Бестия (часть 2)

Со всеми треволнениями у Солмирена совершенно вылетело из головы, что Риан не обязательно при встрече, очертя голову, кинется в его объятия. Поэтому тем неприятней было, когда его радужные чаяния разлетелись вдребезги, столкнувшись с жестокой реальностью. Когда они с оборотнем достигли цели, уже царила ночь. Их появление не вызвало бурю восторга, но и то, что Ри не оттолкнул, говорило о многом. Да и в той ситуации было не до философских изысканий. Солмирен в который раз всматривался в тонкую паутинку шрамов на видимых участках кожи и все никак не мог успокоиться. До сих пор перед глазами вставала картина, которая, казалось, теперь всю жизнь будет преследовать его в кошмарах. Шок, боль и гнев вспыхивали в душе и ледяной волной прокатывались по позвоночнику, когда он вспоминал, как пытался разглядеть за маской жутких шрамов любимое лицо. Солмирен почти захлебывался от ярости и желания немедленно найти и растерзать того, кто посмел поднять руку на их чудо. И хоть это помутнение длилось лишь несколько секунд, дракону казалось, что прошла вечность. Уткнувшись в волосы Шираду-младшему, он почувствовал на спине руку Кима, и теплая благодарная улыбка осветила лицо принца. Кто бы ему сказал, что так случится, он бы ни за что не поверил. Но теперь принц даже не задумывался над тем, как они будут делить Риана. Потому что делить не придётся. Сколько он пытался отыскать в глазах Кимейеса ревность и так и не находил! Когда драконий принц проникся к оборотню чувством, ещё не похожим на безграничное обожание, кое испытывал к Риану, но уже далеким от простой симпатии? Он и сам не заметил. Может, в те недолгие часы отдыха, которые они позволяли себе в пути, когда, отринув настороженность, засыпали рядом, грея друг друга? А может, в их тихие беседы ни о чём и обо всём, лишь бы не молчать, когда сердце тревожно заходится в груди? Или когда они, не сговариваясь, решили во что бы то ни стало найти Риана, и для понимания им хватило одного только взгляда? Тогда Солмирен увидел в глазах оборотня те же тревогу и решимость, что испытывал сам. Ким избавил принца от леденящего нутро страха не добиться взаимности Риана. Вселил уверенность, что он теперь не один, вдвоем они будут поддерживаться друг друга, пока неприступная крепость ни падет. Знание, что отныне рядом всегда будет надежное плечо, успокаивало и дарило уверенность. Солмирен очень надеялся, что Риан всё же уступит своим чувствам. Ведь не сказать, что принц ему вовсе безразличен. Солмирен определённо привлекает Ширада. Осталось только сломить сопротивление. Риан... Их маленькое чудо, их свет. Открыв свое сердце, он мог подарить им новый мир, жизнь, наполненную счастьем. И сам Риан отчаянно нуждался в обоих парнях. В Киме, которого он уже признал и принял. И в Солмирене. И хотя от последнего Риан пока успешно открещивался, сопротивляться долго он не сможет. Да и, похоже, события последнего месяца заставили его многое обдумать. Что же касается самого дракона, то Риан был необходим ему как воздух. Такой упрямый, такой невозможный и такой желанный. Боги, как же Солмирен изменился за эти полгода! И изменил его этот мальчишка, непредсказуемый, дерзкий, неуправляемый, но яркий и безумно притягательный. Связь связью, но Риан и без неё действует не хуже магнита. Солмирен уже не мыслил себя без своего персонального солнышка. Только теперь это их общее солнышко. В перспективе. Пока принц пытался разобраться в своих и чужих чувствах, его сущность уже с интересом принюхивалась к обладателю столь заманчивого запаха, который проделал вместе с драконом долгий путь и грелся под боком ночами. Это прошло мимо сознания хозяина, который настолько ушёл в себя, что не заметил появления ещё одной связи, пока ещё совсем тоненькой, но обещавшей стать весьма прочной. *** Утро встретило Солмирена почти полным опустошением резервов, головной болью и зверским голодом. Рядом сонно завозился Риан, перевернулся, ткнулся носом в шею и, почуяв родной запах, обнял его и умиротворенно затих. Дракон поднял взгляд и поймал теплую улыбку Кима, который, наверняка, был в похожем состоянии. Видя неприкрытый восторг на грани со священным трепетом на лице принца, парень подбадривающе подмигнул ему, переживая общее счастье. Да, они оба знали, что у них теперь одно счастье на двоих. И это счастье мирно сопело посередине, такое уютное и тёплое. Вот так вот примиряет и сближает общая беда. Они рассматривали Риана и радостно улыбались. Шрамы юноши сгладились, оставив после себя бледные полоски. Волосы вернули здоровый блеск и больше не напоминали свою полуседую копию. То, что опустошённые резервы и общее состояние парней — его рук дело, было очевидным, но нисколько не расстраивало. Они бы, если потребовалось, сами отдали бы всё без остатка. И вот теперь между ними лежал так хорошо знакомый им парень. О произошедшем напоминал только слегка уменьшившийся горб. *** С момента пробуждения Риан вёл себя тихо, ни о чём не спрашивал, но часто косился на парней. Похоже, он не мог решить, как себя вести. Ребята, украдкой переглянувшись, безмолвно решили, что трогать его пока не будут. Укрощать пугливого зверя станут постепенно, аккуратно выманивая его из логова и ненавязчиво приручая к прикосновениям. Встреча с родителями Риана оказалась неожиданной, но делать какие-либо выводы об их отношении к ребятам было рано. Их реакция ограничилась двумя одинаково нечитаемыми взглядами. Всех тревожил горб Риана, хотя никто пока не обмолвился на этот счёт. К всеобщему удивлению, Бесталл Ширад быстро справился с проблемой, что прибавило ему уважения в глазах молодого дракона. Не так прост родитель Риана, как думают многие. Старшие планировали вскоре отправиться домой, однако им не суждено было так скоро покинуть гостеприимный дом травника. На улице их ждали, но не для того, чтобы пожелать легкой дороги. Вперед вышел матерый оборотень. Он представился главой клана и рассказал, собственно, что им нужно. А нужен был Кимейес. — У меня есть разговор к вон тому оборотню, — качнул он головой в его сторону. — Какие у вас могут быть дела к этому юноше? — осведомился Бесталл. Риан удивлённо посмотрел на вожака. — Ничего, что касалось бы посторонних, — с намёком ответил тот. — Это дела семейные. Не беспокойтесь, не съем я вашего волчонка. Пошли, поговорим, — махнул он рукой в сторону ближайшего дома. Ким нахмурился, но за оборотнем пошёл. С каждой прошедшей минутой Риан всё чаще поглядывал на дверь, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Его родители вежливо отказались от гостеприимного предложения Байена выпить ещё по одной чашке чая. Солмирен аккуратно взял Риана за руку, тот дёрнулся от неожиданности, но вырываться не стал. Он всего лишь бросил короткий взгляд на свою кисть. Потом ещё один. Потом задрал рукав рубашки по локоть. Недоумение на его лице читалось очень красноречиво. — А где браслет? — спросил парень. — Какой браслет? — поинтересовался принц. — А ты по нему будешь скучать? — одновременно с драконом отозвался Бесталл. — Нет, но я не заметил, как ты его снял, — слегка растерянно произнёс Ри. — Я думал, от него трудно избавиться. — Ты забыл, что у тебя очень способный папа? — с усмешкой заметил Бес, и Риан в ответ расплылся в довольной улыбке. Как раз в это время за дверью послышались голоса. Там явно начали говорить на повышенных тонах. Риан напрягся. — Не лезь, — произнёс Валафар сыну, придержав его за плечо. Юноша кинул тревожный взгляд на родителей, но совету внял. Однако, когда послышалось недвусмысленное рычание, нервы Ри не выдержали, и он бросился к дому, оборачиваясь на бегу. Остальные ринулись за ним. — Что за нетерпеливый ребёнок?! — напоследок вопросил у неба Бесталл и поспешил за мужем. В доме едва хватило места для всех, но открывшаяся картина стоила неудобств. Крупный белый волк авторитетно рычал на молодого сородича и периодически недовольно ворчал на самовольно влезшего в разборки ирбиса, поддавая тому лапой, если удавалось. Ким скалил зубы, храбро подпирая тылом стенку, на которую наткнулся, пятясь. Барс шипел, но когтей не выпускал, и рявкал, когда массивной лапе удавалось провести очередной карательный акт. — Уважаемый Наяр, — доброжелательно произнёс Валафар, — может, Вы всё же примете более удобный для конструктивного диалога вид? А то наш сын не успокоится, считая, что его избраннику что-то угрожает. На морде старшего волка на мгновение застыло задумчивое выражение, пока его лапа очередной раз прикладывала вышеупомянутого сына под возмущенный мяв последнего, и затем, величественно кивнув и напоследок прописав по шлепку для профилактики уже обоим, принял двуногую ипостась. — Дети, — величественно произнёс Бесталл с намёком на повторение манёвра старшего волка. Кимейес, немного подумав, перекинулся и теперь сидел на полу у стенки, пристыженный и смущённый. Риан же, опустив повинно голову, мягко прошлёпал до младшего родителя, встал на задние лапы, закинув передние на грудь Бесу, и умильно заглянул тому в глаза. Бес сделал строгое выражение лица и прищурился. Наяр, как и все остальные, с интересом наблюдал за молчаливой битвой титанов, попутно разглядывая необычный окрас барса. Чем глубже становилась складка меж бровей Бесталла, тем жалобней таращились на него огромные глаза сына. Но точкой в противостоянии стали кругленькие ушки, получившиеся вразлёт из-за попытки прижать их к голове. Видимо, к такому приёму родитель оказался не готов. Вздохнув, он взял на руки своё чадо к вящему удовлетворению последнего. Риан спрятал пятнистую морду на плече младшего отца, уткнувшись в шею мокрым носом, и постарался стать как можно незаметнее. Похоже, пожинать плоды своего безрассудства у него не было никакого желания. — Может, вы нам поведаете, в чём дело? — миролюбиво начал Вал. — Да вот, племянника решил повоспитывать, — хмыкнул Наяр, — а то нет никакого уважения к старшим. Уши Кима заполыхали, но он упрямо выпалил, исподлобья глядя на родственника: — А где Вы были, когда все ваши охотники маму с папой гнали через Ледяные Чертоги?! — Ну, во-первых, не все, — ответил ему Наяр, — а был я по делам клана в южных землях с большинством «наших охотников». Вернулся лишь через несколько недель. Тогда и узнал всё. Только вот разыскать твоих родителей не получилось. Долго не мог отправиться на поиски, потому что после инцидента на меня легли обязанности главы клана, а когда представилась возможность вырваться, их след уже затерялся. Бесталл внимательно слушал разговор. В итоге решил, что там он нужнее, и, передав не успевшего даже пикнуть сына на руки довольному дракону, подошёл к мужу. Пока они разбирались, стоит ли сообщать Наяру, где сейчас его сестра, Солмирен вовсю наслаждался привалившим счастьем. Счастье пыхтело, фыркало, но когти не выпускало. Ему было тепло и уютно, хотя он вряд ли бы в этом признался. Поэтому терпел поглаживания и потискивания испытывавшего тактильный экстаз принца. Диспут разрешился в пользу Наяра. По этому поводу последний пригласил всех к себе на чай с Байеновским вареньем из ярисы. В общем, выдвинуться домой удалось только к вечеру и в компании дяди Кима, которого родители Риана обязались сопроводить к дому его племянника. Риан Ширад. Дома нас встретили как героев. После моего недавнего позора я старался лишний раз не отсвечивать. Солмирен, довольный моей покладистостью, вышагивал рядом. Да и, по правде сказать, присутствие рядом этого засранца радовало не меньше, чем шедший у другого бока Ким. Было решено переправить нас троих на учебу через несколько дней. Весточку в академию послали ещё от оборотней. Оказывается, эти герои сбежали ради моих поисков. Приятно, блин. Примерно в трёх шагах от дома мой детектор жалобно пискнул, сообщая о неотвратимо приближающемся апокалипсисе в лице Молли. Растолкав всех, эта невероятная во всех смыслах женщина ожидаемо впечатала меня лицом в своё весьма выдающееся достоинство, всхлипывая от избытка эмоций. Воздух кончился быстро. Раньше, чем эмоции Молли. Но чудо свершилось, и она упорхнула на кухню творить и удивлять. *** — Вот, собственно говоря, и всё, — закончил я свой рассказ. — Ты можешь предположить, кому понадобилось ставить ловушку? — спросил Эвари. — Нет. — Скверно, — Стор почесал подбородок. — Но мы с этим разберемся. Бесталл задумчиво молчал, погрузившись в явно безрадостные мысли, Валафар хмурился, Волак аккуратно рассматривал следы от шрамов, попутно проверяя мои щиты. Наяр, Ким и Солмирен переваривали услышанное, впечатлённые рассказом. Я поглаживал блаженно развалившегося на моих коленях Лютю, Тапок удрал к Угольку. — Ладно, с этим всё понятно, что ничего не понятно, — подытожил Бесталл, вернувшись, наконец, из мира тяжких дум. — А теперь давайте-ка знакомиться поближе, молодёжь. О Кимейесе мы кое-что слышали. Так что меня больше интересует молодой дракон. Мы с вами встречались на приеме в День Посещений, не так ли? — Всё верно. Зовут меня Солмирен дар'Альториос, — с лёгким поклоном представился он. — Учусь в той же академии, что и Риан. Там мы и познакомились. Когда узнали, что Ри пропал, решили с Кимом отправиться на его поиски. Поскольку Ри — наша Пара, мне не составило труда его найти. Если бы я узнал обо всём раньше, то обязательно помог бы вам. — Вы забыли упомянуть, — негромко, но отчётливо заметил Волак, холодно глядя на него, — что являетесь наследным принцем королевского рода драконов. Весомое упущение, Вам не кажется? Удивлённые почти неприкрытой неприязнью, проскользнувшей в тоне демона, присутствующие непонимающе посмотрели на Волака, но никто ничего не сказал. Я вообще вспомнил, что он мне первое время казался высокомерным типом. Так что я списал это на первое знакомство. Его слова произвели сильный эффект. Эв присвистнул, Наяр с интересом уставился на дракона, разглядывая, Стор хмыкнул. Родители же не выглядели удивлёнными, но и особо обрадованными тоже. Судя по выражению лица, Бесталл думал примерно о том, что его прогнозы на счёт сильных мира сего начинают сбываться. — Значит так, молодежь, — обратился к нам Вал, — послезавтра отправляетесь на учёбу. С Рианом всё хорошо, и держать вас тут нет смысла. С территории академии ни ногой. Риан, ты меня понял? — Понял, — пропыхтел я на такое вопиющее недоверие. — Мы приглядим, — пообещал Солмирен и получил от меня недовольный взгляд. Он устало прикрыл глаза и откинул голову на спинку дивана, и в этом жесте я увидел больше, чем хотел бы. Он не был показным. Похоже, дракон действительно устал. Не физически — морально. Мне захотелось сесть рядом, взять его за руку, чтобы просто поддержать, показать, что он не один, но я перетерпел сие порывистое желание, предпочтя не гнать лошадей. Слишком много между нами ещё осталось нерешённостей. Поэтому не стал заострять на этом внимание и проигнорировал поднявшее было голову недовольство своим поднадзорным будущим. *** — Привет, мой хороший, — обнял я бархатную морду Уголька. — Скучал? Крианс пободался и пару раз ощутимо цапнул. — Не сердись, я пришёл как только смог, — я почесал коня за ухом и уткнулся лбом в его щёку. — Я тоже очень скучал. Хорошо, хоть ты не сбежал как эти два прохвоста. Где б я тебя потом искал? А я тебе яблок принёс. Тут Уголёк навострил уши и насторожился. — Кто здесь? — Это я, не пугайся, — из-за денника вышел Ким. — Привет, Уголёк. — Один? — я сосредоточенно скармливал криансу яблоки. Ответа не дождался. Повернув голову в сторону Кима, увидел за его спиной Солмирена. Он подошёл к нам и просто стоял, наблюдая, как я кормлю, чешу Уголька и разбираю ему хвост. Конюх отлично ухаживал за моей животинкой, но я всё равно иногда брал в руки щётку и гребень. Угольку было очень приятно моё внимание, и я вычёсывал его так же как и Тапка с Лютей. Я кожей чувствовал, что Солмирену хотелось прикоснуться ко мне. Было заметно, что он сдерживает себя. Дракон был всё так же хмур и апатичен. Но не было похоже, что из-за меня. Я задумчиво посмотрел на него, прикидывая, стоит ли делать шаг навстречу. И решил, что стоит. Глупо было и дальше настаивать, что я спокойно проживу без него. Теперь это было бы ложью, и я прекрасно это сознавал. К тому же Солмирен изменился. Мне, по крайней мере, так казалось, и только время покажет, насколько я ошибаюсь. — Пойдёмте в дом, — я сложил инструменты в сумку на двери денника и ополоснул руки в ближайшем ведре с чистой водой. — Вам уже выделили комнаты? — Да, — Ким взял меня за руку. Через несколько шагов я ощутил, как вторую руку тоже окутывает тепло чужого прикосновения. Вот теперь всё было правильно. Так, как должно быть. — Две гостевых спальни в конце коридора. Ты позволишь нам побыть с тобой? — Да, — кивнул я, — тем более, что я хочу услышать подробный рассказ вашего путешествия. Только попрошу Молли дать нам чаю и булочек. — Ты думаешь, хоть что-то осталось? — скептически произнёс оборотень. — Сомневаюсь. Их все уплетали с большой охотой. — У Молли всегда найдётся парочка булочек про запас, можешь мне поверить. Солмирен всё так же молчал. И меня это уже начинало нервировать. До комнаты мы добрались с добытыми пакетиком коричных булочек и подносом с чайником и чашками. Дракон вертел головой, с интересом осматривая мои личные владения. Понаблюдав за ним какое-то время, не стал откладывать всё в долгий ящик. — Что с тобой? — начал я без обиняков допрос с пристрастием, когда мы обосновались на кровати. Произносить имя дракона не стал. Раньше я осознанно избегал упоминать его, а если и случалось, то называл только полным. Это звучало слишком официально, и сейчас было бы совершенно неуместно. Но и сокращённо я его не мог назвать. Я ещё сам не решил, как буду к нему обращаться. Близкие друзья его звали Солми. Так же его звал и Риз, и ещё Бог знает сколько его пассий, что меня, по правде сказать, отвращало от этого сокращения. Несколько раз слышал, как его называли Реном и даже Миром, но, на мой взгляд, ему это не подходит. Ещё был вариант Сол, но Солми всё же звучало мягче. Замкнутый круг. От подобных мыслей у меня начинала болеть голова и портилось настроение. Такими темпами я нескоро свыкнусь с тем, что всё-таки уступил первому ловеласу академии. Но, как говорится, кто не рискует, то не пьёт шампанское. Ладно, поживём — увидим, выживем — узнаем. Ага, как обычно. — Всё нормально. Я просто устал немного, да и ты забрал много энергии, — вымученно улыбнулся он, погладив мою скулу. — Ложь — не самое лучшее средство для начала сближения, тебе так не кажется? — прищурился я. Солмирен отнял руку, вздохнул и ответил: — Я получил вестник от отца. Он мной не доволен. Сильно. — И чем нам это грозит? — озвучил мои мысли Ким. — Ещё не знаю, но нервы он потреплет изрядно. — У меня слов нет, — в сердцах высказался я, — мне ещё твоего папаши не хватало для полного счастья! — и осёкся, сообразив, что ляпнул что-то не то. Дракон ещё больше помрачнел. — Да ладно тебе, Ри, справимся, — поспешил разрядить накаляющуюся обстановку Ким и для закрепления эффекта притянул меня, пересадив к себе спиной и обняв за талию. — Действительно, будем решать проблемы по мере их появления, — согласился я. — Вместе, — подытожил он, дернув к нам поникшего Солмирена. Тот практически упал на меня, растянувшись между ног, но вовремя подставил руки по обеим сторонам от моих бёдер и замер напротив лицом к лицу буквально в паре миллиметров от меня. — Вместе, — единогласно согласились мы с драконом, на мгновение растерявшиеся от неожиданности, и рассмеялись. Ким тоже пофыркивал мне в макушку, глядя на нас. *** Два дня дома мы провели с пользой. Первый день я старался больше времени провести с домочадцами, пока тактичные Ким и Солмирен играли с моими питомцами. А вот второй день я запомнил навсегда как один из самых счастливых в моей жизни. Мы вышли в поле, где я учился ездить на Угольке, и Солмирен показал мне своего дракона. Я думал, мне достаточно известно о драконах. Но оказалось, что я не знаю о них совершенно ничего. Я и не представлял, какое сильное трудноопределимое чувство производит настоящий дракон, расположившийся от тебя в десятке метров. Я забыл как дышать, глядя на антрацитовую шкуру, делающую дракона похожим на живую статую из черного металла. — Боги! Ким, ты это видишь? — прошептал я, а дракон удовлетворенно пыхнул теплым воздухом. — Вижу. А ещё я на нём катался! — Как катался?! — Летал, — довольно кивнул Ким. — БЕЗ МЕНЯ?! КОГДА ТЫ УСПЕЛ?! — Когда за тобой летел, чудо, — он притянул меня к себе и потрепал по волосам. — А-аааа... Ну тогда живи. Я аккуратно приблизился к терпеливо ожидающему дракону и, едва дыша, провел рукой по шипастой скуле. Было такое ощущение, будто гладишь нагретый камень. Осмелев, я стал более детально изучать морду гигантской крылатой рептилии. Не побоялся пощупать острые зубы, частоколом торчащие из пасти и способные впечатлить даже не особо впечатлительных личностей. Крылья мне казались двумя огромными шатрами, но теплыми и упругими. Я приподнимал их, щупал, накрывался ими, требовал расправить. Я даже полежал на них, раскинув конечности и попискивая от прущих на волю эмоций. Лапам я уделил немного внимания. Большие, когтистые, да. И всё. А вот хвост! Хво-оост... Мощный, гибкий и с плоскими треугольными шипами, гребнем проходящими по всему хребту. Я даже не удержался и перекинулся, когда Солмирен начал вилять им по земле, как сидящая собака, загребая траву не хуже газонокосилки. С громким мявом я носился за бронированной конечностью, выпустив свой очаровательно смертоносный маникюр, не боясь никому ничего покалечить. Я так не прыгал и не орал никогда. Когда же кошачий азарт иссяк, я добрался до спины (с третьей попытки) и сносно расположился на загривке. За мной пристроился Ким. — Покатай меня, Больша-ая черепаха! — велел я и для надежности дал шенкеля. Не знаю, почувствовал ли хоть что-то дракон, но послушно поднялся и, оттолкнувшись, взмыл в небо. — Ким! Мы летим! Летим! — раздавались мои вопли где-то под облаками. — Ва-аааааааа... Глянь, Лохматый, как земля низко! Ну что ты молчишь?! Я что, тут один дурак?! Кимейес заливался хохотом. И как только с дракона не свалился? Мы летали до победного - пока окончательно не стемнело. Солмирен оказался удивительно теплым. Замерзнув, я старался прижаться к нему как можно теснее. Лежа на теплой шкуре, я закрыл глаза, отрешился от всего и погрузился в какой-то транс, слушая, как где-то в глубине бьётся драконье сердце. Сверху прижимался Ким, согревая спину. В тот момент для меня ничего и никого больше не существовало. Я чувствовал парней. Слышал, как бьются их сердца. Практически ощущал мощные удары, сливающиеся с моим собственным сердцебиением в только нам понятный мотив. Ощущения правильности, завершённости наполняли душу покоем и уютом. Мы словно существовали вне пространства и времени. Я мог поклясться, что видел улыбающуюся Элию рядом с незнакомой одобрительно кивающей молодой женщиной. Я хотел заговорить с ней, но внезапно проснулся на антрацитовой спине в объятиях Кима. Мы возвращались домой.