Иллюзия

Наспех собравшись, они спускаются в ресторан при отеле. Ещё издали замечают друзей Глеба, сидящих за столом с поникшими головами. Тот делает ставки на то, насколько сильное у них похмелье и как много они будут ныть по этому поводу. — Доброе утро! Какой замечательный день, правда? Погода просто шикарная, и нам нужно ещё столько всего успеть! — громко восклицает блондин с преувеличенной радостью, хлопая Макса по плечу. — Господи… Сбавь обороты, — тянет Брайт, недовольно закатывая глаза. — Я чуть не умер сейчас, проснувшись. Голова жутко трещит. Реально, Фар, завали нахер, — вторит ему Дима с мучительной гримасой. Лидер объединения хохочет, повторяя, мол я так и знал, что не надо было вас никуда отпускать. Делает заказ, с улыбкой кивая официантке. Судя по её розовеющим щекам и бегающему взгляду, она явно узнала посетителей, но изо всех сил сдерживается, чтобы не завизжать от восторга. Настя дублирует его просьбу принести капучино и яичницу с тостами. Хладнокровно вскидывает бровь, чувствуя, что девочка в открытую пялится на ладонь Голубина, что беззастенчиво опускается на бедро рыжей. «Да, я вместе с ним, и что с того? Разнесёшь эту новость по всему интернету?». — Ты уедешь в итоге вместе с нами? — он, понизив голос, обращается к ней, повернувшись в пол оборота. — Думаю, да. Я собиралась уехать ещё вчера с Марком, но меня кое-что задержало, — девушка невинно подмигивает. — Тогда нужно скинуть данные моему менеджеру, чтобы он купил ещё один билет. — Я вообще-то и сама… Рэпер тут же осаживает её колким взглядом. Он может себе это позволить. К тому же, хочется как-то позаботиться о ней, пусть даже в таких мелочах. «Уверен, ты найдёшь способ рассчитаться со мной позже», — развязно бормочет он ей на ухо и фокусирует внимание на парнях. — Итак, страдающая молодёжь, у кого какие планы? Сейчас полдень. Обратный сапсан в семь вечера. В студии вчера всё доделали? — Нет, — сипло отзывается Лазин, откашлявшись. — Хотели ещё записать мой парт на один из новых треков, но я, блять, голос сорвал ночью из-за ебаного Коляна. — Да я-то при чём? — возмущается тот, всплёскивая руками. — Это ты ушёл в лес за палками и проебался там. — Мы пошли туда вместе! Только потом ты засмотрелся на облака и свернул на другую тропинку. — Там было облако в форме кактуса. Я не шучу! — распаляется Тридцать Девятый, заслышав оглушительный хохот за столом. — Скорее члена. Но это ты тут у нас эстет с загоном на флоре и фауне, — хмыкает Вадим. — С голосом у Макса теперь реально пиздец, лучше бы дать пару дней на восстановление. А так мне нужно ещё дописать бит для Димы. После недолгих переговоров они решают разделиться. Лазин едет в аптеку, а после отсыпается в номере. Глеб и Настя — на журналистскую конференцию о современных тенденциях в интернет-СМИ, остальные — обратно на студию. — Серьёзно? — недоверчиво спрашивает Знал, переводя глаза на блондина. — Ты и правда собрался на конференцию? — Я ведь говорил, что… — Да, но я думал, что это просто повод. Боже. Диплом МГУ — это как клеймо на всю жизнь. Фара широко приоткрывает рот от удивления и пускается в долгий ожесточённый спор, отстаивая свою альма-матер. Оглушает их новостью о том, что подумывает насчёт магистратуры там же, в ответ получая непоколебимое «Ты, блять, рэпер. Нахуя тебе сдалось изучение методов политической борьбы?». Настя, наблюдая за этой дискуссией с мягкой улыбкой, позже слышит едва различимое «Эй!» откуда-то слева. Ведёт головой в нужную сторону и натыкается на Лазина, который делает характерное движение пальцами, мол давай отойдём на перекур, стреляя глазами на выход из зала. Она облегчённо выдыхает. Беседа, давно перетёкшая в гротескный спор о музыкальном бизнесе, уже начала порядком её утомлять. Они молча выскальзывают из-за стола, едва ли кем-то замеченные. — Я люблю этих парней, — с усмешкой делится Макс, зажимая сигарету зубами, — но иногда они просто невыносимы! — Я слушала твои треки, — вдруг невпопад заявляет она, незамедлительно краснея. — Неожиданно, но спасибо… — Просто хотела выразить благодарность за твой труд и мысли, пока мы оказались наедине. — Глеб сказал, ты совсем недавно в теме? Ну, в плане русского рэпа, я имею в виду, — брюнет с любопытством посматривает на неё. — Да, как-то другое всегда интересовало. Они уходят в тему глубже. Вспоминают, что слушали в детстве и юности. Находят параллели между тем, что нравилось Зналу раньше и тем, что он делает сейчас сам. Девушка выспрашивает его о начале творческого пути, о том, скольких усилий ему это стоило. О приходе парней они узнают ещё до того, как видят их. Сперва с шумом хлопает дверь, потом раздаётся чей-то визг и отборный мат следом. Это Голубин с разбегу запрыгивает на спину Коли, а тот от неожиданности опрокидывает его через плечо на асфальт, едва не вывернув руку. — Дурной, блять! Предупреждай хоть, у меня же рефлексы, — со смехом просит Тридцать Девятый, протягивая ладонь и помогая другу подняться. — Хотел вспомнить молодость, — блондин смущённо оправдывается. Минут десять спустя они расходятся. Фара с девушкой едут в её отель, чтобы она могла переодеться и по-человечески привести себя в порядок. Он молчаливо ждёт, умостившись в кресле, поверх телефона наблюдая за её метаниями по комнате в одном белье. Юноша хочет её прямо здесь и сейчас. Но время поджимает — до назначенной конференции остаётся всего час. А в таком деле как первый секс с новой пассией лучше не спешить. Он уже предвкушает, как растянет каждый момент, бережно словив все вдохи и выдохи. — Перестань пялиться! — с неодобрением одёргивает его Настя. — Ты не помогаешь. — За дверь не выйду, даже не проси. У меня тут, блять, шоу с местом у самой сцены. Она по-детски высовывает язык, оборачиваясь из-за плеча. Замирает у шкафа, придирчиво поглядывая на скудное содержимое. Шмоток взяла по минимуму, не рассчитывая на какие-то увеселительные тусовки. Достаёт свежий комплект белья, лёгкое серое платье на тонких бретельках и скрывается в ванной от чужих пытливых взглядов. Бегло проходится тушью по ресницам, румянами — по щекам. Ищет любимую помаду в сумочке, вытряхивая всё на пол без церемоний. Рэпер подвисает почти сразу, когда видит её. Мобильный выпадает из рук куда-то вниз, сердце заходится в бешеном ритме. Она очень красивая. Цвет платья идеально подчёркивает глаза, а его воздушная ткань струится по телу так, что парня немедленно одолевает желание прикоснуться. — А может это… — хрипит он, смачивая пересохшее горло стаканом воды, — может нахуй это образование и стремление к саморазвитию? Останемся тут и классно проведём время? — Голубин… Блондин с ухмылкой жмёт плечами, мол ну отличный же план. Поднимается и в два шага приближается к ней, впиваясь в губы. Забивает на то, что смазывает всю тщательно нанесённую помаду. Чувствует привкус мяты на языке и довольно жмурится, зарываясь пальцами в медные волны. Они ещё ни разу не спали вместе, но он уже сейчас с уверенностью может заявить, что это — гораздо больше, чем просто секс. Гораздо сильнее и искреннее. Его прошибает насквозь, по телу бегут разряды тока. — Нужно выезжать, — с сожалением шепчет Настя, отстраняясь чуть погодя. — Ты так упоительно трещал об этой конференции, что теперь даже я хочу её посетить. Глеб с улыбкой щёлкает собеседницу по носу. Они успевают к назначенному началу, но из свободных мест — только два в самом конце зала. Лектор уверенно вещает заготовленный материал с трибуны на подъёме. Другие слушатели увлечённо что-то записывают в выданные блокноты, но рэпер скучает. Разочаровывается в самой идее. Он всё это уже знает, спасибо тому же МГУ и зубрёжке методичек в ночь перед экзаменами. Рыжая рядом всецело погружается в лекцию. С вопросом приподнимает брови на непонятных местах, улыбается на продуманные шутки, разряжающие деловую обстановку. Пихает парня с немым: «Ну вот, а ты ещё собирался не идти сюда!». Тот с издёвкой скалится в ответ и начинает слабые попытки вывести её из себя. Настроить на нужный ему лад. Играется с длинными прядями девичьих волос, пробегается пальцами по обнажённой коленке. Неторопливо оглаживает серый шёлк. Она подозрительно косит на него глаза, ощущая изменения в чужом настроении. Замечает нахальный прищур и подлинное, неприкрытое желание в его цветущей зелени. Боже, они торчат на научном мероприятии, а он думает о сексе в этот момент? — Я расскажу тебе всё по этой теме позже и гораздо в большем объёме, — с намёком выдыхает Глеб ей на ухо, пуская волну мурашек. — А ты знаток в больших объёмах, да? — Ну, правда, малыш. Здесь же тоска смертная, давай сбежим? — игриво предлагает он, сжимая девичью ладонь. Инстинкты мягко предупреждают, что Настя не сможет сейчас его переспорить. Он уже что-то задумал, и это лишь вопрос времени. Поэтому остаётся только тихо пробормотать: «Ладно, плевать, ты сегодня ведёшь». Блондин победно растягивает губы в улыбке, склоняя голову в знак молчаливой признательности. Парочка осторожно пробирается к выходу, игнорируя чьи-то удивлённые взгляды и шиканье за спиной. Он тащит её по коридору, оглядываясь по сторонам. Это выше его возможностей. Остановиться в эту минуту — значит подвести самого себя. Отступить — значит проиграть в лучшей игре всей жизни. А юноша точно не намерен этого делать. Ему нужно всё и прямо сейчас, наплевав на любые неуместные обстоятельства. Им неслыхано везёт. Обходя офисное здание по кругу, они натыкаются на просторное помещение, больше похожее на местную библиотеку. Рыжая нелепо хмыкает и шипит: «Серьёзно, блять? Ты хочешь здесь?». Но послушно следует за Голубиным, минуя высоченные стеллажи. По пути им никто не попадается. Ни единой живой души. Место угнетает своей тишиной. В глубине зала — какая-то каморка, напоминающая старый архив. Девушка не успевает осмотреться, как дверь уже захлопывается за ней на щеколду. В следующую секунду — горячие губы жадно накрывают её шею. Чужие руки толкают к стене, и лопатки отзываются болью от резкого соприкосновения с деревянной поверхностью. Она моментально включается в эту игру. Тянет за светлые пряди, вслепую находит его рот, проникая языком внутрь. Воздух между ними плавится, и его катастрофически не хватает. По венам течёт разгорячённая сталь. Поцелуй, наполненный чистой страстью, окончательно срывает контроль обоим. Блондин ведёт ладонями по её плечам. Стаскивает джинсовку, грубо отшвыривая ту в угол. Сжимает талию, проходится по округлым бёдрам, стремясь быстрее оказаться чуточку ниже. Девушка сцепляет руки с замок за его шеей, увеличивая степень близости. Он собирает гладкую ткань платья дрожащими пальцами. Низ живота изнуряюще сводит, но парню даже нравится это ощущение. Это азарт, дикий восторг и счастье, замешанные в самом буйном коктейле. Она стягивает с него футболку и любовно скользит ладонями по уже знакомым татуировкам. Вновь припадает к губам, возобновляя глубокий поцелуй. Топит глухой стон прямо в его рту, чувствуя проворные прикосновения на внутренней стороне бедра. Подсознание остервенело кричит, напоминая о происходящем — они собираются заняться сексом прямо посреди чужого офиса. Но возможный стыд и сомнения растворяются в спасительной тьме сомкнутых век. Всё это абсолютно не важно сейчас. Что действительно имеет значение — уже очерченный стояк Глеба. Зубы на ключице и рваный девичий выдох в ответ. Влажный язык, оставляющий дорожку до ложбинки груди. Скрип молнии на спине и тихий шорох ниспадающего на пол платья. Парень уверенно подхватывает её, заставляя обвить свою поясницу ногами и, не разрывая неторопливого поцелуя, несёт к столу у противоположной стены. Небрежным движением сносит бумажки и усаживает рыжую на ровную поверхность. Толкается к ней бёдрами, накрывает ладонью грудь, обтянутую кружевным лифом. В голове оглушительная пустота. Он действует инстинктивно, по давно отработанной схеме, но всё равно умудряется чётко отследить каждый момент. Прячет в памяти, словно мелкий воришка, боящийся быть пойманным. Рэпер судорожно выдыхает, когда тонкие пальчики нащупывают застёжку джинс. Те начинают сползать вниз, повинуясь силе гравитации, и девушка удовлетворённо кусает его в нижнюю, накрывая отвердевший член. Она совершает поступательные движения, плавно скользя ладонью вверх и вниз. Голубин сдавленно шепчет, что ей стоило бы быть поаккуратнее, если она не хочет окончания этого спектакля прямо сейчас. Гортанный девичий смех быстро затихает под напором укусов на чувствительной коже шеи. Он медленно ведёт пальцами по её волосам, собирая прядь на кулак. Заставляет рыжую запрокинуть голову и пересечься с ним мутным взглядом. Его пьянит одно только осознание того, насколько сильно они оба хотят друг друга. Будто так было всегда, будто это не они случайно встретились всего две недели назад. Почти животное желание. — Знаешь, ещё можно повернуть назад, и ты останешься просто подружкой моего брата, — лукаво шепчет Глеб, проверяя её реакцию. — Заткнись и поцелуй меня снова. — Я правда имею это в виду, — с более серьёзным видом выдаёт он. — Если мы сделаем это сейчас, я не отступлю. Никогда. — Блять, я не выпущу тебя из этой комнаты, если ты меня не трахнешь, — прямо отвечает Настя, вызывая его довольный кивок. Парень деловито сдёргивает с неё трусики, погружая пальцы в горячую смазку. Господи. Наверное, никто и никогда ещё не был готов к нему настолько. Ласково проходится по горошине клитора, сцеловывая девичьи протяжные стоны. Он входит в неё, едва не кончая уже на этом моменте. Сравнительно долгое ожидание действительно того стоило. Дыхание перехватывает. Даёт им обоим секунд десять на осмысление, а после набирает темп, утопая в податливом теле. Рыжая царапает ему спину, слепо ловя воздух опухшими губами. Неразборчиво что-то бормочет, мажет языком по гортани, снова приникает к его рту с поцелуем. Ей хочется почувствовать его каждой клеточкой тела. Никогда раньше её ни к кому так не тянуло. Стол на хрупких ножках угрожающе скрипит. Рэпер прикидывает, есть ли тут камеры и смогут ли их вычислить, но быстро забивает на всё, концентрируясь только на том, как Настя шепчет его имя вперемешку с жалобным: «сильнее, блять, ещё немного». Он трётся носом о её плечо, бережно сжимает грудь в ладони и стонет, не стесняясь ничего. Уходят все ментальные блоки, все глупые страхи. Словно чёртово перерождение, осознание самой сути жизни. Момент раскола — на до и после. «Я хочу делить постель только с этой девушкой до конца своих дней. Хочу совместных завтраков и просмотров нелепых Друзей на повторе. Хочу спорить из-за выбора стирального порошка и встречать все закаты на лучших курортах», — думает Голубин, скользя глазами по её лицу, полному наслаждения. Она едва ли не хнычет и дрожащим голосом предупреждает его, что уже на подходе. Парень замедляет темп, глубоко входя в узкое лоно и задерживаясь там на пару секунд. Рыжая реагирует на это моментальным: «Боже, Глеб… Ещё…», прикрыв глаза и закусив губы, чтобы сдержать очередной стон. Их хватает буквально на минуту. Долгую минуту, что растекается в бесконечность, в которой они оба умирают и рождаются заново. Яркий оргазм — как начало чего-то нового. Блондин стягивает презерватив, умело скручивая и кидая в урну. Настя устало утыкается лбом в его грудную клетку, восстанавливая загнанное дыхание. Тянется к губам, нежно целуя и обнимая всем телом. После она, конечно, стесняется. Прикрывает грудь ладонями и спешно натягивает платье с таким невинным видом, будто это какая-то другая парочка сейчас хваталась друг за друга в жарком сексе. — Я же говорил, что тебе понравится эта конференция, — самодовольно произносит Глеб, подмигивая, и приглашающе открывает дверь, снимая щеколду.