Легальный мигрант

      Вопреки ожиданиям директора, мистер Поттер был одет с иголочки: костюм из добротного твида, коричневые оксфорды, даже темно-зеленый галстук, явно подобранный под цвет глаз, повязан не обычной «четверкой», а хитрым широким узлом. Барнс недовольно поморщился. Этот Поттер выглядел франтом похлеще всех выпускников Лиги плюща, регулярно устраивавшихся на работу в Мидтауне и так же регулярно сбегавших прочь. Но лучше уж искать замену в середине года, чем начать учебный год без второго учителя химии: в первом случае всю вину можно свалить на безответственного педагога, а во втором небезосновательно будут винить директора. Барнс согнал с лица морщинки и нацепил широченную улыбку, обыкновенно предназначавшуюся для попечителей школы (и, изредка, для миссис Барнс):  — Мистер Поттер, добрый день! Как поживаете? Хотите кофе?  — Добрый день. Я не пью кофе, но чаю выпью с удовольствием, — ответил англичанин, пожимая руку директору. Рукопожатие Барнсу понравилось — оно было крепким и каким-то успокаивающим. Он снял трубку телефона, попросил у секретаря напитки для себя и мистера Поттера и снова повернулся к соискателю:  — Итак, вы хотели бы работать у нас?  — Именно так, сэр. Улыбка директора стала еще шире:  — Зовите меня Майкл.  — Сэр Майкл? — На лице иностранца отразилось замешательство. — Простите, я не знал, что вы были посвящены Ее Величеством… Директорская улыбка не могла стать шире по чисто физиологическим причинам, поэтому Барнс убрал ее и принял выражение лица делового человека, подсмотренное в каком-то сериале:  — Нет-нет, мистер Поттер, вы не поняли — я просто Майкл, зовите меня так, без церемоний.  — О, — сконфузился англичанин. — Понятно. Можете называть меня Гарри.  — Отлично! — в порыве энтузиазма Барнс хотел перегнуться через крышку стола, чтобы похлопать Гарри по плечу, но тот покосился на него так недоуменно, что директор вместо этого изменил траекторию ладони и схватил лежавшую рядом с англичанином папку.  — Гарри, вам 37 лет, но вы получили первую академическую степень всего семь лет назад. Чем вы занимались до этого?  — Мне пришлось потрудиться. Видите ли, я рано остался без родителей и не мог позволить себе нормальный колледж.  — А колледж Стратклайда нормальный? — полюбопытствовал Барнс.  — В высшей степени, — подтвердил Гарри. — Ничем не похож на те места, где мне приходилось учиться до этого.  — После колледжа вы четыре года работали в индустрии, верно?  — Да, инженером-технологом в «Инеос». Нефть — это все еще кровь современной экономики, а мне хотелось как можно лучше понять современный мир.  — Похвально. А почему же вы не остались там? Не было карьерного роста?  — Напротив, он стал практически неизбежен, и это оставляло бы слишком мало времени для других моих занятий.  — Каких?  — Я орнитолог-любитель, — ответил странный англичанин. — Особенно люблю сов, но знаете, за ними так сложно ухаживать… Директор Барнс ничего не знал о сложностях ухода за совами, но про себя решил, что человек оставивший работу в нефтяной промышленности из-за сов, скорее всего, ненормален.  — Вам это может показаться странным, — продолжал Гарри, — но совы напоминают мне о детстве. И, пожалуйста, не беспокойтесь за мое психическое здоровье — одновременно с магистратурой я прошел долгосрочную психотерапию. С этими словами англичанин достал из кармана сертификат, удостоверявший, что мистер Гарри Джеймс Поттер успешно прошел 120-часовой курс когнитивной терапии у лицензированного доктора и не имеет противопоказаний к работе в сфере образования. Барнс изучил сертификат и вернул его владельцу.  — А почему вы решили работать в сфере образования?  — Дети — наше будущее, — впервые за время разговора улыбнулся Гарри. — Кроме того, у меня был небольшой опыт преподавания в прошлом, и я решил, что стоит сделать это своей профессией.  — Насколько небольшой?  — Еще школьником я вел кружок по одному из предметов, и мы порядком опережали программу, — снова улыбнулся каким-то воспоминаниям англичанин. — Кроме того, меня приглашали вести мастер-классы в университете, когда я работал инженером.  — Этого очень мало, — покачал головой Барнс, сжав губы в тонкую линию. — У Мидтаунской школы очень высокие требования к учителям…  — Например, не иметь сенильной деменции, — согласился Гарри, глядя смеющимися глазами в лицо директора. Барнс заерзал на кресле. Этот чертов англичанин настоящий телепат!  — Дорогой Майкл, мне нужна эта работа, а вам нужен учитель, который выйдет на работу в первый понедельник сентября. У меня довольно странное резюме, но вы не можете отрицать, что я обладаю достаточной квалификацией. Вы видите меня первый раз в жизни и, конечно, сомневаетесь, ведь в здешнем обществе такие качества как доброта и трезвость действительно встречаются редко. Но ничто не мешает вам написать в Оксфорд или «Инеос», чтобы получить исчерпывающие сведения о моей личности, верно?  — Но вы иностранец… — заикнулся директор.  — Я совершенно легальный мигрант, — уверил его Гарри, демонстрируя зеленую пластиковую карточку. — До встречи в понедельник. Когда дверь за англичанином захлопнулась, Барнс все еще смотрел ему вслед. Несмотря на дружелюбие мистера Поттера, многолетнее чутье подсказывало директору, что новый учитель может потянуть за собой кучу новых проблем. Барнс еще раз пролистал документы Поттера, подтянул клавиатуру поближе и стал сочинять два письма: первое — менеджеру департамента образования Оксфордского университета, второе — в отдел кадров завода «Инеос» в Грейнджмуте.