Разозленные Боги

      Одежда в участке находится. Голубая рубашка с коротким рукавом и пара темно-зеленых брюк. Но все это висит на Тео неприятными складками, делая из него какое-то подобие вешалки.       Рэйкену никогда не нравилась некомфортная одежда. Пусть раньше ему и приходилось носить обтягивающие вещи, чтобы поддерживать свой имидж «супер-мачо». Сейчас же он терялся в огромности чужих вещей, потому что это лучше, чем стоять под любопытными взглядами и прикрываться руками. Особенно перед стремительно краснеющим Данбаром.       Некомфортно, но жить можно.       Уже потом Тео понимает, что отсутствие одежды было не главной его проблемой. Этот титул по праву принадлежал попыткам Рэйкена убедить шерифа Стилински в том, что его видение — это не очередной коварный план. И если миссис Маккол как-то быстро ему поверила, то полицейский уже пятнадцать минут стоял истуканом, ничего не говоря. Недоверие с нотками агрессии буквально сочились едким ароматом из каждой его поры. — Мелисса передала твои слова, но толком ничего не объяснила. Ты правда считаешь, что все это ловушка?       А когда Тео произнес: «Я видел это во сне, но не совсем», пытаясь объясниться, Стилински только издевательски ухмыльнулся.       Ну, теперь хотя бы становилось понятно, откуда у Стайлза такой сучий характер. И почему разговор с мужчиной отнял у парня последние силы. Никакой регенерации не хватало, чтобы организм успевал создавать необходимое количество нервных клеток.       Сейчас недосып и голод сказывались на Тео особенно сильно.       Рэйкен уже практически рычал на упрямого человека, готовясь к новому витку спора и новым вопросам, когда в разговор вмешался Лиам. Подросток вовремя понял, что иначе шериф с Тео никогда не закончат.       Во взгляде Данбара тоже читалось недоумение. Но без враждебности. Они с химерой уже сражались бок о бок, и могли немного доверять друг другу. На том самом уровне, когда ты хотя бы выслушаешь собеседника, прежде чем рассмеяться ему в лицо. — Ну, так что? — нетерпеливо поинтересовался Лиам. Наверное, волчонок собирался послушать сердцебиение Рэйкена, забыв, что химера хорошо врал. Даже оборотням. — У меня бывает что-то типа предчувствий. Редко. И я до конца не разобрался, как этим управлять. Тео умалчивает о серебристых лисицах.       Не потому что думает, что это неважно. А именно потому, что ему это кажется слишком важным. Может позже он расскажет об этом одному только Лиаму.       Но сейчас Рэйкен устал и был напряжен, а в его голове тяжелые мысли танцевали ламбаду. Или кан-кан. Или что-то, подразумевающее под собой огромное количество прыжков.       Хотелось только покончить со всем этим и вернуться в свой уютный морг. Да, он сказал УЮТНЫЙ МОРГ. Слышишь, Тара!       И он смог бы возобновить свои шаги в правильном направлении. Заправить машину, заглянуть к Фреду, наконец найти работу. И, может даже, вернуть книги в школьную библиотеку.       Конечно, вряд ли Лиам продолжит с ним общаться. Если только в городе опять ничего не произойдет.       С другой стороны, это же Бейкон Хиллс, тут постоянно что-то происходит. — Ты как Лидия? — а Данбар все еще не понимал.       И почему это все постоянно сравнивали его с рыжей Мартин, будто других экстрасенсов и на свете нет?! — Я не банши, Лиам! Просто вижу иногда всякое. Не обязательно смерть. — И что ты тогда здесь вообще делаешь? — шериф Стилински как всегда был образцом тактичности. Он всем своим видом показывал, что ему не нравилась в целом вся ситуация и общество Рэйкена в частности.       Не вам одному, шериф. Не вам одному. — Помогаю вам понять, кто ваши пленники такие, если уж они не просто охотники и вряд ли вообще люди, — вздохнул Тео.       Желания огрызаться уже не было. Тем более, раз даже подросток с РПВ сохранял какое-то подобие спокойствия. А спорить со Стилински…чревато. «…то я всажу в тебя столько пуль, что сам Господь Бог тебя не узнает».       Забавно, детектив, будто этому Богу вообще до Тео когда-нибудь было дело.       Лиам со Стилински все не двигались с места, только говорили-говорили-говорили. Так что Тео решил самостоятельно начать действовать. Он развернулся и молча прошел мимо застывших как статуи оборотня и человека.       В камере было холодно и сыро. А еще очень знакомо. Только теперь за решеткой сидел не Рэйкен, а трое приспешников Монро. Охотники подняли головы, когда за Тео громко закрылась дверь. Они в упор смотрели на вошедшего, но их лица не выражали ничего, кроме тупого смирения. Ни страха, ни решимости и отчаяния бунтовщиков. Рэйкена на миг передернуло. Так смотрели люди, которые знали, что обречены и уже успели смириться с этим.       За спиной еще раз хлопнула дверь. Это Данбар с шерифом последовали за Тео. — О, какие нелюди! — протянул один из пленников. Тот, что с рыжей косой и больше остальных похожий на викинга. Храбрился. Два других мрачно молчали, стоя по бокам от него. — Можно просто Тео, — Рэйкен изобразил скуку в своем голосе. — И если мои догадки верны, то вы тоже не совсем люди. — Уже плевать. Поздно. Иначе у нас…       О! Рэйкен был готов. Неужели сейчас наступит именно тот момент, когда антагонист в фильме по сюжету должен выложить остальным свой коварный план? Правда, немного клишированное поведение этакого «бондовского злодея». Но сейчас нельзя было желать лучшего.       Еще миг и…       Тео схватили за руку и небрежно толкнули в сторону выхода. Это произошло так неожиданно, что химера даже не успел возмутиться или подумать о сопротивлении. Его вывели из комнаты как какого-то провинившегося школьника. — Какого черта ты делаешь?! — на лице шерифа были написаны гнев и брезгливость. Правая рука мужчины подрагивала возле кобуры с табельным оружием.       Ах, вот оно что. — Пытаюсь выслушать их план. Они же собирались все рассказать! Мы могли узнать, где Монро и что им вообще нужно! «Ты опять кипятишься, Тео.» Скотт, прочь из моей головы!       Но у Стилински снова была куча возражений. Тео радовался только, что шериф не спешил вытаскивать пистолет. — Ты не можешь поступать так, как тебе вздумается. Ты подвергаешь всех опасности. И вообще не добавляешь доверия к себе. — Я пытаюсь узнать информацию!       Не в первый раз за этот вечер Тео посетила гаденькая мысль. И на этот раз прозвучала она в голове его собственным голосом. «Стилински прав, что ты вообще здесь делаешь? Ты же видишь, что они не хотят твоей помощи и не доверяют тебе!» — Ну, они же не отвечают нам, так может у Тео получится? — тут уже встрял Данбар. Его вся эта ситуация тоже вовсе не забавляла. — Злодей злодея видит издалека… — Это смешно! — но на лице Стилински не было и тени улыбки. — И нелепо! Ты что, выдумал поговорку только для того, чтобы снова меня оскорбить?       Весь разговор вызывал пульсирующую головную боль, а также напоминал Тео, почему он так долго избегал общества людей. Только суета, споры и сомнения. Никакого четкого плана. Никогда. — У нас нет доказательств их вины, — Лиам вдруг перешел на шепот. — А что с телефонным звонком? Когда я схватил их, то заставил позвонить в участок и во всем сознаться. — Там только помехи, и они говорят о том, что являются охотниками, — отмахнулся Стилински. — Ничего нового и ничего про Монро. — Так выстрелите в них! Одна аконитовая пуля, и наши гости начнут говорить. Они не выглядят как те, кто сталкивался с пытками.       Лиам вновь посмотрел на него этим недоуменным взглядом, но при этом выглядел колеблющимся. Неужели волчонок его послушает? — Мы не будем пытать людей, — а вот шериф был непреклонен. — Тем более, мы не уверены. — Блять! — ругательство само собой слетело с языка. Эта нерешительность так бесила. — Тео! — Заткнись, Лиам! Мы в дерьме. В полном. И я буду материться столько, сколько захочу. — Тео! — Пиздец, блять, просто конченый пиздец, ебаный в рот! — ладно, сейчас он делал это уже просто из мстительного желания побесить Данбара. — Тео! — Заткни… — Стой! Ты тоже это чувствуешь?       В следующее мгновение до Тео донесся слабый аромат аконита. И еще какой-то дряни. На Рэйкена это не влияло даже в больших дозах, но нос неприятно щекотало.       У того, что ты эксперимент есть и свои плюсы.       На этот раз они влетели в комнату почти одновременно. Ладно, может Лиам оказался немного проворнее. Тео даже не возражал. Особенно, когда увидел…это.       Картина была настолько же отвратительна, насколько и абсурдна. Тело лежало, подогнув под себя ногу. Глаза, раньше водянистые, с почти бессмысленным взглядом, сейчас остекленели, лишившись последнего проблеска. И искр жизни тоже. Кажется, даже рыжие волосы потускнели. Его руки были в крови, в то время как два его сокамерника были чисты.       Сначала Тео показалось, что это рот трупа так широко открыт. Но, присмотревшись, он понял, что его горло распорото от уха до уха. И Рэйкена ужаснуло то, что «охотник» сам с собой это сделал.       А ведь он даже не кричал. Лиам с Тео пошли на запах, а не на звук. И они не слышали ни ударов, ни стонов боли. — Если мы не сделаем это, то они погибнут!       Химере показалось, что два других «охотника» произнесли это хором, как мантру. Тело лежало у их ног. Из раны мерно выходил фиолетовый дым. Тео уже пытался разложить этот аромат на составляющие, но ничего кроме аконита ему не было знакомо. Это точно были не травы и не какие-то распространенные медикаменты.       Сейчас же задачу еще усложнял назойливый запах крови.       Только вот двух других «охотников» такая близость с явной отравой никак не трогала. В отличие от Лиама.       Тео взглянул на Данбара и инстинктивно отшатнулся. Зверь внутри него тут же оскалил клыки, готовый защищаться. Грудная клетка оборотня тяжело вздымалась, а из горла вырывались хрипы, смешанные с рычанием. — Лиам? — шериф Стилински стоял к оборотню слишком близко. Он заговорил с Данбаром, и его голос создавал видимость спокойствия. Только Рэйкен слышал, как бешено колотилось сердце мужчины. А значит, это слышал и Лиам.       У Данбара в глазах — ни капли узнавания. Он начал двигаться в их сторону, выпустив когти и светя желтым. — Шериф, уходите! — Тео крикнул это и толкнул мужчину к выходу. Стилински впервые за этот вечер не стал препираться. И Рэйкен поблагодарил за это всех, кто хоть как-то мог быть к этому причастен.       Теперь нужно было удержать Лиама в этой комнате. — Данбар!       В следующее мгновение оборотень уже сидел на Тео верхом. Он был злым… Нет, он был в БЕШЕНСТВЕ. Рэйкен попытался скинуть оборотня с себя, но не смог даже пошевелиться. Лиам зарычал, близко-близко наклоняясь к лицу Тео и капая на него слюной. Не то чтобы Рэйкен был любителем такого рода игр. Но уже через секунду отвращение было забыто. Когти Данбара вошли в живот химеры и будто даже под ребра, удерживая на месте.       Ощущение приколотой булавкой бабочки. И оно еще усиливалось чувством беспомощности и острой болью. В голове Тео наравне с искренне-наивным желанием выжить билась мысль о том, что Лиам не должен стать убийцей.       В свою очередь Рэйкен схватил подростка за бока, вонзая в них свои когти и чувствуя собственную боль вперемешку с чужой кровью.       Знакомое стыдное чувство удовольствия от насилия.       Вытащи он сейчас когти, то они вновь были бы красными и пахли бы тошнотворно. — Не надо, Лиам!       В ответ Данбар зарычал, запрокидывая голову. И Тео присоединился к нему, потому что крик был неплохим способом хоть как-то ослабить боль.       Они больше не рвались убить друг друга. Лиам просто сидел, не выпуская противника из захвата. Тео оставалось лишь лежать под ним и ждать, когда придет помощь, или хотя бы действие отравы ослабнет. — Ты потом себя не простишь! — Мне. Плевать. На. Тебя. — Дело не во мне, — говорить с металлическим вкусом крови во рту было очень сложно. Тео казалось, что его вот-вот стошнит. — Скотт не примет в стаю убийцу, ты же знаешь!       Кажется, последний аргумент возымел успех. В глазах Лиама промелькнуло что-то более человеческое, быстро сменившееся испугом. Но оборотень все еще не спешил вытаскивать когтей из живота Тео. Колебался.       В таком странном положении их и нашли Дерек с Питером. Шериф Стилински благоразумно пропустил Хейлов вперед. Наверное, он уже понял, что его обычные пули не имеют никакого эффекта, а только раззадоривают хищников. — Шериф, звоните Дитону! — чей-то голос. Он донесся до Тео как сквозь толщу воды. А потом Рэйкен позорно потерял сознание, успев только глубже вогнать когти в бока Данбара.

***

Как выясняется, пока Рэйкен был в отключке, их расцепили и перенесли в соседнюю комнату. Теперь ему светили фонариком в глаза, проверяя реакцию зрачков. Тео заворчал и попытался привстать, следы от когтей на животе саднили адски. С трудом повернув голову, химера заметил лежащего рядом Лиама. Тот выглядел все еще яростным и возбужденным. С ним Дитону придется повозиться. — В порядке я, — Рэйкен отмахнулся от фонарика как от назойливой мухи. — Данбара лучше успокойте.       Все смотрели на него странно. Дерек этот вообще смерил неодобрительным взглядом. Наверное, Скотт рассказал все своему старшему товарищу про Тео и его неудавшийся план по захвату Стаи. Питер смотрел понимающе и ехидно.       А об этом Хейле Рэйкен и сам был наслышан.       Стилински сидел в отдалении с перебинтованным плечом. Наверное, Тео или Лиам его задели, пока не переключились полностью на раздирание друг друга. — На вас это не действует, мистер Рэйкен? — доктор Дитон был забавным. Даже к убийце он обращался так вежливо, будто они были на официальном приеме. — На химер не действует. Так что наши гости просчитались, — голова будто была набита ватой. Соображать или говорить получалось с трудом. — И что из этого вы предвидели? — Только то, что у них есть когти и клыки. — А… — Видение, — Тео предугадал вопрос. — Я пока не очень понимаю, как отличать их от обычных снов. — Это очень интересно, — Дитон казался впечатленным. — Мистер Рэйкен имеет дар предвидения. И если Лидия как банши предвещает смерть, то Тео может просто увидеть некоторые фрагменты будущего или сокрытой действительности.       Рэйкен же не выглядел радостным. И не чувствовал себя таковым. Это предвещало только еще больше проблем.       Тут рядом с ним сдавленно зарычали. Тео скосил глаза, замечая все еще взбешенного, но порядком вымотанного Лиама. Кажется, действие той смеси аконита и не думало ослабевать. — Мне нужна кровь одного из тех охотников, на них тоже не действовали испарения. Вероятно, они приняли противоядие, — Дитон смотрел на Данбара без опаски, но с сочувствием во взгляде. Кажется, доктор был кем-то вроде друида. Скотт так и не объяснил Тео толком.       Дерек с Питером кивнули почти синхронно, и они втроем последовали в соседнюю комнату. Рэйкену оставалось только бросить все свои оставшиеся силы на исцеление. Но лежать так и ощущать колючий и заинтересованный взгляд шерифа не было никакого желания.       Хотелось только убедиться, что доктор Дитон справится.       Через боль, и чувствуя, как кровь снова начала сочиться из ран, Тео поднялся и поковылял в сторону выхода. Он кивнул Стилински. — Уходишь? — Пойду воздухом подышу. Если понадоблюсь, вы знаете, где меня искать.       И Тео наконец оказался на улице. Было тихо, если не считать концерта назойливых сверчков и шума вдалеке проезжающих машин. Парень устало опустился на крыльцо. Дерево под ним еще хранило тепло прошедшего дня. Здесь можно было подумать и, наконец, просто посидеть в одиночестве.       Лиам не пугал его. Лиам интриговал. И заставлял Тео переживать за него.       А в темноте опять кто-то копошился. То ли его сестра, то ли еще кто-то. Может, даже сама смерть. Тео не выспался, был ранен и обессилен. И сейчас был уязвим. Паническая атака могла прийти в любой момент.       Рэйкен рассеянно провел по голому животу под разорванной футболкой. Кровь перестала течь, но рана еще не затянулась до конца. Он задел ее отросшими ногтями и сдавленно зашипел. Эти ощущения и в сравнение не шли с той агонией, которую Тео испытывал под землей, рядом с Тарой.       Теперь воспоминания об этом будут с ним до самого конца, они больше никогда не уйдут. Рэйкен всегда будет сравнивать свою нынешнюю боль с той. Не важно, как долго Тео сможет прятаться в морге. «Кто видел войну, тот слепнет». Тео уже почти ослеп.       Как-то резко и отчаянно захотелось закурить. Рэйкен пробовал сигареты всего несколько раз. Фред учил его правильно втягивать дым и даже пытался показать ему, как красиво выдувать сизые кольца. Но в последнем Тео так и не преуспел.       Сейчас же просто хотелось закурить, чтобы показать всему миру — Тео нужно время. Не присылайте больше проблем хотя бы этот жалкий час. Дайте зализать раны и просто, блять, подумать.       Вместо панической атаки к нему вышел Лиам. Он просто пришел и сел рядом.       Рэйкен точно не знал, сколько просидел в одиночестве. Но факт в том, что к нему все-таки вышел Данбар. Спокойный и собранный. Значит, у Дитона получилось синтезировать противоядие.       Силуэт подростка был очень таинственным в лунном свете. И Лиам ежился от прохлады ночного воздуха в своей легкой футболке. Данбар не спрашивал, можно ли ему сесть рядом, и не помешает ли он. Просто сел. — Дерек с Питером сейчас допрашивают «охотников». — Окей.       Тео думал, что теперь они будут молча сидеть, потому что никаких новостей не было. Нечего было обсуждать. — Звезды сегодня яркие, — но Лиам не был бы Лиамом, если бы не стал говорить что-то невпопад. — Ага, звезды яркие, погода хорошая, жизнь прекрасна. А для чего ты еще пришел? — Удостовериться, что ты здесь не умер. — Проверил бы свои глаза и убедился, — огрызнулся Тео, но сдвинулся в сторону, чтобы Данбар мог сесть на нагретое дерево. Это было что-то животное. Про запахи, рефлексы и желание оберегать. Рэйкен прикусил щеку изнутри, чтобы больше ничего не сказать.       Лиам не ответил, заканчивая ленивую перепалку, только потянулся до хруста в суставах и широко зевнул. Утром ему надо было на учебу, а парень выглядел так, будто вот-вот упадет и уснет на месте. — Пропустишь школу? — Больше не могу. Выпускной класс. — Ага, тот, который я так и не закончил, — Тео снова приложил ладонь к своему животу, удовлетворенно замечая, что раны затянулись. А вот футболке уже ничего не могло помочь. — Спасибо, что удержал, — это было сказано сухо, но искренне. — Ты не убийца, Лиам. И не стоит начинать. — Почему ты в этом так уверен? — Данбар посмотрел на Тео, чуть наклонив голову и встречаясь с парнем глазами. Рэйкен тут же отвел взгляд. — Потому что ты не слабак. — Что? — Знаешь, почему убивают, Данбар? Из-за страха. А страх — это слабость. — Но… — И я не собираюсь здесь хвалить тебя или убеждать, что ты у нас бесстрашный. Просто… Если хочешь быть нытиком, пожалуйста. Но не в мою жилетку. — Иногда мне так хочется кого-нибудь убить. Бывает, я так злюсь…даже на Мейсона. — Намерения и дела — разные вещи, мой юный падаван. — Но Дерек убивал, и Питер… — Лиам! — Что? — Заткнись. Данбар рассмеялся скорее от неожиданности, тут же хватаясь за бока и ойкая. — Я сделаю вид, что поверил, будто ты реально так считаешь. Ну, насчет убийств. — Ты просто надышался аконитом, и тебе все это кажется, — Тео ухмыльнулся, возвращаясь к шутливому тону. Данбар улыбнулся в ответ. И…не сломал ему нос. В качестве благодарности, разумеется.       Больше погоду обсуждать не тянуло. Как и говорить о произошедшем. Им оставалось только сидеть на крыльце и ждать новостей.       Дерек вышел к ним, когда Лиам уже задремал, неудобно прислонившись головой и плечом к косым деревянным периллам, а Тео не думал ни о чем. Наверное, тоже задремал, только с открытыми глазами. Поэтому он видел, как на горизонте медленно светлело небо. Хейл пришел и принес новости. — Питер выяснил кое-что интересное о наших гостях. Пойдем.

***

      Тео оказался прав, они не были людьми. Но все равно имели прямое отношение к Монро. Оставалось только понять, кого же они ненавидели сильнее, их или сучку-охотницу. Наверное, все-таки ее, ведь именно она со своей бандой похитила родных оборотней.       Теперь уже только двух живых.       После этого вся картина быстро сложилась. Легко было манипулировать кем-то, когда у тебя ТАКИЕ козыри в рукаве. Шантаж. Что ж, это было ожидаемо. — Нам нужно им помочь, — начал было Лиам. — Но сначала поговорим со Скоттом, — решил Дерек.       Тео не хотел, но невольно уловил волну злости и ревности, вдруг вспыхнувшую в Данбаре. Ну да, он же тут остался вроде как за главного, а теперь с его мнением не считались.       Предсказуемо, Лиам. Ой, как предсказуемо.       Но после этой вспышки, которую кажется никто и не заметил, Лиам тут же стал серьезным и кивнул. Маккол нужен был. Хотя бы его совет или мнение. И, как это ни странно, именно Данбару в первую очередь. — Ладно, поехали, я вас отвезу, — вздохнул шериф, обращаясь к Тео и Лиаму.

***

      Это было неловко. Сидеть на пассажирском сидении полицейской машины. Тео согнал Данбара назад и теперь чувствовал его недовольство.       Никто не говорил. Лиам перебирал пальцами края кофты и, кажется, о чем-то напряженно размышлял. Тео пытался привести мысли в порядок. — Спасибо за помощь сегодня, Лиам.       Интересно, Стилински нарочно так выделил имя Данбара, чтобы показать, что до Тео ему и дела нет? Тогда это был поступок ребенка, а уж никак не взрослого человека. — Тео, тебе тоже. Но я все равно слежу за тобой.       Рэйкен хмыкнул.       Знакомый район с богатыми красивыми домами. Шериф притормозил точно напротив дома Данбаров, наверняка не задумываясь, как это выглядело со стороны. Что могут подумать родители подростка, которого всю ночь не было дома, а под утро его привозят на полицейской машине? Явно ничего хорошего.       Лиам вновь застыл в нерешительности. — Тео, не хочешь зайти? — На чай или фильм посмотреть? — съехидничал Рэйкен. Он знал, для чего это Данбару. Подросток просто боялся сейчас оставаться наедине с родителями, потому что знал — они начнут задавать вопросы. И ему придется на них отвечать. Честно. — Можешь и переночевать у меня, не все же тебе в морге спать. Или у бывших подземных жителей это принято?       Ладно, Лиам просто пытался пошутить. И Тео понимал это. Но веселье как ветром сдуло. Он вновь стал собранным и холодным. Данбар инстинктивно отшатнулся, так ему напомнил этот взгляд прежнего Тео. — Доброй ночи, Лиам, — Рэйкен сделал ударение на последнем слове.       Данбар понял намек и молча покинул машину, только кивнув шерифу напоследок. — А тебе куда? — теперь голос Стилински звучал грубее. Но Тео не был уверен, что это было не из-за усталости. — К больнице. Я оставил там свою машину. — Может лучше к дому? Где ты живешь? — Бросьте, шериф, — Тео пожал плечами, потому что они затекли. А еще так он жестом показывал свою независимость. — Будто ваши подчиненные вам не хвастались, как не давали мне нормально спать почти каждую ночь (пусть и не так, как кошмары). Или они действовали по вашей указке? — Боб упоминал о тебе, но это было давно. Я думал, что ты нашел дом. — Я и нашел, — Тео улыбнулся. У него и правда теперь был дом. Морг и лес, немного пекарня Фреда.       Выходя из полицейской машины и направляясь к своему пикапу, Рэйкен не ожидал услышать снова: «Спасибо тебе. Сегодня ты не был говнюком.» — Рад слышать. Это значит, что вы не всадите в меня столько пуль, что Бог меня не узнает? — Тео изобразил самое свое нарочито невинное выражение. — А, нет, все же говнюк. Это была тяжелая ночь, но сейчас у Стилински улыбка касалась и глаз.