Юный Архивариус

      Спустя несколько минут, двери пустого с виду архива вновь открылись.       — Ты чего это на полу разлёгся? — проворчал голос Макара у меня над головой.       Я рискнул приоткрыть один глаз, убедился, что пламени больше нет, как и посторонних, а так же за приоткрытой дверью деактивирована первая защита, решил, что хорошего понемногу и поднялся.       — Можно же было и не падать, — пожурил старик. — Стоящий человек в пламени смотрится более зловеще.       Он обошел вокруг меня, осматривая на предмет повреждений. Надо же, дагадался.       — Хорош, — заключил он. — Две активированные защиты, а на ногах держишься. Оно хоть того стоило или страх глаза застил?       Сначала, хотел юморнуть, или опять пафосом блеснуть, но передумал.       — Ты чего молчишь, горемыка?       — Мне кажется, это был Мстислав.       — Этот недоайен?       — Да, вот только, он, наверное, этого пока не осознал. Я намекнул ему о душевной гармонии, а он только разозлился и чуть не убил меня. Хорошо, что успел незаметно активировать защиту.       — Думаешь, сумел переплюнуть магию везения?       Хмыкнул старик, мысленно сняля навеянную защитой иллюзию, создавшую видимость, будто архив сгорел дотла.       — Нет, — я осмотрел привычные и целые полки, — мага я бы не обманул.       — Тогда почему ты активировал именно эту защиту? Неужели решил, что если она станет провальной, потянешь ещё одну? Ты и так еле на ногах стоишь.       Действительно, почему? Пока я шел к архиву, у меня было время, чтобы выбрать. Но оказавшись внутри, я уже чётко понимал, какая из них подойдёт. Даже подыграл ей, притворившись, что тоже попал под пламя, на самом деле, оно меня не тронуло, только плясало на одежде, как призрачное. И то, только потому, что активировал её именно я, а если при этом кричать и корчится, можно было поверить, будто человек горит. Стоящий же человек в таком пламени, мог вызвать защитную реакцию, и я бы таки получил свою пулю, брр. И почему я был уверен, что он успеет спастись и мне не пришлось бы наблюдать за его смертью?       — А Неви не догадалась, что я сделал, она пустого помещения не видела?       — Волнуешься?       — Не хотелось бы ей врать.       — Понимаю, мне приходится постоянно с таким сталкиваться, поэтому говори, что просто защитил, а как — без комментариев. Мстислав не сказал, что собирался искать? Одно из правил, всегда узнавать, что нужно нарушителю, из его ответа можно понять, придет он снова или нет.       — Так же как и Кот, сведения о себе. Только мне кажется, его интерес этим не ограничился бы. Он как будто сам до конца не понимал, что ищет.       — С чего ты так решил? — пока мы говорили старик, очень быстро перебирал папки отчетов. Блики сменялись молниеносно, пока не остановились на десятке.       — Когда грабитель врывается в банк, он разу говорит, что ему нужно, а не пытается склонить к сотрудничеству работников банка, чтобы те подсказали, что он хочет украсть.       — Поэтому ты его пожалел и не испепелил?       — А я, что так мог? — признаться, меня такая возможность больше напугала, чем успокоила.       — Первый уровень защиты, всегда гуманный, призванный задержать, оглушить или, как в твоем случае — прогнать. Но ведь ситуации бывают разные.       — Вы мне этого не говорили. Я думал, что она сразу…       — И не учил. Всему своё время. А теперь уходи, я попытаюсь отыскать то, что хотел найти наш «грабитель».       Жаль уходить мне не хотелось, интересно же, каким образом Макар собирался проводить поиск. Ведь если бы наш «грабитель» знал, что нужные ему данные точно находились здесь и главное знал, как их найти, то не стал бы меня уговаривать.       — Геннадий! — оклик Макара застал меня возле двери. — Если Неви пригласит тебя в гости — откажись. Теперь для тебя это опасно, ведь Мстислав уверен, что ты погиб, не искушай судьбу.       Пришлось мрачно кивнуть. Не то чтобы я стремился в гости именно к Неви, но точно не был против заглянуть в тот же Раккен. Чертов Мстислав, всё испортил. Не зря такое имя носил.       — Макар! — на секунду я взглянул на ситуацию под другим углом, — если тут такая мощная защита, то почему ты пустил в архив е… Кота?       — Что ты там бормочешь? — проворчал Макар, не отрываясь от работы.       — Эм, ничего, это так мысли вслух.       Ладно, сам это узнаю, потому что возможный объект покладистости Макара находился рядом. Неви, как и в первую нашу встречу, обнаружилась на кухне.       — Так тебя можно назвать героем? Отважно бросился на защиту бумажек, даже не узнав, кто напал.       Я хмыкнул, как она ловко прошлась по моему самолюбию. Вот честно, если бы не клятва архивариуса, унизился бы до бессмысленных оправданий или до хвастовства.       — А тебе когда-нибудь приходилось убивать?       Девушка замерла, будто окаменела.       — Почему ты спрашиваешь? Тебе что, пришлось его убить?       Ушла от ответа. А ведь я точно знал, что во время стажировки ей пришлось убить нескольких людей. И пусть она не видела их лиц, да и сам отчет получился слишком сухой, но это не значит, что они ей потом не снились в кошмарах. Я вовсе не собирался копаться в её переживаниях, просто тогда на помощь Неви пришла Рита. Так как это была их единственная официальная встреча, она не могла служить поводом для Макара. Значит, или они пересеклись после работы, или девушка встретилась с Котом. Мог ли об этом знать Макар? Судя по тому, что он не спешил пускать Риту, что назвалась Котом, да к тому же послал: не знал. Рита сказала об этом ему позже. Пожалуй, такое развитие событий всё объясняло.       — Если бы, — ответил я на её вопрос. — Я не смог. Теперь думаю, чем для меня это обернётся.       — Думаешь, будет мстить?       Я сначала воззрился на её обеспокоенное лицо, а, потом, не удержавшись, расхохотался над каламбуром. Мстислав будет мстить?       — Эй, ты чего?       — Да так, нервное. Тебе помочь?       — Ты прямо как дедушка, — недовольно поджала губы девушка. — Вот так, говоришь с ним, говоришь, а он вдруг замирает, потом внезапно начинает ругаться или хохотать, прямо как ты.       Заинтересовавшись, захотелось расспросить о подробностях, но сумел отдернуть себя. Сейчас не время и не место, разговор перейдёт на другую тему.       — А потом резко срывался, — продолжила свою мысль Неви, — и уходил в свой архив. А я сидела потом часами как дура, одна. Что?       — Странно, для курьера у тебя слишком выразительная мимика. Прости, но мне всегда казалось, что они практически без эмоций.       — Слушай, может, хватит так говорить, а то у меня складывается впечатления, будто ты вообще не умеешь нормально разговаривать с девушками.       Её слова меня смутили, потому что опять попали в самую точку.       — Ты права, как парню, мне с девушками сложно общаться.       Хотя Кот тоже девушка и с ней я нормально общался. Меня опять пробило на неуместный смех.       — Ну чего ты опять смеешься? — не выдержала она.       — Вспомнил Кота, — и с прищуром посмотрел на Неви.       — Причем тут Кот, он же парень.       — Уверена?       — Что значит, уверена? Я его между прочим, как тебя видела.       — Интересно, а в отчётах вашей встречи нет. Или ты встретилась с ним случайно? Тогда как ты поняла, что это именно Кот. Сомневаюсь, что он признался бы постороннему человеку.       — Э-э, а ты уверен, что читал все отчёты, где-то наверняка есть.       — Нет, ты точно не писала о вашей встрече. Я помню абсолютно все отчёты, связанные с Котом, потому что сам с ним столкнулся. Так получилось, что Кот познакомил меня с твоим дедушкой.       — Я…Дедушка это правда? Почему ты мне об этом не говорил?       — Это недалеко от правды, — подтвердил старик. — Но и ты тоже не говоришь ему правду.       — Я…я не хочу об этом говорить, — Неви отвернулась к плите.       — Вот и не срывайся на моем помощнике       — И вовсе я не срывалась. Мне…       — Пойдем Геннадий, нужен свежий взгляд, а то я столкнулся с противоречиями.       Старик позвал меня с собой, но первое с чем я столкнулся, был подзатыльник.       — За что?       — За то, что пытался допросить мою внучку.       — Я вовсе не пытался…       — Значит, допрашивал?       — Мне просто хотелось узнать, она в должниках у Кота или нет.       — Да, и этот долг продолжает висеть над ней. И, поверь, она очень боится того момента, когда его придется отдавать.       — Но почему? Кот ведь на нашей стороне.       — Надеюсь, ты не ошибаешься. Смотри, как бы и тебе не пришлось стоять перед выбором.       — То есть как?       — Никак, хватит болтать. Принимайся за дело.       — Хорошо, только я бы хотел уточнить. Мне кажется, Неви прекрасно знает, что Рита и Кот одно лицо.       — С чего ты так решил?       — Из нашего разговора, — я мысленно прокрутил разговор ещё раз. — Да, точно. Я спросил, уверена ли она, что Кот парень, а она ответила, что видела его как меня. Но до этого мы говорили о девочках, и её ответ должен был звучать несколько по-другому, вместо того, чтобы сразу доказывать, что Кот парень.       — Она слишком юна и не понимает таких нюансов. А ты не должен практиковаться на моей внучке.       — А на ком мне практиковаться? На одноклассниках, что ли?       Старик смерил меня пристальным взглядом.       — Будет тебе практика. Думаю, я сумею договориться.       Судя по вложенной в слова твёрдости, мне на практике достанутся не самые слабые противники, которые скорее принизят, чем дадут точную оценку. Хм, да я, оказывается, стал оптимистом, и в случае, когда меня сочтут бесполезным, все равно буду считать, что они врут. Или может это самоуверенность?       Когда-то Макар убеждал меня, что мне не придется беспокоиться о тестах, он — наврал. Вернее, приврал, мне всё-таки пришлось их сдавать, только не комиссии, а ему лично. И что самое паршивое, не сказал о результатах. Впрочем, если я всё ещё продолжаю работать в архиве, и мне уже доверяют его защиту, а в памяти пробелов нет, значит, то тестирование я прошёл. А вот в чём будет заключаться эта практика, я даже не представлял. Меня к ней и не готовили вовсе. Похоже, я таки нарвался.       — Так что вы там отыскали? — пришлось срочно переводить тему, показывая, что мне это не интересно. Но старика таким не обманешь, он лишь усмехнулся.       Все отчеты о Мстиславе я действительно не читал. Поэтому для меня стало новостью, что он тоже был на учёте в ЦИМе. Даже проходил тестирование, а потом в какой-то момент сбежал, так и не узнав результатов. А они оказались неутешительны, Мстислава должна была ожидать депортация в свой мир, с предварительной чисткой памяти, конечно. Вот только он сбежал, прямо как айен, просто растворившись в воздухе. В итоге, его объявили преступником, хотя, по сути, тогда преступником он не являлся, просто мелкий нарушитель. Судя по всему, после такой демонстрации силы, его очень захотели вернуть, и завербовать. Потому что айена невозможно уговорить поступить на службу, никакие плюшки и привилегии их не интересовали, а запугивать, шантажировать или угрожать вообще бесполезно, у них нет ни человеческих привязанностей, ни желаний. Они просто исчезали, перемещая свое тело в другую точку мира или вообще в другой мир, не используя ни порталы, ни магию. Их способности будоражили, интерес к ним не утихал. Им нашлось бы применение, как в полевых условиях на сложных заданиях, так и для изучения природы способностей. К сожалению, айенами интересовался не только ЦИМ. Конкуренты тоже клювами не щёлкали, пытаясь поймать самого уязвимого из них. К счастью, пока безрезультатно. А Мстислав, казалось, даже не представлял, какая сила в нём сосредоточена, и сколько бед он мог бы с нею натворить. Хотя, Кот даст ему фору. Возможно потому, что под каждым происшествием «подписывается».       Странно сложилась их судьба. Мстислав и Рита из одного мира, были выдернуты оттуда практически в один день, только в разное время, они оба проходили одни и те же тесты. Риту признали непригодной, но она всё равно вернулась и добилась того, чтобы работать на ЦИМ. Мстислав же до сих пор блуждает по мирам неприкаянным духом, неспособным разобраться в себе и никому не доверяющим. Пожалуй, я действительно, его пожалел. И возможно эта жалость когда-то мне вылезет боком. Потому что Мстислав, судя по всему, был готов убивать. И вот это уже странно. Айены никогда никого не убивали, им это претило; единение с миром, смирение, душевная гармония и всепрощение, вот что они в себе несли. Именно поэтому никому не помогали, ведь любое вмешательство — это нарушения равновесия, где все поступки качаются на весах между «плохо» и «хорошо». В общем, у них слоя логика, вот только Мстислав даже в неё не вписывался. Он должен был потерять свои способности, так как своими действиями уже нарушал равновесие.       — Может быть, у него есть артефакт? — сказал я первое, что пришло в голову.       — В ЦИМе бы заметили, он же там не один день находился.       — В теле? — блеснул ещё одной светлой мыслью.       — Сканер заметил бы любое скрытое оборудование под кожей.       — А если оно органическое? — припомнил я один малоизвестный фильм. — Возможно, похоже на часть кости, к примеру, или на саму кость. Или вообще на дефект. Бывают же такие наросты от ушибов.       Макар задумался.       — Знаешь, очень похоже на правду, — он подтянул один из отчётов. — Тут сказано, что он сбежал сразу, как только оказался в лазарете. А там знаешь, какое оборудование, любому дурно станет.       — Кроме самих докторов. Тогда, что он мог искать о себе здесь? Он же сбежал до того, как ему что-нибудь сделали, все воспоминания должны быть на месте. Хотел узнать, что там было в тестах?       — А если нет?       Корешки отчетов на стеллажах, вновь замерцали. Потом все меньше и меньше, пока практически целую минуту не засветился ни один из них.       — Что-то случилось?       — Определенно, что-то случилось, — взволновано ответил архивариус. — Как этого до сих пор никто не заметил?       — Вы о чём?       Вместо конкретного ответа, Макар принес папку с другим отчётом. И я её сразу узнал. В ней были заключены отчёты о Рите, о её первом попадании в ЦИМ.       — Ты здесь всё хорошо изучил?       — Э-эм! — я смутился, — ну, да, в общем.       — Тогда скажи, из какого она мира?       — Так там об этом не написано.       — О других свидетелях написано, а здесь нет? Должно быть написано, ведь её собирались отправить обратно, верно? Вот смотри, именно в этом месте должен был быть прописан мир.       В показанной мне строке виднелся лишь неуместный для отчёта пробел.       — Стереть всего одно слово? Кто мог такое сделать? Кот?       — Нет, это мог сделать только тот, кто его написал. Вот же, — судя по выражению лица, Макара посетило воспоминание. — Он точно приходил ко мне и даже просил показать именно этот отчёт. Значит, именно тогда он и стёр запись.       — Я не понимаю ход ваших мыслей, — я посмотрел на ворох папок, опять их мне придется раскладывать, — причём тут тогда Мстислав?       — Возможно, он действительно искал воспоминание. Ведь они с Ритой из одного мира.       — Постойте-ка, но ведь судя по этому отчёту, много кто знал, откуда она, в смысле, они. Разве не проще у них спросить?       — А если и они не помнят? — задал провокационный вопрос Макар.       — То есть, как не помнят? Почему?       — Вот-вот! Придётся об этом доложить. Причём лично. Посидишь пока что за меня?       Я мысленно попрощался со школой, видимо, мне сегодня не судьба к ней вернуться. А жаль, по биологии такую интересную тему подняли, к тому же Илья должен был читать доклад на эту тему. И я не увижу его позора…       — Ты что сказал, что видел Кота лично? — набросилась на меня девушка, как только я и её дедушка вышли из архива. — Это ты меня обмануть решил?       — Я такого не говорил.       Макар не стал вставать между женщиной жаждущей справедливости и её жертвой, сел на диванчик и превратился в благодарного зрителя. Вон, даже котлет себе наложил, заменивших попкорн.       — Но ты говорил, что вспомнил Кота, — не унималась Неви.       — Ну, да, я же в архиве работаю. Я и тебя «вспомнил». И когда приходит кто-то незнакомый и говорит свое имя, я его тоже «вспоминаю». Я ведь заочно со всеми знаком. Мой спокойный ответ немного сбил её с воинственного настроя.       — Ты сказал, что благодаря Коту тут работаешь.       — В том, что я работаю тут, заслуги Кота нет.       На этом месте старик издал странный звук, который можно было интерпретировать двояко. И как, «Приписал себе чужие заслуги и не краснеет», и как «Угу, всё так и есть, только он недоговаривает».       — И он за руку меня сюда не вёл, я сам напросился.       — Может, хватит называть Кота, он?       — Почему, разве Кот не мужское склонение?       — У-у, ты знаешь, о чём я, — Неви пихнула меня в бок и, насупившись, сама села за стол. Макар смотрел на нас с таким довольным видом, что я на всякий случай отсел от Неви подальше. Но его, похоже, это ещё больше развеселило. Пришлось с независимым видом проинспектировать, что тут она для нас наготовила. А Макар? Чем бы ни тешился, главное, чтобы до печёнок не доставал. О, а в этой кастрюльке печёнка.