Мантии на все случаи

Уснула я в гостиной на диване и проснулась от тихого разговора на кухне. Ярд приготовил завтрак Северусу, и теперь они болтали вдвоём, ожидая моего пробуждения и поедая рисовую кашу и тосты с сыром. — Доброе утро всем, — поприветствовала я обоих малышей. — Я сейчас быстро приведу себя в порядок и присоединюсь к вам. — Доброе утро! — откликнулись они в один голос. Пользоваться волшебной ванной я уже научилась. Оказывается, надо было просто приложить руку к руне, выгравированной на кране, и сказать «Агуаменти» — вода и появляется, причём сразу тёплая. Регулировать температуру тоже было можно, впрочем, меня устраивала та, что была запрограммирована базово. «Эскуро» по какой-то причине удаляло и воду из ванной, и отходы из унитаза, и мусор из ведра. Хотя вроде я помню, что оно должно удалять только жидкую грязь… Впрочем, в моей голове настолько перемешались канон, фанон и реальная жизнь, что я уже и не могла их разделить. Ай, ладно, главное, работает и всё, лезть в магические науки я пока не собиралась, так что просто радовалась мелким, но очень полезным волшебным приспособлениям и заклинаниям. Эйлин лечилась в Мунго, поэтому сразу после завтрака мы отправились её проведать. Я захватила с собой пирожки и яблоки, Ярд налил в термос горячий шоколад, и мы с Северусом воспользовались эльфо-экспрессом. Манекен пропустил нас внутрь витрины, и мы очутились в приёмном зале, где милая ведьма отправила нас на второй этаж в отделение травм, не связанных с магическим воздействием. В палате, где лежала Эйлин, стояло несколько коек, отделённых ширмами, но занято было только две. Её соседка, пожилая дама с перевязанной рукой, кивнула нам и углубилась в чтение газеты. Увидев нас, Эйлин радостно улыбнулась, а Северус тут же бросился к ней. Он старался не задеть её раны, прикрытые бинтами, и просто уткнулся лицом в плечо матери. — Как вы себя чувствуете? — спросила я, присаживаясь на стул рядом с её кроватью. — Уже лучше, вчера я выпила костерост, а дежурный целитель оставил меня на несколько дней; что-то у меня плохо с магией, но всё скоро пройдёт. Эйлин слабо улыбалась, и я только кивнула: конечно, при ребёнке не стоило говорить о серьёзных вещах. Он и так был страшно напуган, хорошо хоть, за эти месяцы привык ко мне. А я подумала: вот в каноне в такой ситуации с кем он оставался? Сидел один без еды и света, пока его папаша изволил отдыхать в компании своих приятелей? Сейчас он не был тем грязным оборвышем, описанным в книге, да и Эйлин, хоть и с трудом, но могла колдовать и варить зелья. Получается, что в каноне она потеряла магию, не сумев вылечиться, или у неё просто не было денег оплатить услуги целителей. Ну уж нет, так не пойдёт! — Вы пока вместе перекусите, а я прогуляюсь по больнице, — решила я. — Северус, покорми маму и сам с ней поешь, а я потом тебя заберу. — Хорошо, тётя Мариса, — серьёзно кивнул он в ответ и полез в сумку с припасами. Я же пошла искать целителя, занимающегося Эйлин. Меня направили к мистеру Смиту, который, к моей радости, оказался свободен и смог меня сразу же принять. — Целитель Смит, меня зовут Мариса Малкин, и я бы хотела узнать, в каком состоянии сейчас моя подруга миссис Эйлин Снейп? — спросила я, устраиваясь в кресле напротив хмурого мужчины в лимонной мантии. — Ваша подруга плоха, ей надо лечиться, иначе она станет сквибом в ближайшее время, — строгим тоном ответил мне он. — Миссис Снейп рвётся домой, но я категорически против, раны и переломы я залечил, но остаётся проблема в ней самой. Она живёт сейчас в магловском городе, теряет силу и магию, а вскоре потеряет и жизнь. — Ей можно помочь? — Конечно, можно, — кивнул целитель. — Но, как я понял, ей нечем заплатить. — Ничего страшного, я сама оплачу счета, только, пожалуйста, не говорите ей. Пусть просто лечится, как будто это стандартные процедуры, — попросила я. — Она всё равно узнает, мы обязаны вначале показать счета пациенту, а уж кто будет платить, не нам решать. Таков порядок в нашем заведении. Если она категорически откажется, мы не сможем её принудить, а вы не её опекун, — пояснил мне Смит. — Я поняла, тогда постараюсь уговорить её на лечение. Целитель только кивнул, а я, попрощавшись с ним, вернулась в палату. Эйлин с Северусом пили шоколад и ели пирожки, о чём-то тихо переговариваясь. Увидев меня, оба улыбнулись, а я в который раз поразилась их схожести. — Эйлин, дорогая, я поговорила с мистером Смитом, — начала я непростой разговор, когда её соседка по палате ушла прогуляться. — Так вот, он сказал, что вам надо лечиться, иначе всё закончится очень быстро и весьма печально. — Мам? — встревожился Северус. — Ты же сказала, что с тобой всё хорошо. — Я не могу, — потупилась она. — Лечение слишком дорогое, мне негде взять столько галеонов, а Тобиас не даст мне ни фунта на волшебную больницу. — Дорогая, послушайте меня, я оплачу счёт, — я подняла руку, заставляя замолчать вскинувшуюся Эйлин. — Подумайте о том, что когда вы будете здоровы, то сможете заработать варкой зелий и отдать долг. А вот если с вами произойдёт худшее, то вы и магию потеряете, и сына оставите на попечение своего дорогого супруга. Уверены, что это стоит того? Я сейчас не говорю о вашем здоровье, просто подумайте, каково будет Северусу смотреть на угасающую мать и не иметь возможности помочь? Пока он вырастет и сможет сам заработать на ваше лечение, вы безвозвратно потеряете дар, если не саму жизнь! Будьте ответственней и позаботьтесь о своём ребёнке! Северус после этих слов схватил маму за руку и умоляюще вгляделся в её глаза. Бедный ребёнок уже прекрасно знал, что из себя представляет его «дорогой» папаша, и как он относится к волшебникам в целом, и к нему конкретно. Видеть избиения матери, самому получать тычки от пьяного отца — такая жизнь заставит любого ребёнка повзрослеть раньше времени. — Простите, Мариса, и спасибо большое. Я, конечно же, воспользуюсь вашим предложением. Благодарить вас за всё, что вы делаете для нас, бесполезно. Просто знайте, что я очень ценю вашу помощь и поддержку. — Эйлин сжала мою руку, глядя на меня повлажневшими глазами. — Вот и договорились, — кивнула я. — Тогда вы остаётесь в больнице, а Северус поживёт у меня. Не переживайте, днём он будет со мной в ателье, сейчас затишье, покупателей очень мало, так что никто никому не будет мешать. Всё, тогда я пошла договариваться с целителем Смитом, а вы пока поболтайте, а потом мы с Северусом пойдём на работу.

***

Эйлин пробыла в больнице долгий месяц. Мы навещали её каждое утро перед работой, занося угощение и оставаясь ненадолго, чтобы мама с сыном успели пообщаться. Меня мучил вопрос: почему Эйлин терпела такое ужасное обращение мужа? Она ведь ведьма, могла бы и заколдовать его. Даже обычный Конфундус решил бы кучу проблем, не говоря уж о чарах отвода глаз или маглооталкивающих. Спрашивать о таком было крайне неудобно, но приближалось время выписки и Снейпы должны были вернуться домой к озверевшему Тобиасу. Я боялась, что их встреча закончится новым скандалом и возвращением в больницу. Так что, наплевав на приватность супружеской жизни, я решилась на непростой разговор. Оставив спящего Северуса в ателье, я отправилась к Эйлин в обеденный перерыв. После долгого лечения выглядела она просто прекрасно. Исчезла восковая бледность кожи, волосы стали блестящими и густыми, она немного набрала вес и теперь не выглядела тонкой хрупкой статуэткой. Но выражение лица было всё таким же хмурым. Увидев, что я пришла одна, она тут же испугалась и бросилась мне навстречу. — Что-то с Северусом?! Он… С ним что-то случилось? — Нет-нет, Эйлин! С ним всё в порядке, я пришла с вами поговорить. — Еле усадив и успокоив побледневшую женщину, я присела напротив неё на стул. В палате никого не было, кроме нас двоих, так что я сразу же начала с главного. — Скажите мне, что вы собираетесь делать дальше? Ваш супруг, как я понимаю, не имеет ни малейшего понятия, куда вы с сыном пропали на месяц. Как думаете, какова будет его реакция на ваше появление? — Тобиас, он всегда был таким, — тихо начала рассказывать Эйлин. — После свадьбы он потребовал от меня, чтобы я никогда не применяла волшебство против него. Сам он сквиб, поэтому ненавидит своих родных, выкинувших его в магловский мир. И по этой причине не разрешает мне колдовать дома. — Завидует? — понятливо спросила я. — Тут не только зависть, он не рассказывает мне, как именно его изгнали из семьи. Но возможно, что это был какой-то ритуал. Семья могла скинуть на него родовое проклятье, а это очень… неприятно. К тому же он очень плохо реагирует на само волшебство… — Да уж, — вздохнула я. — Всё это печально, но меня волнует ваша с Северусом судьба. Как именно на вас отразится месячное отсутствие? Колдовать вы не можете, а значит, и защититься от обозлённого мужа не имеете возможности. А как же ваш сын? Вдруг он попадёт под горячую руку? Что будет с ним, если отец захочет наказать и его? Бледная Эйлин сидела на кровати, вцепившись в свою мантию, кусая губы; по щекам текли слёзы. — Мне некуда пойти, — прошептала она. — У меня никого нет, мама умерла давно, а отец скончался, когда я училась на седьмом курсе. Наследство было очень маленькое, я жила на него, пока не вышла замуж за Тобиаса. — Так вас не отрезали от рода? — заинтересовалась я таким вывертом фанона. — Нет, — покачала головой Эйлин. — Но я не хочу, чтобы Северус имел к нему отношение. Деньги или дом он не получит, зато могут всплыть долги семьи. Я, как женщина, ушедшая из семьи, не попадаю под старые обязательства, а вот если Северус станет Принцем… Понятно, конечно, что любое принятие рода всколыхнёт болото, и оттуда могут вылезти и долги, и обязательства, и незакрытые контракты, и ещё куча всякого разного. Это только в сказках герои получают в наследство замок, сокровищницу, полную золота и драгоценных камней, да ещё и прекрасную деву в придачу. Реальность, к сожалению, часто преподносит совершенно противоположный результат. — Эйлин, тогда, может быть, вы поживёте у меня? — предложила я вариант, который уже давно обдумывала со всех сторон. — У меня небольшой коттедж в Хогсмиде, где я живу совершенно одна. Там есть свободные спальни, а в подвале оборудована зельеварня, которой я никогда не пользовалась. Дома тихо и спокойно, прекрасный климат, хотя о чём я рассказываю, вы-то учились в Хогвартсе и ходили в деревню. — Мне так неудобно, Мариса, вы столько для нас делаете, а мне и отплатить вам нечем. — Эйлин растроганно посмотрела на меня, а потом взяла за руку. — Я постараюсь вам не мешать, да и Северус — не шумный ребёнок. — Вы мне ничем не помешаете, — заверила я её. — Дом слишком велик для меня одной, там три спальни и две ванные, а кухня просторная, как и гостиная. А с Северусом мы прекрасно сдружились за последнее время, так что никаких особых хлопот вы не доставите. Просто хочу быть уверена, что ваше лечение не пойдёт насмарку из-за… неправильного климата. Если вы хотите поговорить или попрощаться с мужем, то возьмите с собой моего эльфа, он вас подстрахует и поможет перенести вещи к нам домой. — Хорошо, спасибо большое, Мариса. Я ещё не раз буду вас благодарить. Вы просто меня спасли! — горячо заверила меня Эйлин. Я только обняла её в ответ и поспешила обратно в ателье, там меня уже ожидал Северус, сосредоточенно читающий книгу сказок. На моё сообщение, что мы теперь будем жить втроём в Хогсмиде, он только спросил: — А папа? — Будешь скучать по нему? — осторожно поинтересовалась я. — Нет, — решительно кивнул ребёнок. — Он бил маму и ругал меня. А ещё он постоянно приходил пьяным. Я боюсь за неё. — Ну вот и договорились. Скоро Эйлин выпишут, и мы заберём её к нам. Раз уж ты теперь будешь жить в своей комнате постоянно, то предлагаю поменять там мебель, если хочешь, а то спать на такой огромной кровати, наверное, не очень удобно. Сходим в лавку, закажем тебе парту с удобным стулом и нормальную детскую кровать, а ещё комод по росту, а то ты в шкафу не достаёшь до нужных полок. Северус только радостно кивнул на это предложение, а я облегчённо вздохнула. Раз уж мне не стать женой своего любимого книжного героя, так, значит, стану заботливой тётушкой и обеспечу ему счастливое детство.