Близость

      Две недели нового семестра пролетели очень быстро – уроки, домашние задания, сопровождающиеся долгим перелистыванием книг в библиотеке, тренировки по квиддичу. За это время Агате так и не представилась возможность поговорить с Джорджем Уизли. Это растянувшееся молчание ее тяготило. Не меньше, чем общество Драко, который теперь вообще не отходил от нее ни на шаг. Но он, казалось, был счастлив.       Агата сидела в Большом зале и ковыряла ложкой овсянку, когда над головами студентов послышался шелест крыльев – прибыла утренняя почта. На стол, едва не опрокинув стакан с соком, бухнулась коричневая сова. Агата забрала у нее свежий номер Пророка, сунула положенную плату в мешочек на лапке совы, и та удалилась восвояси.       Едва развернув газету, Агата прикрыла рот рукой. Заголовок на первой странице кричал: МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА. Ниже были фотографии сбежавших Пожирателей смерти, среди которых – Беллатриса Лестрейндж, сестра ее матери.       Драко повернул голову в сторону Агаты. Ее лицо побледнело и не выражало ничего, кроме ужаса, взгляд бегал от одной движущейся фотографии к другой. Девушка не раз делилась с братом своими страхами: она боялась, что Темный Лорд разрушит их семью, как сделал это со многими волшебниками, придя к власти в прошлый раз.       Какая глупость. Они ведь Малфои. Древний чистокровный род, не запятнавший себя порочными связями с простецами и прочими отбросами.       Юноша встал и низко склонился над сестрой, уперев ладони в деревянный стол.       – Прекрати так вести себя, – прошипел он Агате в ухо, забрав у нее газету, – никто из нас не пострадает. Я обещаю.       Драко выпрямился, усмехнулся и добавил, уже громко:       – Сильный жрет слабых. Похоже, грязнокровкам и маглолюбцам придется непросто, – он потряс номером газеты, глядя в сторону стола Гриффиндора.       Слизеринец кивнул Агате, девушка тоже встала. Взяв сумки, брат и сестра покинули Большой зал. Дойдя до третьего этажа, они разошлись в разные стороны.       – Так, у нас два заказа на канареечные помадки, – сидя на скамейке в одном из коридоров, пробормотал Фред.       Джордж не ответил.       – Эй, ты меня слышишь? – Фред помахал листом пергамента перед лицом брата, но тот смотрел куда-то в сторону.       Фред проследил за его взглядом и обернулся. Ну конечно, кто еще там мог быть. Обхватив в объятиях увесистый том, Агата Малфой медленно шла по коридору. Выглядела она расстроенной: прямой осанки и высокомерного взгляда как ни бывало. Девушка, ссутулившись, брела вдоль стены, вперив глаза в пол. Фред услышал шелест конфетного фантика: его брат только что сунул в рот мятный леденец.       – Фууу, – протянул Фред и скорчил гримасу.       Затем он улыбнулся и сладким голосом проворковал:       – Искренне твоя, Агата… Ах, Джордж, это так романтично.       – Заткнись! И нечего читать мои письма! – бросил ему в ответ брат.       – Давай, развесели ее, а то вон какая грустная, – Фред захохотал.       – Отвали!       Джордж подбежал к Агате почти вплотную, она остановилась, как только заметила его.       – Джордж! – воскликнула девушка, огляделась и продолжила, но уже тише, – Как твой отец? Все хорошо?       – Да, порядок, – похоже, юноша не очень хотел говорить об этом и поспешил сменить тему, – ну что, встретимся как-нибудь?       – Ммм, – неоднозначно промычала Агата, ее голова кипела от мыслей.       После возвращения в Хогвартс Драко не спускал с нее глаз. Следить за сестрой причин не было, так что Агата принимала это как излишнюю заботу. Порой Драко проявлял свою любовь немного навязчиво, и сбежать от него ненадолго, конечно, хотелось. Но снова обманывать брата было стыдно и больно.       – Ну так что? – нетерпеливо заговорил гриффиндорец, прерывая неприятные мысли, роившиеся в голове Агаты.       Глаза Уизли заговорщически блестели. И девушка улыбнулась. Приняв это в качестве согласия, Джордж понизил голос – мимо проходила стайка девчонок из Когтеврана.       – У безрукой статуи на четвертом этаже, в одиннадцать.       – Ты что, это очень поздно, а если нас поймают? К тому же…       Агата осеклась, из-за угла выплыл Северус Снегг, напоминающий огромную черную птицу в своей развевающейся мантии. Девушка быстро отступила в сторону от Джорджа, словно ее поймали за чем-то неприличным.       – А, мистер Уизли! – Снегг улыбнулся, что, разумеется, не предвещало ничего хорошего, – В больничное крыло только что поступили двое студентов, у которых внезапно выросли огромные синие языки. Мне прекрасно известно, что это ваших рук дело. Ваших и вашего брата.       Джордж молчал, отпираться было бессмысленно. Профессор заставил его продемонстрировать содержимое каждого кармана, а там только Блевальных батончиков хватило бы на пол класса, не говоря уже о прочих прелестях, созданных близнецами Уизли.       – Минус тридцать очков Гриффиндору! – гаркнул Снегг, а затем повернулся к Агате, его глаза сузились, – Что вы здесь делаете, мисс Малфой?       – Я иду в библиотеку, хотела успеть отнести туда книгу перед вашим уроком, – лицо девушки было непроницаемо.       – Тогда вам следует поспешить, – заметил профессор и отошел в сторону, пропуская Агату вперед.       – Да, сэр, – девушка кивнула и, не бросив на Джорджа ни единого взгляда, поспешила удалиться.

***

      – А ну посторонись! – раздался девичий голос.       Крэбб и Гойл поспешно встали с диванчика перед камином, на их место грохнулась Агата и положила голову на колени оставшемуся сидеть с краю Драко. Девушка откусила от сочного красного яблока, что держала в руке, по ее подбородку потекла струйка сока. Агата хихикнула и вытерла лицо.       – Неряха, – ласково сказал Драко и погладил сестру по голове.       – Эй, Малфои, живо разошлись! – воскликнул Забини, пародируя голос Амбридж, – Мальчикам и девочкам запрещается находиться на расстоянии меньше восьми дюймов!       Ребята загоготали. Пэнси Паркинсон натянуто улыбнулась. Все еще посмеиваясь, Драко схватил сестру за запястье и, поднеся ее руку ко рту, тоже откусил яблоко. Он был рад, что настроение Агаты заметно улучшилось с тех пор, как она прочла статью в Пророке.       – МакГонагалл столько нам задала, – недовольно протянула Пэнси, – а ведь это только начало недели. Драко, мы можем позаниматься завтра в библиотеке, что скажешь?       Слизеринец неопределенно пожал плечами. Весь вечер прошел за обсуждением неугодных преподавателей и поеданием пирожных, которые Крэбб и Гойл стащили из кухни, но к началу одиннадцатого все разошлись по своим спальням.       Очевидно, перевозбудившись от веселых посиделок у камина, Драко никак не мог заснуть. Лежа в своей постели, юноша с улыбкой глядел в потолок – радостное лицо сестры этим вечером сделало его более, чем счастливым.       Впрочем, в этот самый момент Агате было не до радости. Нервно оглядываясь, она шла по длинному коридору и старалась ступать как можно тише.       Не дойдя нескольких метров до условленного места, Агата увидела, как из-за поворота забрезжил свет. Тишину разрезало пронзительное мяуканье.       – Что такое, моя хорошая? Ты чуешь кого-то?       Никаких сомнений, это был Филч. Агата попятилась, дернула ручку ближайшей к ней комнаты. Заперто. Она подбежала к следующей двери. Из-за угла вот-вот должен был появиться смотритель, девушка достала палочку, направила ее на замок и прошептала:       – Алохомора!       Раздался щелчок, Агата проскользнула внутрь темной комнаты, прикрыла за собой дверь и прислушалась. По коридору, громко шаркая, шел завхоз. Когда он был совсем близко к двери, девушка отступила назад и натолкнулась бедром на какой-то стол, который, судя по всему, был заставлен какими-то склянками. Несколько из них со звоном упали на пол.       – Они здесь! – раздался хриплый голос совсем рядом.       Все пропало. Агата зажгла огонек на конце палочки, суетливо оглядываясь по сторонам. В другом конце комнаты была еще одна дверь, девушка судорожно распахнула ее. Мысленно проклиная Джорджа Уизли, она потушила свет и бросилась бежать по длинной галерее, уставленной рыцарскими доспехами, с трудом соображая, где именно находится.       Внезапно откуда-то сбоку, взявшийся словно из воздуха, в Агату влетел еще какой-то ученик, которому не спалось этой ночью. Споткнувшись друг о друга, студенты упали и сбили с постамента пустующие латы. Грохот, который они подняли, отразился звонким эхом от стен галереи.       – Вставай! – воскликнул Джордж, помогая Агате подняться, – Ну, быстрее!       Гриффиндорец схватил девушку за руку, и ученики побежали дальше, резко свернув в какую-то арку. Длинный коридор, налево, затем направо, дверь, снова коридор. Сердце в груди Агаты колотилось, как сумасшедшее. Она ни разу не оглянулась, просто надеясь, что спутник знает, куда ведет ее.       Джордж резко затормозил, Агата от неожиданности налетела на него. Словно не заметив, как девушка прижалась к его спине, гриффиндорец приподнял тяжелую ткань гобелена, коснулся палочкой каменной стены и что-то пробормотал. Глазам Агаты открылся узкий, темный проход. Не дожидаясь указаний, девушка нырнула в него, Джордж – следом. Едва гобелен снова оказался на своем месте, а стена закрылась, тоннель захватила в свои объятия непроглядная тьма. Сделав несколько шагов, Агата остановилась, переводя дыхание. Каждый вдох отдавался колющей болью в боку. Девушка прислонилась к прохладной стене.       – Чтобы я еще раз… – выдохнула она.       Джордж тихо усмехнулся и, разгоряченный пробежкой, вытер рукавом вспотевший лоб.       – Отсюда есть другой выход? – наконец отдышавшись, прошептала Агата.       – Конечно, – судя по голосу, Джордж улыбался.       Юноша стал протискиваться между стеной и Агатой. Попытка девушки отодвинуться подальше, чтобы освободить ему путь, не увенчалась успехом.       – Ай, ты мне на ногу наступил, – пискнула она, – нужно зажечь свет.       – Да, нужно, – отозвался Джордж.       Но никто из них не пошевелился.       – Ты все еще стоишь на моей ноге, – напомнила Агата.       – Мне очень нравится твоя нога, – казалось, гриффиндорец едва сдерживается, чтобы не рассмеяться.       – Знаешь, я лучше выйду обратно к Филчу, чем буду стоять здесь с тобой, – прошептала девушка.       Вдруг дыхание Джорджа стало чуть ближе: юноша наклонился к ее лицу. Агата встала на цыпочки.       Их губы нежно соприкоснулись. Чувствуя, как Агата охотно отвечает на его поцелуй, Джордж запустил пальцы в мягкие волосы девушки. Юноша на мгновение отстранился, чтобы через секунду поцеловать Агату снова, уже более жадно. Агата прижалась к гриффиндорцу всем своим телом, ей показалось, будто что-то горячее, всепоглощающее разлилось расплавленной карамелью глубоко у нее внутри – что-то, чего она никогда раньше не чувствовала. Девушка мысленно поблагодарила темноту за то, что Джордж не видит, как пылают ее щеки.       Агате показалось, что они простояли в узком коридоре половину ночи. Голова немного кружилась, девушка не представляла, что можно целоваться так долго.       – Мне… Джордж… надо идти, – хватая ртом воздух, прошептала она.       Гриффиндорец уткнулся носом в макушку Агаты и вдохнул запах ее волос.       – Я тебя провожу.       – Нет, – отрезала девушка, – только покажи мне выход отсюда. Если вдруг меня поймают ночью, лучше я буду одна, чем…       Агата замолчала, ее слова прозвучали как-то совсем грубо. Джордж ничего не ответил, и хоть глаза девушки уже привыкли к темноте, она никак не могла разглядеть его выражение лица. Юноша взял ее за руку и молча повел вглубь прохода.       Когда они вышли в освещенный факелами коридор, Агата почувствовала, что должна что-то сказать, но правильные слова никак не желали приходить на ум. Джордж заговорил первым.       – Я все понимаю. Тебе стыдно, – констатировал он.       – Нет, – возмутилась Агата, – стыд здесь ни при чем. Да, моя семья тебя недолюбливает…       Джордж хмыкнул. Недолюбливает. Не слишком ли мягкое слово?       – Знаешь, ты бы никогда в жизни никому не сказал обо мне, – вдруг заявила девушка, скрестив руки на груди, – твои друзья меня тоже ненавидят!       – Хм, дай-ка подумать, – отозвался Джордж, – может, это потому что зачастую ты вела себя как высокомерная, эгоистичная девчонка?       Сказанное Джорджем было скорее правдой, но Агата все равно восприняла это как пощечину.       – Тогда почему ты здесь? – воскликнула она, рискуя перебудить весь замок.       – Потому что ты нравишься мне, – так же громко ответил Джордж, – хотя, лучше бы не нравилась! С тобой же будут одни проблемы, я уже сейчас это знаю.       Агата глубоко вдохнула, уже готовясь выплеснуть на Джорджа все гадости, какие только смогла придумать. Но не успела. Юноша обхватил ее лицо ладонями, наклонился и поцеловал в губы.       – Я хочу быть с тобой, – прошептал он, – и, если ты тоже хочешь быть со мной, мы что-нибудь придумаем.       Агата закатила глаза, вздохнула и улыбнулась.       – Уизли, как же ты меня раздражаешь.