Тени поколений

      Губы изгибаются в широкой улыбке, а после с них срывается приглушенный смех. Будь это шутки моего воображения или я все-таки сошла с ума, происходящее вызывало крупную дрожь по телу.       — Хочешь сказать, что я правда умерла и сейчас нахожусь в раю?       Парень с виноватым видом смотрел куда-то вдаль, сверкающие до этого момента глаза потеряли все краски и теперь напоминали увядающую сирень.       — К сожалению или счастью, как такового рая не существует. Но сейчас мы правда находимся в немного другой реальности.       — Думаешь, я поверю в этот бред?       — Но раны, чувства и эмоции настоящие. Мне казалось, что ты давно обратила на это внимание.       — Ну и где же твои крылья, ангелок?       Парень резко поднимает взгляд на меня, в его глазах мелькает яркая вспышка света. В следующую секунду, за его спиной появляются крылья. Ангел встает из-за стола и отходит немного в сторону, чтобы мне удалось лучше его разглядеть. Огромные белоснежные крылья касались пола. Грудь больно сжимает от какого-то неприятного чувства, грань между реальностью и сказками медленно стирается. Сложно поверить в происходящее, но перед моими глазами стоит настоящее чудо. Последние крупицы надежды, что утром я проснусь и это окажется просто дурным снов, помогают сохранить рассудок, или его остатки.       — Можешь проверить их на подлинность, — казалось, что это предложение немного смутило ангела, он снова опустил взгляд в пол, а руки убрал за спину.       Потребовалось использовать всю силу воли, чтобы отойти от опоры, в виде кровати, и подойти ближе. Бархатные на ощупь перья, скрывали мощные мышцы. Этан медленно расправил крылья в полный рост, они почти касались стен комнаты.       — А где они были до этого? — Снова отхожу немного в сторону.       — Мы редко ходим в таком виде, как понимаешь, это не совсем практично. Как я уже говорил, воображение и твои желания хранят в себе огромную силу.       — То есть, достаточно просто представить за спиной крылья, чтобы они появились?       — Все намного сложнее, но в целом примерно так.       В комнате повисло гнетущее молчание.       — Почему ты меня сюда привел?       — Тогда в кафе, я почувствовал странную энергетику, которая исходила от дневника. Он отсюда. Сначала, показалось странным, что такая вещь находится в руках смертной, но твоя энергетика тоже не совсем обычная. Тогда мне не удалось ее так почувствовать, но теперь, когда печать снята, она очень выделяется.       — Погоди, что это значит?       — Дневник раньше принадлежал какому-то демону или ангелу, спустя столько лет точно не скажешь.       — Но как он оказался у моей семьи?       — Вот это хороший вопрос. Возможно твои предки тоже были отсюда.       Очередной неконтролируемый смех сорвался с искусанных губ. Руки, обвивающие грудь уже не спасали от внешнего мира.       — Ничего не понимаю.       Тело с каждой секундой становилось все тяжелее и медленно скатывалось на пол, облокотившись на тот же столб.       — Думаю, они были сожженными, — увидев еще большее непонимание на моем лице, сменяемое ужасом, парень поспешил объяснить. — В определенных случаях бессмертных могут подвергнуть процедуре «сожжения», когда из них выжигают большую часть энергии. А после отправляют к смертным, доживать крохотную жизнь и обратиться в пыль.       — К чему такая жестокость?       — Везде есть правила, которые нельзя нарушать.       — Получается, мои предки были преступниками, которых выгнали к людям.       Помедлив парень неуверенно кивнул.       — Такое очень редко случается, но…       — А я кто?       В голове возник образ, увиденный в отражении. Радужка правого глаза осталась гранитно-серой, а левого стала лиловой и теперь походил на глаза Этана. Волосы же напоминали белоснежный покров, а заострившиеся верхние клыки упирались в нижнюю губу.       — Иляс — это еще одна раса. Что-то среднее между ангелом и демоном, но в то же время нечто другое. Но ты скорее полукровка, раньше существовали и чистокровные, которые значительно превосходили всех остальных в своих способностях. Правда, несколько веков назад они все вымерли.       — От чего?       Ангел повернул голову к книжному шкафу, достающего до потолка. Книги аккуратно хранились за стеклянными дверцами без ручек.       -Хотелось бы знать, но всегда удивляло то, как много исторических книг и как мало упоминаний об илясах. Иногда мне думалось, что их вообще не существует. Говорят, они были жадными до власти и в какой-то момент перебили друг друга.       — Значит их совсем мало?       — Ну, до тебя не встречал, — Этан снова о чем-то задумался. — Я помню как лет пятнадцать назад один появился в академии, но не получилось его увидеть. Не хочу пугать, но есть некая особенность — илясы часто умирают при странных обстоятельствах, не прожив и двух сотен лет.       Сказанное уже почти не пугало, только вызывало интерес.       — Две сотни лет — это огромный срок.       — Для смертных может и так, но тут совсем другие рамки. Мне, например, сто двадцать один, и тебе на сотню больше, чем предполагаешь, — прищуренные глаза и слабая улыбка на лице ангела заставили мои брови приподняться.       Клубок из мыслей и чувств, кажется бесповоротно, запутался.       — О, Боже, я ведь так и не вернулась домой сегодня. Родители с ума сойдут, — вся слабость и тяжесть пропали в один миг. Сработало даже лучше магии и амулетов.       В панике хватаю рюкзак и направляюсь к входной двери, но пальцы касаются не дверной ручки, а бледной руки, закрывающей путь к побегу. Отдергиваю руку от холодной кожи. Человек бы не опередил меня на таком расстояние.       — Эстер, боюсь еще не время возвращаться домой, — в мягком голосе слышалось сожаление, но в глазах сверкала ледяная сталь. Парень точно не отпустил бы меня.       — Но родители…       — Об этом можешь не беспокоиться. Ректор все решит, — от внезапного страха в груди разгорелось неописуемое тепло, от которого ангел отпрянул, как от удара.       Аметистовые глаза почти полностью скрыли расширившиеся зрачки. Неприкрытая рубашкой грудь тяжело, но быстро поднималась и опускалась. Парень поднес руку, на запястье которой весела цепочка с брелком, к груди и быстро восстановил свое состояние.       — Стоит дать тебе реликвии посильнее, пока кого-нибудь не убила, — он опирается на руку и поднимается с пола, отряхивая белоснежные одежды и крылья.       — Разве «бессмертные» умирают? — После внезапного выплеска энергии чувства успокоились.       — Да, но только от физических ран. Даже мы с отсеченной головой не протянем. А как видишь, раны получаем, как смертные — он указал на ссадину, оставшуюся после побега от чудовищ в парке.       — Это все еще выглядит как дурной сон, поверить не могу.       Ангел окидывает меня взглядом, полным теплоты, помедлив он осторожно подходит ко мне.       — Конечно тяжело, когда мир переворачивается с ног на голову, но уверен, что ты совсем скоро привыкнешь.       — А существа, которые напали на нас в парке, тут как сбежавшие из дома зверушки?       — Нет, дома мы таких не держим. Эти твари вообще не отсюда, но думаю на сегодня информации достаточно.       — Пожалуй, — я опускаюсь на застеленную кровать и закрывая глаза, пытаясь разложить все по полочкам, но новая информация путалась с огромным количеством вытекающих из нее вопросов.       Понимая, что сил совсем не осталось ни у меня, ни у крылатого существа, тихо ожидающего каких-либо действий от меня.       — Что это за место? — Вопрос прозвучал так тихо, что я усомнилась в том, произнесла ли его вслух, но ангел ответил.       — Академия «Сансет» — самое известное и достопримечательное здание с огромной историей. Поэтому тут проходят важные собрания.       — Домой ты меня не отпустишь, правильно понимаю? — Прыгая с темы на тему, я надеялась забыться, но это совсем не выходило.       — У меня нет права тебя здесь держать, но ты должна понять, что поспешные действия ни к чему хорошему не приведут. Бежать к родным и близким, рассказывать им об этом как о страшном сне — так себе идея.       В глубине души я понимала, что так оно и есть, но страх и растерянность делали свое дело, затмевая разум и толкая на глупые поступки.       — И что же предлагаешь делать?       Ангел смотрел на меня, прикусив губу. Я обратила внимание на то, что клыков у Этана нет, но задать очередной вопрос не успела.       — Тебе точно выделят комнату в специальном крыле академии, это что-то вроде общежития у вас. Но думаю, что не стоит пока тебя бросать в океан с головой. А вот узнать с кем будешь жить стоило бы, — продолжая размышления ангел начал ходить кругами по комнате.       Продолжая сидеть на полу пытаюсь разложить все по полочкам. Сложно поверить в происходящее, но еще сложнее отрицать его. В очередной раз больно щипаю себя за руку, но как и в предыдущие разы проснуться не удается.       — Я мог бы предложить остаться сегодня в моей комнате, но не уверен, что это уместно.       — Мне уже все равно, — медленно поднимаюсь с пола, избегая взгляда.       После всего произошедшего появилась слабость и пустота, хотелось просто лечь и уснуть, забыть все до последнего.       — Можешь сходить в душ, в это время попытаюсь узнать все необходимое, — парень последний раз окинул меня взглядом через плечо и быстрым шагом покинул комнату. Без ангела помещение стало каким-то пустым, несмотря на огромное количество вещей.       Набрав просторную ванную и аккуратно сложив одолженное платье, погружаюсь в воду, немного обжигающую кожу. Умываю лицо и снова рассматриваю белоснежную прядь волос. В голове проносится мысль о том, что родители не одобрят смену имиджа, но, если объяснить изменения цвета волос легко, как объяснить глаза и клыки.       Спустя продолжительный период времени, почувствовав охладевшую воду, понимаю, что пора выходить. Оставив мокрые следы на ворсистом коврике тянусь к чистым сложенным полотенцам, вытираю волосы и думаю, что делать с одеждой. Ничего кроме пышного платья нет.       Шелковистая ткань мягко скользит по коже и приятно ее холодит. Оглядываюсь в большое круглое зеркало над раковиной. Страх отражений пропал, теперь я не узнавала девушку, которая смотрела на меня с обратной стороны зеркал. Взгляд упал на поблескивающий камень — амулет, подаренный Этаном. Грудь тяжело поднимается, а из глаз текут соленые ручейки. Оседаю на холодный пол, но раздается стук в дверь, от которого я вздрагиваю.       — Эстер, все хорошо, — по интонации слова больше походили на попытку успокоить и убедить меня в этом.       Поднявшись и достигнув двери дергаю за ручку, которая легко поддается. Я забыла закрыть на защелку.       Ангел отошел от двери на несколько шагов и все с тем же обеспокоенным видом оглядывал меня. На его согнутой руке висела одежда.       — Прости, если побеспокоил. Я стучал в дверь комнаты, и когда ты не ответила, немного забеспокоился.       — Все в порядке.       Снова повисло пустое молчание, мы изучали взглядами друг друга.       — Мне удалось узнать, в какую комнату тебя поселят. Могу сказать, что с соседкой повезло, она чудесная девушка.       Чувствую накатившую после ванной дремоту я присела на диван, ангел же не двигался с места.       — Так же она будет помогать тебе освоиться. Только не радует, что это было поручено и тому идиоту. Я бы ему и булыжник охранять не доверил.       — Ты о Киане?       — Именно.       — И почему он тебе так не нравится? — Сил с каждым словом становилось все меньше, а мое тело все больше облокачивалось на большую подушку.       — Ты еще многое о нем услышишь, не только от меня, но сейчас не будем об этом думать. Завтра покажем тебе академию и округу, у здешних мест почти всегда есть какая-нибудь интересная история. Еще сходим в библиотеку, возьмем необходимые книги, посмотрим на твой план обучения и вечером могу вернуть тебя домой. Этан продолжал что-то рассказывать, но с каждой секундой его голос звучал все тише, а глаза закрывались больше.