Книга VI. Долгий сумрак

Глава 22

Крепкий Лёд ступал по еле заметной в тени лесной тропинке, бегущей меж высоких деревьев, прижавшись боком к боку Хлои. Справа от них Серый Барсук и Волчий Коготь несли на своих спинах тело Пера Воробья. Возглавляла процессию Лунный Цветок, прильнувшая прокушенным плечом к плечу осторожно ведущего её вперёд Черепашьего Панциря. Сероватая кошка с трудом ковыляла на трёх лапах, оперевшись на трёхцветного кота, и Крепкий Лёд, слегка опустив взгляд вниз, с ужасом подмечал каждое кровавое пятно, которое она оставляла за собой на ходу. "Солнечное Сердце умер, - лихорадочно думал Крепкий Лёд, пытаясь отогнать от своего внутреннего взора последние мгновения жизни своего отца. - Я так сильно ненавидел его, что не замечал, насколько он благороден, - тут он вспомнил свой последний разговор с Солнечным Сердцем незадолго до побега из клана Ясного Солнца. - Как груб я тогда был. Сказал ему, что жалею о том, что во мне течёт его кровь" - тут он в очередной раз проглотил ком, подкатившийся к горлу. Заметив это, Хлоя с громким урчанием ненадолго прижалась макушкой к его подбородку. "Он спас её ценой собственной жизни, - горько подумал Крепкий Лёд, заурчав в ответ. - Хотя ещё несколько лун назад готов был поставить под удар бродячей стаи соседний клан. Может, я не зря отторгал его от себя все эти луны? В конце концов, я не заслуживаю такого отца, каким был Солнечное Сердце". За мрачными мыслями белый кот даже не заметил, как процессия добралась до ежевичного туннеля и воины поочерёдно пролезли через него в родной лагерь. Мглистый Холм и Серый Барсук уложили тело Пера Воробья перед берёзовым бревном, прикрывавшим вход в землянку вождя и, когда вокруг него столпился весь клан, Лунный Цветок отстранилась от Черепашьего Панциря и, сделав шаг к телу рыже-белого остролапа, остановилась на расстоянии мышиного хвоста от него. - Ты был храбрым воителем и верным товарищем своего клана! - крикнула она, вскидывая голову к густой древесной кроне, закрывавшей от взора полуденное небо. - Да упокоится твоя душа на небесах! Крепкий Лёд заметил, что при этом она зажмурилась и по её щеке потекла прозрачная слеза. На какое-то время в лагере клана Бледной Луны повисло скорбное молчание. Коты последовали примеру своего вождя и уставились в плотный полог зелёной древесной кроны над головой, провожая душу своего соклановца в клан Бескрайнего Неба. Через некоторое время Пепельная Лапа дотронулся хвостом до бока Лунный Цветок и они вдвоём повели вернувшихся с поля битвы лунных котов в палатку врачевателя. - Орлиный Крик, - распорядился щуплый серый кот, когда с ним на ходу поравнялся бурый пушистый котёнок с зеленоватыми глазами. - Приготовь всю нашу паутину, как я тебя учил. Орлиный Крик с готовностью кивнул и, прибавив шаг, первым вошёл в крепко сплетённую из потемневших ежевичных кустов. - Надо будет отправить отряд, - прохрипела Лунный Цветок, ведомая Пепельной Лапой к гнёздышку для больных. - Чтобы освежить пограничные метки. - Разумеется, - серьёзно кивнул серый врачеватель бережно укладывая своего вождя на мягкую моховую подстилку. - Только позволь мне сперва вас всех осмотреть. Лунный Цветок судорожно кивнула и облегчённо растянулась на гнёздышке, стараясь держать правую переднюю лапу на весу. Тем временем Пепельная Лапа подошёл к своим запасам целебных трав, рассортированным в аккуратные кучки и, откусив несколько цветков календулы, стал их методично пережёвывать, наблюдая за тем, как Орлиный Крик пытается выпутаться из обвившей его паутины, и улыбаясь в усы. Когда бурый котёнок полоснул паутину на своём лице когтями, серебристая нить упала ему на нос и щекотнула ноздрю. - Апчхи! - разнеслось по всей палатке врачевателя пронзительное чихание Орлиного Крика. Столпившиеся на пороге раненные коты умилённо улыбнулись и заурчали. Лунный Цветок, наблюдавшая за своим сыном с лёгкой улыбкой, только покачала головой и, повернувшись к Пепельной Лапе, с досадой посмотрела в его смеющиеся жёлтые глаза. Врачеватель поймал её взгляд и, мотнув головой, подошёл к Орлиному Крику. - Не терзай паутину, будто мышь после убийства, - наставительно прошамкал он, выпуская когти и смахивая ими паутину со спины бурого котёнка. Орлиный Крик поднял на щуплого серого кота растерянный взгляд и виновато сузил свои зеленоватые глазёнки. - Плавно обматывай ею лапы, - продолжил Пепельная Лапа, осторожно уложив собранную со своего будущего ученика паутину на землю. Когда Орлиный Крик был очищен от тонких серебристых нитей, врачеватель собрал их в единый ком и, запустив в него лапу, не дыша поднял его и обмотал вокруг стоящей на земле передней лапы. - Не отшатывайся от её прикосновения к шерсти, - тем временем проговаривал он. - Когда ты чувствуешь на себе намотанную паутину, это наоборот хорошо. Плохо - если не чувствуешь. - Почему? - простодушно поинтересовался Орлиный Крик. - Если не чувствуешь, стало быть, ты её потерял, - пояснил Пепельная Лапа, остановившись напротив Лунный Цветок. Орлиный Крик задумчиво наморщил лоб и понятливо кивнул. Тем временем щуплый серый кот наложил паутину на безобразную рану на плече Лунный Цветок и, неодобрительно клацнув клыками, повернулся к остальным раненым кивнул им, приглашая войти второго пациента. Остролапы переглянулись меж собой, решая, кого же пропустить первым. - Мои раны не так уж и страшны, - задумчиво прошептал Мглистый Холм. - Поэтому иди-ка ты, Крепкий Лёд. Белый кот ошеломлённо уставился в голубые глаза тёмно-серого кота с белой мордочкой. - Я согласна, - кивнула Речная Гладь. - Иди, Крепкий Лёд. - Но почему я? - выпалил Крепкий Лёд оглядывая окружающих его лунных котов. - Мрак едва не перегрыз тебе шею, - уверенно мяукнул Серый Барсук. - К тому же, ты сражался на равных с нами, и заслуживаешь помощи уж точно не меньше остальных. Крепкий Лёд повернулся к чёрному остролапу с белой полосой, бегущей от подбородка до хвоста и, наткнувшись на пристальный взгляд жёлтых глаз Черепашьего Панциря, невольно приподнял короткую белую шерсть на загривке. - Мне всё равно, - сухо сказал он. - Но я бы первой пропустил Хлою. Рысь, которой она окончательно вывернула лапу, едва не разорвала её на клочки. - Иди, - мурлыкнула Хлоя, когда Крепкий Лёд повернулся к своей подруге. - В конце концов, в палатке врачевателя три гнёздышка. Белый кот кивнул и направился к свободной моховой подстилке, находящейся у ежевичной стенки. Когда Пепельная Лапа уже собирался наложить кашицу из лепестков календулы на ужасное ранение Лунный Цветок, сероватая кошка судорожно провела хвостом по его лапе. - Начни с остальных, - прохрипела она. - Календулы и кервеля всё равно на всех не хватит. Лунный врачеватель растерялся и, повернувшись к своим запасам, отчаянно взмахнул хвостом, осознав, что Лунный Цветок права - в нескольких кучках, разложенных вдоль стенки палатки лежало всего четыре цветка календулы и всего два корня кервеля. - Я не хочу, чтобы из-за меня тебе приходилось обделять лечением других, - уверенно прошептала Лунный Цветок. Пепельная Лапа обратно повернулся к ней и, сузив свои жёлтые глаза, сказал: - Хорошо. Раз ты этого хочешь. - Спасибо, - выдохнула Лунный Цветок, наблюдая за тем, как врачеватель развернулся к Крепкому Льду и, наложив паутину на следы от клыков Мрака на его затылке, кивком головы позвал следующего больного. - Но мама, - мяукнул Орлиный Крик, встав напротив Лунный Цветок. - Ты же заразишься. Лунный Цветок с трудом оторвала голову от моховой подстилки и нежно лизнула бурого котёнка в щёку. - Не волнуйся, - проурчала она, когда Орлиный Крик потёрся лбом о её лоб. - Я всё снесу, и никакая болезнь меня не возьмёт. Орлиный Крик с надеждой посмотрел в её зеленоватые глаза и кивнул. Когда Пепельная Лапа нанёс желтоватую кашицу из календулы на свежую рану на щеке присевшего рядом с отдыхающей на гнёздышке для больных Хлоей, Черепашьего Панциря, настал черёд Лунный Цветок. Врачеватель подошёл к ней и склонившись над её плечом, принялся осторожно вылизывать безобразную рану, нанося на неё шершавым языком остатки кашицы из корня кервеля. Сероватая кошка болезненно зарычала и зажмурилась, плотно стиснув губы. - Интересно, кого солнечные коты выберут себе в вожди? - задумчиво промяукал Ночной Мороз. - Соколиное Крыло идеальный претендент, - уверенно промяукал Черепаший Панцирь. - Он уверен в себе, яростен в бою и добродушен. - Может, Раскат Грома? - предположила Побег Одуванчика. - Он могуч, рассудителен. Именно ему Солнечное Сердце доверил хранить клан Ясного Солнца на то время, пока мы помогали клану Падающей Воды с бродягами. - Раскат Грома? - фыркнул Волчий Коготь. - Сомневаюсь. Он очень прямолинеен и не может мыслить наперёд, впрочем, как и его бывший ученик. - Я бы рассчитывала на Огненного Шторма, - проговорил Речная Гладь. - Однако он уже слишком стар для предводительства кланом. Слушая обсуждение будущего солнечного вождя клана Ясного Солнца краем уха, Крепкий Лёд невольно подумал, что случится, если во главе солнечных котов встанет Соколиное Крыло. "Может случиться всё, что угодно, - проговорил он про себя. - Однако в итоге всё придёт к гибели наших кланов от его лап. И если я не стану следующим вождём клана Бледной Луны, то шансов на выживание у нас практически нет, - тут он посмотрел на задремавшую на гнёздышке для больных Хлою. - Если я стану во главе лунных котов, то смогу открыть всем пророчество о том, что мы все должны предотвратить. Я попытаюсь воззвать к здравомыслию и вере солнечных котов в наших предков и свергнуть Соколиное Крыло. Но если это окажется бесполезно, я объявлю Соколиному Крылу войну и сделаю всё, чтобы его прикончить. Я не позволю обесценить жертву Солнечного Сердца и обратить кланы, которые он спас ценой своей жизни, в прах!". Тут в палатку врачевателя заглянули три мордочки, одна чуть выше другой: белая, серая и пятнистая. Отвесная Скала радостно подбежал к отдыхающей на моховом гнёздышке матери и стал с урчанием вылизывать её уши. - Мама! - пискнула Еловая Ветвь, бросаясь к Хлое. Рыжая кошка распахнула зеленоватые глаза и, повернувшись на бок, протянула к своей дочери лапы. Кроха со звонким урчанием зарылась носом в пушистую шёрстку на её грудке и обняла её передними лапами. Хлоя заурчала в ответ и крепко прижала к себе свою дочь. Крепкий Лёд посмотрел на Чёрного Хвоста и от его пристального взгляда у белого кота едва ощутимо зашевелилась шерсть на загривке. - Ты в порядке? - спросил Чёрный Хвост, встав перед своим отцом. - Конечно, - опомнившись, улыбнулся Крепкий Лёд. Чёрный Хвост склонился над ним и молча дотронулся носом до его носа. Крепкий Лёд лизнул сына в щёку и прижал его лапой к себе. - Я боялся, что уже никогда не увижу вас с Еловой Ветвью, - тихо промяукал он на ухо Чёрному Хвосту. Тот кивнул и, зевнув, устало моргнул. - Ну всё, идите обратно в ясли, - проурчала Лунный Цветок, оглядывая своих котят. Орлиный Крик посмотрел на Пепельную Лапу и, когда серый кот утвердительно ему кивнул, пошёл следом за своим братом. - Я скоро приду, - прошептала Хлоя на ухо Еловой Ветви, выпуская её из объятий. Белая пятнистая кошечка кивнула и они с братом засеменили в ясли следом за котятами Лунный Цветок. "Я должен спасти их, - твёрдо подумал Крепкий Лёд, глядя в спины своих детей, покидающих ясли. - Пусть даже мне, подобно Солнечному Сердцу, придётся пожертвовать жизнью ради этого. Я несмотря ни на что остановлю Соколиное Крыло!".