Разозленные Боги

— Моя мама может выглянуть в окно в любой момент, поехали! — Лиам нервничал и злился. Тео понимал, что это значило. Запах страха — это адреналин и пот, и он забивался в нос, кружа голову и мешая нормально соображать. И тогда Тео рванул с места, чтобы избежать этого чувства. А еще потому что ситуация напомнила ему, как они вдвоем бежали от Призрачных Охотников.       Наверное, Рэйкен окончательно сошел с ума, раз так легко принял решение поехать в лес и показать Лиаму свое тайное место. Поляна была окружена высокими деревьями, и те милосердно скрывали путников под своей сенью. В знойные летние дни они дарили тень и прохладу, теперь же, когда осень неумолимо наступала, они просто были красивы, устраивая листопад от любого порыва ветра.       А Данбар слишком часто видел Рэйкена уязвимым: напуганным, окровавленным, раненным. И разве не лучше было бы оставить хоть что-то тайное для себя?       Лиам наблюдал, как постепенно маска, за которой скрывался настоящий Тео, идет трещинами. Лиам завороженно смотрел на то, как она осыпается к его ногам. И за этой чертовой маской — ни тьма даже, ни зло во плоти. Просто одинокий напуганный мальчишка, который хотел стать значительным.       Но сейчас Лиам сидел в машине Тео. В любимом пикапе. И скоро Рэйкен собирался показать оборотню нечто личное, просто надеясь, что этим знанием тот не воспользуется в своих целях. Или, по крайней мере, воспользуется не сразу. — Так, твои родители не знают? — для чего-то уточнил Тео. Странные мысли роились в его голове, и химере хотелось их хоть чем-нибудь заглушить. Даже простой болтовней. — Зато Мэйсон знает. Благодаря твоим стараниям, — огрызнулся Лиам. — Вообще, я рассчитывал на то, что твой дружок испугается тебя и сбежит. Но видишь, как все получилось хорошо, — Тео ухмыльнулся. — Всегда пожалуйста.       Он говорил, а тревога внутри и не думала затихать. Она проснулась и теперь царапала острыми коготками где-то внутри.

***

— Когти спрячь, — Лиам заметил это раньше химеры. — Ты так разозлился, потому что я попросил тебя остановиться у магазина?       Скорее, Данбар вынудил Тео совершить остановку. Потому что Лиам мог быть самым капризным ребенком на свете, если чего-то добивался по-настоящему. Очевидно, ему было мало просто воспользоваться чужим гостеприимством. Будто Рэйкен был ему что-то должен.       Тео успокаивал себя тем, что всего лишь не хотел запачкать салон своего пикапа кровью. Они уже дрались с Лиамом. Много раз. И в этих схватках не было победителя, потому что в такие моменты в их крови кипела злость, а не ярость.       Они притормозили у странного маленького домика с неказистой вывеской, которая была лишь куском плохо обработанного дерева с кривыми черными буквами на ней.       Как Тео понял, домик не являлся даже полноценным магазином, а был чем-то типа забегаловки. Рэйкен в такую даже в свои худшие дни ни за что бы не пошел. А оборотню хоть бы что. Через пять минут стука в сумасшедше-желтую фанерную дверь, в проем выглянул лысый и круглый казах. Он даже был тщательно выбрит, тем самым подчеркивая свою «округлость».       Тем временем, ни Лиам, ни мужчина не произнесли ни слова, а просто стояли и смотрели друг на друга, будто у них было соревнование по гляделкам. И Тео так и подмывало быстро захлопнуть пассажирскую дверь, и рвануть в лес одному.       Но он оставался на месте, потому что в данный момент руководствовался не столько инстинктом самосохранения, сколько любопытством. Серебристая лисичка удивленно подняла голову и навострила ушки.       Рэйкен раздраженно фыркнул, потому что Лиам со своими глупыми выходками снова неуловимо, но менял его планы. Он заставлял Тео чувствовать себя маленьким зверьком, что вылезает из норы только для того, чтобы посмотреть на интересующий его мир.       Тео вышел из маленького домика через две минуты, или три месяца, или пять лет. Тем не менее, химера успел заскучать. Любопытство быстро вспыхнуло в нем, но так же быстро и угасло. — Это называется ХАРМА, — гордо произнес Лиам, протягивая Тео что-то продолговатое, завернутое в шуршащую упаковку.       Рэйкен скептически понюхал содержимое свертка, но ничего подозрительного не обнаружил. — Если такие же романтические ужины ты устраивал и Хэйден, то я не удивлен, что она тебя бросила. — Хэйден, в отличие от тебя, ценит иностранную кухню, — Лиама задело больше то, что Тео отнесся к еде скептично, чем то, что он пошутил про его бывшую. Или Рэйкену только так показалось? — Поехали уже.       Тео махнул рукой, дожидаясь, пока Данбар устроится на переднем сидении с двумя горячими свертками в руках. Он так смешно елозил, пытаясь усесться поудобнее, что это вызвало у старшего парня улыбку. Лицо Лиама в этот момент не было усталым, или злым, или выражающим какие-нибудь негативные эмоции. Только сосредоточенным.       И Тео еще полминуты тянуло пошутить про фаллические формы и тягу к ним Лиама. Но пятый раз чувствовать, как ломается его нос, откровенно не хотелось. Шутка того не стоила.       Рэйкен уже почти завел пикап, как требовательное: «Тео!» со стороны Лиама отвлекло его. Парень повернулся к своему непоседливому пассажиру, уже готовый к тому, что тот скажет очередную глупость. Или вкинет какую-нибудь историческую справку. — Я не могу пристегнуться, — Лиам требовательно посмотрел на Тео, будто тот был обязан предугадывать все желания Данбара еще до того, как сам подросток их осознает. — Мои руки заняты. — Ты можешь взять эти…деликатесы в одну руку и пристегнуться. — Что? Нет! Ты не понимаешь, тогда у них нарушится с-т-р-у-к-т-у-р-а.       Тео только окинул Лиама долгим скептичным взглядом, но потом все же перегнулся через тело оборотня, хватаясь за ремень безопасности. Щелчок. — Теперь доволен?

***

      Молчание затягивалось. Они вдвоем расположились в задней части пикапа, а точнее, в его кузове, полулежа на теплом металле. ХАРМА или как ее там, оказалась просто салатом с мясом, завернутым в тесто. Но была вполне ничего, а главное, сытной. И мясо по вкусу не было похоже ни на одно из тех животных, которых Тео за свою жизнь уже успел попробовать. Может, это потому что он никогда не ел крыс или кошек?       Лиам расправился со своей порцией быстрее и уже успел осмотреться, сделать пару комплиментов местным видам и фотографии их же. А еще, заскучать.       Тео в кои-то веки не торопился и ел осторожно. В данный момент Лиам не выглядел как тот, кто хочет напасть на человека рядом и отобрать у него еду. — Влажные салфетки в бардачке, — подсказал Тео. — А то выглядишь так, словно искупался в этом соусе.       Данбар кивнул и попытался грациозно спрыгнуть на землю. Но, очевидно, полный желудок не дал парню осуществить задуманное. — Ай! — болезненно простонал Лиам, держась за бедро, на которое приземлился.       «Я бы спас тебя, Лиам, но в лесу, увы, нет лифта», — хмыкнул про себя Тео.       Данбар в это время совершенно самостоятельно поднялся и даже без происшествий забрался в салон автомобиля. Пока он копался в бардачке, Тео также успел доесть и облизать пальцы. Хотя салфетки ему все равно бы не помешали.       Сквозь кроны деревьев пробивался солнечный свет. День только начинался, и вода в реке наверняка была еще холодной. Но Тео все равно решил искупаться после того, как вернет Лиама домой. Интересно, как долго Данбар планировал избегать разговора с родителями? — Эй, а я и не знал, что ты увлекаешься психологией! — выкрикнул Лиам из салона пикапа.       Тео похолодел и выронил шарик, который скатал из шуршащей обертки. Он совсем забыл, что так и не вернул те книги обратно в школьную библиотеку. — Почему ПТСР? — Лиам уже подошел к нему и вгляделся в лицо. Близость Данбара вкупе с вопросом лишали равновесия. — Первое, что на глаза попалось, — химера постарался, чтобы его голос не дрожал. — Тут еще что-то про сексуальные травмы… — Положи, где взял! — рыкнул Тео, в следующую секунду пугаясь своего резкого срыва. Ведь теперь Лиам мог догадаться, что здесь есть связь. А обсуждать с кем-то свои проблемы Рэйкен точно не горел желанием. Как он уже говорил, Лиам и так слишком часто видел его уязвимым.       Но Данбар на такой выпад Рэйкена только скорчил недовольное лицо и бросил книги на заднее сидение пикапа. Затем он снова залез в багажник и сел рядом с Тео. — Прочел там что-нибудь интересное? — видимо, эта тема была слишком интригующей для подростка, чтобы просто так ее отпустить. — Не комиксы, но чтобы развеять скуку пойдет, — съязвил Тео, потому что вообще не понимал, как ему реагировать на эти расспросы. — О, значит комиксы недостаточно круты для тебя, мистер «я-читаю-научную-литературу-для-развлечения»! Что ж, тогда поставишь мне диагноз?       Весь этот разговор будто никуда не вел, но так сильно раздражал Рэйкена. — У тебя очевидное РПВ, шило в заднице и будут еще выбитые зубы, если ты не заткнешься, — Лиам нахмурился. — А вообще, обманщикам и убийцам книги по психологии больше к имиджу подходят, не считаешь?       Тео правда не хотел показывать, что те слова Данбара задели его, но обида вырвалась наружу раньше, чем Рэйкен успел себя одернуть.

***

      И теперь они молчали. Тео делал вид, что задремал, украдкой бросая взгляды в сторону Лиама. Данбар выглядел потерянным. Он выстукивал ногтями по металлу багажника какой-то мотив. Тук-туктуктук-тук-ту-дук — Ты же знаешь, что я знаю, что ты не спишь? — уточнил Лиам, разрывая молчание, будто то было упаковкой чипсов. — Я слышу твое сердцебиение. Оно ровное, но не как у спящего.       Пальцы Данбара ускорились. Теперь это было отбойное туктуктуктук. — Я впечатлен, — Тео приоткрыл глаз и тут же сощурился. Один надоедливый солнечный луч все-таки настиг их, пробившись сквозь кроны деревьев. День обещал быть жарким. — Кто-то, наконец, научился пользоваться не только когтями, но и слухом. — А еще обонянием, но об этом я сейчас очень жалею. Ты же в курсе, что от тебя воняет?       Тео остался невозмутимым. — Я живу в машине, Лиам, и сплю в морге. Как думаешь, у меня есть нормальный душ? — А как тогда ты…- Данбар поколебался. — Ты же иногда моешься?       Рэйкен честно хотел ответить: «нет», если бы был уверен, что Лиам поймет его сарказм. — Давай узнаем ответ на этот вопрос и заодно проверим твое обострившееся обоняние. Принюхайся внимательно, сосредоточься. — Предлагаешь пари? — Пусть будет так. — Тогда, что будет призом? — Рэйкен на это покачал головой, но улыбку не скрыл. Лиам оставался ребенком. Азартным и жадным до всего нового. Даже если взгляд у него изменился. И это…радовало. — Хм, а чего ты хочешь? — вопросом на вопрос ответил Тео. — Если я догадаюсь, где ты моешься, то ты расскажешь мне о своей встрече с охотниками. — А если ты не узнаешь, где я моюсь? Или ошибешься. — Тогда сможешь воспользоваться моей ванной. Я имею в виду, там не душ даже, а прям ванна. Сделаешь все эти сто пятьдесят масок для волос, чтобы они снова выглядели как с обложки какого-нибудь девчачьего журнала.       Рэйкен на этих словах мечтательно улыбнулся. Он действительно порядком соскучился по благам цивилизации. И нормальный человеческий душ с горячей водой был, пожалуй, на первом месте. На втором — компьютер. А ведь у него когда-то был FaceBook.       И Тео не сильно волновался из-за спора. Запах реки был укрыт таким количеством различных ароматов, что проще было бы подумать, будто Рэйкен вообще не моется. — Приступай, — химера легко махнул рукой.       Даже если он вдруг проспорит, то ничего страшного не случится. Тео просто расскажет Лиаму свою подкорректированную и сокращенную в деталях историю его встречи с охотниками. Данбару все равно не понадобятся подробности, чтобы победить. То есть, рассказать шерифу Стилински и, возможно, всей Стае. — Эм, — Лиам замялся, кусая губы. И Тео к своему удивлению увидел румянец смущения на щеках подростка. — Ну что еще? — протянул Рэйкен. — Только что понял, что переоценил себя? — Мненужнопонюхатьтвоюшею, — выпалил Лиам еще до того, как Тео договорил слово «переоценил».       Наверное, последний раз с таким непониманием Рэйкен смотрел на Лиама тогда, в зоопарке, когда оборотень рассказывал про Миконос. — Еще раз, и теперь раздельно. — Запах, он сильнее около шеи. Поэтому, чтобы учуять, ну, все, мне нужно понюхать твою шею, — пока говорил, Лиам беспрестанно дергался. «Понюхать шею?!» — Мейсон, Стайлз и Скотт внутри черепной коробки Тео так же были шокированы тем, что их друг выдал.       Это был удар ниже пояса. Еще и потому, что именно проблемы ниже пояса могли появиться в такой момент. Давать понюхать шею другому парню, даже своему другу, когда вы не геи и вам в противном случае не грозит смерть, это разве нормально?       А они с Лиамом даже не были друзьями. Их взаимоотношения вообще не подходили ни под одно определение. «Избивали, спасали друг другу жизнь, подставляли, помогали». — Рука, — Тео протянул свою конечность Лиаму, — Максимум, плечо. — Но это нечестно, — Данбар возразил очень быстро, и его глаза на миг полыхнули желтым. — Тогда отменяй этот дурацкий спор! Я не буду давать нюхать свою шею кому попало, — это была уже вторая вспышка за последний час, и Тео не должен был говорить так резко. Он прочел это во вмиг расширившихся глазах Лиама. На самом их дне вспыхнуло что-то очень похожее на озарение и тут же угасло. — Ладно, плечо тоже сойдет, — при этом Тео почувствовал, как сердце гулко забилось в грудной клетке, будто желая пробить себе путь на волю. И химера не знал, было ли это его сердце или Данбара.       Быстрым движением Рэйкен задрал рукав своей футболки, давая доступ к загорелой коже плеча. — Что ж, давай, — вот Тео приглашающее дергает плечом, и Лиам будто ныряет с головой в омут.       Нос оборотня, сминаясь, уткнулся в кожу, промял ее, натыкаясь на твердые мышцы. Потом Данбар слегка отодвинулся, позволяя чуть вздернутому кончику носа скользнуть от плечевого сустава вниз. Лиам словно собирал что-то с чужой кожи. И Рэйкен чувствовал едва ощутимые касания и легкое теплое дыхание, в то же время слушая, как шумит кровь в его голове.       Весь самоконтроль Тео медленно, но верно улетучивался, а те крохи, что еще оставались, уходили на то, чтобы контролировать сердцебиение. Мало ли, Лиам решит, что у Рэйкена тахикардия.       И вот, Лиам дошел до локтя и отстранился с нечитаемым выражением. — Чай, зеленый, ложка или полторы сахара, какая-то выпечка с яблоками, пыль, но не дорожная…- перечислил Данбар, а потом заговорщицки улыбнулся. Так улыбались люди, когда знали, что победили. И гордились этим. — И тина, хозяйственное мыло, гель для душа. Цитрусовый. Таким ты пользовался еще до… Короче, очевидно, что ты моешься в каком-то водоеме. Река?       Рэйкен поражен. И он даже не расстроен, что проиграл. — Ты угадал. Тут река рядом, в двух минутах ходьбы. Отчасти я поэтому и выбрал это место. — Значит, я победил! — Получается, — Тео улыбнулся, глядя на искреннюю радость в голубых глазах. И в сердце Рэйкена отчего-то зарождается необъяснимая нежность. — Ха! Я победил! — Лиам радостно вскочил на ноги, но пошатнулся, снова чуть не выпав из кузова. — Ты такой ребенок, — Рэйкен в последний момент схватил Данбара за полу его бордовой футболки, сажая рядом. — Ну и пусть, зато теперь ты должен мне рассказать про охотников.       Тео пожал плечами. Снова. Парню уже начинало казаться, что так и зарабатывают нервный тик. Долго общаясь с подростками, у которых проблемы с самоконтролем.       И Рэйкен начал свой рассказ, не вдаваясь в подробности. Тео не упомянул ни о том, почему именно охотники пошли за ним, ни о причине, по которой у него вылезли когти посреди магазина, не сказал, как спокойно и хорошо ему было лежать под досками заброшенного дома. И уж тем более Рэйкен даже не заикнулся о своей встрече (даже целых двух) с миссис Данбар.       Рассказ вышел коротким и довольно сухим. Лиам после него задумчиво молчал, а Тео, уже отвыкший столько говорить, чувствовал пустыню у себя во рту. — Почему именно сейчас? — наконец отмер Данбар. — Куда ты уезжал? — Тебя именно это волнует? А разве не причины моего возвращения? — Я просто пытаюсь понять, — уже примирительно начал Лиам. — Где ты все это время был? — А тебе не кажется, что ты ведешь себя как ревнивая женушка? — осадил его Тео. — Да и это не твое дело, Данбар. Рэйкен удерживает себя от колкого «Даунбар». Возникшее внезапно напряжение и так можно было физически ощущать. — Нет, скорее я веду себя, как моя мама, — огрызнулся Лиам, даже не глядя в сторону Тео.       Полминуты у оборотня ушло на то, чтобы понять, какую именно глупость он сказал. Смех химеры был тому подтверждением. Так открыто Рэйкен смеялся только рядом с Лиамом или из-за Лиама.       Сейчас это был смех облегчения и предотвращения конфликта. Тонкий лед мира трещал, но не трескался. — Тогда спроси, как у меня дела в школе, — потребовал Тео, просмеявшись, но еще храня улыбку на лице. — Ты не ходишь в школу, Рэйкен. — Это правда, — кивнул Тео, все еще продолжая излучать веселье. — Кстати, как и ты. — Я был занят делом. Всю ночь помогал шерифу Стилински с охотниками. Мы пытались их расколоть. — Прошла уже неделя, а вы так и не смогли ничего узнать? — Лиам поморщился от вопроса Тео, будто у него заболел зуб. — Если мы не найдем доказательств вины охотников, по закону нам придется их отпустить. А они сидят, будто неживые. И не реагируют ни на что. — Тогда почему вы все еще не пытаетесь что-нибудь вызнать? Почему ты здесь, а не в участке? — Тео искренне не понимал. — Днем в участке полно полицейских, как ты, наверное, догадался. И не все они знают о существовании оборотней. Ну, или хотят его признавать. Так что допросы — только по ночам. — Ага, небось стоите перед охотниками и просто повторяете три-четыре дурацких вопроса, а они в это время сидят за решеткой и сверлят вас «вы-идиоты-мы-ничего-не-скажем» взглядом, — хмыкнул Тео.       Лиам потупил глаза, и только тут до Рэйкена дошло. А ведь именно так они, эти поборники морали, и поступали. Они не стали их пытать, они не сломали им и пальца.       Тео застонал. Как это было очевидно. И глупо. — И ты искал меня, чтобы я их допросил, — Рэйкен уже не спрашивал, а утверждал. Раздражение и обреченность в глазах Данбара говорили сами за себя. — Нет, чтобы ты рассказал о них поподробнее, — возразил Лиам. Но волчонок никогда не умел врать. — Если эти ублюдки выйдут на свободу, то сразу ринутся охотиться за мной, так что я в деле, — Тео предпочел пропустить слова Лиама мимо ушей. Все равно они не имели смысла. — Мы собираемся ночью. В этот раз должны приехать еще Дерек с Питером. — Намечается вечеринка, это уже интересно, — Рэйкен «зажег» глаза. До ночи оставалось еще двенадцать часов.

***

— В десять вечера я должен быть в больнице, помочь Мелиссе с назначениями, а позже я приеду в участок.       Они быстро договорились. Это могло быть еще связано с тем, что у них не было детально проработанного плана. Только три пункта: 1. Тео приезжает в участок; 2. Агрх! 3. Охотники раскалываются, плачут, просят прощения и выкладывают им все планы Монро и ее местонахождение. — Тебе стоит рассказать родителям о том, кем ты являешься. Ты же не можешь скрывать это вечно, — Тео вдохнул больше воздуха, собираясь с силами. — Секреты однажды чуть не разрушили вашу Стаю. «Типичный разговор в машине», — язвительно замечает Кори. И, серьезно, Тео весь Бейкон Хиллс собирается пустить в свою голову? — Это ты ее однажды чуть не разрушил, — Лиам заметил брешь в защите Рэйкена и с радостью ударил туда. Можно было не опасаться такого Тео, играя с ним на хорошо знакомом поле вины. — Нет, я лишь воспользовался возможностью. А недомолвки и тайны — это уже ваших рук дело, — периодически возникающее удушливое чувство и подступающая к горлу тошнота… Сожаление. Оно часто появлялось, когда Тео общался с Данбаром.       Какое-то время они ехали в тишине, и это можно было счесть за благо. Проносились мимо маленькие домики и удивленные люди, промелькнула желтая фанерная дверь. Пикап ехал дальше, в район с богатыми красивыми домами. — А что, если они будут бояться меня? Может, это глупо, ведь я через год уеду в колледж, буду жить отдельно. Зачем сейчас все рушить, — Лиам смотрел с надеждой. И Тео был рад, что взгляд оборотня был направлен не на него.       Это были отговорки слабого, уже почти сдавшегося человека. И они взбесили Рэйкена именно потому что их произнес Лиам. Слова могли принадлежать Нолану или Гейбу, хоть последнему и хватило яиц все же нажать на курок.       Но Данбар был другим.       Он был сильным. — Скажи мне, твои родители бросили тебя, когда узнали, что у тебя РПВ? — Нет! Но они стали смотреть иначе. С опаской… Я это чувствую. А когда они узнают, что их нестабильный сын стал еще сильнее… — Тогда ты должен доказать им, что ты можешь себя контролировать, — Тео продолжил, пресекая все возражения подростка. — И потом доказать еще раз, и еще раз. И доказывать каждый день.       Лиам слабо улыбнулся, и Тео посчитал это прогрессом. — Книги по психологии дают свое, а? — Данбар хлопнул дверью пикапа, отрезая Рэйкена от возможности что-либо ему ответить, и решительным шагом направился к дому. Тео видел, как подросток на секунду заколебался перед входной дверью, но потом все же повернул ключ и зашел внутрь. — Ты не поверишь насколько, Лиам, — Тео развернул машину, бросив случайный взгляд на две книги на заднем сидении.

***

      Видения такой силы у Тео еще никогда не было. Он писал черной ручкой в бланке назначение, сидя рядом с Мелиссой Маккол, которая напевала себе под нос что-то среднее между колыбельной и фолком. А уже в следующую секунду его будто накрывает мокрым полотенцем, и чья-то заботливая рука все плотнее прижимает ткань ко рту и носу парня.       Рэйкен балансирует на тонкой грани сознания и бессознательного. Реальности и сна. Ему трудно дышать, но еще возможно. Паника только стучится в дверь, но не открывает ее своим ключом. Потом писк в ушах заменяется стрекотом. И…       Он уснул? Потерял сознание? Умер?       Но здесь нет Тары. — Тео! Тео! Эй, все хорошо! — Мелисса Маккол напугала и отчего-то сует ему в рот ингалятор. Наверное, это был раньше ингалятор Скотта. До того как тот был укушен и перестал страдать от приступов. — Что…что случилось? — Ты заполнял назначение, а потом резко начал задыхаться. Я думала, что у тебя приступ астмы. — У меня БЫЛА бронхиальная астма раньше.       Тут Рэйкен и заметил листок, лежащий на столе перед ним. Это был аккуратный рисунок, весь испещренный тонкими параллельными линиями. Три охотника, старые знакомые Тео, были легко узнаваемы. Только вместо обычных человеческих зубов и ногтей, как было в реальной жизни, здесь они показывали миру свою звериную сущность и скалились. — При приступах астмы люди задыхаются, а не рисуют.       Мелисса удивленно вздернула бровь, а потом все же взглянула на листок. — Мне известно только об одном похожем случае, когда человек впадал в так называемый транс. И тогда он мог рисовать, даже предсказывая тем самым какие-либо события. — Вы о Лидии Мартин? Медсестра кивнула.       Нужно было срочно предупредить Лиама и остальных, ведь если его рисунок показывал действительность, значит, видения вернулись и значит, те, кто сейчас находился рядом с этими «охотниками», были в опасности. — Срочно звоните шерифу!       Мелисса до сих пор была напугана, но тут же послушно взяла телефон. Годы бок о бок со всем сверхъестественным Бейкон Хиллс научили женщину быть готовой ко всему. — О чем ты? — Они не охотники! Просто скажите Стилински. — Кто тогда? Это из-за рисунка? Ты как Лидия? — было слишком много вопросов. — Они приманка, — Тео выкрикнул это уже на ходу, хватая свой рисунок в последний момент.       Рэйкен запрыгнул в пикап, и тот даже на долю секунды завелся. Только чтобы потом заглохнуть. Бензин был на нуле. Этого следовало ожидать, ведь последнее время Тео не уделял своей машине должного внимания, а та была ревнивой. И, видимо, обидчивой.       Парню просто не могло так повезти.       Пришлось обратиться в койота и бежать на своих четырех по ночному городу. Оставляя позади бесполезный сейчас пикап и кучку одежды.       А в голове настойчиво стучало: «Лиам!»       Упертый волчонок, наверняка он уже там, в самой гуще событий.

***

      Тео сталкивается с шерифом Стилински у входа. Мужчина тут же вскидывает пистолет, целясь прямо в голову Рэйкена. Тот в ответ рычит, пытаясь увернуться от дула. И, честно, Рэйкен не уверен, что его превращение обратно в «обычного Тео» заставило бы шерифа опустить оружие.       Но минуты идут, каждая как драгоценная возможность. А парень теперь стоит голый перед отцом Стайлза и сверлит его в ответ настороженным взглядом. — Уф, никак не привыкну к этим вашим…метаморфозам, — отчего-то облегченно выдыхает мужчина. — Лиам уже тут?       При виде Данбара почему-то накатывают воспоминания.       Тео не спал, пока сидел сегодня рядом с Мелиссой. Он точно рисовал, у него было видение. Видение…оно было похоже на сон. Их было три. Три серебристых лисицы. Они смотрели на него внимательно и спокойно, от них не исходило запаха страха или враждебности. Правильнее было бы сказать, что от них вообще ничем не пахло. Даже кровь, что непрерывно текла из пасти самой крупной лисицы, имела только цвет. Тео попытался остановить кровотечение. Но, как он ни старался ее стереть, ничего не выходило. А ему почему-то отчаянно хотелось помочь. А потом лисицы захихикали. Сначала, тихо-тихо. Затем, все громче и громче. Звук усиливался. Хихиканье уже перерастало в хохот. Хохот же, вырывающийся из трех пастей, перерос в рыдания. Тео не заметил сразу, как лисицы замолкли. А когда понял это, то обратил внимание на полное отсутствие каких-либо звуков. Звери в это время поднялись с земли и скрылись в кустах. Парень не мог пошевелиться. — Мне звонила Мелисса, — голос шерифа очень усталый. — С чего ты взял, что они не простые охотники?       На него уставились внимательно две пары глаз. И ни в одной не было доверия. Что Тео должен был сказать? У него не было никаких доказательств его видений. — Рисунок! — наконец-то его осенило. — Миссис Маккол должна была упомянуть, что я нарисовал их.       Стилински лишь напряженно кивнул. От Лиама все это время разило недоумением. Кажется, волчонок не был в курсе всего, что здесь творилось. А Рэйкен был так обрадован, что у него есть хоть какое-то подтверждение его словам… так же жестоко было и его разочарование. Он был абсолютно голым сейчас, при нем не могло быть никаких вещей.       Кажется, факт наготы Тео не задевал никого до этого момента. Теперь же, когда его лицо растерянно вытянулось, в воздухе отчетливо запахло смущением. Оно было общим и отвратительно-остро смешивалось в воздухе. — Эм, не будет ни у кого одежды?