Иллюзия

Глеб сейчас — один сплошной комок нервов. Тело немеет, и он с трудом удерживает руль одеревеневшими пальцами. Грудная клетка тяжело вздымается в стремлении наполнить лёгкие воздухом, но внутрь будто так ничего и не попадает. Голова кругом идёт. Нестройный ряд мыслей сбивает с толку ещё больше, окончательно загоняя юношу под плотное покрывало страха. Он старается сфокусироваться только на дороге. Превышает скорость, но едва замечает это. Важно совсем другое. На второй план разом отходят все его проблемы и сомнения. Мир сужается до простой крохотной точки, до ленивого потока машин на пустынных улицах под яркими фонарями. В сознании набатом отбивается только одно: «Хоть бы с ней всё было в порядке». Бросая авто у нужного подъезда, блондин смотрит на приборную панель — прошло семь минут. Стремительно перепрыгивая через ступени, несётся на второй этаж. Негнущимися пальцами находит в уголке почтового ящика запасной ключ. Кровь резко приливает к лицу. Становится душно, дышать нечем, но при этом тело обливается холодным потом. Ему самому страшно. Сейчас, ещё не войдя внутрь и не увидев девушку, он может себе в этом признаться. Как бы он ни цеплялся за доводы логики, произойти может что угодно. Осторожно провернув ключ в замке, рэпер переступает порог, напряжённо всматриваясь в полумрак чужой квартиры. По ушам неприятно режет звенящая тишина, которую еле ощутимо разбавляет тиканье часов из гостиной. Он отыскивает в памяти визуальный план комнат. Вытягивает ладонь влево, через пару секунд нащупывая выключатель. Позволяет себе облегчённый выдох и нажимает на него. Ожидаемый поток света слишком сильно воздействует на обострённые органы чувств, вынуждая его вздрогнуть и зажмуриться. Скинув модные кроссы, он на цыпочках пробирается дальше по коридору. Старается не дышать даже, пугливо прислушиваясь ко всему. Происходит мгновенный выброс адреналина в кровь — как у хищника перед заветным прыжком. За секунду до опасного столкновения. Юноша медленно обходит гостиную и кухню, заглядывает после тягучего мысленного «Блять, хоть бы там никого не было!» в ванную и кладовку. Обшаривает балкон. И только после этого расслабляется, осознавая, что опасность миновала. Никаких незванных незнакомцев. Его подташнивает от только что пережитого стресса. Глотку сжимает спазмом, но стакан воды помогает сбавить обороты. Дико хочется курить. Но это подождёт, потому что сейчас ещё осталась главная вишенка на торте — нужно зайти в спальню и убедиться, что с Настей всё хорошо. — Малыш, это я, — почти нараспев произносит он максимально ровным тоном, сопровождая всё мягким стуком. — Осмотрел квартиру и никого не нашёл. Изнутри не доносится ни шороха. Зажав рот ладонью, чтобы сдержать собственное сбитое дыхание, Голубин прижимает ухо к двери. Стоит тотальная тишина. В нём снова зарождается гнетущая паника. — Насть, — тянет он более беспокойно, дёргая ручку. — Скажи хотя бы, что ты ещё там. Что у тебя не случился сердечный приступ от страха. — Докажи, что это ты, — раздаётся слабый девичий голосок. Внутри парня будто плотину прорывает. Ноги едва не подкашиваются в коленях. Тревога ощутимо снижается. Парня накрывает приступом спонтанной нежности. Хочется сгрести рыжую в крепкие объятия и никогда больше не отпускать. — Что ты хочешь услышать? — в его голосе различима ласковая насмешка. — Какой кофе ты пила во время нашего первого свидания? Или какую песню ты, по твоим же словам, выбрала для своих похорон? — Повтори ту фразу, что ты выпалил недавно, когда мы завтракали в кофейне возле твоего дома. А потом смутился и сделал вид, будто ничего не произносил. — Я сказал… — он тут же напускает на себя серьёзность. — Сказал, что ты единственная девушка, которую я бы хотел познакомить со своими родителями. Глухой щелчок задвижки — и вот дверь поразительно медленно распахивается с тихим скрипом. Глеб машинально думает о том, что нужно бы смазать петли, поднимая взгляд на рыжую. У неё мертвенно бледное лицо, под глазами залегли явственные тёмные круги. — Прости, — шепчет она искусанными губами с потерянным видом. Он отвечает кроткой улыбкой, подтягивая уголки губ вверх. Делает шаг навстречу и обвивает хрупкое тело руками, не оставляя ни одного свободного сантиметра между ними. Настя заливается слезами, содрогаясь всем телом, и сбивчиво рассказывает, что же случилось. Она и правда была на работе. К ним переходит новый управляющий, поэтому нужно было всё подготовить. По пути домой пересеклась с Марком — у того случился очередной нервный срыв, поэтому вместо банальной десятиминутной беседы у метро он уговорил её зайти в бар. А дальше всё по классике — две стопки текилы, и мысли потекли совсем в другое русло, пустив под откос намеченные планы. Девушка хотела позвонить рэперу, но понимала, как это будет выглядеть со стороны. «Я вроде как продинамила тебя, но тусуюсь сейчас с другом, хочешь присоединиться?» Ей искренне жаль. То, что произошло далее, — результат побочек от смеси алкоголя и тех колёс, что она принимает от повышенной тревожности. Сперва её накрыло панической атакой, ещё пока она была с Марком. А дома, когда Настя оказалась в одиночестве, это только усугубилось, и измученное подсознание подкинуло ей слуховые галлюцинации. — Это казалось таким реальным, — она бормочет слова ему в шею, наслаждаясь теплом чужого тела. — Будто здесь кто-то есть. Смотрит на меня из тёмного угла. Ещё я слышала шаги. Словно человек подходил к двери, замирал там на какой-то миг и отходил назад в пустоту. — Часто такое бывает? — Глеб не знает, как реагировать, ещё пытаясь совладать с эмоциями. — Иногда, раз в пару месяцев, когда я перебарщиваю с алкоголем или веществами. Поэтому обычно я держу себя в руках и пью по минимуму. Либо просто не остаюсь одна потом в такие моменты. — Я рад, что ты позвонила, — он запинается на полуслове. — И мне очень жаль, что тебе пришлось пережить такое сегодня. Я сам чуть не отъехал от паники, пока сюда мчал. А ты тут… в моменте. Полный пиздец. Аккуратно ведёт пальцами по её щеке, заглядывая в заплаканные глаза. Едва ощутимо прикасается губами ко лбу и кончику носа. Внутренности скручивает от разрастающейся в нём любви и заботы. Настя втягивает его в медленный чувственный поцелуй, будто впервые ощущая парня рядом. Изучает в попытке удостовериться — он всё ещё здесь и он никуда не собирается уходить, судя по тому, как бережно Голубин льнёт к её телу. Его явно испугала эта ситуация, но он остаётся. Это именно то, что девушке так нужно и важно узнать — что он в состоянии справиться с происходящим. Что его не воротит от её загонов. Что она может на него положиться. Потому что сейчас он и так видится ей таким — доступным и надёжным. Но быть и казаться — совсем не одно и тоже. Юноша приподнимает её за бёдра, позволяя рыжей ухватиться за него подобно забавной коале. Успокаивающе скользит ладонями по спине, не разрывая нежного поцелуя. Подходит к кровати, плавно опуская её на помятые простыни, упираясь ладонью в сторону, чтобы не давить всем своим весом. Она расслабляется. Перестаёт дрожать, скользит языком в его рот более напористо. Рэпер чувствует под пальцами твёрдые соски и нарочито неспешно обхватывает за тонкую талию. Залипает на то, каким водопадом медные пряди распадаются на подушку, и то, какой здоровый румянец приобретает девичье лицо. Он не хочет с ней секса. Только не сейчас. Настя не готова морально, хотя, в какой-то мере, подобные эмоциональные качели от парализующей паники до горящей страсти могли бы пойти ей на пользу. Нет, в этот момент ему нужно просто быть рядом, и поцелуй в паре с ненавязчивыми, почти невинными прикосновениями — отличный способ это донести. Минут через десять, уткнувшись носом в юношеское плечо, она проваливается в сон, и Голубин ещё долго разглядывает потолок в ясном лунном свете, поглаживая её макушку. Стремится разложить в голове всё по полочкам, переварив события за день. Подозревает, что сегодняшний эпизод — лишь верхушка айсберга, и что это далеко не последняя такая встряска для него. Но, на удивление, в душе нет никакого намёка на протест. Ровно наоборот — он хочет вписаться во всё это, поддержать Настю и помочь ей настолько, насколько вообще может. Сейчас хочется ценить и вкладываться. Тянуть её вверх, воодушевлять, радовать и мотивировать. Стать частью её жизни, потому что парень уверен — этот симбиоз поможет им обоим. Как две половинки весов, стремящиеся вернуться в состояние баланса. Эти отношения, эта девушка, с верху до низу наполненная настоящим солнечным светом, позволят ему привести свою больную голову в порядок. Исправить собственные загоны, вновь превратив в адекватного человека, который не воспринимает в штыки каждый косой взгляд в его сторону. «Я нужен ей также, как и она нужна мне».