Научи меня жить

      Проснулась я в прекрасном настроении и, не открывая глаз, сладко потянулась. Ох и редко же мне удаётся выспаться к утру! Однако какое же это чистое счастье! И главное — такое доступное! Всего-то надо удалить из жизни всё, что тебя будит…       А ещё это счастье быстро обламывается, как оказалось! Открыв глаза, я наткнулась взглядом на настенные часы, запоздало припомнив, что нахожусь в покоях Геральда… Шепфа! Как это уже двенадцатый час?! — Твою ж мать! — вырвалось у меня изо рта, и я поспешно села в кровати, чувствуя, как тревога начинает медленно нарастать в груди.       Рядом зашевелился Геральд и сонно, с лёгкой улыбкой на губах приобнял меня одной рукой, прижимая к себе.       Прогуливать занятия себе дороже, а с другой стороны… Глядя на демона и чувствуя его тепло, я не смогла скрыть довольной улыбки, но тут же спохватилась и отодвинулась. — Геральд, мы проспали!       Мужчина довольно зажмурился и резко подался вперёд, заключая меня в объятья. Я почти уверена, что мне послышался довольный рык. — Мы не проспали, — хрипло прошептал он мне на ушко, вызывая своим горячим дыханием приятные мурашки по коже, — я просто не стал будить тебя утром.       Я отпрянула от него и раздражённо отвернулась. То есть он, такой деловой, проснулся утром и решил меня не будить, а я из-за него прогуляла занятия?       Круговорот мыслей вихрем пронёсся у меня в голове, заставляя сильнее нервничать и прикусывать губу. Что мне потом говорить друзьям?       Шепфа! Мими от меня не отстанет, пока не выведает всё до каждой секунды! Ещё и Ади надо как-то объяснить, почему это я была ночью у Геральда. А учителя?       Фенцио-то ладно: нотации почитает, но не думаю, что сильно будет ругаться — сам же видел, в каком состоянии ночью был Геральд…       Но Мисселина? Воспоминание о её всепрощающей улыбке меня немного успокоило, тревожность отошла на задний план. И всё-таки…       От размышлений меня отвлекло чувство, будто что-то горячее и твёрдое упирается мне в промежность. Не успев ничего обдумать, я инстинктивно подалась бёдрами вперёд и потёрлась. Член Геральда скользнул по моей коже и, пульсируя, прижался ко мне между ног.       Я засмущалась от понимания того, что мы голые, но внизу живота началась лёгкая щекотка, а я, прикусив губу, поняла, что возбудилась. И, вероятно, не только я. — Викки? — Демон прижался ко мне сильнее и чуть двинулся в сторону, вопросительно глядя в глаза.       Я смутилась, и жар, что накрыл моё лицо, подсказывал: сейчас я похожа цветом на клубнику.       Я не могла оторвать взгляда от этих пронзительных голубых глаз; ощущение близости наших тел заставляло мою голову кружиться, а грудь — высоко подниматься от частого дыхания.       Мой учитель явно предлагал шагнуть дальше, и… моё возбуждение перешло в решимость.       Глядя в его внимательные глаза, я собралась с силами, наклонилась к его губам и прошептала: — Геральд, я тебя хо… — Казалось, мужчина только и ждал моего согласия — конец фразы потонул в страстном поцелуе, на который я с радостью ответила. Весь мир отошёл на задний план.       Я чувствовала, как растворяюсь в его жадном и даже немного жестоком поцелуе. Мужчина с упоением посасывал мои губы, так что я даже ощущала покалывание.       Было ясно, что сейчас мой учитель именно демон: жадный, властный и изголодавшийся.       В скором времени он углубил поцелуй, и я с восторгом поддалась его натиску, проведя кончиком языка по его и поддразнивая на дальнейшие действия. Геральд рыкнул и укусил меня за нижнюю губу.       Это было так резко и больно, что я не смогла сдержать вскрик и через мгновение почувствовала, как горячие слёзы бегут по моим щекам.       Глаза мои были закрыты, и я не видела его выражения лица, но казалось, что его тело внезапно будто окаменело, — спустя пару секунд я почувствовала, как он медленно и нежно проводит горячим и скользким языком по губе, собирая капельки крови.       Нерешительно открыв глаза, я посмотрела на учителя и увидела, что в его взгляде сквозь вожделение проступает беспокойство. Поддавшись порыву, я наклонилась к его рту и легонько прикусила его губу, немного оттягивая её вперёд.       Геральд зарычал от желания и требовательно ворвался в мой рот языком. Не сумев сдержать тихий стон, сорвавшийся с моих губ, я сильнее прижалась к нему всем телом, ощущая напряжённые мышцы мужчины и его заметное возбуждение.       Демон всем телом приник ко мне. Сильные руки сжимали мне бёдра, пока учитель аккуратно разместил меня на подушках и покрывал моё тело поцелуями.       Каждое его прикосновение оставляло за собой горячий след и отзывалось нетерпеливой пульсацией в паху.       Мужчина спускался всё ниже и ниже, а я, чувствуя эйфорию и лёгкое приятное головокружение, только и успела, что попросить его быть аккуратнее.       Где-то на краю сознания метался страх, что это будет больно, как говорили мои однокурсницы с Земли, но желание близости было сильнее.       Геральд пристально посмотрел на меня красными глазами, в его взгляде промелькнули понимание… и азарт. Он знал, что делает.       Повинуясь движению демона, я раздвинула ноги и смотрела на мужчину чуть приоткрытыми глазами, с нетерпением ожидая начала.       Мужчина находился в таком возбужденном состоянии, что его напряжённый член был в полной готовности, и по его стволу отчетливо проступала набухшая синяя вена.       Бесстыдно рассматривая своего обнажённого учителя, я остановила взгляд на его достоинстве и взволнованно подметила, что член оказался толще и длиннее, чем я предполагала. Сливовая головка гордо приподнималась вверх, а пенис нетерпеливо подрагивал.       От всего происходящего я чувствовала, как между ног начинает сильнее пульсировать и щекотать.       Неосознанно я повела тазом ему навстречу, как бы приглашая, но он нарочно медлил с наслаждением, любуясь мною, и принялся ласкать меня пальцами. Он знал мои слабые места… там, внутри…       Волны блаженства, приправленные разрядами щекотки, заставляли меня самой подаваться ему навстречу. С моих губ сорвался стон, и сквозь приоткрытые глаза я заметила его довольную усмешку и хищный блеск алых глаз.       Вильнув бёдрами ему навстречу, я потёрлась о пальцы с довольным стоном и, закрыв глаза, выгнула спину.       В ответ послышался утробный рык, в следующий миг я почувствовала горячее дыхание между своих ног и влажное прикосновение языка. Вначале оно было лёгким, но затем делалось всё более настойчивым.       Демон будто исследовал моё тело, обжигая своим дыханием. Мужчина дышал всё чаще и чаще и, казалось, едва сдерживал довольный, рвущийся наружу рык.       Вдруг я почувствовала, как его губы крепко прижались к моей промежности, а язык настойчиво скользит между половыми губами. Возбуждение накрыло меня с головой.       От каждого его движения я будто ощущала несильный удар тока и волнующую щекотку, а мой клитор пульсировал так сильно, что казалось, стоит только демону дотронуться до него — и меня накроет оргазм.       Энергия мужчины разносилась смерчом и отдавала грозой, но страшно не было. Совсем наоборот.       Постанывая от удовольствия и выгибаясь навстречу его горячему языку, я опустила руку ему на голову, зарывшись в волосы, и с силой прижала мужчину к себе.       Учитель ответил с ещё большей страстью, и я ощутила порыв ветра: открыв глаза, я заметила, как его крылья вздыбились и нетерпеливо подрагивают.       Он нависал надо мною — мощный, властный, хищный… Это будоражило во мне каждую клеточку.       Почувствовав, как внутрь влагалища проникает чуть шероховатый палец, лаская и поглаживая меня изнутри, я запрокинула голову назад и закрыла глаза, отдаваясь приятным ощущениям.       Вскоре учитель ввёл в меня ещё один палец, приятно массируя одно восхитительное местечко внутри, которое заставляло всё моё тело подрагивать, а влагалище нетерпеливо сжиматься.       Сдерживаться сил больше не было, и я сквозь стоны начала умолять демона овладеть мной, но, казалось, его это только раззадорило. К двум пальцам присоединился ещё один, другой рукой Геральд начал поглаживать мой клитор.       Я чувствовала, как кровь бешено пульсирует, а сердце громко стучит в груди.       Казалось, что мой живот был наполнен свинцом, который плавился при каждом движении пальцев демона, вызывая усиливающееся до боли внутри томление. — Геральд, пожалуйста… — захныкала я, нетерпеливо двигая бёдрами.       Все чувства кричали, что если сейчас я не почувствую его внутри себя, то просто умру. Никаких мыслей в моей голове не было, лишь желание стать с Геральдом одним целым.       В ответ демон резко наклонился и прижался ко мне разгорячённым телом. Я почувствовала, как он нежно вошёл в меня, заставляя полностью раствориться в наслаждении. — Ох… — вырвалось у меня от внезапной боли — и шока, вызванного пониманием того, что сейчас происходит.       Геральд наклонился и просунул в мой приоткрытый рот чуть солоноватый палец. Я почувствовала свой собственный вкус и начала посасывать палец под довольным взглядом демона.       Он хищно заглядывал мне в глаза, подаваясь вперёд. Казалось, что в его алых глазах пылал огонь. Было видно, что он себя сдерживает, чтобы сгладить для меня этот миг.       Мужчина двинулся во мне, и вновь я почувствовала резкую тянущую боль внизу живота. По бёдрам и ягодицам из лощинки стекало что-то горячее.       Учитель, заметив, что я скривила лицо от боли, прижался ко мне и накрыл рот жарким поцелуем.       Я чувствовала свой вкус на его губах и странное возбуждения от этого, наши языки сплелись в диком танце, и вскоре я уже забыла про боль.       Мужчина, словно поняв, что мне полегчало, начал неспешно двигаться во мне, постепенно заходя всё глубже. Я ощущала пульсацию его члена и сама начала подаваться бёдрами вперёд, стараясь попасть в такт.       Вскоре Геральд ускорил темп и, крепко прижимаясь ко мне всем телом, почти прорычал на ухо: — Какая же ты узкая…       Желая поддразнить демона, я вильнула талией навстречу, делая так, чтобы член на всю длину вошёл в меня, и в награду услышала приглушённый стон. — Геральд… да… ещё… — с придыханием просила я мужчину, сама толком не понимая, что говорю.       Демон сверкнул глазами и закинул мои ноги себе на плечи, а руки свои положил мне на талию. За его спиной крылья нервно взмахнули и замерли.       В такой позе мы и продолжили. В его толчках уже не было ничего нежного — он входил резко, каждый раз выходя из меня почти полностью, прежде чем вновь устремиться до самого конца.       Осознание того, что только что он был нежным и ласковым любовником, а сейчас грубо трахает меня снова и снова, странно возбуждало и приводило меня в непонятный восторг.       Я с упоением двигалась ему навстречу и тонула в этом чувстве. Хватка демона на талии была такой сильной, что, казалось, у меня останутся синяки, но он поменял положение рук: одной демон начал поглаживать моё бедро, а в другую взял грудь и начал её ласкать большим пальцем, дразняще проводя вокруг соска.       Я не знаю, сколько это длилось, — потеряла счёт времени. По телу пробегала частая дрожь, голова кружилась.       В конце, после нескольких особо яростных и глубоких толчков, я ощутила блаженную невесомость и сладостные спазмы внизу живота.       Услышав протяжный полустон-полурык Геральда, я открыла глаза и увидела, как его член выходит из меня и вдруг из головки вылетает что-то белое, жемчужными дорожками капает мне на живот.       Приподняв голову, я успела рассмотреть, как мужчина запрокинул голову и зажмурил глаза от наслаждения. По его губам пробежала довольная усмешка.        Я со вздохом опустила ноги.       Казалось, что жидкость на животе была обжигающей. Проведя рукой по скользкой субстанции, я решилась и аккуратно лизнула кончик пальца. Сперма была чуть солоноватой и пахла мускусом.       Демон, прикусив губу, наблюдал за мной, а потом жадно поцеловал. Я слышала биение своего сердца и ощущала прилив адреналина.       Разорвав поцелуй, Геральд рухнул рядом со мной, и мы обнялись, сплетая наши тела воедино.       Прижавшись к чуть липковатой груди демона, я слышала, как бешено стучит его сердце, — и не смогла скрыть улыбки. Так мы и лежали, молча прижимаясь друг к другу и переводя наше сбившееся дыхание.       Когда запал прошёл, на меня хлынул вихрь мыслей. И только теперь до меня дошло, что я потеряла девственность — да ещё не абы с кем, а со своим учителем!       Внизу живота ощущалась неприятная тяжесть и немного болело, а проведя рукой по внутренней стороне бедра и увидев кровь на пальцах, я была готова провалиться сквозь землю. Останавливало только одно: внизу Ад, а Геральд — демон.       Шепфа, как же стыдно! Я же, наверное, и его испачкала и кровать! Фраза «от позора не отмыться» приобретала для меня абсолютно буквальный смысл! Мельком оторвавшись от груди мужчины, я посмотрела вниз: так и есть, кровать в крови.       Стыд и смущение накрыли меня с головой, и я, еле сдерживая слёзы, шмыгнула носом. — Викки? — Мужчина удивлённо на меня посмотрел. Его небесные глаза наполнились беспокойством, а нахмуренные брови и растерянный блуждающий взгляд это только подтверждали.       Я испуганно спрятала руку за спину и с отчаянием поняла, что мазнула испачканными пальцами по простыне. — Я… — В горле пересохло от волнения и стонов, а взгляд мой рассеянно бегал по комнате. Казалось, стоит мне посмотреть на Геральда, и он сразу всё поймёт.       Конечно, я понимала, что это глупо: он демон, который достаточно долго живет и уж точно знает, что у девушки может пойти кровь… но я ничего не могла поделать с чувством жгучего стыда и смущения, которые полностью пропитали мои мысли. Как будто стоит Геральду узнать, что случилось, — и он меня засмеёт.       Геральд тем временем продолжал обеспокоенно на меня смотреть, пытаясь поймать мой взгляд.       Нервно облизнув засохшие губы, я почти взмолилась: — Мне нужно в душ! Мужчина удивлённо приподнял брови и кивнул. — Конечно, иди. А я пока приготовлю нам за… — Нет! Иди первый! — взволнованно перебила я, полностью обескураживая демона и чувствуя, как мои щёки наливаются кровью.       Учитель посмотрел на меня растерянно, но кивнул и вышел из комнаты. Как только за ним закрылась дверь, я испуганно подпрыгнула на кровати и со слезами посмотрела на кровавые следы, испачкавшие белоснежную простынь.       Обессилено проскулив нечленораздельные ругательства, я на дрожащих ногах направилась в ванную комнату, пытаясь придумать, как же исправить ситуацию.       Возможно, у меня получится до его прихода найти запасные простыни и поменять? А куда деть эту? Спрятать? Выкинуть в окно? Может, вода поможет успокоиться и собраться с мыслями?       Ещё немного ныли и болели исцарапанные руки в бинтах, но боль походила на эхо самой себя. Всё-таки это тело быстро исцелялось.       Подставив лицо под тёплые струи, я раздражённо прикусила губу, и она отозвалась куда более яркой болью.       Проведя по ней языком, я ощутила маленькую язвочку и припухлость, вспоминая яростный укус Геральда. Совсем некстати внизу живота начал разгораться жар, но я лишь мотнула головой.       Викки Уокер, ты ведешь себя неразумно! Это просто биологическая реакция. Незачем стесняться своего организма. Спрятать простынь — глупость какая! И вообще, нашла о чём переживать! Сэми в опасности! В конце концов, друзья беспокоятся, где я так долго пропадаю!       Однако сколько я ни пыталась себя убедить, что накрутила себя, — выходить из ванной было мучительно стыдно. Через двадцать минут я всё же смогла её покинуть.       Решительно вздохнув, я дрожащей рукой потянулась к ручке, открыла дверь и обомлела. Геральд застилал кровать знакомым мне одеялом, но самое главное — простыни вновь были совершенно белоснежными! Замерев, я так и стояла, глупо таращась на кровать.       Учитель, заметив, что я вышла, оставил одеяло в покое и подошёл ко мне. При движении было видно, как напрягаются мускулы ног и пресс, а его мужское достоинство мерно покачивалось под жёсткими чёрными волосками.       Не успев отойти от прежнего смущения, я вновь почувствовала, как мои щёки наливаются кровью, но уже по другой причине: мне было волнительно видеть своего учителя вот так, нагого, расхаживающего по комнате без малейшего стеснения. И тут я поняла, что и я тоже всё ещё обнажена.       После этой мысли по моей коже как от легкого ветерка прошлись мурашки. Это было необычно, волнительно и… возбуждающе. — Как твой живот? — заботливо спросил Геральд, приобнимая меня. — Эм-м… Всё хорошо… — я прошептала это ему куда-то в шею, взволнованно думая, заговорит ли он о простынях. — Чертовка, ты слишком тихая, — подметил Геральд и припал к моей шее, покрывая поцелуями.       Мне хотелось его оттолкнуть, спрятаться под одеяло и никогда больше не говорить с ним. Но в скором времени под его нежными и горячими поцелуями моё беспокойство и стыд куда-то ушли, оставив вместо себя тягучий комок внизу живота.       Только я поняла, что возбуждаюсь, как рука демона уже оказалась там и начала ласкать мой клитор. — Ты прекрасна, — хрипло прошептал мужчина на ухо и заглянув в глаза.       Глаза его были всё ещё голубыми, но из глубины начинали наливаться красным — волнение в них уступало место возбуждению, а энергия встрепенулась весенней грозой… и мне это нравилось.       Заворожённо глядя в эти глаза, я облизнула пересохшие губы и провела рукой по своей груди. Медленно. Дразняще. А потом поймала сосок между пальцев и начала его массировать, глядя на демона.       Я видела, как грудь Геральда вздымается всё выше и резче. Мужчина сильно сжал челюсти, так что забегали желваки, и, облизнув губу, смотрел на мои действия не отрываясь. — Викки, — хрипло, едва на уровне слышимости прошептал учитель, — у меня урок через полчаса… — И что? Нам не хватит? — нагло спросила я, протягивая руку к промежности и заставляя демона ввести в меня палец.       Глаза учителя блеснули, а крылья затрепыхались. Сама я изумилась своей смелости, но было бесконечно приятно видеть, что я могу делать с ним.       Я наблюдала, как его расслабленный член начинает твердеть и увеличиваться в размерах, слегка подрагивая при этом. — Я думал, ты хотела узнать о моей встречи с Сатаной? — иронично спросил мужчина и отвернулся к окну. При этом он продолжал ласкать меня пальцем внутри, и я чувствовала, как его тело напряглось от сдерживаемой страсти. Весенняя гроза обещала раздаться бурей.       Хотелось продолжить нашу игру, но на краю сознания вертелась мысль об опасности, что угрожает Сэми, и тревога за друга победила возбуждение. — Ты прав. Позавтракаем?       Геральд резко повернулся, и я увидела, что его глаза уже полностью красные, а эрегированный член пульсирует. Казалось, что я слышала раскат грома, но это было богатое воображение.       Он резко кивнул и стремительным шагом направился к выходу из спальни. Мне стало стыдно, что я довела его до такого состояния и сама же обломала.       Уже подходя к двери, я заметила в углу корзину для грязного белья, из которой торчал край простыни. На душе стало приятно от того, что он сам разобрался с последствиями и ни о чём меня не спрашивал.       Стараясь не обращать внимания на горящие щёки, я вышла из комнаты и направилась на кухню, с улыбкой отмечая тянущийся оттуда запах кофе.       Геральд уже сидел за столом и взглядом показал мне на соседнее место. С лёгким беспокойством я отметила, что его глаза всё ещё отливают цветом крови. — Приятного аппетита, — сказал мужчина и пододвинул к себе тарелку. — Приятного, — ответила я, садясь и разглядывая стол.       За время, пока я была в душе, демон успел приготовить овсяную кашу, сэндвичи, заварить чай и, конечно, сделать кофе.       Пододвинув к себе кашу и чашку божественного напитка, я вяло принялась за завтрак.       Безумно хотелось расспросить учителя о разговоре с Сатаной, узнать, почему произошла драка. Понять, что мы будем делать для безопасности Сэми и стоит ли говорить друзьям об опасности, грозящей ему.       Вопросов был целый рой, но Геральд упрямо отвернулся к окну и всем своим видом показывал, что на разговор не настроен.       Спустя двадцать минут учитель наконец отодвинул свою тарелку и повернулся. Я поспешно отложила ложку и вперила в него взгляд. — Спасибо, было вкусно. Так что там с Сатаной? — взбудоражено спросила я, не в силах больше сдерживать вопросы.       Геральд хмыкнул и, скрестив руки на груди, удобно опёрся на спинку стула, немного выдвинув ногу вперёд. Не знаю, было ли дело в ещё алых глазах мужчины либо в его мрачном расположении духа и давящей энергии с запахом грозы, но выглядел он устрашающе даже с учётом того, что был полностью обнажён.       По рукам пронеслись тревожные мурашки. — Сатана пришлёт — вернее, уже должен прислать — отряд архидемонов для патруля. Кроме того, за Сэми будем приглядывать ещё и лично мы с Фенцио. Не переживай, его смерти никто не допустит, — с какой-то странной отстранённостью в голосе стал рассказывать учитель. Он словно скрывал некое чувство от меня и от себя самого…       Я внимательно его слушала и думала. Это замечательно, что кто-то наконец решил обеспокоиться безопасностью учеников. Но почему Геральд пришёл после встречи с Владыкой Ада в столь плачевном состоянии? Что насчёт Мальбонте?       Я выжидательно смотрела на учителя в надежде на продолжение, но он молчал. — Геральд, а остальное? Мальбонте? Почему ты пришёл избитый? — не вытерпев, начала расспрашивать я, но мужчина лишь нахмурился. — Остальное не для твоих ушей. Я расскажу об этом только Фенцио. И то: если Сатана узнает — не сносить нам головы вместе с ангелом. Я поражённо уставилась на него. — Но… — Нет, Викки, — сказал он это так грозно, что мне даже стало страшно.       Лицо Геральда словно превратилось в каменную маску мрачной решительности, всем своим видом обещающую, что об неё разобьются любые вопросы, оставшись без ответов. — Ну и прекрасно! Храни свои секреты! Узнаю всё сама! — раздосадованно ответила я и зло отвернулась к окну, стараясь не показывать, как сильно меня огорошило его заявление.        О стол гулко грохнул кулак демона, жалостливо задребезжала посуда. Послышались звук отодвигаемого стула и шаги — я поняла, что Геральд ушёл в комнату.       Меня переполняла обида… Я для него слишком глупая, чтобы довериться? Он считает, что я не умею хранить секреты? Может, я вообще вообразила большую любовь между нами, а для него я — просто любовница… Или он действительно так разозлился из-за моего поддразнивания перед завтраком? — Викки… — послышался голос демона за спиной, и я, наскоро смахнув слёзы, проморгалась. Несколько раз глубоко вздохнув, я встала и повернулась к мужчине.       Учитель стоял уже полностью одетый и чуть виновато на меня смотрел.  — Я на занятие. Не обижайся, я правда не могу тебе сказать — это опасно и для тебя, и для твоих друзей.       Он подошёл чуть ближе и протянул ко мне руку. Немного помедлив, я протянула руку в ответ, и он с улыбкой сжал мою ладонь. — Прошу, не надо лезть в это дело. — Он подошёл на шаг ближе и галантно поцеловал мою ладонь. — Я не могу не лезть, когда опасность грозит моим друзьям, — честно ответила я, всё ещё обижаясь на то, что он утаивает от меня важную информацию.       С психологией у экстеррийцев, видимо, совсем плохо: любому же понятно, что если не дать информацию, то мы с друзьями будем искать её сами. И дай Шепфа, чтобы остались после этого невредимыми. Геральд упускал возможность остановить нас.  — Если ты не можешь мне сказать, то я выясню сама, — предупредила я, смело глядя в алые глаза. — Как знаешь, — глухо ответил демон и раздражённо нахмурился. — Будешь уходить — вылетай через окно. Мисселина уже в своих комнатах.       Резко развернувшись, мужчина ушёл, оставив меня одну с неприятным чувством горечи. Как такое прекрасное утро могло так провально закончиться?       Всхлипнув, я побрела в спальню за своей одеждой. Словно ушла земля из-под ног. И не стало привычной, но такой нужной опоры. Я чувствовала себя ненужной, обманутой…       Увидев на кровати брошенное одеяло, я вспомнила обеспокоенный взгляд учителя и лишь сильнее расплакалась.       На душе было больно. Не удержавшись, я залезла на кровать и накрылась одеялом, позволяя себя расплакаться в голос.       С чего я вдруг взяла, что понимаю мир, в котором оказалась?! Откуда вдруг уверенность, что я смогу тут так быстро найти взаимность и поддержку?! Ужасно хотелось, чтобы Геральд сейчас вернулся, обнял и успокоил. Но этого не будет…       Перед глазами мелькали фрагменты из жуткого сна с Лорой. И лицо Сэми… До пронзительной жути становилось страшно за него…       Когда слёзы закончились, а дышать из-за заложенного носа стало невозможно, я с трудом заставила себя слезть с кровати и направилась в ванную — приводить себя в порядок.       Нельзя показываться друзьям в таком состоянии после долгого отсутствия. У ребят и так вопросов будет воз и маленькая тележка, а приди я с опухшими глазами и в слезах... Ну уж нет.       К сожалению, волшебной мази Мими, способной убрать отёк с глаз, у меня не было, пришлось обходиться по старинке — холодной водой.       Вскоре лицо приобрело приемлемый вид, а от холодной воды голова моя прояснилась, и я поняла, что не всё так плохо, как мне казалось.       По крайней мере, у школы теперь есть охрана, что уже довольно хорошо, учитывая обстоятельства. Ещё один плюс — Фенцио и Геральд записались в личные охранники Сэми. А ведь они действительно сильные экстеррийцы.       На губах появилась лёгкая улыбка, и, казалось, даже солнце стало светить ярче.       Размолвка с Геральдом уже не казалась столь мрачной, но всё таки оставила после себя кучу недомолвок. Ясно одно: он не отступится от своих принципов, а я — от своих.       Наскоро одевшись и оглядев улицу из окна, я полетела к друзьям.