вся твоя ненависть (и немного понтов)

Тэхён бегло осматривает паренька, замершего посреди кабинета. Из-за хмурой погоды в помещении темно, и этот парень – чёрные треники, чёрная толстовка, чёрные волосы, прилипшие ко лбу паутинкой, чёрные, залитые тенью глаза, и всё, блин, чёрное – выглядит откровенно пугающе и источает почти физически ощутимую агрессию. Тэхёну это сразу не нравится. Он вопросительно поднимает брови – было бы неплохо ответить, мальчик, и вообще, чего ты хотел? Но эта тёмная, пугающая машина вместо человека просто замирает истуканом и хмурится. Странный какой. Хэсу, очевидно тоже наблюдающая за вошедшим парнем всё это время, оборачивается обратно к Тэхёну и театрально расширяет глаза – мол, что за стрёмный придурок? Тэхён в ответ жмёт плечами, и они с Хэсу одновременно не сдерживают маленький приглушённый смешок. Почти неслышно, но у стрёмного придурка походу хороший слух, так как тут же с его стороны слышится возмущенное «кхм», и Тэхён вообще нихрена не понимает. Спросить, умеет ли парень разговаривать, будет, наверное, не очень прилично. У Тэхёна всегда так: где-то в той области мозга, которая отвечает за сучество, пульсирует желание сказать что-то поддёргивающее, только чтобы потешиться над реакцией, но он редко себе это позволяет. Так что просто натягивает лёгкую дежурную улыбку и пытается звучать как можно приятнее, когда снова к нему обращается: ‒ Так… тебе что-то нужно? Хэсу на это снова издаёт что-то похожее на смешок, который она старательно пытается засунуть куда-то обратно в себя, и Тэхён сжимает губы в едва заметной заговорческой улыбке. Они с Хэсу всегда такие ‒ как два тупых школьника на последней парте, которых постоянно прёт ржать над всякой хернёй, и именно поэтому Тэхёну приятно с ней общаться. На аспирантуре со всей этой ерундой, которую на него сваливают преподаватели, найти минутку на то, чтобы вот так тепло поговорить с кем-то, почти невозможно, так что Тэхёна вот это тянущее время, застывшее посреди кабинета нечто в лице какого-то недалёкого студента начинает злить. Он всё еще молчит, и Тэхён смотрит ему прямо в глаза ‒ эй, я тут как бы жду, когда ты удосужишься сказать хоть что-то. Только тогда Тэхён замечает содранную кожу на щеке и нахмуренные брови – и в его глазах этот парень теперь ещё больше выглядит, как туповатый огромный бэдбой из ромкома. Да уж, наверняка типичный прогульщик, появляющийся в универе раз в столетие, пришёл выпросить оценку у преподавателя, и теперь ему стыдно говорить. Знаем таких, сами там бывали. Тэхёну на секунду хочется выплюнуть что-то вроде «ты тупой?», но это было бы уже как-то совсем, так что вместо этого: ‒ Слушай, чувак, мы так до завтра здесь просидим. Хэсу сейчас прямо взорвётся – то ли от дебильности ситуации, то ли от неловкости. Паренёк на это только больше хмурится. Тэхён так не любит людей, которые в ответ на невинные шутки даже не улыбаются. Не то, чтобы до этого всё в их общении было отлично, но… ‒ Я жду, когда ты прекратишь заигрывать со студенткой прямо перед глазами другого студента. Воу. Подождите-ка. Что, блять? В придачу парень складывает руки на груди и издевательски приподнимает одну бровь. Чистая пассивная агрессия – Тэхён на такое реагирует, как бойцовская собака на «фас». ‒ Слушай, мальчик… Парень вдруг кидает взгляд на свои наручные часы, матерится себе под нос и перебивает Тэхёна: ‒ Ну, видимо, не дождусь, - натягивает искрящуюся сарказмом ухмылку (Тэхён закипает еще больше), а затем вдруг бац – и слышно быстрый топот тяжёлых ботинок за дверьми. Они с Хэсу поворачиваются друг к другу с совершенно дебильными выражениями лиц и подвисают на полминуты, пытаясь переосмыслить всё, что произошло. Тэхён такое терпеть не может. Ну почему люди не могут быть адекватными, господи? ‒ А сейчас ты должен проворчать что-то вроде «вот это молодёжь пошла», - Хэсу игриво улыбается, пытаясь разрядить обстановку, и это работает. Тэхён смеётся и непринуждённо укладывает подбородок на ладонь. И правда, в таких казусных ситуациях лучше посмеяться. ‒ Может Вы, мисс студентка, - кривляется Тэхён, - прекратите со мной заигрывать? ‒ «Мисс студентка»? Ты конченый? ‒ Ну а как вас, малолеток, ещё называть? Они смеются, и Тэхён забывает об этом стрёмном парне до ночи – поры навязчивых мыслей, кишащих червями в голове и отгоняющих всякие попытки уснуть. Ничто так не бесит, как люди, несправедливо тебя осуждающие. Тэхён привык считать себя довольно терпеливым человеком, но такое его очень ранит – до такой степени, что на секунду хочется найти где-то этого мудака и оправдаться. Это глупо и по-детски, Тэхён это в себе ненавидит, но, чёрт. Почему так несправедливо, блин?! Негодование закипает внутри Тэхёна, как в котле, и ему от всего этого негатива внутри так непривычно гадко, что он злится ещё больше – долбаный замкнутый круг. Он пытается выбраться из него больше часа, бесконечно ворочаясь в кровати. Неудивительно, что следующий день начинается с недосыпа – отличная почва для того, чтобы под конец дня вырастить ненависть ко всему миру. Тэхён чувствует себя куском разбухшего теста, его не слушается даже собственное тело, которое он пытается с утра запихнуть в одежду. Он по привычке проверяет, вернулся ли вчера Юнги, и чертовски завидует, когда видит на серых простынях его тонкое тело, свернувшееся в клубок, и лицо, забавно напрягшееся из-за небольшого шума, который издаёт Тэхён. Хочется залезть к нему, наверняка такому тёплому, и ещё немного додремать, как он делал раньше, когда не нужно бежать куда-то в такую рань. Но этот день ‒ отстой. Тэхён забегает по дороге в кофейню возле корпуса, в которой не был уже пару месяцев, надеясь на чудотворную силу кофе, но сегодня вселенная его явно ненавидит. Вчерашний мудак, из-за которого с Тэхёном творится вот это вот всё, стоит за кассой – в светлом фартуке, с кепкой на голове и натянутой улыбкой, адресованной какой-то студентке, забежавшей перед парами. Тэхён замирает и чувствует, будто они поменялись местами. Ты выглядишь глупо, соберись, иди, давай, ну же! В кофейне светло, и парень теперь выглядит не пугающим, а даже… милым? Тэхён так и говорит, прежде чем в поплывшем от недосыпа мозгу всплывает хоть какое-то осознание: ‒ А ты милый, когда не врываешься в кабинеты злым и одетым во всё чёрное. Чёрт. Вот всегда эта назойливая привычка сглаживать углы и оправдываться.