вся твоя ненависть (и немного понтов)

В тэхёновой старой комнате пахнет кондиционером для белья и немного средствами для уборки — мама наверняка выдраила каждый угол к его приезду и застелила постель стиранным бельём. Тэхён надеялся, что дома будет пахнуть домом. Выпечкой, имбирём, какао, родными людьми и, чёрт возьми, домом, потому что сейчас было бы очень кстати ощутить себя частью чего-то. Например, семьи, где его любят. Он, разумеется, и так знает это, но в эту секунду, когда он лежит и слышит только собственное сопение через заложенный нос, очень бы хотелось человеческого тепла, а ещё не чувствовать себя так паршиво, не впадать в инфантильные переживания, не воспринимать так близко к сердцу чужие слова и особенно сильно — не расплакаться, как маленький обидчивый ребёнок, в машине Чонгука пять часов назад. Боже, это было так по-идиотски. Он унизил себя ещё больше. Вот тебе две причины для того, чтобы съесть себя, Тэхён: первая — ты ведёшь себя, как какая-то шлюха, а вторая — ты жалкий слабак, потому что тебя по-настоящему задели его слова. И одно, как всегда, тянется за другим — цепная реакция жалости к себе. Всё смешивается в кучу: тревожность на почве протрезвления, детская грусть из-за испорченного дня рождения, поздняя ночь со свойственным ей хаотичным сознанием и гудящая из-за слёз голова. Он бы, наверное, не спускался всё ниже по уровням самокопания, будь сейчас ясный день в кругу людей на полностью трезвую голову. Или будь он нормальным человеком, а не плаксивым куском говна. Если Тэхён уже начал реветь, на ближайшее время он становится минным полем, где каждая малейшая мысль не в ту сторону — новый взрыв. Слёзы высыхают, кожа стягивается и чешется, голова ощущается, как наполненный давящей вязкой жидкостью шар, но стоит только голосу Чонгука в очередной раз зазвучать у него в голове, он чувствует, как что-то тяжелое снова давит на горло изнутри, и пытается быстро-быстро моргать, чтобы загнать слёзы обратно внутрь. Урезать на корню. Но ничего не получается, потому что, если быть до конца честным, на корню — это ещё в сентябре, когда он познакомился с этим ёбаным мудаком, который считает себя лучше него просто потому, что имеет смелость поливать людей дерьмом, стоя прямо перед ними. В глаза. Он хочет ударить Чонгука, а потом ударить себя, или чтобы Чонгук его снова ударил. И правда, лучше бы он ещё раз вмазал ему в нос, чтобы Тэхён мог просто злиться на него, ненавидеть, проклинать, избегать, мстить, а не искать проблему в себе. Блять, а искать-то и не нужно. Тэхён и так всё знает. Фишка ведь в том, что по-настоящему задевает только правда. Чонгук всего лишь озвучил то, что Тэхён пытался в себе отрицать и чем-то оправдывать, и правда застала его врасплох — теперь она красными буквами светится у него перед глазами. Тэхён — не дурак, он, конечно же, знает себя лучше кого-либо другого в этом мире, а тем более по части тех деталей, что не состоялись в нём, как во взрослом осознанном человеке, которым он хотел бы быть. И услышать, что это так явно бросается в глаза кому-то другому, — будто получить пощёчину. Это ранит очень сильно — до паники и изнеможительных самокопаний на тему: «Ну как мне с собой что-то сделать, блять?». Телефон вибрирует где-то в районе запутавшейся в одеяле ноги. Тэхён подрывается и находит его в мгновение ока. «Ты дома?» Господи, точно! Он же пообещал написать Юнги, когда приедет. Это спасительная соломинка. Он тут же вскидывается, вытирает нос краем одеяла — прости, мама — и печатает ответ: «я дома, хён!!! прости что не написал» А потом задерживает дыхание. Пусть только Юнги скажет ему что-то хорошее, чтобы Тэхёну немного полегчало, и тогда он сможет наконец заснуть. А утром, среди людей, которые всё равно его любят, не имея иного выбора, он забудет окончательно. «Всё окей?» Тэхён порывается ответить «да», но пишет: «почему ты ещё не спишь?», чтобы подольше потянуть диалог. Ему сейчас очень нужно от Юнги хоть какое-то доказательство того, что он чего-то стоит. И чёрт. Чонгук так прав. Сообщение от Юнги приходит практически сразу: «Ждал, когда ты напишешь. Ты же меня знаешь» А следом ещё несколько: «Хосок с Намджуном уснули в твоей комнате, как только мы тебя провели, лооол» «С днём рождения, Тэхён!» «Звёздочка уже соскучилась» Тэхён улыбается и на секунду задумывается, почему Юнги не спрашивает о Чонгуке. Сначала строит из себя сваху, а потом вдруг решает мудро наблюдать со стороны и не лезть. Этот хён. «не ври, эта паршивка даже не заметила ничего» «Она правда скучает, только в глубине души» «Очень глубоко» «Она сейчас смотрит на меня и виляет хвостом, но у неё очень грустные глаза» «Я бы даже сказал, трагичные» Тэхён заматывается в одеяло и в слова Юнги, ему действительно становится лучше. «ну тогда поцелуй её от меня если не боишься что она расцарапает тебе лицо ;)» Чонгук прав. Уже в который раз Тэхён вешается на людей, пытаясь найти в них то, что нужно бы научиться искать в себе.

***

Юнги снова его спасает. На этот раз — от традиционных родительских докапываний на тему работы, жизни и будущего. Его любимое семейное развлечение, чёрт возьми. Конечно, увериться в благополучии сына — их родительский долг, но Тэхён и так за рекордно короткое время заблудился в абсолютных потёмках, пытаясь понять себя и то, что он вообще делает, его голова разрывается от вопросов, а они подкидывают ещё больше сверху. — Можно я отойду? — спрашивает Тэхён, когда видит, что Юнги прислал ему что-то. — Хён хочет поздравить. — Мы, наверное, уже всё равно пойдём спать, так что не волнуйся, — с улыбкой отвечает мама. Тэхён проверяет телефон уже в комнате, удобно устроившись на кровати, и сначала ничего не понимает. Юнги прислал ему свою селку с каким-то парнем, на которой они оба кривляются, а на фоне можно различить комнату Юнги и присосавшегося к бутылке Хосока. «это кто?» «Чимин», отвечает Юнги. «чудесное имя, но кто это?????» «Мой коллега по работе ;)» Блять. Сердце начинает биться быстрее, Тэхён поднимается и принимается нервно расхаживать по комнате, совершенно не зная, как ему отреагировать. Конечно, Юнги не забыл. Сценарии, в которых Чонгук — тот самый Чонгук, ненавидящий его и почему-то увидевший насквозь — будет бить ему татуировку, начинают выстраиваться, как по щелчку пальца, и Тэхён ничего не может с этим сделать. Вероятно, он будет снова и снова представлять самые худшие из них вплоть до дня икс. Этого ему сейчас ещё не хватало. Тэхён кусает губу изнутри и пишет в ответ: «хёёёёёёёёёёёёёёёёёоооооооооооон!!!!!!! Я ТАК РАД! ПОЗДРАВЛЯЮ!» «ВТФ ХЁН как ТЫЫЫ блять ТЫ отхватил ТАКОГО красавчика что за херня?!!!» «шучу вы оба просто секси я ослеп» «новый год и новое начало, мммм? ;)))» И это искренне. Как бы близко сейчас Тэхён ни был к тому, чтобы от паники выпрыгнуть нахрен в окно, счастье хёна для него — важнее. Всегда важнее. Юнги присылает кучу смеющихся эмодзи, и это вообще что-то запредельное — он, значит, счастлив настолько, что начал использовать эмодзи. Тэхён от умиления готов запищать, он действительно очень рад за Юнги. Только главное — хотя бы сейчас отложить мысли о нескольких часах, которые он, вероятно, проведёт с Чонгуком. Может, он вообще не согласится? Было бы логично, Чонгук же прямым текстом сообщил, как относится к общению с ним. Зачем ему добровольно идти на такую пытку, хах? Если честно, Тэхён не знает, какой из исходов унизит его больше: тот, в котором он очень долго будет чувствовать себя идиотом наедине с Чонгуком, или тот, в котором Чонгук окончательно подтвердит, что ему слишком противно с ним контактировать. Так. Соберись, Тэхён. У тебя ещё будет время съесть себя переживаниями на этот счёт. «Чёрт, я тоже очень рад» «Но ты же помнишь, что это значит?» Да бляяять. Тэхён пишет короткое «ага», а потом возвращает тему обратно в русло, которое не вызывает у него желание блевать от нервов: «вы наверное там всех бесите. о боже, даже не могу представить как ты зажимаешься с кем-то на вечеринке лооооооол» «Вообще-то, мы тут не единственная сладкая парочка», пишет Юнги в ответ. И не успевает Тэхён отреагировать или хотя бы задаться вопросом, как хён звонит ему по фейстайму. — С новым годом, Тэхён! — наперебой орут Хосок и Намджун, с обеих сторон зажимая щеками лицо Юнги. — С новым годом! — весело отвечает Тэхён и широко улыбается. — Так, всё, смотри, — резко говорит Юнги и переключает камеру на основную. Сначала Тэхён видит, как незнакомый парень с фотки, которую ему прислал Юнги, проходит перед камерой, но затем он отскакивает с неловким хихиканьем, и Тэхён просто не может поверить своим глазам. На диване в комнате Юнги лежит Чонгук и чмокает лежащую у него на груди Звёздочку в нос. Тэхён видит, как его большая ладонь зарывается в её чёрную шерстку на шее, а на лице расцветает умиротворённая улыбка. Звёздочка, которая до этого являлась живым воплощением нелюдимости, не то что не сопротивляется — она, блять, выглядит самой довольной кошкой в мире. Что, блять? — ЧТО, БЛЯТЬ? — машинально орёт Тэхён. — Какого хуя? Что он сделал с нашей кошкой? Чонгук, очевидно сразу же понимая, на что тэхёнов голос с телефона так реагирует, резко поднимает голову и смотрит в камеру. На его лице такой же шок, как, наверное, и у Тэхёна сейчас. На фоне звучит дикий хохот остальных, пока Чонгук натужно пытается обработать информацию и как-то отреагировать, выглядя при этом, как испуганный ребёнок, боже. Это даже мило. Тэхёну становится так некомфортно, как никогда в жизни, всё, что сказал ему Чонгук, снова сваливается тяжёлым комом в мысли, и он так, блять, растерян. Почему Звёздочка ластится к Чонгуку, если она никого не любит, а от него вообще должно вонять псиной? Но ещё важнее, как он будет выглядеть более достойно: если промолчит или если сделает вид, что днём ранее ничего не случилось? Прежде чем Тэхён находит ответ на этот вопрос, Чонгук просто поднимается, мягко кладёт Звёздочку на диван, уходит в другую комнату, и его лицо при этом абсолютно каменное. Оу. Видимо, вот так. — Извини за него, — говорит Хосок через несколько секунд неловкой паузы, когда Юнги переводит камеру обратно на них. — Всё в порядке, хён, — Тэхён усиленно тянет улыбку. — Так, меня кто-нибудь познакомит с прекрасным молодым человеком, который украл сердце моего любимого хёна, или как? — Тише ты, — шипит Юнги с испуганными глазами, и все смеются.

***

Тэхён возвращается в Сеул пятого числа, вымученный мыслями настолько, что чувствует только блаженную пустоту. Наверное, в своих дурацких сессиях самокопания он развёл драму намного больше, чем она есть на самом деле, а сейчас надо просто успокоиться и вернуться в привычный ритм жизни. Мысль о том, что ему предстоит встретиться с Чонгуком, беспокойно царапается где-то в дальнем углу сознания, но Тэхён собирается реагировать на проблемы по мере их поступления. Вылезая из такси, он решает немного пройтись и купить корм для Звёздочки, а потом даже немного улыбается, когда пытается пробиться через толпу смеющихся детей, выходящих из подъезда, но… Сюрприз! Проблема требует реагирования прямо сейчас. Прямо сейчас — это как только Тэхён затаскивает чемодан в квартиру, орёт: «Хён, я дома!», — а затем разувается и, не дождавшись ответа, идёт искать Юнги прямо в куртке. Чонгук стоит, как скульптура в движении, прямо посреди их кухни. Лопатка в руке, домашняя зелёная футболка, серые спортивки и взлохмаченные волосы — его очень странно таким видеть, и это первое, о чём думает Тэхён. На его лице застыла такая реакция, будто Тэхён — муж, который вернулся из командировки, а он — любовник его жены. От такого сравнения у себя в голове Тэхён хочет истерически рассмеяться, но сдерживается и задушенно давит: — Эээээ… Фонд золотых цитат, не иначе. Молодец, Тэхён. Чонгук неловко чешет затылок, переступает с ноги на ноги и немного хмурится, не переставая нервно жевать губу. Но, когда он уже собирается с ответом, Тэхён неловко тараторит: — Нууу-я-короче-бля-привет-чёрт-прости-увидимся! А затем моментально возвращается в прихожую, натягивает ботинки и выбегает из квартиры. Браво, Тэхён, ты прямо-таки обновлённый человек и всё у тебя под контролем, блять. Так держать.