Дневники агента звезды

      Шла вторая неделя съемок, а Том уже настолько привык проводить вечера в моем номере, что умудрялся организовывать нам ужин, Так он заявился как-то с огромным пакетом заказанной в ресторане еды, в другой день мы ужинали чипсами и смотрели кино, на третий он притащил ведерко с мороженным и всего лишь две ложки, но именно в этот вечер объявился и Стэн. В смысле, он и не пропадал никуда, но упрашивать Харди куда-нибудь спрятаться оказалось труднее, чем достать билет на концерт Imagine dragons за час до начала концерта. Поверьте, я пробовала. В итоге он пообещал, что мне придется расплатиться за спектакль, а я с дуру согласилась, лишь предупредив, что в мерах разумного, он улыбнулся. — Лили, извини, что так поздно, просто… — начал Себастиан с ходу, но осекся, войдя в комнату и посмотрев на ведерко с лакомство. — Ты не одна? — С чего ты взял? — спросила я и начала оглядываться по сторонам. — В ведерке две ложки. — Ах, это! Ах-ах. Нет, я просто подумала, что вдруг положу одну ложку куда-то и забуду, у меня бывает… Не придется думать, где взять новую, я запаслась.       Дурацкая выдумка. Как я вообще проговорила эту чушь? — Ну, ладно, чудо-юдо, — спустя минуту задумчивого остолбенения ответил Стэн. — Себастиан, а что случилось? — В смысле? — Ты начал что-то говорить, потом сменил тему, — напомнила я. — Ах, да. Это просто трагедия. Ты ведь знаешь Чейса Кроуфорда. — Конечно, знаю, он твой близкий друг и коллега по нескольким проектам. А что с ним? Что-то случилось? — Да, все верно. С ним? Нет, он жив здоров, хотя… В общем, я призван сделать то, за что ты на меня рассердишься, поэтому я захотел поговорить, ибо выбирать кого-нибудь из вас я не могу, к тому же в этом как бы ничего плохо, просто у тебя случаются весьма непредсказуемые реакции на подобные вещи, поэтому… — Пока я ничего не понимаю, — призналась я. — Ты ему нравишься, причем давно и очень… — Выдохнул парень с таким видом, словно у него камень с души упал, только упал он прямо на меня. — И он попросил меня скинуть ему смс, если мы с тобой зайдем в кафе или еще куда, ну, чтобы к нам присоединиться. — Оу, — дошло вдруг до меня. — А он тоже в Австралии? — удивилась я. Как-то все неожиданно. Харди сидит молча в ванной и наверняка слушает, Стэн задает вопросы, а я несу чушь. Прямо сказка! — Что? Нет, конечно! Он в Нью-Йорке, — вдруг ответил актер, я нахмурилась. — Себастиан, я в шоке. — А я нет. Он давно уже вопросы задавал, ну типа: «а как Лили?», «как у нее дела?» и все такое прочее. Просто я сперва не думал, но за последние три дня он, видимо, определился и настроился решительно. — Нет, я от другого в шоке. — О чего именно? — Если он не в Австралии, и смс ты ему скинешь еще дней через десять, то зачем ты так разволновался? — Дней через десять? Я думал, я сказал тебе, что остается не так много, основные сцены отсняты, так что очень вероятно, мы вернемся даже раньше, чем планировали. И потом, Чейс ждет ответа, я все еще не согласился. — Ну, встреча с ним неизбежна в любом случае, так что ты зря волнуешься. — То есть ты не против? — Я против, конечно. — И что же мне делать? — Скажи, что мы редко куда-нибудь ходим с тех пор, как у тебя начались съемки проекта, а вернешься ты несвободным парнем, так что ходить вместе в кафе мы не будем подавно! — Лили, это нечестно. — Почему? — Так во всем виноват только я, — усмехнулся актер. — А. Понятно. Виноватой должна прослыть я, чтобы не испортить ваши отношения, верно? — Я вовсе не это имел в виду, — возразил Стэн. — Да ладно, — отмахнулась я. — Можешь делать, что хочешь. Как истинный друг ты вообще был обязан молчать. — Но я ведь и твой друг? — Да, тем хуже.       Себастиан вздохнул. — Ну ладно, я просто хотел предупредить и узнать, как ты на это смотришь? — На общение с Кроуфордом? — И на него в целом. Он… — парень немного помедлил, словно не хотел произносить то, что собрался. — Он мог бы тебе понравиться? — Себастиан! — Вообще не симпатичен? — улыбнулся он. — Прости, но в отличие от Кроуфорда я предпочту сказать это ему, если придется. — Ладно, не хочешь говорить, не надо, — поднял он руки вверх. — Я ухожу с разбитым сердцем, а знаешь, почему? Ты мне не доверяешь! — пошутил он, направившись к двери. — Разумеется, не доверяю, ты не Элизабет! — хихикнула я. — Думаешь, я пожалею, что не родился девочкой? — рассмешил меня Стэн. — Да не дождешься! — И не надеялась. — Спокойной ночи, Лил. — И тебе, Себ.       Я выдохнула и вернулась в номер, заперев дверь. Странно, что Харди не выбежал из ванной до сих пор. — Том, ты там живой? — спросила я, постучав в дверь. — «Лил»? «Себ»? Я просто умиляюсь! — недовольно заметил он. — Дурдом какой-то, — улыбнулась я и села на свое место, затем съела ложку мороженного. — Ты больше не будешь? — Я-то буду, не юлите, дорогая. Что за Чейс? — поинтересовался мужчина и последовал моему примеру. — Друг Стэна. Вообще, конечно, это все курьезно. И чего он всполошился, не пойму? Ладно, неважно. — Нет, нет, важно. И что, этот Чейс, он красивый и умный, и сильный, и просто мечта?       Отчего-то меня это развеселило. — И очень милый, — дополнила я, но потом рассмеялась, заметив выражение лица актера. — Ну все, ты сама напросилась, — вдруг сказал он и, воткнув ложку в мороженное, протянул ко мне руки. Пару дней назад он вырисовывал узоры на моей руке, пока была моя очередь читать, и я призналась, что ужасно реагирую на щекотку. Сейчас эти слова решили использовать против меня. Я вскрикнула, но было поздно, он успел удержать. — Прекрати! Ай! Харди, хватит! — проговаривала я, смеясь. — «Милый»! Вы только посмотрите на нее! — проворчал он, не прекращая пытку. — Сейчас я тебе покажу, кто здесь милый! — Ах-ах-ах-ах! Хватит! — заливалась я смехом. Как произошло все остальное, я заметить не успела. Я повернулась и подумала, хоть как-то увеличить расстояние, но вышло с точностью наоборот, он оказался слишком близко, а из-за щекотки я приподнялась, а когда перехватила его руки, то поняла, что, опустившись, просто сяду на него. Он это тоже уловил, и улыбнулся. — А мы ведь говорили о расплате за прятки в ванной, — прищурился он и не позволил мне отстраниться, даже ногу придержал. — Щекотки тебе не хватило? — разволновалась я. Как же все глупо. В который раз я попадаюсь на удочку. — Нет, — тихо сказал он. — Поцелуй меня… — Том, — сразу же возразила я, почувствовав, как по телу прошел разряд тока. — Мы ведь уже обсуждали… — В щеку, — добавил он. Его взгляд скользнул по моему лицу, но после он даже отвернулся.       Трудно было понять, кто кого держал за руки, но он не шевелился, а медлить было бы глупо, он бы не сдался. Я подалась вперед, чтобы чмокнуть его коротко, но он повернулся в последний момент, и я не успела остановиться и коснулась его губ, но сразу отпрянула в растерянности. Мои руки дрогнули, я почувствовала, как он их отпустил, но после он подался вперед, а я назад. Это продолжалось до тех пор, пока мы не поменялись местами, и я не оказалась между спинкой кровати и им самим. Он не сводил глаз и коснулся кончиком носа моей кожи, прикрыв глаза. — Том, — неуверенно шепнула я, взывая к его благоразумию, но оно не ответило, мужчина мягко коснулся моих губ своими, а затем я почувствовала прикосновение его руки к моему лицу. Он скользнул пальцами по коже и вновь скользнул губами, а после поцеловал в щеку, и повел кончиком носа по коже, приближаясь к уху. — Мороженное вкуснее во сто крат, когда оно касается твоих губ, — шепнул он. Даже упираясь руками в его плечи, я не смогла его сдержать. Последовал еще один поцелуй в щеку, его горячая ладонь накрыла мою руку, он притянул ее к себе и поцеловал тыльную сторону ладони, отстранившись, и не сводя с меня глаз. Расширенные зрачки и пьяный взгляд меня просто добили. Его глаза блестели, говорил он тихо и хрипло. — У тебя всегда холодные пальчики. Почему? — Спросил он и слегка потер руками мою руку, согревая. — На полу холодно, — ответила я и попыталась встать, надеясь выбраться из его власти. Он спокойно уступил. Я подняла ведерко с мороженным и закрыла крышку. — Злишься? — спросил он. — Мы договаривались, — нервно бросила я, хотя пришел стыд. Я растерялась еще до его поцелуя, но собраться не смогла до сих пор. — И ты ничего не почувствовала? — прищурился он. Вновь дикое волнение. — А ты нарушил уговор, — вставила я в надежде скрыть его влияние, если это вообще еще было возможно. Я расхаживала по комнате и просто пыталась делать хоть что-то, но не стоять без дела, а после подошла к дорожной сумке и сложила футболку, которую еще днем оставила на тумбочке. — И я тоже почувствовал, — шепнул он, остановившись позади и наклонившись к моему уху. Я вновь впала в ступор на пару секунд, но посмотрела на него. Он улыбнулся мне и подмигнул, а после отстранился. — Сладких снов тебе, Лили. И пусть твоя ночь будет такой же неспокойной и незаконченной, как и моя, — довольно прохрипел он и ушел.       И Харди не ошибся. Напряжение никуда не уходило, оно вспыхивало с новой силой, едва я вспоминала о его касаниях, его тепле, об ощущении его так близко. — Я ему не ответила, — призналась я Лиззи, рассказав о поцелуе почти шепотом, будто он мог бы услышать. Ну, разве не глупо? — Не похоже, чтобы он из-за этого сильно расстроился, — ответила подруга. — Да, он не врал, описывая себя страстной натурой. — Я так не могу, ему придется сбавить обороты, — обеспокоено сказала я. — Я не могу так, — повторила я почти в отчаянии. — Вообще, учитывая то, что вы оба испытываете симпатию, для первого поцелуя самый раз, — проговорила девушка. — Причем Том мужик взрослый и вряд ли сможет долго терпеть. И у тебя тоже нет повода избегать Тома. — Что значит, нет повода, Элизабет? — разозлилась я. — Еще как есть! — Я про него конкретно, а не про близость, но я повторю, он не подросток, а взрослый мужчина. — Мужик взрослый бывает нетерпеливым? — спросила я больше для того, чтобы отметить, как все плохо. — Это серьезно вопрос? — рассмеялась подруга. — Вообще-то он не такой уж и взрослый, — отметила я. — Да, он старше Себастиана и крупнее, но… — Дело не в этом. Не в возрасте, а в опыте. То есть ему нужен физический аспект отношений! Не обязательно секс. Поцелуи, объятия… Хотя и секс тоже, — снова рассмеялась Элизабет. — Этого не будет, — возразила я. — Просто сама подумай. Вы не дети и даже не подростки. Вам также не по двадцать. Вы оба испытываете симпатию. Долго мужики редко обхаживают девушек! Не-е, я про секс просто говорю. Пойми, что он увлечен только тобой, поэтому не удивительно, что ему хочется большего, чем тебе позволяет твоя совесть. И потом, положа руку на сердце, скажи, что поцелуй на тебя не подействовал. Да ты до сих пор не в себе, а он ушел уже сколько времени назад, не подскажешь? — Как удержать его на расстоянии после такого? — в сердцах спросила я. — Я думаю, что все зависит от его отношения к тебе, и если у него действительно серьезные намерения, то пару месяцев он может и выдержать, ну, или на крайняк —самоудовлетвориться, — хихикнула девушка. — Ужас какой.       Следующего вечера я опасалась, как огня, решив, что если он предпримет попытку повторить вчерашнее, то мы поругаемся бесповоротно, но Том вел себя идеально. Он все так же игнорировал мое существование весь день, а вечером не выказывал признаков жизни аж до девяти вечера.       Он постучал в дверь и просунул записку:       «Лили, может быть прогуляемся?»       Я вздохнула и открыла дверь, а он улыбнулся и изогнул бровь. — Ну, нет. С меня хватит, — ответила я. — Вчера ты нарушил условие, пожалуй, самое важное из всех перечисленных, а сегодня собираешься перечеркнуть еще одно? — Всенепременно, — согласился он, кивнув. — Я хочу сломать все стены между нами! Кроме того, сколько можно сидеть взаперти? И, позволь мне напомнить, у меня тоже были условия. Ты не должна мне отказывать, к примеру, — заметил он и вошел в номер. — Я обхожу тебя за километр, а меня обсуждают. Если кто-то заметит нас и раздует из этого историю, я просто не выдержу, — пояснила я, а он распрямил свою толстовку с капюшоном, вынув из пакета. — А если я пообещаю нам конфиденциальность? Если у тебя нет ничего с капюшоном с собой, я могу поделиться. В любом случае, в моей толстовке тебя будет трудно узнать. Одевайся, я зайду через пару минут.       Том вышел в футболке и джинсах, а через пять минут вернулся уже в джинсах и похожей толстовке. Спорить с ним было лишним, я бы вновь разошлась, словно зануда. Плюс ко всему после драки кулаками не машут, так что выговорить ему я успею, если он снова попробует меня поцеловать. — Ну-ка, — сказал он и поправил капюшон. — Вот так куда лучше!       Я посмотрела в зеркало. Да, наверное, жуткое зрелище. Толстовка была велика мне в плечах, рукава мне пришлось завернуть, но еще она оказалась и длинной и свисала почти до колен. — Идем?       Мы влезли в такси. Том сказал водителю, что хочет просто покататься по Сиднею. Он придвинулся ближе ко мне и принялся рассказывать о местах, где уже успел побывать прежде. — Это вообще красота! Ты обязана там побывать, я уверен, ты влюбишься в это место! Ты ведь в курсе, что Хэмсворты родом отсюда?       Он был очень близко. Такой теплый, открытый. От него приятно пахло, а его голос околдовывал меня, став особой мелодией, которую хотелось слушать беспрерывно. — Лили, а есть ли что-то, чему бы тебе хотелось научиться давно? — спросил он в дороге. — Кататься на коньках, — ответила я. — Всегда очень хотела уметь кататься без страха, но так и не смогла устоять на ногах дольше пары минут.       Мне пришло смс от Себастиана, и пока я отвечала, Харди что-то сказал водителю такси. Спустя минут двадцать машина притормозила у незнакомого здания. — Не хочешь выйти? — прохрипел актер. — Смотря, где мы, — сказала я. — Сюрприз!       Актер вышел первым. — Вы позволите? — спросил Том, открыв передо мной дверцу и протянув мне руку, предлагая помощь. Я позволила, а он отпустил водителя, расплатившись. — В это время тут обычно закрыто, но может быть, нас пропустят. Кто знает. Стой тут, я сейчас!       Он отошел, но очень скоро вернулся. — Так, раз уж это сюрприз, то ты не должна ничего видеть, пока мы не придем. Я закрою тебе обзор ладонями, это совсем ненадолго.       Одной руки перед глазами было вполне даже достаточно. — Ты не подглядываешь? — спросил он, ведя меня по зданию куда-то в неизвестность. — Нет, — улыбнулась я. — Умница. Ну все, мы пришли.       Он убрал руку, и я замерла. Мы были на гигантской ледовой площадке. — С прошлого нашего визита Киллиан с ума сходит, как видит лед, поэтому он быстро тут обрел друзей. Люди спокойные, снимать нас не станут. — Извини, но зачем мы здесь? — на всякий случай все-таки поинтересовалась я. — А разве непонятно? Мы пришли прогонять твои страхи, — улыбнулся мужчина, не выпустив моей руки из своей, а затем потянул меня за собой. — Ведь я не отметил, для чего тебе нужен друг, вроде меня? Точнее, я начал, но не закончил. — И для чего же? — Чтобы испортить тебя! — усмехнулся он, словно это было чем-то совершенно элементарным. — Больно ты правильная, местами скромная и нерешительная, ну полная моя противоположность. — Я не хочу! — пропищала я. — Почему? Больно не будет! Вообще-то нарушать правила веселее, чем их соблюдать. — Нет! Я упаду, а я не хочу при тебе падать! — протараторила я. — При ком-либо… вообще… — добавила я, когда он довольно посмотрел на меня, решив, что я боюсь опозориться перед ним лично. — Не бойся, я не дам тебе упасть, — пообещал он и хлопнул в ладоши. — Начнем!       Держа меня за руку, спустя несколько минут, Том потянул меня на лед, страхуя каждое неловкое движение. — Спокойно, расслабься, — тихо посоветовал он, когда я описала круг и оказалась в его объятиях. Он стоял позади и удерживал меня, словно ребенка, который только начинал ходить самостоятельно. — Ты постоянно ждешь падения, отсюда и напряжение в мышцах. Забудь, что ты на льду хоть на секунду. Забудь, что здесь можно упасть.       Я фыркнула, но постаралась сделать хоть что-то из того, что он сказал и опаньки, у меня получилось. Я скользнула по льду несколько раз и устояла. Потом попробовала снова и опять не рухнула. Харди следовал рядом, но не мешал. — У меня получается! — вскрикнула я и повернулась к нему, однако получилось слишком круто для меня, и я снова оказалась в его объятиях, причем лицом к лицу. — Какой кошмар, — шепнула я, пытаясь выпрямиться, но нога соскальзывала, да и голос пропал предательски не в самый подходящий момент. — Не повторяй это так часто, — ответил он и сглотнул, но отстранился и помог мне встать на ноги. — Порядок?       Вышло нелепо, конечно. И было некомфортно. — А ты знаешь, по-моему, для первого раза неплохо, — заговорил он, сняв коньки. И слава Богу, это неловкое молчание напрягало ужасно. — Да, я ничего себе не сломала, — пошутила я. — Тебе нужно быть менее придирчивой к себе. Хорошо, когда человек самосовершенствуется, учится, читает, развивается, но не надо над собой смеяться. Обещаешь, что не будешь больше? — спросил он, посмотрев мне в глаза. — А то с твоим самокопанием чокнуться можно. — Обещаю! — ответила я и вскочила, прервав зрительный контакт. Что ж, этот мужчина меня волновал, отрицать это уже не представлялось возможным. Не представляю, когда я поменяла предпочтения с домашнего и спокойного на смесь из брутальности и бунтарства. Его взгляды, улыбки, касания, поддержка и внимание, наш разговор, его реакция и сдержанность, его последующее поведение, забота, — все это кружило голову, вызывая разные чувства и ощущения, и от этого хотелось сбежать, пока я не наделала ошибок.       Смеясь, мы вышли на улицу, уставшие и потные, но счастливые, как дети, и взяли другое такси. В машине мы ехали молча, каждый думал о чем-то своем. Водитель едва не узнал Тома Харди, отчего актер тихонько посмеялся. Наконец, мы вернулись в гостиницу. Было уже очень поздно, но народу в фойе не убавилось, туристы прибывали, оформляли документы. Том вызвал лифт и потянул меня за собой, поскорей нажав на наш этаж и извинившись перед парнем, который тоже собирался подняться к себе. — Вот не стыдно тебе? — в шутку возмутилась я. — Человек, может, устал, а ты внизу его оставил! — Нет, он отдохнет немножечко позже. Нечего ему делать с нами, он третий лишний. Забудь о нем, лучше скажи, как ощущения? — Что ж, вечер выдался насыщенным, и ты был прав, было весело, очень, — признала я. — Повторим как-нибудь? — улыбнулся он. — Хорошо, — улыбнулась я, выйдя из лифта. — Отлично!       Повисло молчание, мы остановились у моего номера в коридоре гостиницы. Он ждал, но почему-то медлил, словно предоставил выбор мне. — Ну, я пойду? — неуверенно улыбнулась я. Такая тупость! Ощущение, будто я разрешение спросила на уход. — Сладких снов вам, мисс Московитц, — нежно улыбнулся мужчина, приняв мое решение. — Спокойной ночи, мистер Харди.       Я закрыла дверь и выдохнула, прислонилась к ней спиной. Он явно хотел, чтобы прощание получилось другим, но уступил. Я улыбнулась, это было приятно. С его неумением соблюдать дистанцию он все-таки ушел к себе. Мне позвонила Элизабет, и я еще больше обрадовалась. Пока я ей все расскажу, я смогу вновь пережить этот вечер. — Да ты вся светишься, — заметила подруга, выслушав. — Значит, сегодня он к тебе не приставал? — Не приставал, — рассмеялась я. — Наоборот. Он был внимателен ко всяким мелочам, учил, поддерживал, смешил. — Наверное, он понял, что давить на газ пока не стоит, раз уж был так учтив и спокоен. — И очень красив, — добавила я. — Даже так?! — От него одновременно хочется сбежать или остаться. Я не понимаю, что происходит, когда он со мной рядом, я постоянно не знаю, чего от него ждать. Он то притягивает к себе и не позволяет шевельнуться, то дает мне самой выбирать и ограничивается чем-то милым и теплым. — И что будет дальше? — Не знаю.       Еще несколько дней спустя съемки Себастиана подошли к концу. Настал день, который меня волновал. Стэн предложил всем посидеть в пабе и пообщаться немного, на что Том сонно зевнул и заверил, что появится немного позже. Лично я не собиралась там присутствовать, потому еще до Тома, но лично Себастиану, сказала, что ужасно устала и хочу выспаться перед дорогой. Я уже высушила волосы после душа и залезла в пижаму, чувствуя, как слипаются веки, предвкушая сладкий сон, когда в мою дверь постучали. — Кто там? — спросила я. — Самый ленивый человек на Земле, — хрипло ответили мне. Сонливость как рукой сняло и стало так жаль, что хоть плачь, а я надеялась выспаться. — Сейчас открою! — сказала я и начала одеваться. Спустя пару минут я открыла. — Ты собиралась улететь, не попрощавшись? — поинтересовался гость и вошел в номер. — Ну, есть же еще утро, — пожала я плечами. — Не-е, не вариант. Человек, боящийся публичности, не станет прощаться со мной персонально. Так что я принес с собой пиво и карты. — Зачем? — Пиво для отдыха и снятия стресса, создания атмосферы непринужденности. Карты… Ты умеешь играть в карты? — Не то, чтобы я это умение тестировала слишком часто, — улыбнулась я. — Я тоже не большой игрок, — поджал губы актер. — Но ничего, это не важно.       Мы сели на пол и прислонились спиной к кровати. Разговор снова зашел ни о чем. Том говорил о Нью-Йорке и Лондоне, потом о погоде и любви к скорости, мы спокойно потягивали пиво, а о картах он напомнил лишь в конце, перед уходом. — Итак, зачем я их принес, — сказал он с важным видом. — Мы сыграем лишь раз, и он определит проигравшего. — И что же грозит бедолаге? — сонно спросила я. — А вот в этом вся соль! Проигравший, внимание, поцелует победителя в щеку.       Я уставилась на него. Только не снова. С того дня минула неделя. — А почему ты все решаешь за всех? — нахмурилась я. — Потому что на меньшее я не согласен. Кроме того, тут совершенно неважно, кто из нас победит. Этот вечер нам должен запомниться этаким подытоживанием почти что месяца общения. Я не уйду, пока мы не сыграем, — улыбнулся он. — Вы все же коварны, мистер Харди, — выдохнула я. — Я вам не доверяю больше. — О, а еще я опасен, — подсказал актер и раздал карты. — Вы не оставляете мне выбора, мисс. Вы уедете, а мне еще работать здесь как минимум неделю. Я хочу что-то на память, чтобы мне хватило до ближайшей встречи.       Мы играли недолго, и он проиграл, явно поддавшись. — Вы готовы, мисс Московитц? — изогнул бровь мужчина, улыбнувшись, я помотала головой. — Лили, это не больно, — мягко сказал он, — а твое волнение лишь подливает масла в огонь, если честно. Я, конечно, понимаю, твою внутреннюю борьбу, но мы ведь тоже люди, верно?       За то время, что он говорил, он медленно приблизился и прикрыл глаза, а его ладонь коснулась моей щеки. — Ты мне ответишь в этот раз? — шепотом спросил он, затем коснулся моих губ. Я ответила на второе касание, а он шумно выдохнул и продолжил уже увереннее. Он коснулся моей руки и пробежал пальцами до предплечья, а после еще подался вперед, заставив меня наклониться назад. Он одновременно был нежен, но и не особо сдерживал напор. Дыхания не хватало, а губы горели от его прикосновений. Мы стояли на коленях. Он притянул меня к себе за талию, а когда я попыталась вставить слово, он углубил поцелуй. У меня вырвался стон, я случайно поцарапала его, он хрипло охнул, не прекращая начатое. Его рука поползла по моей спине вверх, но после вернулась обратно, он остановился и горячо выдохнул, опустил голову на мое плечо. Я чувствовала, как он напрягся, а еще этот жар, исходящий от него. — Ты невероятно пахнешь, — шепнул он. Лучше бы он просто молчал. — И я слышу, как стучит твое сердце в груди. Ведь оно врать не умеет. Лили, по-моему, ты проиграла эту битву. — Вовсе нет, — поспешила возразить я. — Это не то, это просто… — начала я выдумывать, решив все спихнуть на сорванное дыхание, но он тихо усмехнулся. — Я? — закончил он. — Это приятно, — хрипло потянул он и посмотрел на меня. Снова тот дикий блеск в глазах, зрачки расширены. Видимо, я никогда не научусь спокойно реагировать на это. Его взгляд вновь скользнул к моим губам. — Ты должен уйти, — сказала я даже неожиданно для себя и подумала, что прозвучала резко, но он поднял бровь и склонил голову в сторону, улыбнувшись. — Почему? Я с удовольствием понаблюдаю за твоими мучениями, ты хотя бы поймешь, каково это хотеть одного, но делать другое. — Ты не так меня понял. — Я волную тебя, я же вижу. — Том… — Хорошо, я молчу, — прохрипел он. — Лили, давай придумаем что-нибудь интереснее телефонных звонков? — вдруг предложил он. Да, до этого в обмене номерами не было необходимости. Ну, что ж. — Что, например? — поинтересовалась я и осела. Конечно. Он заедет домой и не хочет, чтобы на глаза его девушки попалось смс от какой-то «Л.», ну или того хуже. Вдруг я позвоню. Вот она, вся прелесть «общения» с несвободным мужчиной. Я поджала губы, стало очень обидно и противно одновременно. — Ты чего? — спросил он, заметив перемену. — Ничего, — ответила я и попыталась встать и выбраться из его объятий. Мне удалось. — Лили, не лги мне, я же не слепой. — Ты эгоист, Харди, этим все сказано, — окончательно раскисла я. — Не беспокойся, я не буду звонить тебе или присылать сообщения, вообще все это подло! Ты просто берешь, чего хочешь, и все, а о том, какую боль ты причиняешь тем, кто рядом, ты не думаешь вообще? Я бы не простила своему отцу измены, поверь! И что будет в итоге? Вот у нас ничего не вышло, так получилось, представь. Я раздражала тебя своими моральными устоями, а ты вдруг разошелся с Рейчел, неизвестно еще, как она это воспримет, что тогда? Ссоры, претензии, тяжбы из-за опеки над ребенком? А все из-за того, что ты не пожелал остановиться? Или нет, есть и другая реальность. К примеру, у нас все получится, мы будем вместе, я переварю твое расставание, а потом, годика эдак два-три спустя, ты поедешь куда-то на съемки и куда-то еще, там опять кого-то приметишь, а я так не могу! Я не отдам свое сердце тому, кто сможет разбить его для своего удовольствия.       Если сперва мужчина слушал спокойно, то затем он поднялся с пола. Пока я описывала первый вариант развития событий на его лице отразилось разочарование, зато он усмехнулся на словах о том, что я его раздражала бы своими моральными устоями. Когда я перешла ко второму варианту, он показался еще более довольным, чем после поцелуя. Он улыбнулся поднял бровь, а пока я повернулась в сторону, вдруг оказался совсем близко. Не успела я и слова сказать, как он наклонился и поцеловал меня. Я была зла и даже слегка стукнула его в грудь, но он не среагировал, точнее среагировал совсем не так, как я хотела. Он подтолкнул меня к тумбочке, позади, затем приподнял и усадил, не прекращая целовать. Я запищала, он продолжил целовать. Я поцарапала его, надеясь, что хоть так он прекратит. Он прекратил, хотя и охнул. — Ты сумасшедшая, ты знаешь? — улыбнулся он. — Куда же я от тебя денусь? — спросил он и подался вперед, чтобы поцеловать опять. Я смотрела на него исподлобья и увернулась, но он усмехнулся. — Боюсь, я стал зависим от всего этого и не хочу отпускать тебя никуда… Просто дай мне шанс, а я постараюсь его оправдать.       На этой ноте истерика сошла на нет. Я уткнулась головой в его грудь, он погладил меня по волосам. — А может, мне остаться на ночь здесь? — вдруг предложил он, и я хлопнула его по плечу, мы оба рассмеялись.       Когда мы уезжали, Том, якобы случайно, оказался на ресепшене. — Так быстро собрались? — сказал он, подойдя к нам. — Да, — ответил Стэн. — Увидимся в Нью-Йорке? — он протянул руку Харди. — Обязательно увидимся, — ответил Том и пожал ему руку. — Лили? — повернулся он ко мне с намерением пожать мне руку. — Надеюсь, Австралия тебе понравилась? Ты хоть успела погулять немного? — Да, немного, — улыбнулась я и вложила руку в его руки. — Какие холодные пальцы, — заметил он. — Ты мерзнешь? — Нет, это нормальное явление. — Понятно. Что ж, до встречи. — До свидания.       Казалось, он забыл про Стэна. Просто ужас. — Себастиан, — окликнул парня Том, когда мы отошли. — Да? — повернулся тот. — Слушай, мне было приятно поработать с тобой, и я подумал, может ты оставишь мне номер, чтобы я смог связаться с тобой, если подвернется еще что-нибудь интересное? — Да, конечно, — слегка растерялся Стэн, затем достал визитку и протянул ее актеру. — Вот. Здесь мой номер и номер Лили.       Том улыбнулся, а я опустила голову, сдержав улыбку. Вот ведь аферист! — Отлично! Спасибо. Я позвоню Лили, если что, — ответил Харди. — Хорошо, как вам угодно. — Ну, хорошо. Счастливо вам вернуться.       Он мог бы узнать номер иначе, но нет, он устроил из этого сцену.