Servus Amoris (Раб любви)

Ннойтора Джируга насмешливо разглядывал приведенных к нему пленниц, стоявших связанными перед ним на коленях. - Шлюшки Хичиго, - презрительно сплюнул он. Одна из них особенно бесила Джиругу. С переливающимися, как россыпи бирюзы, волосами и огромными серьезными глазами, напоминавшими море в непогоду. Он протянул ногу и концом сапога задрал ее подбородок вверх. - Как тебя зовут, сучка? – спросил он. - Нелл, - со спокойным достоинством ответила девушка. - Так зачем же Хичиго отправился на этот остров? Будешь отвечать или нет? Нелл подняла на него свои кристальные глаза. - Там, говорят, отличная природа, - ровным тоном с легким немецким акцентом произнесла она. Ннойтора ударил ее по щеке наотмашь. Нелл скривилась, но вытерпела, молча опустив глаза в пол. - Думаете, я поверю, что этого сукиного сына сожрало зверье? Как только я состряпаю одно дельце, я сразу же вернусь на этот остров и камня на камне там не оставлю, но найду вашего петушка. А затем отымею его задницу прямо у вас на глазах. Джируга наклонился к Йороучи, ухватив ее за волосы. - Как тебе это понравится? Видеть, как я буду трахать вашего дружка? Девушка подняла на него топазовый взгляд и усмехнулась. - Как мне это будет? Да как обычно! Хич любил потрахаться с мужиками и частенько делал это у меня на глазах. Так что имей его покрепче – он любит, когда с ним это делают грубо. Йороучи постигла участь Нелл, и она отвернулась, скрывая боль от пощечины. Джируга встал и за волосы протащил обеих пленниц к выходу. - Забирайте этих сучек и это отродье тоже, - он указал людям Айзена на дрожавших и жавшихся друг к другу сестер Ичиго. Всех захваченных людей Хичиго утащили на корабли айзеновской флотилии. - Прекрасно, - ровным тоном ответил Улькиорра, возглавлявший операцию. – Если кто-нибудь: либо Хичиго Безымянный, либо Ичиго Куросаки появится здесь, вы передадите ему требования господина Айзена. Чтобы получить своих людей и родственников обратно, они должны будут оба явиться в Лас-Ночес, к нему. Ннойтора расхохотался. - Передам обязательно. Уже сейчас хочу видеть рожу Хичиго, когда он узнает, у кого его драгоценные людишки. Договоренность насчет "Мюгетсу" в силе? - Да, корабль остается у вас, как вы и просили, - безжизненным голосом ответил Улькиорра. - Ну что ж, Хич. Твой "член" у меня в руках. Осталось дождаться, пока ты явишься за своим добром, - усмехнулся Ннойтора себе под нос... Через несколько дней после того, как он отдал пленников, корабли Джируги и Реру попали в странный шторм, длившийся весь день. Ветер был так силен, что гнал их поневоле, а волны захлестывали палубу. Едва буря утихла, как видимость заполонил густой туман, похожий на кисейную завесу. Пираты были вымотаны и слегка напуганы, потому что даже не могли разглядеть, куда плыть. Туман не развеялся и до прихода ночи. Сплюнув на палубу с досады, Ннойтора выставил вахтенных и спустился к себе в каюту поспать. Ему снился странный сон, в котором улыбающийся скелет наклонился к его лицу и произнес: - Этого оставьте нашему избавителю. Он его с потрохами. Затем эта тварь, хихикая, удалилась ползком из каюты, громко хлопнув дверью. От этого звука Джируга и проснулся, вскочив. К его горлу тут же прильнула сталь сабли. - Куда-то собрался, Ннойтора? Джируга повернул голову и увидел рыжего юношу с золотыми глазами. - Раб Айзена? – удивился он. - Он самый, - снисходительно заметил Ичиго, сидевший на стуле рядом с кроватью. – Не ожидал? - Разве ты не с этой сучкой Хичиго Безымянным? - С ним, - странно улыбнулся Ичиго. – Точнее, за него. - Что это значит, ты, рыжая шлюха? Ичиго быстрым и метким движением надрезал Джируге кожу рядом с горлом. - Я бы на твоем месте выбирал слова и очень осторожно, учитывая, что вся твоя команда мертва. Как и команда Реру. Ннойтору слегка затрясло, когда смысл слов рыжего дошел до него. - Где Зоммари? – сдавленно спросил Джируга. - Здесь вопросы задаю я, а не ты, - негромко заметил Ичиго. – Где мои сестры и люди Хичиго? Ннойтора расхохотался, затем медленно и с наслаждением выдал то, что ему велел сказать Улькиорра. - Ну и где этот сученыш? Даже боится показаться, чтобы спасти задницы своих собратьев? – насмешливо заметил Джируга, наблюдая за сменой эмоций на лице Ичиго. При его последних словах Куросаки поднял голову и посмотрел на него с непередаваемым выражением. - Хочешь знать, где Хич? – вкрадчиво произнес Ичиго и наклонился к его уху поближе, не отпуская сабли. - Так вот, он мертв. Уже давно. И он ждет тебя, - глаза Куросаки зловеще блеснули. - А теперь вставай. Ты же хотел знать, что с Реру. - Ты спятил, рыжий ублюдок! Что значит "он давно мертв"? Я видел его недавно перед захватом его корабля, - выпалил Ннойтора, встав и зашагав к выходу под угрозой сабли. - Ты видел меня под его маской, - спокойно заметил Ичиго. – Хичиго мертв, поверь мне. И, знаешь, почему я дал тебе это узнать? - Почему? - Потому что скоро ты присоединишься к нему. Ичиго вытолкнул Джиругу на палубу, и тот смог увидеть картину разорения, которую представлял собой его корабль. Повсюду хозяйничали мерзкие скелетные твари, вырывая сердца у команды и пожирая их. А неподалеку стоял связанный Реру, наблюдавший за происходящим с выражением суеверного ужаса. Несколько скелетов тут же окружили Ннойтору. - А вот и капитан, - насмешливо заметили они глухими, как из-под земли, голосами. - Его уже можно жрать? – спросил один из скелетов, нетерпеливо отплясывающих возле Зоммари. Внезапно из кулона Ичиго вырвался поток, принявший форму облака с молниями. Сквозь серую завесу проглядывали сверкающие, как угли, красные глаза. - Отдай их мне, Servus Amor! Пусть эти две души будут моими, - послышался звук из облака. Ичиго посмотрел на опешивших от происходящего Ннойтору и Реру. Его глаза блеснули непривычно-жестоким блеском. - Вам не стоило трогать моих людей и тем более сестер. Я никому этого не прощу. По вашей вине они теперь в огромной опасности. Горите в аду! Ичиго обернулся к переливающемуся облаку. - Они твои, Кон! Бывший спектатор бросился вперед с утробным рычанием. Облако поглотило Джиругу и Зоммари. Из сгустившегося дыма были слышны только крики и вопли. Когда тело Кона приняло обратно человеческую форму, на палубе, где были Ннойтора и Реру стало пусто, словно там никого и не было. - Что ты с ними сделал? – полюбопытствовал Ичиго. - Поглотил их души. С некоторыми экземплярами нам разрешается это делать. Кон довольно ухмыльнулся, едва не облизываясь. Ичиго слегка передернуло. - Я тоже самое хотел сделать и с тобой сначала, Servus Amor. Но сейчас я рад, что удержался. Кон прильнул к Ичиго, нежно заглядывая к нему в глаза и выпрашивая ласку. - Сюда идет злой-презлой Гриммджо, - предупредил Куросаки. Кон хихикнул и скользнул в кулон. - С "Мюгетсу" все в порядке? – спросил Ичиго у приблизившегося Джагерджака и Зангетсу. - Он практически цел, хотя и поврежден в результате абордажа, но мы можем пока перебраться на джонку. А где команда и твои сестры? Ннойтора сказал тебе? - Их забрали люди Айзена и везут к нему. А без "Мюгетсу" на полном ходу мы не сможем их догнать. - Вот сукин сын! – выругался Гриммджо. – И чего он хочет? - Угадай, - хмыкнул Ичиго. - Меня и Хичиго, добровольно пришедших к нему в Лас-Ночес. Скелеты сгрудились вокруг Куросаки. - Мы выполнили свою часть договора, - констатировал мертвый капитан. – Теперь твоя очередь. Тенза шагнул к Ичиго. - Ты уверен, что все пройдет так как надо? – обеспокоенно спросил он. - У меня установилась странная связь с Глаукосом после Эеи. Я вижу его во сне. Это его инструкции, - спокойно ответил Ичиго. - И в любом случае другого выбора у нас нет. Может, ты хочешь объяснять этим ребятам, что мы их просто использовали? Тенза кивнул и отступил. Ичиго отошел чуть подальше и поднял саблю, направив ее себе в грудь. - Что он делает?! – обеспокоенно вскрикнул Гриммджо. - То, что необходимо, - уверенно ответил Зангетсу. – Сабля не убьет его, поскольку в нем течет кровь, из которой она создана. Но, как только он проткнет себя ею, душа Глаукоса на время перейдет в его тело. А уж он знает, как отправить по назначению этих ребят. Джагерджак, уже не слушая, расширенными глазами следил за рыжиком. Его руки бессильно сжались в кулаки. Скелеты образовали ровный круг вокруг Ичиго, завороженно наблюдая за его действиями. Юноша без промедления воткнул саблю себе в грудь. Его тело согнулось пополам, а возле ног образовался вихрь, поднявшийся вверх. - А что будет, если этот Глаукос не захочет покидать его тело? – обеспокоенно спросил Гриммджо. - Тело обычного смертного не может выдержать Бога. Но Куросаки не такой - у него божественные корни. К тому же, Глаукос вселится в Ичиго лишь ненадолго, - уверил Зангетсу. - Почему он не сказал мне, что собирается такое проворачивать! – с досадой выпалил Гриммджо. - Потому что он любит тебя и не хочет, чтобы ты переживал, - с легкой грустью ответил Зангетсу. В это время вихрь поднялся, охватив все тело Ичиго. Несколько долгих минут воронка вертелась на месте, а затем резко спала, освободив юношу. Тот стоял, опустив голову так, что из-под челки не видно было глаз. Сабля превратилась в меч и теперь находилась у него в руке. Гриммджо и Тенза с замиранием сердца наблюдали за этой картиной. Мертвые пираты тоже притихли, завороженные зрелищем. Куросаки поднял голову. Его глаза горели голубым пламенем, но так было только несколько минут. Лицо юноши приобрело выражение вселенской мудрости и странной грусти. Оно настолько не соответствовало молодому облику и всему образу Ичиго, что становилось ясно, что это уже не он. - Глаукос! – хором констатировали пираты. Бог поднял меч и окропил его своей кровью, приподняв на одной руке в воздух. С его губ сорвались слова на странном языке, древнем и загадочном. Оружие взлетело в воздух и зависло над проклятым кораблем. Там, где по клинку стекала божественная кровь, показался свет. Ткань мироздания рассекалась острием, приоткрывая врата в другой мир. Из меча вырвались лучи, ударившие под разными, благодаря украшениям на эфесе, углами в пиратов. В их свечении вид скелетов начал меняться. Наросла плоть, преобразуя облик до земного человека, который когда-то соответствовал проклятому созданию. Капитан оказался высоким худым мужчиной с короткими золотыми волосами, торчавшими шапочкой вокруг головы, и хитрой улыбкой. - Хирако Шинджи благодарит тебя, Ичиго Куросаки! – крикнул он. – Прощай и спасибо тебе! С этими словами он исчез в ярком луче от меча, который очертил его абрис. Изгоняемое сверканием меча проклятье покинуло и остальных пиратов, отправив их на покой. Тенза и Гриммджо невольно задохнулись от впечатления, производимого этой сценой. Как только последний проклятый растворился, начал изменяться и корабль: исчезла паутина и мрак, он снова стал прекрасным парусником, который тут же начал стареть и ветшать, пока тихо не погрузился в воду, подчиняясь времени. Едва последние остатки корабля затонули, сияние меча стало глуше и начало угасать, пока не исчезло совсем. Оружие медленно опустилось и вернулось к Глаукосу в руку. Вспыхнув, меч преобразовался в саблю, а тело Ичиго рухнуло сначала на колени, а затем и на землю, выпустив из себя сияние, вошедшее в клинок. Гриммджо бросился вперед и подхватил рыжика, прижав к себе. Джагерджак осмотрел юное расслабленное лицо. - Он спит! – усмехнулся Зангетсу. – Видимо, Глаукос усыпил Ичиго, чтобы он не страдал от слабости после его пребывания в нем. Гриммджо молчал, продолжая созерцать юношу. Медленным осторожным жестом он прижал его голову к своей груди и поцеловал в волосы. Затем стал укачивать Ичиго, как маленького, продолжая прижимать его к себе. Тенза, сидя в сторонке, наблюдал за проявлением чувств Гриммджо. Похоже, он и впрямь очень сильно любил этого молодого человека... ...Ночью Ичиго, уже пришедший в себя, лежал, глядя в пространство и размышляя о сестрах и команде Хичиго, схваченных Айзеном. В этот момент по его бедру пробежали чьи-то шаловливые пальцы, а хриплый голос Гриммджо произнес ему в ухо: - О чем ты только думаешь, Куросаки, когда я рядом с тобой в постели? - Я беспокоюсь о Карен и Юзу. И о команде. Айзен непредсказуем, он может вытворить что угодно, а жертвами будут они, - тихо ответил Ичиго. - Ты сейчас можешь как-то изменить эту ситуацию? Именно сейчас? – вздохнув, поинтересовался Гриммджо. - Нет. - Тогда давай пока отбросим все это и просто нормально трахнемся, а? Я хочу, чтобы ты думал только обо мне, когда мы занимаемся любовью. Джагерджак повернул лицо Ичиго к себе и крепко поцеловал его в губы. Юноша машинально ответил. Несколько минут Гриммджо усиленно осыпал его ласками, пытаясь передать свой жар ему, но это не возымело действия. Молодой человек по-прежнему хмурился, а на все его старания практически не реагировал. Гриммджо приподнялся. - Так не пойдет, Куросаки! – недовольно заметил он. - В чем дело? – удивился Ичиго. - Ты как будто не здесь. С таким же успехом можно ублажать труп, ожидая ответа. Ичиго вздохнул. - Извини, кажется, у меня нет настроения сегодня этим заниматься. Гриммджо несколько минут наблюдал за ним, разглядывая его сосредоточенное лицо. - А если я тебе дам, оно появится? – вдруг предложил он. Ичиго вскинул голову. - Что? - Что слышал! Трахни меня, Куросаки, если только это способно тебя разжечь. Ичиго усмехнулся. - Ты настолько сегодня на взводе? – низким голосом заметил он. - Не представляешь как, - шепнул Гриммджо, облизнув губы. - Ну, тогда иди ко мне, мой василек, - произнес Ичиго, похлопав по постели рядом с собой. - Всё что угодно, только не называй меня так. Гриммджо лег на спину, а Куросаки навис над ним. Джагерджак обхватил свесившийся к нему локон его волос, погладив его. - Жаль, как только мы удалились от Ээи, они стали укорачиваться. А мне так нравилось. Ичиго фыркнул. - А мне так удобнее. - Прибью, если волосы отрежешь, - ласково предупредил Гриммджо и, демонстративно ухватив остатки длинной гривы Ичиго, притянул его к себе. Наконец-то он увидел то, чего добивался – всполохи желания в золотых глазах. Куросаки прильнул к его губам, скользнув между его бедер. Гриммджо страстно ответил на поцелуй, прижимая молодого человека к себе и лаская его спину. - Сегодня можно и без уговоров, - пылко шепнул он. – Я хочу тебя. Ичиго игриво лизнул его в шею, отыскивая пальцами самое горячее местечко между его ногами. Гриммджо застонал, когда пальцы любовника нетерпеливо проникли в него. Ощущение не было приятным, но выражение лица юноши перед ним стоило того. Наклонившись, Ичиго стал лизать и покусывать его соски, отвлекая Гриммджо от необходимого приготовления. Найдя особо чувствительную точку у Джагерджака за ухом, юноша стал осыпать её поцелуями, осторожно пристраиваясь к растянутому входу. Ладони Ичиго скользили по восприимчивым местечкам под ребрами, наглаживая кожу. Когда Гриммджо окончательно расслабился и разомлел под его ласками, Ичиго одним толчком вторгся в него. - Черт! – выругался Гриммджо, стискивая пальцы на мышцах его рук. - Больно? – ласково шепнул Ичиго, прильнув к нему. - Скорее непривычно, но ты же это терпишь, - шепнул Гриммджо, приноравливаясь к присутствию чужой плоти. Он ощущал, как член Ичиго пульсирует в нем, горячий и твердый. Гриммджо притянул к себе его рот, снова целуя юношу. Ответ был пылким и страстным. Ичиго сжигало нетерпение. Его бедра слегка двинулись вперед, толкаясь в любовника. Гриммджо издал легкий стон, а затем рыкнул, когда Куросаки стал входить в него равномерными движениями, наблюдая за его лицом. - Нравится? – жарко шепнул Ичиго в ухо Джагерджаку. – Скажи мне... Скажи, что это тебе нравится. Гриммджо переполняло от ощущений. Была боль, но, когда плоть Куросаки проходилась по простате, все его тело сжималось от непривычного, ошеломляющего удовольствия. - Да... – со стоном ответил Джагерджак. – Черт возьми, да! Ичиго обхватил ладонью его член, обостряя ему наслаждение. Его пальцы умело наглаживали ствол, проходясь до конца и лаская головку. - Куросаки!!! – Гриммджо выгнуло под ним. Он задыхался от блаженства. Краем распаленного мозга Джагерджак отметил, что Ичиго хорош как под ним, так и над ним. Или он уже настолько одурманен, что просто чувствовать его стало слишком приятно? - Гриммджо! – лихорадочно шептал Ичиго, скользя между его раздвинутыми бедрами. Он наблюдал, как любовник позабыл все на свете, откинув голову и двигаясь ему навстречу. Разве что-то теперь имело значение? В этот момент весь остальной мир померк. Миг, когда луна заливала постель своим загадочным светом, и его гордый возлюбленный дарил себя ему с невероятным пылом... Уже когда они лежали рядом, переводя дыхание, Ичиго вдруг тихо шепнул: - Я тебя люблю, ты это знаешь? Гриммджо издал смешок. - Слегка догадываюсь об этом. Ичиго посмотрел ему в лицо без улыбки. - Я серьезно. Гриммджо обхватил ладонями его щеки. - Конечно, знаю, Куросаки. Его палец заскользил по нижней губе Ичиго, очерчивая ее форму. - Ичи, завтра я отправляюсь к Айзену. - Что? - Я же его любовник, помнишь? Я поеду к нему и разузнаю что могу о пленниках. - Ты меня покидаешь? – обеспокоенно спросил Ичиго. - Только на время, Ичи. Поверь мне, я очень этого не хочу. Но тебе же это важно, разве нет? Куросаки кивнул, не отрывая от него глаз. - Да, но... Гриммджо прижал его к себе. - Никаких "но". Встретимся в таверне "Золотой караван" на побережье. Ичиго крепче прильнул к нему. - Только приходи, обязательно приходи туда, слышишь? – шепнул он с тоской в голосе. - Ичи… - Гриммджо зарылся лицом в рыжие волосы, прижав юношу к себе. Остаток ночи они так и провели, не размыкая объятий... На следующий день Гриммджо отбыл на корабле Реру. Перед этим они битый час обнимались с Ичиго на корме, не желая отпускать друг друга. Губы Куросаки все еще горели от жгучего поцелуя, подаренного Гриммджо напоследок, а его глаза с тоской наблюдали, как корабль, уносивший его любовника, исчезает за горизонтом... ...Таверна "Золотой караван" располагалась на холме неподалеку от морского берега. В этот вечерний час в ней было уютно и спокойно. Посетители тихо сидели за столиками, обсуждая каждый свои дела, а море негромко вторило им своим рокотом, доносившимся через полуоткрытую дверь. Ичимару Гин быстро зашел внутрь и оглядел большой зал, но сквозь дым от кальянов с трудом можно было что-либо разглядеть. Он приблизился к хозяину за стойкой и что-то шепнул ему. Тот указал на дальний конец залы. Именно там в длинных плащах с надвинутыми на лицо капюшонами сидели Ичиго и Тенза, напряженно ожидая появления Джагерджака. Ичимару подошел и уселся за столик, жестом подозвав девушку с кувшином вина. - Где Гриммджо? – спросил Ичиго вместо приветствия. – Что-то случилось?! Гин опрокинул бокал вина и хмуро взглянул на него. - Боюсь, что все обернулось куда худшим образом, чем мы полагали. - Что?! Что произошло? Где Гриммджо? – снова повторил Ичиго, и его глаза полыхнули из-под капюшона. - Как только Гриммджо появился в Лас-Ночес, его схватили и арестовали. Сейчас он в одной из подземных тюрем. - За что?! – опешил Куросаки. - За то, что надолго отлучился без дозволения. Он – фаворит Айзена, и ему такого не простят. - Проклятье! – Ичиго стукнул кулаком по столу, разлив вино. Гин пристально смотрел на него. - Это еще не все, - вкрадчиво и тихо предупредил он, чем снова привлек внимание юноши. - Айзен в бешенстве и жаждет крови. Через несколько дней Гриммджо с командой "Мюгетсу" выставляют на бой гладиаторов, среди которых будет чемпион Зараки Кенпачи. Глаза у Ичиго стали, как блюдца, от шока. - А после их представления твоих сестер отдают на растерзание львам, - Гин продолжал смотреть на опешившего и уже мало что соображающего Ичиго, негромко закончив. - Айзен явно хочет получить ваши с Хичиго шкуры и немедля.