Всему своё время

      Было ли это, а может и не было, только правил в одном королевстве, не в нашем, а в соседнем государстве, один молодой король. А супруга его, златокудрая королева Роза, была самой красивой женщиной во всём свете, и любил её король больше жизни. Подарила она супругу своему трёх дочек-красавиц, но прошло немного времени — и заболела она. Как ни старались придворные лекари — не могли спасти королеву, она слабела с каждым днём. Она уже не могла встать с кровати, король не доверяя служанкам сам кормил её с ложки. И вот однажды прекрасная королева Роза попросила супруга, чтобы он приказал привести к ней принцесс, чтобы она смогла с ними проститься. Еле сдерживая слёзы, приказал король привести принцессу Лилию, которой было три года, принцессу Азалию, ей было два года, и годовалую принцессу Камелию. Трижды обвили шею матери крохотные ручки, трижды коснулись сухие губы королевы бархатистых щёчек принцесс. Король глядел на это, уже не скрывая слёз. Девочек увели служанки, а королева сказала супругу:       — Дорогой мой муж… Я сейчас навсегда закрою глаза. Он хотел было замахать руками, не желая слышать ничего о смерти, но королева свела тонкие брови на бледном лице, и её тихий голос зазвучал так властно, как прежде, когда никто, даже король, не осмеливался перечить прекрасной королеве:       — Не прерывай меня. Выслушай. У меня слишком мало сил, чтобы спорить с тобой.       — Да, любимая, — он кинулся на колени перед её ложем.       — Я прошу тебя. Наши дочери ещё слишком малы. Не приводи во дворец мачеху. Обещай мне. Ты не женишься во второй раз.       — Конечно! — замахал руками король. — Разве я могу помыслить о другой женщине?!       — Сейчас, конечно, нет, — слабо улыбнулась умирающая, — но ты молод, мой супруг. Я не успела родить тебе сына-наследника. Придёт время, и твои министры да советники будут заставлять тебя вступить в новый брак. Но наши дочери слишком нежны и прелестны. Мачеха непременно будет завидовать их красоте. Ты даже представить не можешь, на что может пойти женщина из зависти! Я слышала, как одна королева-мачеха собственными руками отравила принцессу-падчерицу… Я не хочу такой доли моим дочкам. Поэтому обещай мне, что женишься вновь лишь после того, как выдашь их замуж.       — Да, дорогая, я обещаю… В последний раз поцеловал король губы своей любимой супруги, она нежно улыбнулась ему — и её бирюзовые глаза закрылись навсегда.       Шло время, год за годом пролетали над этим королевством. Подрастали принцессы, становились всё милее да краше, нарадоваться не мог на них король-отец. И наконец стали к нему подступать министры да советники, совсем как говорила перед смертью королева Роза, с просьбами заключить второй брак, на благо королевства, дабы новая жена родила наследника. Сначала король просто отказывался, потом стал сердиться. Но однажды во время заседания Совета Первый Министр, мудрый седобородый человек, встал и обратился к королю:       — Ваше величество. Все мы, — обвёл он рукой собравшихся царедворцев, — уважаем вас и скорбим по покойной вашей супруге. Но уже пора оставить скорбь в королевском склепе. Ваши дочери растут, скоро станут невестами, а потом и супругами достойных королей и принцев. Они покинут наше королевство. А вам, Ваше величество, необходимо вступить в ещё один брак. Королевству нужен наследник. Король зябко передёрнул плечами и поправил чёрную, отороченную горностаями мантию. Со дня смерти королевы Розы он так и носил чёрные, траурные одежды. Даже на короне был не алый бархат, а чёрный. Он обвёл советников взглядом. Все они кивали, соглашаясь с Первым Министром.       — Я уже говорил вам, — сказал он устало, — я не желаю жениться второй раз. Тогда встал Военный Министр, высокий и мощный, с огромным мечом на поясе. Только ему одному разрешалось быть на Совете вооружённым.       — Ваше величество. Я не мастак говорить. Мой меч острее моего языка. Поэтому скажу коротко. Мы все, ваши советники, посовещались и решили, что процветание нашего королевства нам дороже всего. Даже вас. Если вы не согласитесь жениться, мы посадим на ваш трон другого короля. Король опять обвёл взглядом всех собравшихся. И опять увидел, что все кивают. Он помолчал, нахмурившись, а потом сказал:       — Будь по вашему, мои мудрые советники. Я вступлю в повторный брак. Все одобрительно зашумели.       — Но я соглашаюсь жениться только на той женщине, которая будет как две капли воды похожа на мою незабвенную супругу. Найдите мне живую копию королевы Розы — и я с радостью назову её своей женой.       На следующий же день придворный художник написал, с того портрета, что до сих пор висел в королевской опочивальне, десять портретов королевы Розы на белых шёлковых платках, и десять скороходов помчались в разные стороны искать ту, что похожа на портрет. А король пожалуй впервые за долгое время улыбнулся: он-то знал, что нигде в мире не найти такую женщину!       Дни шли за днями, и не прекращались поиски невесты для короля. Искали в своём королевстве, искали по всему свету. Искали во дворцах, в домах зажиточных горожан, даже в бедняцких лачугах. А король спокойно растил и воспитывал своих дочерей. Вот и настал день, когда старшей принцессе исполнилось восемнадцать лет, и съехались на праздник принцы да короли, чтобы её отец мог выбрать для неё жениха достойного.       Для именинницы придворные портные пошили особенное праздничное платье под цвет её золотисто-карих глаз и украсили драгоценными камнями, сверкающими как солнце или огненно-рыжие волосы красавицы Лилии. Король-отец долго любовался на дочь, потом утёр глаза, поцеловал её в лоб и ушёл на заседание Совета. Азалия же с Камелией остались с восторгом кружиться вокруг сестры. Вдоволь налюбовавшись, они убежали в свои комнаты, чтобы тоже нарядиться. Азалия быстро нашла подходящее к празднику платье, но Камелия всё никак не могла подобрать себе наряд. Уже десять шкафов и пятнадцать сундуков просмотрела, но всё ей было не то, да не так! Опечалилась младшая принцесса, а тут ещё и Азалия стала над ней смеяться да привередой обзывать.       Расплакалась Камелия и побежала в покои отца за утешением. Опочивальня обычно была закрыта на ключ, когда короля не было в его покоях, но сегодня он забыл запереть её, когда шёл к дочери, а потом на Совет. Камелия запрыгнула на кровать отца и минуту-другую плакала в подушки. А потом ей надоело плакать, и она стала осматриваться. К своему удивлению, заглянув в гардеробную, среди чёрных мужских камзолов она обнаружила несколько великолепных женских платьев! Какая же шестнадцатилетняя девушка могла бы на её месте удержаться и не померить хоть одно? Нарядившись в очень изящное платье бирюзового атласа, она, конечно же, бросилась к зеркалу. И тогда её удивление стало ещё больше: она увидела не одно отражение златокудрой девушки в бирюзовом, как её глаза, платье, а два! На стене рядом с зеркалом, куда стала смотреться принцесса Камелия, висел портрет её матери, королевы Розы, именно в этом платье. Девушка заворожено смотрела на изображение матери, вздыхала, а потом быстро распустила свою косу, разбросав волосы так же, как на портрете. И грустно ей было, и одновременно радостно, что, оказывается, она так на маму похожа…       Долго ли простояла она так перед зеркалом и портретом, дивясь тому, как похожа она на свою мать, которую уже не слишком-то и помнила, или же нет, но тут вернулся в свои покои отец-король. Камелия, заслышав его шаги, обернулась с улыбкой, желая похвастаться своими находками, но король поражённо замер. Два до мелочей похожих изображения предстали перед его взором: портрет любимой жены — и подросшая дочь… Потемнело в глазах у короля, сердце его будто остановилось — и рухнул он на пол без движения. На крики принцессы сбежались слуги да лекари.       Пришёл в себя король на собственной постели, рядом сидит его дочь Камелия, держит его за руку и встревожено смотрит на него… глазами его любимой Розы. И придворные столпились у кровати, смотрят то на короля, то на принцессу, то на портрет покойной королевы — и шепчутся, шепчутся…       На следующий же день объявил король, что, исполняя собственную волю, женится на той, которая является копией его почившей супруги. На принцессе Камелии. Все были просто в ужасе, никогда не было такого, чтобы отец на дочери женился! А пуще всех испугалась принцесса Камелия. Закрылась она в своих покоях, да проплакала целый день. С того дня король словно обезумел. Ничьих увещеваний, никаких слов не желал слушать. Казнил Первого Министра, когда тот посмел заявить, что этот брак невозможен. В страхе смолкли придворные. В слезах умоляли его дочери-принцессы отказаться от этого ужасного намерения. Смотрел он на них, особенно на младшую, почерневшими глазами на бескровном лице — и как будто не видел и не слышал.       — Выйдет замуж Лилия, — твёрдо сказал король, — на следующий год будет свадьба Азалии. А ещё через год — и твой черёд настанет идти замуж, Камелия. И слово моё королевское нерушимо. Гордо подняв голову, запахнулся король в свою чёрную мантию и прошествовал мимо дочерей. А те так и стояли на коленях, обнялись и заплакали ещё горше.       Несмотря на предстоящую свадьбу старшей принцессы, радость словно покинула дворец. …В этот день король созвал в зал приёмов всех своих сановников, собираясь наконец объявить своё королевское и отеческое дозволение вступить в брак принцессе Лилии. Уселся он на золотой трон, до сих пор обвитый чёрным траурным бархатом, но не успел и рта раскрыть, как в зал вошла принцесса Камелия. Девушка была бледна, и глаза её покраснели от слёз и бессонных ночей, но красивое лицо было решительным, а тонкие брови сурово сведены.       — Вы не поменяете решение, Ваше величество? — тихо спросила она, когда подошла к трону. Придворные встревожились: раньше принцессы не говорили с отцом так официально. Но, похоже, теперь в королевстве многое будет не так, как раньше.       — Я не меняю решений, — холодно ответил король. — И я приказываю тебе дать согласие на брак. Сжала губы принцесса Камелия, а потом вымолвила негромко, но так, что её услышали все:       — Мне был послан сон, Ваше величество. Я соглашусь на брак, если будет выполнено моё условие.       — Я выполню его. Говори. В зале стало так тихо, что было слышно, если бы упала булавка.       — Призываю в свидетели всех уважаемых людей, что собрались в этом зале. Я, принцесса Камелия, выйду замуж, когда мне исполнится восемнадцать лет, только если получу два драгоценных подарка. Первый — это статуэтка жабы, вырезанная из цельного изумруда, величиной с человеческую голову. А второй подарок я назову через год, перед свадьбой моей сестры Азалии. Если, конечно, получу первый от Вашего величества.       Не дожидаясь ответа, принцесса гордо вскинула голову и покинула собрание. Придворные стали переглядываться и перешёптываться в удивлении: виданное ли дело, чтобы из такого большого изумруда делали какую-то жабу? Даже если и прикажет король своим придворным ювелирам вырезать такую статуэтку, но этот большой изумруд ведь ещё найти нужно, но камни такой величины могут попадаться раз в десять лет, а то и реже… Да, принцесса специально пожелала невыполнимое, все это поняли, но вслух никто, разумеется, не сказал.       Конечно, король приказал немедленно во всех копях королевства искать изумруд величиной с человеческую голову, но поскольку десять лет он ждать не собирался, то решил немного схитрить. Он пригласил к себе на приём принца, жениха принцессы Лилии, и дал ему задание принести эту статуэтку жабы, добыть её хоть с небес, хоть из-под земли. А иначе — свадьбе не бывать. Такое вот королевское слово нерушимое.       И рассказать нельзя, как опечалился принц. Он ведь тоже понял, что задание это невыполнимое. Но он очень полюбил красавицу Лилию, и она его тоже полюбила всей душой. И что же было делать несчастному принцу? Конечно идти туда, куда все шли в последней надежде. В дремучий лес, к могущественной ведьме.       Это от нашего королевства тот дремучий лес расстилался за тремя реками, а от королевства, где жила принцесса Лилия с отцом и сёстрами, этот лес был гораздо ближе. Вот пришёл принц к ведьме, стал кланяться да упрашивать её помочь. Посмотрела на него ведьма пристально, как будто мысли прочитать хотела, посмотрела, да и говорит:       — Не в добрый час ты пришёл. И не для доброго дела просьба твоя. Не буду я тебе помогать. Уходи. Растерялся принц, даже заплакал. Но грозную колдунью разве можно заставить, коли она не желает помогать? Повернулся он, понурился, да и побрёл прочь. И вдруг говорит ему в спину ведьма:       — Ежели твердо твоё желание найти изумрудную жабу, так ступай к Хозяину болота. Не могущественнее он меня, но сила его другая. Найти его нелегко, злобен он, страшен да свиреп, но если не испугаешься его да уговоришь помочь — считай, жаба уже в руках у тебя. Потом ещё помолчала колдунья, пока смотрел на неё принц с надеждой во взоре, вздохнула и вымолвила:       — Ладно, побрызгаю я тебя составом чудесным, чтобы не сожрали тебя комары прежде Хозяина болотного… И давай плескать на парня каким-то зельем, зажмурился он и терпел. Потом поблагодарил ведьму принц, поклонился и пошёл прочь. Задумался он крепко, не имел ни малейшей догадки, как найти таинственного болотного Хозяина. Вот идёт-бредёт он по тёмному лесу, ни по сторонам не глядит, ни под ноги. Шёл-шёл, вдруг чувствует — под ногами вода хлюпает. Нежданно-негаданно оказался он не где-нибудь, а чуть не посередине болота. Шагнул влево — провалился по колено, шагнул вправо — засасывает топь. Стоит на еле заметной твёрдой тропинке, как прошёл по ней и не сгинул в трясине — самому непонятно. Принц этот не только был красив, силён и храбр, он ещё был и умён. Догадался он, где ж ещё искать болотного Хозяина, как не в болоте. Вытащил принц из ножен свой меч, на всякий случай: кто знает, с каким чудовищем сражаться придётся. И позвал негромко:       — Эй, Хозяин болота! Тишина кругом стоит, только комары зудят, да пузыри всплывают и лопаются. Много раз звал он, всё громче и громче. Ни одной живой души не появилось, ни злой, ни доброй. Отчаялся принц, выронил меч, сел, где стоял, на клочке твёрдой земли, да и заплакал. А потом заснул от усталости и печали.       Над дремучим лесом взошло солнце, но деревья так тесно сплелись ветвями, что едва посветлело над болотом. Проснулся принц, глаза протёр, огляделся. Всё то же болото кругом. И прямо перед ним из воды кочка торчит, большая-большая. Не успел принц ничего подумать, как вдруг стала эта кочка ввысь подниматься. И не кочка это оказалась, а макушка огромного чудовища. В три человеческих роста, толстый, как старый вековой дуб, и весь покрыт то ли шерстью густой, косматой, то ли мхом да болотной травой. Глаза большие, круглые, горели злобным жёлтым огнём, а широкая пасть утыкана огромными зубами, острыми даже с виду. Перепугался принц, стал шарить вокруг себя в поисках выроненного меча, а сам с чудовища глаз не сводит. Загремело чудовище хохотом, словно гром, да и показывает меч в огромной когтистой лапе:       — Ты не это случайно ищешь, человечишка? А меч-то в его лапе не больше спички кажется.       — Ты, никак, сражаться со мной собирался? Много тут костей лежит, от таких, как ты, героев остались. Тоже такими вот мечами махали, бойкие да храбрые. Поначалу. Только где они теперь? Ты видишь? Вот и я не вижу. Ну, что ж, давай, сражайся. Пощекочи меня своей железякой. У меня от щекотки аппетит просыпается. Так что, я потом тебя скушаю. И бросил принцу меч. Схватил тот оружие, вскочил на ноги в боевую стойку и занёс меч над страшной когтистой лапой. Да так и замер.       — Ну, отрубишь ты мне лапу, — пророкотал Хозяин болота, — у меня новая вырастет, не успеешь ты и глазом моргнуть. А вот если я тебе руку-ногу откушу, у тебя-то новой не будет. Не победить тебе меня, человечишка. Ступай-ка подобру-поздорову, пока я сытый. Принц меч свой в ножны спрятал, вздохнул и сказал:       — Не сражаться я пришёл, не убивать тебя, Хозяин болота. Помощи просить я пришёл.       — Ты за помощью пришёл? Ко мне? И чем же я могу тебе помочь?       — Ведьма сказала, что только ты знаешь, где найти изумрудную жабу, которая из цельного камня, величиной с человеческую голову сделана. Вмиг исчез в трясине болотный Хозяин, только брызги во все стороны полетели. Не успел удивиться принц, как вновь вынырнуло чудище, да только морда его была не злая, а совсем по-человечески удивлённая.       — Так это ведьма тебя ко мне отправила?       — Ну, да, — кивнул парень, — только ты, сказала, и можешь мне помочь. Поскрёб макушку когтями Хозяин болота и спрашивает:       — А зачем тебе этакая диковинка?       — Я всем сердцем полюбил красавицу-принцессу Лилию, — вздохнул принц, — а её отец сказал, что не отдаст мне её в жёны, пока не принесу ему эту проклятую изумрудную… жабу. Почесал Хозяин болотный толстое косматое брюхо и говорит:       — Любишь, значит? Сильно?       — Сильно.       — Ну, так вот что я тебе скажу. Пусть эта твоя красавица-принцесса сама ко мне придёт. Побледнел принц и прошептал:       — Зачем? Что ты с ней сделаешь?       — Да ничего особенного, — облизнулся Хозяин болота. — Уж не съем точно. Погостит у меня денёк-другой, а потом я её отпущу и жабу изумрудную дам. Всего мгновение колебался принц, но как представил себе, как чудовище кошмарное его красавицу Лилию за белую нежную ручку в трясину тянет — рассердился, покраснел и опять меч выхватил:       — Да не бывать этому! Можешь убить меня, чудище поганое, но принцессы моей тебе не видать!       — Так и тебе её не видать, — захохотал Хозяин болота, — ежели изумрудную жабу её отцу не принесёшь, сам же сказал!       — Да пусть даже так! Но ты к ней своими грязными лапами не притронешься! Оборвал смех болотный Хозяин и уставился на принца горящими жёлтыми глазами.       — Проверял я тебя, парень. Сильна и чиста твоя любовь. Жди. Будет тебе изумрудная жаба. И опять в трясину нырнул.       Много ли времени прошло, или нет, сидел принц не двигаясь посреди болота. Хорошо хоть ведьмино зелье от комаров его хорошо защитило, не то не чудовище его бы сожрало, а крылатые кровопийцы. Наконец вздулся посреди топи большой пузырь, вылетело из него что-то круглое и прямо к ногам принца упало. Размотал парень траву да листья — и обомлел: это и верно была статуэтка жабы, из огромного изумруда вырезанная, да чистая, блестящая, словно только что из рук мастера. Вскочил принц на ноги, поклонился болотной топи:       — Спасибо за помощь, Болотный Хозяин! Хоть и испытывал меня, и пугал так, что нескоро тебя забуду, но не держу на тебя зла. Ежели я что не так сказал, и ты не держи на меня зла тоже. Теперь я наконец-то женюсь на своей принцессе, а для тебя на свадебном столе будет особый бокал стоять, с самым лучшим вином.