Глава 1. С корабля на бал
2 марта 2021 г., 23:52
Я прожила с Фелисией и ее мужем уже почти месяц. Почти месяц, в течении которого я, заглушая слезы, едва ли не каждую ночь плакала в подушку, а днем пыталась вести себя так, будто ничего не произошло. Нельсон, или, если коротко — Нильс, и Фелисия оказались прекрасными людьми, но я не могла полюбить их, за что чувствовала ужасные угрызения совести. Также в последнее время я начала замечать, что мои эмоции будто бы притупляются. Возможно, из-за того, что я слишком много плакала в последнее время?
Однажды, когда я проснулась и спустилась на кухню, Фел (она сама просила себя так называть, но я, к сожалению, постоянно об этом забывала), услышав мои шаги, перестала говорить с Нильсом и обернулась ко мне со слегка встревоженным выражением лица. Я замедлилась, предчувствуя недоброе.
— Диана, — взволнованно начала сестра, сцепив руки с длинным тонкими пальцами в замок. — Ты знаешь, мы все время откладывали поход в Косой Переулок из-за Пожирателей, но, раз времени почти не осталось, то мы должны сделать это сегодня.
О, неожиданно. Как быстро все же летит время.
— Хорошо, — кивнула я, присаживаясь напротив родичей.
— Я, к сожалению, слишком выделяюсь, — тут же продолжила Фел, — так что рисковать не могу. Ты же не против пойти с Нильсом?
Я молча помотала головой.
— Отлично, но, пожалуйста, будьте осторожней! — со встревоженным выражением лица напутствовала нас она.
Мы с Нильсом клятвенно пообещали, что не будем слишком сильно рисковать и задерживаться. Двадцать минут туда и обратно, так сказать. Договорившись выйти в двенадцать часов, мы разошлись кто куда — Фелисия на работу, а Нельсон и я — собираться. Тревога снова начала подниматься у меня в груди. Привычное дело.
***
И вот, когда время настало, я, следуя за своим зятем, впервые за все время, которое я здесь провела, вышла из дома. В прошлой жизни я любила гулять, но сейчас… сейчас хотелось остаться дома, лежать и тупо смотреть в потолок. Теплый ветерок налетел на меня, растрепав темно-коричневые засаленные волосы. Привыкнув к полумраку своей комнаты, я от неожиданности зажмурила глаза и, ошалело помотав головой, устремилась за Нильсом. Как оказалось, невзрачный двухэтажный домик, в котором мы жили, располагался недалеко от Чаринг-Кросс-роуд, докуда мы добрались примерно за двадцать минут, за которые я даже не запыхалась. Кажется, я начала забывать, что с новым телом пришла и новая сила. Хоть что-то хорошее. В «Дырявом Котле» мы, не задерживаясь, сразу вышли на задний двор. Около стены Нильс, замешкавшись, сначала провел по кирпичам (бррр, теперь я их немного побаиваюсь) пальцем, будто вспоминая, а затем немного неуверенно постучал по нужному волшебной палочкой. Я замерла в ожидании. Тут же кирпич затрясся. Сначала слабо, но потом, когда тряска усилилась, в его середине появилось небольшое отверстие, которое, впрочем, быстро разрослось в арку, через которую Нильс, который, кстати, был весьма высокого роста, без труда прошел. Я тенью шмыгнула за ним. И тут же чуть не оглохла от шума, стоявшего в Косом Переулке. Боясь потерять Нильса в толпе, я в пару прыжков подбежала к нему и схватила за рукав куртки. Тот, посмотрев на меня со сначала слегка удивленным выражением лица, тут же понимающе улыбнулся и осторожно взял меня за руку, а затем спросил: — Ну что, куда пойдем первым делом? Я замялась, не зная, что ответить. На ум сразу пришла лавка Олливандера, но я пока не хотела туда идти, а потому, потерев подбородок, спросила: — Может, за книгами? — Как хочешь, — пожал плечами Нельсон и, проталкиваясь сквозь толпу, потащил меня к «Флориш и Блоттс». Когда мы вошли внутрь, мое книголюбивое сердечко затрепетало от радости, но внешне я, увы, осталась совершенно равнодушной. Тем временем Нильс пробежался глазами по списку, а затем повернувшись ко мне, попросил не отходить ни на шаг. Я была не против. Закупившись книгами, мы с Нельсоном остановились у стеллажа, чтобы передохнуть. Тут мой взгляд упал на двух молодых волшебников — высокого, стройного юношу и тонкую девочку невысокого роста. Схожие черты лица и одинакового, практически белого цвета волосы выдавали в них брата и сестру. Но меня в них привлекло ни это, ни богатые серебристые мантии, в которые они были одеты, а странное, но такое знакомое мне выражение в глазах девочки: что-то среднее между забитостью и непониманием. Впрочем, долго мне их разглядывать не удалось: Нильс, проследив за моим взглядом, со смешком спросил: — Что, Малфоев разглядываешь? — тут в его голосе проскользнуло легкое недоумение: — не понимаю, чего на них так пялиться. Ты же вроде с ними часто виделась, пока жила с родителями, разве нет? А, так это Малфои. Учитывая год, юноша — это наверняка Люциус, но вот кто эта девочка… Нельсон, не дождавшись ответа, пожал плечами и легонько тронул меня за запястье, молча прося идти дальше. Я послушалась. На очереди были ингредиенты для зелий, потому что мы с Нильсом единодушно согласились, что стоит не оставлять неприятное на потом. Если рассказывать кратко, то меня замутило от запахов и Нильс, выглядя очень обеспокоенным, разрешил мне подождать снаружи. Я снова увидела Малфоев. Младшая из них, похоже, постоянно отвлекалась, за что получала небольшие выговоры от Люциуса. Жаль ее. Следующей целью нашего посещения стал магазинчик Мадам Малкин. Мы с Нильсом условились, что, пока мне делают мантии, он сходит за котлом и прочими вещами, не требующими моего непосредственного участия. Внутри Нельсон быстро расплатился с Мадам Малкин и был таков. Я, выдохнув, встала на скамеечку и, пока волшебница хлопотала вокруг меня, наконец смогла немного разложить мысли по полочкам и унять звон, стоявший у меня в ушах еще с тех пор, как я только оказалась в Косом Переулке. Немного расслабившись, я слегка повернулась в сторону окна и, конечно же, увидела эти платиновые волосы. Такое ощущение, что мы с Малфоями преследуем друг друга… ну или что мы в каком-то фанфике, автор которого не знает, как еще по-быстрому познакомить персонажей и быстро развить их отношения. Надеюсь, я не столкнусь с кем-то из них, а то будет комбо. Тут Мадам Малкин, сказав, что все готово, всучила мне пакет с мантиями и я, поблагодарив ее, направилась к выходу, где меня уже ждал Нильс. Он принял пакет из моих рук и, положив его ко всем остальным вещам, снова взял меня за руку и объявил: — А теперь — за палочкой! — Ура-а-а, — абсолютно монотонным голосом произнесла я. Не понимаю, почему. «Прошлая Диана была бы рада. Ты теперь за нее, так почему бы тебе хотя бы не попытаться изобразить счастье?» — вдруг мелькнуло у меня в голове, и через мгновение сердце кольнуло чувство вины. Я помотала головой и, вынырнув из своих мыслей, обнаружила, что Нильс, слегка недоуменно на меня посматривая, уже шел к лавке Олливандера, крепко держа мою руку в своей. Чем ближе мы подходили к лавке, тем большую тревогу я ощущала, хотя не могла подумать ни об одной адекватной причине для этого. Чтобы успокоиться, я, как обычно, принялась глубоко дышать. Но вот мы, наконец, дошли до лавки и Нильс, ободряюще похлопав меня по плечу, пропустил меня вперед и зашел следом. Во второй за время посещения Косого Переулка раз в моей груди живо всколыхнулся интерес; что-что, а волшебные палочки в свое время меня интересовали больше, чем какой-либо другой атрибут из мира поттерианы. Заведя руки за спину и крепко сжав их в замок, я перевела взгляд на полки, уставленные множеством коробочек, содержимое одной из которых сегодня станет моим. Вдруг шорох заставил меня повернуть голову к мистеру Олливандеру, непонятно откуда появившемуся в помещение. Старый волшебник, с интересом посмотрев сначала на меня, а затем на Нильса, негромко произнес: — Добрый день. — А, эм, здравствуйте, — запинаясь, пробормотала я, немного нервничая. Олливандер кивнул и, будто бы обдумав что-то, спросил: — Какой рукой вы держите палочку? — Правой. — тут же ответила я и вытянула руку. Волшебник благодарно кивнул и, вытянув из кармана линейку, стал измерять мою руку, но вскоре отошел к коробочкам, пока линейка продолжала измерять меня сама. Сначала я удивилась, но потом одернула себя: теперь я волшебница, а значит, надо привыкать. Тем временем Олливандер вытащил из одной коробочки палочку и протянул мне. — Груша и сердечная жила дракона, тринадцать дюймов, негибкая. Попробуйте. Я осторожно приняла палочку из рук волшебника и уже собиралась взмахнуть ей, но вдруг мастер, пробормотав что-то вроде «нет, не то», выхватил палочку у меня из рук и протянул мне другую: — Лавр и волос единорога, одиннадцать с половиной дюймов, подвижная. В этот раз мне удалось взмахнуть палочкой, но ничего не произошло. Олливандер, покачав головой, взял ее у меня из рук и отошел обратно к коробочкам. Тут его взгляд упал на одну из полок, и он, кивнув чему-то в своих мыслях, взял оттуда коробку, и, вытянув оттуда палочку, подал мне. — Кедр и волос единорога, двенадцать с половиной дюймов, очень подвижная. Пробуйте. Я послушно взмахнула палочкой и, уже собираясь отдать ее, почувствовала теплоту в пальцах. Из палочки вырвался небольшой сноп бледно-голубых искорок, быстро рассеявшихся в воздухе. Олливандер же, воскликнув: — Замечательно! — аккуратно забрал у меня палочку и стал упаковывать ее. — Кстати, внимания стоит то, что вас первую из вашей семьи выбрала палочка с сердцевиной из волоса единорога. — О, — только и сказала я, не зная, как реагировать. Когда мастер закончил, Нильс заплатил ему пять галлеонов и, похлопав меня по плечу, вывел на улицу. Некоторое время мы шли молча, но потом он заговорил: — Я понимаю, что в последнее время ты пережила многое, а у нас остались еще деньги, так что будет справедливо, если ты выберешь себе какой-нибудь подарок. — Тут его взгляд упал на «Волшебный Зверинец». — Может, какую-нибудь зверушку? Да я о себе едва позаботиться могу, не то что о животном. — Н-нет, спасибо, — помотала я головой. Вдруг мое внимание привлекла вывеска около магазина с перьями, гласящая: «Прытко Пишущее Перо — выразит ваши мысли за вас и лучше вас!» Думаю, сейчас мне это понадобится, как никогда прежде. Я подергала Нильса за рукав и указала на вывеску. Он с сомнением посмотрел на меня, но все же повел к магазину.***
Спустя десять минут мы вышли оттуда кто с чем: я — с Прытко Пишущим Пером кислотно-розового цвета, а Нильс — с пустыми карманами, потому что оказалось, что Перья были введены в продажу только несколько месяцев назад, и потому стоили по двадцать галлеонов. Скажу честно, от вида цены мне сразу перехотелось его покупать, но Нильс, сказав, что я заслужила, все равно купил его. Теперь мне стыдно перед ним еще больше. До дома мы дошли без происшествий. Когда я оказалась внутри, то сразу схватила свои вещи и, попрощавшись с Нильсом, утащила их в свою комнату, раскладывать. В конце-то концов, надо же себя чем-то занять, а то не дело это — все время лежать в постели без мотивации что-либо делать, но с головой, полной тяжелых мыслей о наших с Дианой смертях. Отвратительное состояние, ненавижу чувствовать себя амебой. Первым делом я, найдя в шкафу чемодан, сложила в него сначала форму, которой точно не буду пользоваться, весы, телескоп, флаконы и ингредиенты для зелий, а также несколько книг, которые читать пока настроения не было. Остался только учебник по Чарам, Перо и палочка. Было некоторое желание попробовать некоторые заклинания, подкреплявшееся знанием того, что Министерство не сможет узнать, что заклинание использовала именно я, но эту идею я быстро отмела. Слишком опасно, я могу где-нибудь ошибиться, как ошибилась, когда зависла в телефоне, стоя под крышей, с которой падают чертовы кирпичи. Тут я решила опробовать свое новое Прытко Пишущее Перо. Достав листок, я взяла Перо и села за стол. Так, как их там надо использовать… за месяц мои знания о вселенной поттерианы немного притупились, но я вспомнила, что нужно облизнуть кончик пера и поставить его на лист, что я и сделала. Дальше оно, вроде, должно само писать под диктовку, да? На ум ничего не приходило, так что я пробормотала: — Эм… — за секунду я уже уверилась в том, что ничего не произойдет, но вдруг Перо, встрепенувшись, живо вывело на бумаге на чистом русском: «Проверка». Я улыбнулась. Значит, реклама не соврала, и мне в руки действительно попался очень ценный сейчас прибор. Выражать мысли словами никогда не было моей сильной стороной, так что Перо пригодилось бы мне и в прошлой жизни. «Так, нет, стой. Не вспоминай свою прошлую жизнь, ты от этого плачешь. Перестань.» Тут мне в голову пришла мысль, от которой мне стало очень некомфортно: раз я уже начала подзабывать поттериану без возможности освежить знания, то, очевидно, когда-нибудь настанет момент, когда я забуду абсолютно все. Потерять преимущество в виде относительного знания будущего и нескольких достаточно важных секретов меня пугала. Судорожно покопавшись в ящиках, я вытащила дневник Дианы, ни разу не открывавшийся мною с момента попадания сюда. Я его открыла и поставила на него Прытко Пишущее Перо. Следующие полчаса Перо под мою диктовку, состоявшую лишь из ключевых слов и небольших примечаний, выводила всю информацию, которую я не хотела или не должна была забывать: смерти, которые я могла бы предотвратить, не особо вмешиваясь в гущу событий (если бы я кого-то не спасла, при этом владея информацией, предоставляющей такую возможность, то мучалась бы от ужасного чувства вины до конца жизни), важные случаи и, самое главное, секрет Того-Кого-Нельзя-Называть. Я не должна это забыть ни при каких обстоятельствах. Если быть откровенной, то мне как можно скорее хотелось бы уехать из этого дома в Хогвартс. Нет, не из-за того, что общество Фелисии и Нильса мне было неприятно и не из-за новых приключений. Сейчас приключения были последними из того, что мне сейчас было нужно. Я хотела уехать потому, что мои сестра и зять знали прошлую Диану как никто другой и наверняка бы заметили, что со мной что-то не так. Конечно, сейчас они списывают мое поведения на последствия травмы, но когда-нибудь я окончательно выдам себя. В Хогвартсе же меня никто не знает и я могу вести себя, как душе угодно… и как не противоречит правилам. В дневнике Диана упоминала, что у нее есть кузен, но я не смогла разобрать имени. Что-то на «С». Думаю, в будущем это обернется проблемой.
