Всё как у людей

      Небо. Покрытое черными пятнами-тучами, оно никогда не было добрым. Никогда не позволяло людям этого города вспомнить о том, что такое счастье. Не позволяло чувствовать на себе солнечный свет и радоваться теплому летнему закату. Потому что здесь нет заката. Здесь нет тепла. В таком уж мире мы живем.       Все куда-то спешат. Как и всегда. Кто-то просто старается спастись от холода и серости, кто-то мечтает о теплой постели, а кто-то — просто потому, что так делают все остальные. Даже дождь, кажется, куда-то торопится, стараясь за один раз выплеснуть все, что может. Но длится это уже вторые сутки подряд. Возможно, такое бывает у многих. Ты долго держишь все в себе, но однажды тебя прорывает и… ты стараешься сделать все как можно более быстро и емко, стараешься как можно скорее высказать все и уйти, но слова так и не прекращаются. Словно поток желчи, крови и слез вырывается прямиком из твоей души, и ничто не в силах остановить это.       Стоя посреди пустеющей улицы, среди мигающих вывесок и гаснущих фонарей, я думал о том, насколько все это бессмысленно. Все — то есть вообще все. Наши слова, наши действия, наше окружение. Даже этот дождь не имеет никакого смысла. Рано или поздно все растения сгниют, люди погибнут, солнце взорвется и создаст черную дыру, в которой все исчезнет. Но по какой-то причине мы каждый день снова встаем по будильнику, едим и отправляемся на работу, волочем свое бессмысленное существование куда-то дальше.       Я слушал дождь. Огромные тяжелые капли, казалось, хотят уничтожить этот мир. Разрушить окна, разрушить здания, разрушить все, что помогает человечеству. Очистить этот мир. Я чувствовал, как яростно вода пытается сломать мой собственный череп, но ничего не делал против. Я подставлял ей лицо и просто чувствовал ее ярость. Я слушал ее крики, сопровождаемые заунывными песнями ветра, я старался быть единым со всем этим моментом и, может быть, тогда обрести хоть какой-то смысл существования.       — Ты снова задержался… — в очередной раз слышал я эту фразу, полную разочарования и неведомой усталости. Изо дня в день вот уже третий год я слышу ее, стоит мне задержаться на улице или на работе чуть больше положенного времени.       — Ага, — почти без эмоций ответил я, стягивая с себя вымокшую насквозь обувь, стараясь откинуть ее как можно дальше в угол. Отопление не работает, так что ставить ее на батарею смысла не имеет никакого.       Из кухни медленно показалось уставшее лицо, а после и весь мой сожитель оказался рядом. Он заботливо накинул на мои волосы полотенце и вновь оставил меня наедине с вымокшей одеждой и собственными, убивающими меня мыслями. За это я его и ценю. Как бы он ни злился — он никогда не говорил мне лишнего. Не лез туда, куда его лезть не просили, и все мои проблемы он просто игнорировал, позволяя мне самостоятельно в этом утонуть. Я прошел в свою комнату, скинув по пути мокрые джинсы в корзину для белья. Скоро вся моя одежда превратится в мокрый ком и мне придется ходить по улицам в одних трусах. А то и без них.       Закрыв за собой дверь, я осторожно коснулся барахлящего переключателя. Немного усилий — и одинокая лампа под потолком вскоре озарила комнату своим тусклым светом. Маленькую, достаточно пустую комнату. Даже для одного человека тут слишком мало вещей и мебели. Небольшой комод, маленький стол в углу и лестница на небольшой, собранный хозяином квартиры вручную балкон. Там только лишь одинокий матрац и мой старый, потрепанный жизнью ноутбук. Иногда мне кажется, будто я просто стараюсь не оставить после себя слишком много вещей, много напоминаний. Возможно, я забочусь об остальных, но скорее всего просто не хочу быть здесь. Я ни в коем случае не имею в виду квартиру, комнату, кровать… Кажется, я имею в виду жизнь, от которой чертовски устал.