Иллюзия

К утру девушку накрывает отходняками. Сильно проявляются апатия и лень. В добавок к этому — повышенная раздражительность и жуткая головная боль. Она не покидает пределы кровати, надеясь просто переждать этот непростой период. Голубин передвигается по чужой квартире чуть ли не на цыпочках, избегая резких звуков и шума. Но это всё равно не спасает его от мелкой пустяковой стычки. Он прекрасно понимает её состояние по собственному давнему опыту, поэтому молчит и спускает всё на тормоза. — Мне нужно уехать на пару часов к маме, справишься тут одна? — ласково интересуется юноша, присев на край постели. Рыжая неразборчиво мычит откуда-то из недр одеяла. Он аккуратно сдвигает его в бок, окидывая взглядом её опухшее лицо с застывшим выражением смертельной усталости в серых глазах. Дожидается слабого кивка, ободряюще улыбается, целует в уголок губ и исчезает. Пока рэпер едет на стандартный родительский обед, девушка пытается привести себя в порядок. После череды уговоров заставляет ватное тело подняться и выползти на кухню. На столе — шарлотка, заботливо испечённая блондином. Это вызывает у неё машинальную усмешку. Сам говорил, что не является большим любителем выпечки, но ради неё постарался. Она чувствует укол совести и назойливое ощущение вины за вчерашнюю выходку. Делает пометку в голове поговорить с ним ещё раз, обстоятельно всё уладив. Отзванивается Марку, с мрачным удовлетворением отмечая, что друг сейчас страдает от жесточайшего похмелья не меньше. В двух словах докладывает о новых галлюцинациях. Тот извиняется, осознавая, что косвенно привёл к этому исходу своими действиями. Глеб в этот момент приветливо мажет губами по щеке мамы, жмёт руку отцу, следом втягивая брата в крепкие объятия. Раньше его раздражали эти поездки. Бесило показушное радушие. Ему казалось, что родители устраивают эти обеды исключительно ради галочки в адрес самих себя. Но теперь привык, видимо, и с большим рвением едет в отчий дом каждые несколько недель. Наступает искренняя радость от новостей с работы папы и шумных рассказов Германа о школе и изматывающих тренировках. Самому уже сложно вспомнить те времена. В голове есть чёткая точка отсчёта — день, когда парень дропнул первый релиз с парализующим нервяком и страхом быть отвергнутым публикой. А дальше — всё, как смазанное пятно. Слишком много всего. Студии, съёмные хаты, которые делил с чуваками из Династии. Бесконечная череда тусовок и странных вписок. Начало концертной деятельности, несколько туров, которые показались бесконечно долгими. Всеобъемлющее счастье и моменты полного опустошения. Все эти многочисленные события уместились в пять лет, но в его восприятии исказились, оставив мутное чувство неопределённости. Будто прожил как минимум несколько жизней. Порой голова кругом идёт, когда блондин вспоминает, что именно с ним происходило. Выглядит полной дикостью. Сейчас он действует иначе. Подходит ко всему более осознанно и ответственно, стараясь на самом деле отслеживать мир вокруг и жить в моменте, а не быть уже где-то там в будущем. Мечтать и планировать, безусловно, классно, но не стоит забывать о настоящем. Некоторые из печальных событий в жизни Глеба произошли именно из-за этого. Был слишком увлечён реализацией своих желаний, мысленно перенося себя вперёд, словно всё уже свершилось и исполнилось. Одновременно с этим он забивал на условное здесь и сейчас, что в итоге вышло ему боком и разрушило несколько крепких связей. — Как дела у Насти? — брат отвлекает его, находя на заднем дворе с сигаретой. — Что? А, всё хорошо, не парься. — Не думаешь родителям рассказать? Мама будет на седьмом небе от счастья, узнав, что у тебя кто-то появился, — с робкой улыбкой добавляет мелкий. — У меня и до этого кто-то был, — с холодной усмешкой парирует рэпер. — Ты ведь понимаешь, о чём я. Твои девочки на одну ночь — не предел материнских ожиданий. — Я скажу. Чуть позже. Не переживай, о дате знакомства с нашими предками тебя оповестим самого первого. Глеб лукаво подмигивает, пихая брата плечом. Растирает окурок чуть ли не в порошок носком кроссовка и уводит их обоих обратно в дом. Отец деловито осматривает его авто после жалобы сына на непонятное дребезжание. Крутит пару деталей под капотом, но всё же советует заехать в сервис. После юноша занимается бытовой рутиной — следует наказу и заезжает в автомастерскую, в итоге застревая там на добрых три часа. Успевает заскочить также в химчистку и забрать свои шмотки. Пересечься на кофе с одним из старых друзей, оставшимся ещё со школьных времён. В районе восьми часов он паркуется возле знакомого подъезда, вынужденно выкуривая сигарету в ожидании Насти. Нетерпеливо тарабанит пальцами по рулю, скипает треки в плейлисте один за другим. Губы сами собой растягиваются в улыбке при виде её появления. Во время недолгой поездки она выдерживает тишину, отстранённо залипнув в окно. У него даже мелькает в какой-то момент мысль предложить ей развернуться обратно в направлении дома. Но он отказывается от этой идеи. За эти несколько недель уяснил, что рыжая не любит, когда кто-то обращает внимание на её проблемы. В квартире Лазина уже собирается вся компания. Парни с Династии со своими половинками и ещё несколько хороших знакомых. В общей сумме — человек тринадцать, из которых Настя знает только четверых. Она сильно нервничает, но скрывает всё за маской вежливости. Блондин подбадривающе сжимает её плечо и знакомит со всеми, обходя комнаты по кругу. Шепчет на ухо успокаивающие реплики, украдкой ведя языком по мочке, и обещает, что это продлится всего несколько часов. Естественно, всё идёт совсем иначе. Уже через час, усадив пятую точку на новенький диван насыщенного лазурного цвета, девушка наблюдает за бурной беседой изрядно повеселевшего Голубина, Коли и Макса за кухонным столом. Обменивается ухмылками с Гошей и тянется за новым куском пиццы. Фара даёт себе волю, всячески отпуская контроль. Он в комфортной среде с кучей своих друзей, да ещё и с любимой рыжей за компанию, поэтому ему хочется просто расслабиться и хотя бы на несколько часов забыть о внешнем мире и его заебах. Изредка затягиваясь косяком, он делится с Димарсом и Зналом событиями прошлой ночи, уединённо закрывшись на балконе. Те неверяще покачивают головами, на автомате кидая взгляд сквозь окно на Настю, заливисто смеющуюся в этот момент с каких-то историй Тридцать Девятого. — Ты уверен, что тебе это нужно? — Макс напрямую выражает общую мысль, витающую в воздухе. — Что ты имеешь в виду? — Блять, ты и сам знаешь, — рьяно вскидывается Дима, полупьяно опираясь локтем на узкий подоконник. — Копаться в чужих загонах не самое приятное занятие. И ладно, если иногда. Но здесь ведь речь идёт о твоей собственной девушке. — Думаете, я не потяну? — с пугающим спокойствием выдаёт блондин. Друзья смущённо прячут глаза, не желая превращать разговор в ненужные нравоучения. Их беспокойство вполне естественно, и он сам провёл пол ночи, напряжённо гоняя мысли по кругу и рассматривая ситуацию со всех возможных сторон. Но он верит, что состояние потревоженной менталки Насти не критично, и всё ещё можно исправить. — Ты потянешь, — уверенно заявляет Лазин, забирая сплиф из тонких пальцев. — Вопрос лишь в том, сколько нервов ты себе истрепешь в процессе. — А разве бывает как-то иначе? Жизнь сама по себе сплошной стресс, — хмыкает лидер их творческого объединения. — Я знаю только, что меня сейчас конкретно затягивает. И я уже не хочу это тормозить. — Три года промывал нам мозги на тему того, как же классно быть одному, а тут встретил подходящую девчонку и поплыл мгновенно, — язвит Дима. — Вот именно что подходящую. Рядом с ней нестрашно. Несколько часов пролетают за песнями, танцами и оживлёнными беседами. В какой-то миг Настя и Глеб полностью выпадают из этой обстановки, вдвоём умостившись на кресле в углу. Концентрируются только друг на друге. Он тихо расспрашивает её о впечатлениях и самочувствии. Делится какими-то воспоминаниями про парней, фактически сливая самые постыдные факты про них, бережно накопленные за годы дружбы и плотного сотрудничества. Она хохочет, пряча лицо в его шею. Ладонь рэпера нежно поглаживает её бедро, вот-вот норовя проскользнуть под лёгкую ткань длинной юбки. Рыжая зарывается пальцами в светлые пряди, совершенно не отслеживая эти манипуляции, пока вслух рассуждает о планах на следующие выходные. Ёрзает на чужих коленях, следом чувствуя, как руки Голубина спускаются на её поясницу, намекая на то, что ей лучше бы замереть в одной позе. Она ловит его голодный взгляд из зелёных омутов с расширенными зрачками. Отвечает развязной ухмылкой и совершает ещё одно, едва заметное постороннему взгляду движение, чуть выгибаясь в спине. Юноша испускает рваный выдох и немного склоняет голову на бок, изучающе уставившись в открытое декольте перед глазами. Девушка медленно ведёт пальцами по его лицу, ощупывая будто вслепую. Она покурила, и теперь её мажет, догадывается он. Глотает заботливые вопросы, так и вертящиеся на языке. Только вчера она словила галлюцинации из-за веществ, а сегодня наступает на те же грабли снова. Рэпер пускает всё на самотёк. Уже поздно вмешиваться и отчитывать её, словно маленькую несмышленную девочку, на тему здорового образа жизни. Сам хорош — от количества выпитого коньяка его ощутимо ведёт, и мир вокруг приобретает смазанные очертания. Приглушённый в комнате свет выгодно скрадывает происходящее в их углу, поэтому со стороны кажется, что они просто общаются, забив на всех посторонних. Помимо них тут — только Вадим и Дима, рубящиеся в приставку в противоположном углу, и Гоша с женой на соседнем балконе, мило о чём-то воркующие. Глеб кожей чувствует, насколько сильно между ними электризуется воздух. Словно они падают в бездну, но так и не достигают дна этой пропасти. Зависают где-то на середине. Он слишком расслаблен и податлив, поэтому накатывающее желание трудно контролировать. Настя реагирует первой. Неспешно сближает их лица и цепляет языком его верхнюю. Играется, зная, что он не продержится долго. Ему хватает четырёх секунд этих осторожных ласк, после чего блондин углубляет поцелуй, с силой сжимая девичью талию. Едва ли не стонет, ощущая, как она обхватывает ладонью его шею, любовно надавливая. Он дёргает бёдрами, инстинктивно возобновляя трение между ними. Рыжая прячет довольную ухмылку в поцелуй. Наслаждается его горячими прикосновениями, вовсе не собираясь оказывать сопротивление. Парни за их спинами слишком обеспокоены прохождением нового уровня, чтобы уделять внимание чему-то ещё. — Нужно что-то сделать, — хрипло шепчет блондин, прокладывая дорожку влажных поцелуев по тонкой девичьей шее. — Например? — Я не хочу перепихнуться с тобой на этом блядском кресле в присутствии своих же друзей, — саркастично произносит он в перерывах между слабыми укусами. — Раньше бы поступил так без проблем, но сейчас, в 24 года, это уже перебор какой-то. Проблем потом не оберёшься. — Глеб Геннадьевич, ты что, испугался? Он отстраняется, замечая её странное выражение лица в попытке сдержать волну хохота. Выглядывает из-за плеча Насти, кидая подозрительный взгляд на Брайта и Диму. Потом — обратно на неё. Та, уперевшись ладонью в спинку кресла для опоры, меняет положение, седлая бёдра рэпера. Он тихо охает, понимая, к чему всё идёт. — Я так сильно хочу тебя сейчас, — тихо бормочет она на ухо, водя ладонями по плечам и торсу. — Мне точно не хватит сил остановиться и подождать, пока мы не окажемся дома. — В ванную? — оберечённо высказывается он, уже ощущая первые признаки возбуждения. — Секс в чужой ванной на тусовке — это дурной тон. — Ага, блять, точно, зато на кресле в самый раз! — недовольно цедит юноша. Девушка воздерживается от ответа, ограничиваясь намекающей широкой улыбкой. Вновь припадает к его губам, чтобы заткнуть любые возражения. Совершает осторожные, почти невидимые поступательные движения бёдрами. Он плюёт на всё и пробирается рукой под футболку, прикасаясь к упругой груди под кружевным лифом. Она углубляет поцелуй, напористо сплетая языки, и прячет в нём рваный стон, чувствуя, как чужая ладонь сползает ниже, собирая спереди ткань юбки, благо эти действия никак не заметны для окружающих. Голубин едва не издаёт удивлённый возглас, обнаруживая вдруг, что на рыжей нет белья. — Когда ты успела? — спрашивает он, недоумённо вздёргивая брови. — Заткнись и верни пальцы на место, — тут же обрывает она, прижимаясь к родным губам. Рэпер удовлетворённо хмыкает, ведя кончиками по внутренней стороне её бедра. Разгорячённая кожа и перспектива бесконечного позора и изворотливых шуток в случае обнаружения гонят его собственную кровь вдвое быстрее. Хочется выгнать парней и сорвать с неё остатки одежды прямо в эту секунду. Настя помогает, накрывая его ладонь своею, и ведёт в нужном направлении. Больно кусает Глеба в шею, ощущая, как он скользит пальцами внутрь её лона, утопая в смазке. Господи. Ей так хорошо сейчас, что она готова уже наплевать на любые последствия и застонать в голос. Тот, будто предвосхищая эти мысли, вновь затыкает рыжей рот чувственными неторопливыми поцелуями. Она ёрзает на его коленях активнее, пока парень ласкает её фактически в присутствии своих же друзей. Атмосфера опасной близости бьёт по нервам, выкручивая обоюдное возбуждение до максимума. Обычно под травой бывает трудно кончить, но у неё никогда не было подобной проблемы. Пара минут, под конец которых она почти сдаётся и начинает тихо скулить от удовольствия ему в плечо. Блондин добавляет пикантности, видимо, желая окончательно довести девушку, и параллельно шепчет, что бы он сделал с ней, будь они одни в комнате. Сильный оргазм вынуждает вцепится ногтями ему в руку. Голубин шипит от боли, но прощает ей всё за эту счастливую улыбку и смущённый румянец. Соединяет их губы, ощущая, как она незримо передаёт ему всю свою благодарность. Он аккуратно вытаскивает ладонь, радуясь в очередной раз тому, что любовь парней к видеоиграм и громко играющая музыка сейчас обеспечили ему ещё одно классное воспоминание в копилку. В каком-то инстинктивном порыве проводит указательным по пухлым губам рыжей и криво ухмыляется, ощущая прикосновения юркого язычка. — Не сейчас, малыш, — предупреждает рэпер, покачивая головой. — Подожди пару часов. Мы приедем домой, я прикую тебя наручниками к изголовью кровати и вот тогда оторвусь по полной программе. Но только не здесь. Ответом ему служит многообещающая нахальная улыбка.