Стратегия Бандита

Червь Гу съел мозг главаря *** — В Цзянху и правда существует яд Гу? — спросил Му Циншань в ямэне. Шан Юньцзэ кивнул: — Есть, конечно есть. Но они не настолько устрашающие. — Что это за твари? — с большим интересом спросил Му Циншань. — Ты же так любишь читать, неужели в книгах ничего о них нет? Му Циншань покачал головой: — В книгах много преувеличивают, с первого взгляда понятно где ложь. — Школы земель Мяо действительно используют яд Гу, но это необходимо для их практики боевых искусств, — сказал Шан Юньцзэ. — Некоторые из них в самом деле могут заставить людей потерять рассудок, в этом и кроется загадка, которую посторонним трудно понять. — Тогда как насчет тех двоих из клана Му? — чуть нахмурился Му Циншань. — Господин может быть в опасности? — Нет-нет, — сказал Шан Юньцзэ. — Хуа Тан — мастер яда, она долго исследовала яд Гу. Пока она рядом с господином, Му Ванлэй не сможет поступать по своему усмотрению. — Тогда ладно, — Му Циншань слегка успокоился. — На самом деле неважно, что это за яд. Если метод неправильный, в итоге он обратится против своего хозяина, — сказал Шан Юньцзэ. — Это такая боль, которую не сравнить с болью от множества стрел, пронзающих сердце. По спине Му Циншаня побежали мурашки: — Есть люди, которые готовы выращивать нечто подобное? — Конечно, — ответил Шан Юньцзэ. — Потому что это самый быстрый и удобный способ контролировать других людей, чтобы заставить их работать на себя. — Как подло, — покачал головой Му Циншань. — В Цзянху еще много чего грязного, — улыбнулся Шан Юньцзэ. — Через некоторое время ты привыкнешь. — Почему я должен к этому привыкать? — скривился советник. — Я не имею никакого отношения к Цзянху. Шан Юньцзэ был немного озадачен его вопросом. — Пойдем поедим. — Му Циншань убрал кисть и тушь, и поднялся. Шан Юньцзэ уже подумывал сказать ему, что он человек Цзянху. Поэтому нельзя сказать, что ты и Цзянху никак не связаны. *** За городом, на горной дороге, Вэнь Люнянь и все остальные как раз кушали баоцзы. — Господин, вам все-таки стоит в полдень вернуться в ямэнь отдохнуть, — сказала Хуа Тан. — Здесь столько солдат, что бандиты не посмеют спуститься с гор. — Не стоит. — Вэнь Люнянь опустил чашу. — Этот чиновник здесь, чтобы наблюдать. Хочу посмотреть до каких пор они смогут продержаться! Интонации его были очень звонкие! Темные стражи дружно зааплодировали. Такой властный! Вэнь Люнянь икнул. Немного переел. В то же время, в горах Цанман бандам пришлось немало помучиться. В укрепленном поселении, под названием Врата Дадао, несколько бандитов как раз безумно трясли головами, все сильнее и сильнее, пока и впрямь не ощутили пустоту в голове, вплоть до того, что почувствовали, как в черепной коробке что-то звенит. — Что же делать? — Один из разбойников был в полной растерянности. — Я чувствую, что в последнее время мои реакции замедлились. Второй бандит сказал: — Когда это твои реакции не были медленными? — Но в последнее время они особенно медленные. — Бандит уже чуть не плакал. — Я каждый день сплю полночи, и чувствую, что голова болит. А если внимательно прислушаться, то слышу шуршащий звук. — Я тоже. — Третий бандит не спал уже много дней, и лицо его выглядело изможденным. — Лучше уж спуститься и отобрать противоядие! — Четвертый разбойник был рослый и крупный, и храбрости у него побольше. Третий бандит вяло возразил: — У входа в ущелье пушки. Стоит высунуть голову, и нас тут же разорвут в клочья. — Неужели тогда нам остается только сидеть и ждать смерти? — Четвертый разбойник нервно расхаживал по двору. — А-а-а-а! — вдруг вскрикнул первый разбойник. Остальные бандиты испуганно вздрогнули, и четвертый злобно сказал: — Ты что, воскрес из мертвых, зачем так орать? — Это… это… это не червь Гу там? — С бледным лицом первый разбойник указал вперед. Во дворе медленно ползла гусеница. Все тут же с топотом разбежались, вернулись в свои дома, и заперлись на замок. Так жить невозможно… *** Через несколько дней люди в городе снова болтали, что ямэнь уже поймал сколько-то разбойников. — Кажется, пушек больше не слышно. Неужели они сражаются? — спросил кто-то недоверчиво. — У них же есть черви Гу, зачем им пушки. Только порох зря переведут, — сплюнул Ли сан-эр. — Говорят, им даже не пришлось сражаться. Поздней ночью оба хозяина клана Му просто постояли под горой и потрясли колокольчиком. Не прошло и минуты, как на горной тропе подул могильный ветер. Вся шайка бандитов разом оцепенела, и против своей воли они спустились с горы, некоторые даже одежду не успели натянуть. Люди тут же покрылись слоем мурашек. Звучит немного ужасающе. — Это ж хорошо, через некоторое время, все банды будут арестованы и переданы в руки судебных властей, — сказал Ли сан-эр. — Для нас всех настанут счастливые дни. Люди радостно закричали. Что касается якобы арестованной группы людей, некоторые говорили, что это Врата Дадао, некоторые, что это банда Головы Тигра, а кто-то уверял, что захватили лагерь Ястреба. Короче, мнения разделились, никто не смог никого убедить. Но народ не стал обращать внимания на подобные мелочи, главное поймать, а какая там это банда, все равно. Новость разлетелась по горам Цанман, введя людей в еще большее смятение. Больше всего они опасались, что стоит им уснуть, как тут же подвергнутся атаке ядом Гу. Дошло даже до того, что некоторые бандиты, укладываясь спать, сами себя привязывали к кровати, чтобы на следующий день не проснуться в правительственной темнице. Вэнь Люнянь медленно продолжал писать обращение от ямэня, и на этот раз содержание его было совсем простое — противоядия осталось немного, будет выдаваться капитулировавшим бандам. Кто первым прибудет, тот первый и получит, пока все не закончится. Никто никого ждать не будет, надеемся на понимание. — Не могу понять, у этого префекта две кисти? * — недоумевал Му Вансюн. *П.п.: Короче, и швец, и жнец, и на дуде игрец. — Я давно говорил, человек, который способен подружиться с владыкой дворца Преследующих Тени, совершенно точно не может быть простым смертным, — сказал Му Ванлэй. — Когда мы покончим со всем этим, вернемся в клан Му как можно скорее. С таким человеком лучше дружбу не водить. Му Вансюн кивнул и заглянул в кабинет. Вэнь Люнянь высушил тушь на записке, и с улыбкой вручил ее служителю. Еще со времен красавчика, у людей выработалась привычка обращать внимание на объявления. И хотя в последний раз их постигло разочарование, полностью развеять энтузиазм не удалось, и они по-прежнему реагировали на движение. Кто знает, если бы глава Чжао узнал, он наверное мог бы растрогаться. Может даже согласился бы встать вместе со всеми, чтобы Цао Дай мог нарисовать. — Это снова не портрет. — Народ был разочарован. Служитель аккуратно прикрепил объявление, и еще раз прочел его вслух. Услышав, люди дружно вздохнули. У их префекта такое доброе сердце, он даже хочет дать бандитам противоядие. А они-то думали, что их схватят и повесят, как было в спектакле. — Главарь! — первый бандит из Врат Дадао запаниковал. — Говорят, противоядие уже скоро закончится! Что же мы тогда будем делать? Остаток жизни провести с пустой головой, даже подумать об этом страшно. Главарь бандитов на нервах отшвырнул его пинком, и похоже не рассчитал силы, поскольку даже сам покачнулся. Первый, второй, третий, и четвертый бандиты обратили на это внимание, и у каждого из них душа в пятки ушла — неужели их главарь уже отравлен ядом Гу? Иначе почему он не в состоянии твердо держаться на ногах? Такая трагедия, даже подумать об этом страшно. *** Той же ночью Вэнь Люнянь читал в палатке, и вдруг услышал снаружи какой-то гомон. — В чем дело? — Вэнь Люнянь набросил на плечи одежду и вышел. — Господин, — Темные стражи подтащили группу людей и кинули на землю. — Они тайком пробирались по горной дороге, должно быть разбойники. — О? — глаза Вэнь Люняня загорелись. Служитель отвел их в палатку. Там дрожали несколько разбойников, одежда на их телах была порвана веткам, вдобавок Темные стражи их разок побили, поэтому вид у них был весьма жалкий. — Кто вы такие? — властно спросил Вэнь Люнянь. — Мы сбежали из Врат Дадао, — зарыдав, ответили бандиты. — Господин, мы правда хотим сдаться, обязательно дайте нам противоядие. Мозгов и так немного, как жить, если черви Гу доедят оставшиеся. — Противоядие, конечно, есть. Но этому чиновнику нужно вас допросить, чтобы убедиться, что вы не лжете, и тогда обсудим остальное, — Вэнь Люнянь провел рукой по подбородку. — Врата Дадао, та банда из Пинляна, это вы? — Точно-точно, — бандиты закивали так, будто чеснок давили. Вэнь Люняню почти не пришлось ни о чем расспрашивать. Они охотно рассказали об обстановке в поселении, будто засыпали горох в бамбуковую трубку, да еще так детализировано. Каждый пытался высказать первым, будто боясь опоздать, перебивая друг друга, больше всего опасаясь, что им не дадут противоядие. Не успела сгореть палочка благовоний, а Вэнь Люнянь уже настолько хорошо разбирался в обстановке внутри Врат Дадао, что мог бы в одиночку перевернуть их с ног на голову. Вдобавок он случайно узнал, что их главарь Ли не может использовать свой большой меч уже целый год, и из-за этого очень страдает. *П.п.: Тот самый «большой меч». Хуа Тан: «…» Нет необходимости говорить о таких вещах. — Хорошо, — кивнул Вэнь Люнянь. Откомандировав солдат препроводить бандитов в тюрьму ямэня, он заодно велел дать им засахаренные бобы. Пока закончился суд над этой шайкой, время уже было глубоко за полночь, но не успели они передохнуть, как с гор побежали бандиты. Но на сей раз в глобальных масштабах. Поскольку глава бандитов лично их возглавлял, они коллективно капитулировали. Вэнь Люнянь в хорошем настроении продолжал их допрашивать всю ночь в свете огней. Хуа Тан сбоку посмеивалась: — А вдруг засахаренных бобов не хватит? Чжао У засмеялся и притянул ее в объятья. На рассвете Вэнь Люнянь пролистнул толстую пачку признаний у него в руках, радостно улыбаясь и кивая. Хуа Тан сказала: — Господин должен немного отдохнуть. — Хорошо, — На сей раз Вэнь Люнянь не стал отказываться и в сопровождении Темных стражей вернулся в ямэнь, поскольку он понял одну вещь — учитывая нынешнюю ситуацию, днем бандитов быть не должно, скорей всего сдаваться они будут вечером. — Господин вернулся, — приветствовал его управляющий. — А где советник? — спросил Вэнь Люнянь. — Должно быть, ест в столовой. Услышав, что он все еще ест, Вэнь Люнянь на полдороге свернул за угол. Его желудок немного опустел, было бы неплохо что-нибудь перекусить. Темные стражи радостно последовали за ним. И в результате, толкнув дверь, они увидели, как Шан Юньцзэ сжал подбородок Му Циншаня с серьезным выражением на лице. Будто хотел… поцеловать. Весь мир мгновенно затих.