте в полицию. У вас есть телефон, немедленно звоните Никсону, кому угодно. Главное – действовать быстро! Вы меня поняли? Пожалуйста, ответьте. Она коснулась трясущегося подбородка женщины, пытаясь установить с ней зрительный контакт. – Да-да, я поняла... – Келли моргнула, и на секунду её взгляд стал более осмысленным. – Только если это Мэг, пожалуйста, не трогайте её! – Что? – но расслышать ответ на свой вопрос Сара не успела, так как в доме позади неё тут же раздался звон разбитой посуды. – Чёрт, оставайтесь в машине! Заблокировав двери авто, Сара уверенно подняла пистолет вперёд и вошла внутрь дома. В холле Дерека уже не было, однако девушка услышала странное копошение со стороны кухни. – Никсон? Это ты? – она осторожно осмотрелась по сторонам, удерживая палец на предохранителе, и только сейчас заметила, что в коридоре выключился свет. Шорох на кухне усилился, и девушка буквально затаила дыхание у дверного приёма, а затем резко распахнула дверь на кухню. – О'Нил, это собака! Смахнула со стола посуду, видимо, этот звон хозяйка приняла за стекло. – Никсон опередил её, держа за поводок огромного, рычащего при виде незнакомцев белого лабрадора у осколков разбитой посуды, лежащей на полу. Сара облегчённо выдохнула, опуская пистолет вниз, но не убирая в кобуру. – В следующий раз отвечайте мне сразу, а не идите вперёд без напарника! – выказала своё недовольство агент, на что в ответ мужчина неодобрительно на неё покосился. — Но раз уж мы тут, стоит осмотреть весь дом и отвезти миссис Виндстоук в участок, чтобы допросить её ещё раз. – Кстати, где она? И почему её пёс не мог войти через дверь? Обычно они всегда оставляют калитку сзади открытой, — задумчиво протянул Дерек. – Я заперла её в своей машине. У неё есть телефон и запасные ключи, – ответила Сара, направляясь к лестнице. – Странно, что она не заметила осколков и воя питомца. Если источником шума всё это время был он, это было довольно трудно не заметить. – Может, стоит сразу вызвать криминалистов? – Никсон привязал пса к ножке стола и подсыпал немного сухого корма в пустую железную миску. Тот недоверчиво взглянул на детектива, однако рычать прекратил. Понюхав еду перед своим носом, пёс немного помедлил, но спустя пару минут вдумчивого обнюхивания методично принялся хрустеть подушечками с говядиной. – Хреновый из тебя сторож! Тебя бы к нам в К-9. Отучился бы и помог хозяйку свою отыскать, – ворчливо пробормотал Дерек, следуя за напарницей наверх. Он уже успел упустить её из виду и совершенно не заметил, когда именно агент успела подняться на второй этаж, однако девушка уже находилась в конце коридора. – О'Нил? Что-то нашла? – окликнул её Дерек, всматриваясь в напряженную спину агента, но та совершенно не слышала его, склонившись на корточках и что-то пристально рассматривая в ворсе серого ковра. Никсон нахмурился и осторожно двинулся к ней, по пути оглядываясь по сторонам. Почти все двери в комнатах были широко распахнуты: видимо, Сара уже успела быстро изучить обстановку, но пока всё было чисто. И это было странно, ведь инстинкты заместителя шерифа с самого начала били тревогу, как только они вошли в этот дом. Или это было… предчувствие? – Взгляни сюда, – Сара указала дулом пистолета на кучу мелких осколков, лежащих перед ней, стоило Дереку подойти поближе. – Окно и впрямь разбили. Непонятно только, кулаком или посторонним предметом, но, кроме стекла, здесь больше ничего нет. Мужчина подошел к окну поближе, вглядываясь в разбитый проём, от которого в сторону была одёрнута белая полупрозрачная занавеска. – Ни следов грязи на подоконнике, ни крови на окне, – он придирчиво оглядел старый подоконник с потрескавшейся светлой краской, после чего высунул голову наружу и оглядел окно. – Даже если злоумышленник проник в дом так, то следов он здесь точно не оставил. – Предполагаю, что, услышав шум, он предпочёл уйти тем же самым способом, каким и попал в дом. Там внизу наверняка должна быть пожарная лестница или высокое дерево, с которого можно забраться внутрь. – Сара поднялась на ноги. – Теперь нам точно надо вызвать криминалистов: пусть изучат окно и проведут опись всех личных вещей жертвы. Нужно определить, было ли это взломом с проникновением или… Внезапно девушка запнулась, покосившись на последнюю дверь, до сих пор остававшуюся закрытой. – Комната Мэган, – практически беззвучно ответил на немой вопрос агента Дерек, вновь поднимая пистолет на уровень проёма двери. Сара кивнула и нарочито медленно потянула золотистую ручку на себя. Как и ожидалось, здесь было пусто. Аккуратная, чистая и светлая небольшая комнатка выглядела так, словно девочка вот-вот в неё вернется. – Наверное, поэтому миссис Виндстоук предпочитала сюда не заходить. – Девушка опустила оружие вниз и убрала его в кобуру. – Чтобы сохранить атмосферу и оставить всё так, как было до исчезновения дочери. – Бедная женщина! – Дерек горько выдохнул, проходясь вдоль шкафов с книгами и вещами и внимательно изучая вещи. – Зачем кому-то грабить несчастную мать, когда она скорбит? Билл пашет в автомастерской Тёрнера как проклятый. Семье едва хватает денег, чтобы вносить ипотечную плату за дом. Боже, я ведь даже по старой дружбе клеил обои в комнате малышке Мэгги, чтобы было дешевле! – Билл? Мистер Виндстоук – твой друг? – Сара удивилась, осматривая рисунки девочки, коих было великое множество. Они полностью украшали противоположную от застеленной кровати стену: первые рисунки показались агенту не более чем детской мазнёй, однако последние были очень неплохи и смахивали на наброски качественных натюрмортов. – Город у нас маленький, здесь почти все друг друга знают, – пояснил Никсон, оглядываясь назад. – Очевидно, чужаков не жалуют, – саркастично заметила Сара. – В смысле? – Да так, просто мысли вслух на основе личных наблюдений, – агент криво усмехнулась, присаживаясь за небольшой письменный стол ребёнка. Она бегло оглядела календарь, висящий перед ней, стаканчик с чистыми кисточками, ряды баночек с гуашью, наборы акварели и целую кипу чистых бумаг формата A4. – Келли водила её в художественную школу, – поделился Дерек, становясь сбоку. – Учитель искусств настоял, заявив, что у неё есть явные склонности к живописи. – Он не солгал, – согласилась агент, рассматривая содержимое стола. – Вы его проверяли? Есть алиби? – Да, в день пропажи Мэган у него были занятия с утра до вечера. Никуда не отлучался с места работы, а девочка исчезла по пути домой. Водитель школьного автобуса и одноклассники были последними, кто её видел. Дерек был готов к любым вопросам со стороны любопытной напарницы, однако последовавший за этим вопрос всё равно его удивил: – Она в школе больше предпочитала рисовать фрукты, верно? – Не знаю, но, видимо, да. Надо уточнить у Келли и… – Тогда почему среди натюрмортов висит рисунок с фиолетовыми цветами? – С какими цветами? – не понял мужчина, подходя к столу ближе. – С фиолетовыми. Такими же, как тот, что лежит передо мной на столе, – пояснила Сара, тыча шариковой ручкой в венчик цветка, лежащего прямо в центре столешницы. Увидев его, Никсон испуганно отшатнулся назад и закрыл нос рукой. О'Нил покосилась на него словно на душевнобольного. – Что происходит? У тебя, что, аллергия на цветы? – она подняла бровь вверх в недоумении. – Сара, немедленно отойди от него! Это морозник, он растёт в северной части лесов Сентфора. Он не ядовитый, но крайне нейротоксичный цветок. Чем выше в воздухе концентрация его пыльцы, тем быстрее сказывается наркотический эффект. Ни в коем случае не касайся его и не дотрагивайся пальцами до слизистых! – Саре казалось, что это всё розыгрыш, но тон Дерека был довольно тревожным. – Тут же всего один побег. Что случится от одного цветка? – Да, но мы не знаем точно, сколько времени он тут пробыл и насколько токсичен теперь воздух. – Никсон решительно направился к двери, распахивая ту настежь. – Быстро уходим отсюда. Надо сообщить криминалистам, чтобы пришли в респираторах. Идём же! – Ладно, – девушка уже было собиралась встать из-за стола и последовать за заместителем шерифа, однако в этот момент она услышала хруст под своими ногами. Хрясь! Стебель ещё одного морозника с характерным звуком переломился под тяжестью подошвы её ботинка. Сара испуганно опустилась под стол, только сейчас замечая то, над чем сидела всё это время. Пол под столом детской был весь усеян фиолетовыми цветами. Смятые, слегка увядшие, порозовевшие и свежие венчики цвета фуксии буквально облепили ковёр, источая стойкий сладковатый запах пыльцы и гнили. – О'Нил? – Дерек обернулся назад и только сейчас осознал, что допустил ошибку. Сара неосознанно потянулась за стеблем лежащего рядом цветка и взяла его в ладони. Ощутила влагу на своей коже – прохладную и едкую, которая тут же принялась жечь руки словно кислота. Испугавшись, девушка судорожно принялась тереть ладони друг о друга, чувствуя, как обстановка перед глазами начала стремительно кружиться, словно детская карусель в парке развлечений, а её кожа начинает светиться, расплываясь блеклыми фосфоресцирующими пятнами. Туман перед глазами, звон в ушах, яркие звёздочки… Она плывет по туману, летит навстречу чему-то неизведанному, но внизу на земле кто-то стойко зовёт её, ищет, хочет вернуть назад, но вместо того, чтобы произнести хоть звук, О'Нил гулко падает на бок, ударяясь головой о ножку рядом стоящего кресла. – Агент, вы меня слышите? Сара? Сара, твою мать! – кто-то тряс её за руку, тыча светом фонарика прямо в глаза, но девушка не могла сфокусироваться, не могла понять, кто перед ней. Его бледное лицо казалось ей ликом луны, светом маяка: без глаз, без бровей, без губ. Лишь луч света, прорезающий её тьму надвое и пытающийся спасти её. «Но у тех детей этого света не было. Что.. что испытывали они?... То же самое, что я? Ни боли, ни сожаления, лишь свет и тьма, сцена и занавес…» – мысли в голове Сары текли словно клочья тумана. Она пыталась за них ухватиться, произнести хоть что-то, пока не услышала низкий хрип, будто кто-то пытался безуспешно вздохнуть. – Вот дерьмо! Сару как следует ударили по щекам, но даже боль была не в силах вытащить О'Нил из плена фантасмагорического бреда морозника. Её подняли на руки так, будто она ничего не весила, словно сама стала частью этого тумана, а потом девушка поняла. Это она так хрипит. Силится сделать вдох, но задыхается от гнили мокрой земли, напрочь прилипшей к стеблям фиолетовых цветов, словно ту набили в её горло насильно. – Пожалуйста… – жалко всхлипывает она, даже сама не зная толком, о чём просит, но её понимают. Целительный чистый воздух ударяет в нос, лай собаки звучит будто сквозь толщу воды, а за ним следуют испуганные крики женщины, чей голос так похож на голос миссис Виндстоук. – Ради бога, Кел, не поднимай панику! Всё будет хорошо, мы спасём её. Я спасу её… – Дерек пытается быть уверенным, но его голос дрожит, когда Сара пытается расслышать тот сквозь дрёму и рёв мотора чужого автомобиля. – Держись, О'Нил! Ты только держись. Слушай мой голос и оставайся в сознании! – чьи-то крепкие руки оборачивают мягкую ткань вокруг лба Сары, и тряпка тут же пропитывается чем-то влажным и тёплым. «Останься со мной! Останься... Останься... Останься…» – эти слова бьют в голове агента набатом, а она просто хочет спрятаться от них, на секунду закрыть глаза, заткнуть уши и провалиться в спасительный сон, где нет вязкого тумана и чудовищной боли, так некстати пронзившей всю её голову при случайном неловком движении. И О'Нил поддаётся. Всего на какой-то краткий миг даёт слабину, и всё тут же летит в тартарары. Она падает во тьму, будто кто-то невероятно могущественный выбивает у неё почву из-под ног. Одним махом, по щелчку. И падение это длиной в чёртову вечность.