Тени поколений

Двумя месяцами ранее       — Эстер, ты снова витаешь в облаках и совсем меня не слушаешь, — подруга, внезапно ворвавшаяся в мои размышления, делает обиженный вид, надув ярко накрашенные губы и отвернувшись в противоположную сторону.       Ошарашенная стою на месте, а девушка грациозно обходит всех студентов, идущих ей навстречу. Опустив голову вниз, чтобы вернуться из мыслей в реальный мир, начинаю идти следом, но на моем пути возникает кто-то еще. Отшатываюсь назад от столкновения с парнем, лицо которого вижу впервые, а может и нет. Какое-то мгновение стою, опиралась ладонями на его грудь, всматриваясь в лицо несчастного. Осознав это, моментально делаю шаг в сторону, словно сама стала жертвой какой-то неуклюжей студентки. Парень, смотрит на меня с узнаванием, кажется, он хочет нарушить неловкую паузу между нами, но я не даю такой возможности. Огибаю его и, уже продолжая идти по коридору, бросаю равнодушное «извини».       Леони даже не останавливается, только немного замедляет шаг, но она точно заметила сцену, в которую я впуталась. Через несколько больших шагов мне удается ее догнать. Девушка продолжает смотреть куда угодно, только не на меня, и делает вид, что не заметила моего недолговременного отсутствия.       — Лео, ты же знаешь, что у меня в последнее время проблемы. Я не могу слышать абсолютно все, а уж тем более отвечать на твои жизненно важные вопросы, - мгновенно подношу руку к губам, поняв, что сказала то, чего не следовало.       Леони резко останавливается, ее щеки покрываются легким румянцем, который совсем не видно, если не приглядываться. От удивления на ее лице я чувствую, как кончики моих ушей краснеют. Обрамленные рыжими ресницами янтарные глаза немного поблескивали от накатывающихся слез. Ничего не сказав, девушка продолжает молча идти чуть впереди меня. Сложно назвать меня хорошей подругой, но обычно я хотя бы думаю прежде чем говорить.       Выхожу на улицу. Взгляд мгновенно находит кудрявые волосы, собранные в хвост, которые так выделяются на фоне мокрой после дождя улицы и остальных прохожих. Леони усердно пытается найти что-то в своей сумочке, точнее – делает вид, что ищет. Когда я подхожу, эта самая сумка «случайно» ударяется об мое плечо, что заставляет меня немного отпрянуть. Потирая ушибленную руку, снова спешу за подругой, удаляющейся от двора университета. На ее лице отражается полное безразличие, но глаза все еще влажные, а губы поджаты. Не спешу начинать разговор или попытки оправдать свое поведение. Леони это только сильнее разозлит.       В последнее время вернулись проблемы со сном. Почти каждую ночь мне снятся кошмары, от которых просыпаюсь в холодном поту. Но странно, что это совсем не мешает высыпаться, даже, если удается поспать всего пару часов. Мне сложно судить, ведь сны удается увидеть очень редко, но, думаю, их можно назвать странными и немного пугающими. Не сразу получается различить где сон, а где реальность. Ощущения всегда живые: чувствую, как тело окутывает легкий ветер, на лицо падает мягкий лунный свет, а ноги щекочет трава. Но все становится понятно, как только я осматриваюсь вокруг. У сновидений всегда один и тот же сценарий, меняется только внешняя обстановка. Закрываю глаза, укутанная в вязанный плед, а открываю их в совершенно незнакомом месте, окруженном живописными пейзажами, которые даже близко нельзя сравнить с реальными. При полнолунии чудные растения, напоминающие обычную траву, светятся холодным светом, словно заряжаясь луной и звездами. Мне хорошо запоминается каждая деталь, и, проснувшись, я часто делаю наброски на бумаге, клочки которой, разбросаны по всей комнате.       Во снах я могу плутать по ветвистым лесам, старинным на вид замкам или богом забытым деревням. Но никогда не слышно звуков жизни, не встречаются насекомые, что уж говорить о людях или животных. Природа замолкает, словно проклятая. Абсолютно бесшумно дует ветер, разнося листву, быстро бежит прохладная вода в ручьях. И так не хочется нарушать эту тишину, поэтому я всегда молчу, надеясь заметить чье-то присутствие. Но, думаю, что, если долго находиться в полной тишине, то можно сойти с ума. Заканчиваются сны тем, что я натыкаюсь на свое отражение.       Не удается угадать, где именно оно окажется в этот раз. Зеркала, покрытые столетней пылью, спокойные воды озера, рыцарские доспехи, брошенные на каменном полу – все это может стать концом. Всегда страшно смотреть на отражающую поверхность, даже в жизни пытаюсь лишний раз не заглядывать в зеркала.       Сонное отражение не повторяет мою внешность точь-в-точь. И с каждым сном отличия становятся заметнее. Внешность немного меняется, а девушка в отражении все меньше походит на настоящую меня. На бледном теле появляются шрамы, а зеркало становится мутным. Серьезное и уверенное лицо полно решительности и стремлений, но где-то глубоко таится боль – физическая и моральная. С каждым сном девушка выглядит все более безжизненно и отстраненно, словно зеркало вытягивает крупицы жизни. Ни разу не удалось встретиться взглядами, отражение отводит глаза в разные стороны. Может оно к лучшему, боюсь увидеть пустоту. В жизни радужка глаз светло-серая, а во сне она может быть ярко-зеленой или небесно-голубой. Глаза тоже меняются со временем, из них уходит жизнь. Девушка в отражении постепенно превращается в фарфоровую куклу, которая расколется на множество осколков, если упадет.       — Прости, что снова прерываю твои глубокие размышления, но неужели ты совсем не хочешь домой? – Леони смотрит на меня сверху вниз, приподняв одну бровь.       Оглядываюсь вокруг, понимая, что мы успели дойти до перекрестка, где обычно расходимся. На моем лице отражается растерянность. Но, кажется, такая реакция немного поднимает подруге настроение.       Несмотря на то, что мы дружим очень давно и ссорились ни один раз из-за разных характеров. Леони никогда долго не обижается, не просит извинений. Она напоминает яркое солнце, разгоняющее тучи в пасмурный день.       — Нет. Наверное, прогуляюсь и провожу тебя до дома, - мы сворачиваем направо и медленно двигаемся дальше.       Порой доверяю Леони намного больше, чем себе, но не хочу рассказывать о возвращении кошмаров. Она начнет беспокоиться, скинет все на плохой сон и питание и устроит неделю здорового образа жизни. Лео относится ко мне, как к младшей сестре. Иногда у меня появляется иллюзия, что мы правда семья.       — С тобой точно что-то не так? С каких пор ты не спешишь в свое любимое укрытие под кодовым названием «Д.О.М.»? — Подруга внимательно изучала мое лицо, ища ответ на свой вопрос. Но ничего не найдя, немного сбавила хватку.       — Сколько раз мне еще повторить о том, что я устала? Кажется, это не я не слушаю, а меня не слушают, — складываю руки на груди, тоже изображаю обиду. Но у меня это получается не так хорошо, легкая улыбка быстро возвращается на губы.       — Ха-ха, очень смешно. Я слишком давно тебя знаю. Тут далеко не в этом дело, ну или ты мне что-то не договариваешь. Хотя… ты в любом случае, что-то не договариваешь, — она немного прищуривает кошачьи глаза и старается придать лицу серьезное выражение, но у нее это тоже не получается.       - Актриса из тебя так себе, - за критику Лео легонько толкает меня в плечо.       Я закатываю глаза, игнорируя направленные в мою сторону обвинения. Дальнейший разговор протекает так, словно ничего и не случилось. Мы обсуждаем самые обыденные темы. Боюсь спрашивать о том, что могла упустить и прослушать, когда мы шли по коридору. Девушка тоже не возвращается к неприятной теме.       — Кстати, Мэтью про тебя недавно спрашивал.       — Мэтью. Это новый парень из твоей компании?       — Да, тот, которого ты чуть не пришибла, когда мы уходили, — не поднимаю взгляд на подругу, но отчетливо слышу в ее голосе улыбку.       — Оу, — почему-то совсем не чувствую в этом своей вины.       Леони пытается сдержать смех, услышав мой ироничный тон, но долго сдерживаться у нее не получается.       — Думаю, после сегодняшнего вопросы внезапно пропадут.       Подруга продолжает смеяться и через несколько минут резко останавливается и прижимает руки к животу.       — Как мне объяснять причину смерти твоим родителям, если не прекратишь смеяться?       — Тебе будет достаточно назвать свое имя, — с трудом удается расслышать, сказанное, между смехом.       — Нет, ты точно задохнешься от нехватки кислорода в организме.       — Так уж и быть. Ради тебя я успокоюсь, не хочу же вводить тебя в еще более неловкое положение, — смеяться она и правда перестала, но улыбка с лица не сходила всю оставшуюся дорогу.       Могу сказать, что этот день стал чуточку лучше. Разговор про Мэтью мы решили отложить. Раньше мы часто откладывали самые интересные темы для разговоров на выходные, когда собирались друг у друга на ночь. Но времена меняются, возможно, к этому мы уже не вернемся, если не возникнет новых поводов, на что я очень сильно надеюсь.       Наша с Леони история дружбы началась, когда нам было шесть. Двое мальчишек отобрали у нее щенка, а она боялась возразить. Я проходила мимо и не смогла не откликнуться на умоляющий помочь взгляд. Не потребовалось прикладывать много усилий, чтобы помочь. Рыжая девочка еще долго благодарила меня за помощь, а потом мы вместе играли с щенком. Так мы и познакомились. Рядом с Леони всегда было много друзей, но лица постоянно менялись, только я остаюсь неизменной. Погрузившись в теплые детские воспоминания, не замечаю, как мы подходим к каменному забору. Смотрю на двухэтажный белый дом с вставками серого кирпича. Некоторые окна, которого доходят до самого пола. На дворе еще день, но на кухне горит свет - мама Леони дома. Значит, мне тут будут не очень рады. Я ей никогда особо не нравилась. Подруга хочет предложить зайти в гости, но тоже замечает свет на кухне, поэтому с пониманием кивает на мой отказ. Она открывает калитку и к нам выбегает та самая болонка. Наклоняюсь, чтобы погладить радостную, виляющую хвостом собаку. Леони недолго думая тоже обнимает своего питомца, после чего берет ее на руки.       — Полагаю, мы увидимся только в понедельник. Надеюсь, к тому времени ты разберешься в своих мыслях, хотя порой мне кажется, что у тебя в голове целый лабиринт, из которого даже ты выход найти не можешь, - подруга крепко обнимает меня на прощание, а Эмми в ее руках, воспользовавшись моментом, облизывает мою щеку. Стоя на крыльце Леони оборачивается и подмигивает, после чего с улыбкой входит в дом. Я направляюсь дальше, только после того, как за ней захлопывается дверь. Для возвращения домой я выбрала не самый короткий маршрут. Сейчас обед, поэтому на улице полно радостных детей, возвращающихся с учебы. Стараюсь сильно не отвлекаться от дороги, чтобы больше никого не сбить и самой случайно не угадить под проезжающую мимо машину.       Нет никакого желания возвращаться домой. В последнее время, как только переступаю порог, возникает странное давящее чувство, словно появилось что-то вытесняющее. Оно возникло незадолго до возвращения кошмаров. Путь занимает не так много времени, как хотелось бы сегодня, но вот я уже стою рядом со своим участком. Захожу внутрь и бросаю рюкзак в прихожей. Он попадает в свертки бумаги, которые были аккуратно сложены в углу. Теперь же все разлетается дальше по коридору. Машинально ударяю ладонью по лбу, но силы я, как обычно, не рассчитываю. Шипя от боли, потираю ушибленное место рукой. Оставив, устроенный беспорядок, прохожу на кухню.       Из-за очередного кошмара я сегодня проспала и не успела позавтракать, о чем уже несколько часов неустанно напоминает мой желудок. Открываю холодильник и вижу почти пустые полки.       — Совсем забыла купить продукты. Обещаю, что заеду в магазин после работы, а вечером мы приготовим вкусный обед, - голос раздается где-то из соседней комнаты.       — Мам, ты уже дома, — кидаю взгляд в окно и вижу припаркованную красную машину. Скоро я даже себя замечать перестану. Куда делась моя хваленая внимательность.       — Забежала домой в обеденный перерыв, чтобы забрать документы. Сегодня принесли такую интересную фарфоровую статуэтку оленихи с олененком периода СССР. Тебе бы точно понравилось, - найдя нужные документы, она собирает растрепавшиеся волосы в хвост. – Я думала, ты вернешься сегодня позже.       — В университете подготовка к спортивному фестивалю.       — В котором, естественно, участие ты не принимаешь.       Я пожимаю плечами, чем озадачила маму.       — Все в порядке? Если у тебя появились какие-то проблемы, то можем обсудить их, когда я приеду, — она быстро целует меня в лоб и кладет немного денег на столешницу.       — Все хорошо, просто устала, — пытаюсь выдавить из себя подобие улыбки, но видя мои тщетные попытки она лишь вздыхает.       — Перекуси в кафе. Не забудь убрать рюкзак из прихожей и все, что улетело дальше.       Она еще раз целует меня и быстро выходит из дома. Я беру рюкзак, убираю листы на их прежнее место и направляюсь в сторону своей комнаты. По пути задеваю шкаф, от чего с верхней полки падает книга. Громко набираю в легкие воздух, готовая закричать от сегодняшнего дня. Присаживаюсь так резко, что начинает кружиться голова, опираюсь ладонью об пол. А второй рукой тянусь к книге. Она небольшая, но упала с оглушительным звуком, еще и подняла пыль.       Я перечитала все книги в доме, но эту вижу впервые. Обложка выглядит совсем новой, хоть и покрыта толстым слоем пыли, что странно, ведь, мама очень чистоплотная и регулярно убирается на книжных полках. Переплет черного цвета с вкраплениями мельчайших серебряных и золотых частичек, которые видно только, если наклонить книгу под определенным углом. Корешок и уголки оббиты тонкой пластиной серебряно-золотого металла. По центру обложки изображены луна и солнце, а поверх них ворон и еще какая-то незнакомая мне птица. Она похожа на цаплю, но выглядит меньше, и шея не такая длинная. Клюв не прямой, а дугообразный. Снизу обложки, кажется, написаны какие-то инициалы. Рассматривая находку с разных сторон, замечаю, что бумага пожелтела и выглядит намного старее обложки.       Входная дверь открывается, ударившись об стену, снова заходит мама.       — Уже выехала и поняла, что взяла не все бумаги.       Она быстрым шагом направляется в сторону кабинета, но останавливается, заметив книгу в моих руках.       — Где ты ее достала? — Мама произносит слова очень медленно, словно забыв о работе и документах, за которыми так торопилась.       — Со шкафа упала, — тянусь, чтобы вернуть ее на самую верхнюю полку, но мамина теплая ладонь ложится на мое запястье.       Я смотрю на нее с вопросом.       — Никак не могла найти, хотя перебрала этот шкаф десятки раз.       — Никогда раньше не видела ее дома. Ты с работы принесла?       Все это время мама не двигается и не отрывает взгляда от странной книги, я отдаю ее быстрее, чем та успевает протянуть руки. Серые глаза немного темнеют. Она продолжает смотреть на обложку еще пару секунд, но за это время мне так и не удается прочитать эмоции на родном лице.       — Сама точно не уверена откуда она взялась, но это что-то вроде семейной реликвии. Я собиралась отдать ее тебе на день рождение, поэтому и искала. Но раз ты нашла ее раньше, то можешь забрать сейчас, — мама протягивает ее мне, но не отрывает подозрительного взгляда.       — А ты не знаешь что это за птица? — Указываю пальцем на птицу, изображенную поверх луны на обложке.       — Это ибис. Такие птицы считались священными в древнем Египте и символизировали Тота – бога правосудия. Если помнишь, то он изображался с такой головой.       После объяснения пытаюсь вспомнить еще что-то из египетской мифологии и рассматриваю странную птичку, которая на фоне ворона выглядит очень хрупкой, даже забавной.       — Ой, мне же все еще нужно на работу,— мама ловко огибает меня и вбегает в кабинет, хватает со стола папку с бумагами и спешит на выход, кинув мне напоследок улыбку.       Все сегодня слишком быстрые, или я очень медленно обрабатываю информацию. Отвожу взгляд от входной двери, где всего секунду назад стояла мама, возвращая внимание на книгу в моих руках. Провожу указательным пальцем по пыльной обложке, оставляя после себя след. Птицы и буквы немного вдавлены. А сзади на обложке ничего не изображено, но сразу бросаются в глаза небольшие царапины.       В этот раз до комнату добираюсь без приключений. Лишние учебники и тетради вываливаю на кровать. Некоторые из них оказываются на полу, но я быстро собираю все в кучу и кладу на стол в не очень ровную стопку, которая так и грозится упасть. Меня съедает любопытство открыть найденную книгу, но желудок снова напоминает о том, что полностью пуст. Закидываю книгу и маленький ноутбук в рюкзак. После спускаюсь, проходя мимо кухни, прихватываю деньги, оставленные на столешнице.