Street racing

— Слушай, я все спросить хотел, а ты здесь где-то квартиру снимаешь? — нарушив тишину, обратился я к Никите. — Нет. На данный момент для меня это не по карману. — А где ты тогда живёшь? — Почти весь день провожу либо на треке, либо в гараже. Сплю там же или прям в машине, — объяснил он, продолжая следить за дорогой. — Так, может, поживешь пока у нас с Аней? — Паш, я не думаю, что это хорошая затея… — Все будет нормально, — подвёл я итог, всем своим видом показывая, что отказы не принимаются. Ну, в самом деле, не будет же он целый месяц жить непонятно где без каких-либо удобств.

***

      Мы молча доехали до дома, также молча поднялись до нужного этажа и все также молча дошли до квартиры. Дверь была не заперта, а в прихожей горел свет. — Я уж думала, ты не вернёшься, — из спальни вышла Аня. — А, и Никита здесь. — Ань, он поживет пока у нас, — быстро объяснил я, переводя взгляд на парня и мысленно говоря ему, что все под контролем. — Понятно… Приятно осознавать, что все решения в этом доме ты принимаешь один и даже не советуешься со мной, — с вызовом произнесла девушка, от чего я почувствовал небольшой укол совести. Хотел уже было придумать какое-то оправдание или сказать, что она сама часто просто ставит меня перед фактом, ничего перед этим не обсуждая, но Аня продолжила: — Ладно, Никит, проходи, раз он уже все решил, — она махнула рукой в сторону гостиной. Комнат у нас в квартире было всего две, поэтому вариантов того, где бы он мог остаться больше не было. — Где вы были? — спросила Аня, подождав пока парень уйдет.       ...Только эти гонки не совсем законны. Так что, ты особо не рассказывай об этом никому, ладно? А то у меня будут проблемы... — Чего ты молчишь? — раздражённо бросила девушка, ничего не понимая. — Я не могу рассказать тебе. — В смысле, Паш? — она пыталась говорить как можно тише, но выходило у нее плохо. Ни о какой звукоизоляции в нашем доме не может быть и речи, стены сделаны будто из картона, поэтому Никита однозначно слышит все, что сейчас здесь происходит. — Где ты был весь вечер?       Я продолжил молчать. Врать не хотелось, а сказать правду не могу — не совсем честно по отношению к Никите. — Ладно, не хочешь не говори, — сдалась Аня, понимая, что ответа от меня не дождется. — И на сколько он у нас останется? — Приблизительно на месяц. — То есть, на весь мой отпуск? Мы же, вроде как, собирались этот месяц вместе провести. — Ань, ему жить негде, — на это она лишь устало вздохнула, сложив руки на груди. — Ну это уже не наши проблемы, Паш. Зачем он вообще приехал тогда? — Он же нам не чужой человек. — Нет, Паш. Для меня он чужой человек. Ты не мог сначала хотя бы со мной посоветоваться, прежде чем тащить его к нам? — Ань, не начинай, — устало произнес я, чувствуя, что ни к чему хорошему этот разговор не приведет. — Ну, не буду же я его выгонять из-за того, что тебя не предупредил.       Она на это лишь закатила глаза и, развернувшись, ушла в спальню. Так даже лучше, в принципе. Раздула из мухи слона. Отпуск у нее каждый год, а с Никитой встретиться — целое историческое событие. Мне, можно сказать, повезло увидеться с ним. Поживет у нас немного, ничего страшного не случится. Только вот, «немного» — это сколько? На то время, пока проводятся гонки? А что он будет делать потом? Снова уедет?       Опять у меня появилась куча вопросов к нему. И хотелось бы получить на них ответы.

***

      Задерживаться я не стал и сразу пошел в гостиную к Никите. Комната была довольно просторной. Небольшой раскладной диван посередине, напротив — телевизор, шкаф, встроенный в стену, был одновременно и гардеробом и складом всякого хлама. Также имелись пара цветочков в горшочках на подоконнике, спрятанном за белым, почти прозрачным тюлем. — Ты извини нас за этот… концерт, — неловко начал я, подходя к парню, сидящему на диване. — Да ничего, я все понимаю, — повернувшись ко мне, ответил Никита. — Щас я дам тебе постельное белье, — заглянув в шкаф я достал оттуда светлого цвета наволочку, простынь и пододеяльник. — Одеяло и подушка лежат под диваном… Вот это выдвигается, — начал показывать я, пытаясь вытащить нижнюю часть дивана, правда, мне это часто давалось с трудом. — Давай помогу, — внезапно появившийся сзади парень помог мне разложить диван и достать из него все необходимое.       С наволочкой и простыней никаких проблем не возникло. А вот с пододеяльником было посложнее, но вдвоем мы кое-как справились. — Я так понимаю, вещей у тебя никаких нет, поэтому могу предложить тебе свою футболку, — снова копаясь в шкафу, подал я голос. — Давай.       Достав с одной из полок свободную серую футболку я повернулся и наткнулся на по пояс раздетого Никиту, стоящего ко мне чуть ли не вплотную. Так бестактно врывается в мое личное пространство он уже не впервые, но до сих пор не могу привыкнуть к этому, каждый раз вздрагивая и покрываясь мурашками. — Спасибо, — почти шепотом произнес парень, забирая футболку из моих рук.       Пока он надевал ее, я рассматривал его. Точнее, его тело. Мысленно сравнивая со своим. Выглядел Никита явно помощнее меня, человека, который за свою жизнь не поднимал ничего тяжелее себя самого с кровати по утрам.       Он будто специально встал прямо напротив меня, показывая себя во всей красе и вызывая зависть: подтянутый пресс, с едва прорисовывающимися кубиками, сильные руки, слегка выпирающие вены на них и бархатная кожа, которая так и манила прикоснуться к ней. — Кстати, забыл тебе сказать, — отдернув ткань вниз и закрыв мне вид, начал парень. — Завтра вечером в одном из московских клубов будет небольшая тусовка в честь открытия нового сезона по стритрейсингу. Если хочешь, можешь пойти со мной, — предложил Никита.       У меня уже на каком-то подсознательном уровне выработалось доверие к нему и я, сам того до конца не понимая, был согласен на все его предложения. — А что там будет? — задал я один из самых глупых вопросов за сегодняшний день. — Как и почти во всех подобных местах: музыка и алкоголь. — Ага… А, кстати, — заговорив про гонки он напомнил мне о моих недавно появившихся вопросах. — Что ты собираешься делать после гонок? — видимо, я немного озадачил его, потому что ответил он далеко не сразу, будто даже и не задумывался об этом перед тем, как приехать. — Не знаю, Паш… Но здесь я точно не останусь. — А… — Все, на сегодня вопросов хватит. — Ладно, спокойной ночи…

***

      Окна нашей с Аней спальни были, как и каждую ночь, занавешены плотными коричневыми шторами, через которые не мог пробиться ни лунный свет, ни яркий свет уличных фонарей. На прикроватной тумбочке стоял ночник, освещал тусклым жёлтым светом комнату и делал эту мрачную обстановку более уютной. Небольшая двуспальная кровать была застелена кофейным постельным бельем. Где-то на кресле в углу, до которого свет от ночника не мог добраться, лежал темный вязаный плед, обычно покрывающий кровать в течение дня.       Аня уже спала. Ну, или делала вид, что спала. Разговаривать со мной, по крайней меня до утра, она явно не собирается. Ладно, разберемся со всем этим позже.       Переодевшись и потушив свет, я лег под теплое одеяло, на удивление легко и быстро засыпая…