Спасти или быть спасённым

– Так, получается.. Сталкер - это средняя стадия, да? А топляк последняя? – Эрен шёл точно за Леви, даже наступал, кажется, на его же следы. – Топляк далеко не последняя. – Отозвался Леви, отодвигая в сторону деревянное заграждение. Ещё немного, и они достигнут северных районов города Колумбус. – Последней считается стадия, когда гриб разрывает человека и разрастается. Как плесень. – Леви взобрался на машину. С его ростом оглядывать окрестности было лучше с какой-нибудь возвышенности. – Это ведь споры, да? Последняя стадия. – Эрен достаёт из кармана рюкзака найденный в ларьке шоколадный батончик. Леви отказался от него, предоставив пацану. Впереди виднелся едва держащийся на несущих конструкциях торговый центр. Обойти его будет невозможно хотя бы из-за того, что Эрен обязательно сунется туда. – Да, да. Споры. – Леви посмотрел на Эрена и указал на щёку. – Шоколад вытри, а то как свинья. Эрен закатал глаза, но послушно обтёр лицо растянутым рукавом толстовки. Города мало отличались друг от друга, и если Леви привык к виду побитых зданий и хлипких строений, то для Эрена всё ново и непривычно. Он озирается по сторонам, горестно вздыхает и наверняка волнуется о жизнях других, кто был здесь когда-то. К слову, у Эрена было сильное чувство сострадания ко всем, кого они с Леви могли встретить на своём пути. Ни пол, ни раса, ни вид не смущали парня, он рвался помогать каждому. Помнится, когда до Колумбуса оставалось около пяти километров, была ужасная погода. Дождь, сильный холодный ветер, который норовил перерасти в ураган. Деревья почти что прижимались к земле от сильных ледяных порывов, ветки трещали и летели по дороге. Найти пристанище в тот день им не удалось. Хлюпенькие домишки побили, разграбили, а ветер дочищал развалюхи. Негде было спрятаться от холода и голода. О еде Леви не слышал уже несколько дней, живот сводило и глотку жгло: очень сильно хотелось есть. Только вот всю еду, что они могли найти и добыть, он, сам не ведая своих порывов, отдавал Эрену. Он подросток, ему нужнее, Леви протянет. Да и не нужны взрослому мужику какие-то шоколадные батончики и сухарики. Но фортуна сжалилась над двумя путниками. Они свернули в лес, чтобы сократить путь, хотя понимали, что это чревато последствиями. Впрочем, умереть от падающей на тебя ветки не так уж и постыдно. Под ногами чавкала размокшая глина, грязь, перемешанная с деревянной трухой и листьями, в кроссовки залилась мутная и стылая жижа. Леви тогда подумал, что отдал бы всё ради горячей ванны. Они свернули в сторону опушки, чтобы сориентироваться. Ветер поутих, теперь только верхушки деревьев гнулись. Сквозь гул дождя и воздуха слышался скрип сырой древесины. А потом лесные звуки прорезали болезненные взвизгивания. Эрен не был бы собой, если бы не начал искать источник звуков. Извазюкавшись в грязи по самые локти, промокнув до самого нижнего белья, Эрен нашёл того, что звал на помощь. И то был.. зайчик. Первое, о чём подумал тогда Леви, это то, что крольчатина очень питательная, а шкурка бы выгодно смотрелась в качестве брелока на рюкзаке. Только вот всем известный член Гринписа Эрен думал иначе. Зайка запутался в колючей траве, несколько шипов впились в ножку. Капли крови запачкали его серенькую шерсть. Вместо того, чтобы покончить с животным и наконец обеспечить себя и Леви сытным обедом, Эрен аккуратно распутал кролика и завязал ему лапку куском платка. Вместе с убегающим зверем в лес убежали и мечты Леви о сочном и зажаристом мясе. Знак над дорогой, обозначавший когда-то повороты и следующие за ними улицы, был закрашен чёрной краской. Белой, с подтёками и кляксами, было нарисовано изображение Цикад. Леви хмыкнул. На соседнем знаке красовался знак карантинной зоны: в красном кружке был нарисовал военный человечек, держащий в руке еду. Так обычно обозначали места, где гражданским могут предоставить помощь. – Тут была карантинная зона.. где она сейчас? – Спросил Эрен, кивнув на заброшенный и поросший бурьяном блокпост. Даже сквозь бетонные толстые стены прорывался сорняк. Леви неприятна эта тема. Он вообще не любит говорит о зонах. С ними часто связаны отнюдь не самые хорошие воспоминания. Но Эрен всё равно докопается до ответа, так что.. – Когда в карантине кто-то заболевал, заражалось очень много людей. Никакие меры не помогали. Карантины закрывали, а люди, уже больные, начинали сбегать. Чтобы предотвратить коллапс, власти решали... – Леви перевёл дыхание, провёл рукой по волосам и решился. – Власти решали уничтожать карантины под корень. Подняв взгляд, Леви видит, что Эрен не понимает, о чём речь. Аккерман сдаётся. – Военные бомбили карантины с воздуха, чтобы уничтожить их. Эрен вскрикнул от ужасающего удивления. В его детской, но уже взрослеющей голове не уложилась эта мысль. – А их не волновало то, что в карантине есть и здоровые люди? – Тихо спросил Эрен, а Леви дёрнул плечами, желая избавиться от гнетущих мыслей. – Никого это не волновало. – Приём. Отряд «Дюна» пролетает над пятым кварталом. Какие будут указания? Приём. – Шум мотора и ветра стоит в ушах. Голова у Леви жутко болит. И как пилот ещё не свихнулся? – Приём. Сровняйте пятый и седьмой кварталы с землёй, приём. – Рация утихла. Леви бросило сначала в жар, потом в холод. На крыше одноэтажного домика стояла семья из семи человек. Они махали белыми тряпками и кричали что-то о том, чтобы их забрали. У военных другой приказ. А по улицам карантина уже разбегались заражённые, бежали в дома и сжирали ещё здоровых людей. И им плевать, ребёнок ты или взрослый человек. Если сейчас же не принять меры, то заражённые вырвутся на свободу, в более-менее очищенный город. Этого допустить никак нельзя. – Майлз, блять, там живые люди. Мы можем их увести, давай, снижайся! – Леви пихает пилота в плечо, а тот, сняв с уха наушник с микрофоном, повернулся к нему. – Аккерман, отставить. У нас приказ. – Стальной тон пронизывает до самых костей, пораждает страх и панику. Леви ещё минуту сидит без дела, выжидает. – Если сейчас же не сбросишь взрывчатку, то я скину тебе из вертолёта. Выполнять! У Леви дрожат руки, когда он достает из большой сумки несколько увесистых свёртков. К ним подсоединён датчик. Когда военные отлетят на безопасное расстояние, то Майлз нажмёт на ту самую маленькую красную кнопочку на пульте. Люди внизу, на крыше, кричат отчаяннее. Кажется, к ним в дом забрались заражённые, но они не достают до крыши, только тянут вялые, но сильные руки, желая ухватить семью. Леви не смотрит на их лица, просто кидает вниз пакеты, тут же скрываясь в вертолёте. Он шёл в армию с мыслью о том, что будет помогать обществу, что будет спасать людей. А вместо этого он только что отправил целое семейство на тот свет. – Приём. Летим к седьмому кварталу, приём. Руки у Леви дрожат сильнее, когда в отдалении слышится взрыв и приглушённые различными шумами крики. В облака поднимаются столбы пыли и пепла. На душе становится невероятно мерзко и противно. – Леви? Эй, Леви. – Эрен зовёт контрабандиста, размахивая перед его лицом рукой. – А? – Леви отмирает, машет головой. На миг голова слабеет и кружится, но очень скоро самочувствие возвращается в норму. – Ты тоже уничтожал карантины? – Тихо, еле слышно спрашивает Эрен, боясь задеть и поднять не ту тему. Леви красноречиво молчит, а потом продолжает идти по разбитой и заросшей дороге. – Перебор? – Пацан догадывается, что не стоит ему затрагивать больше эту тему. – Да. – Глухо отвечает Леви, пиная камни на асфальте ногой. Остаток пути до разрушенного торгового центра они преодолевают молча. – Не думаю, что мы пойдём внутрь. – Выносит вердикт Леви, заглядывая в зал через разбитое окно. Возле сломанного эскалатора бродит целая орава щелкунов. – Мы можем их перебить. – Эрен воодушевлённо достает из сумки нож, а Леви показывает ему свой, погнутый и почти сломанный. И пустой магазин пистолета. Эрен заметно печалится. – Или не можем. – Именно, так что идём. – Леви отходит от окон большого магазина, озирается по сторонам. Перекрёсток справа от гипермаркета завален машинами и грудой бетонных обломков. Улица слева так же ограждена всякого рода баррикадами. – Чёрт.. – Леви усаживается на траву, продумывая план действий. Самый короткий путь, конечно же, напрямик. Да и обход искать слишком долго. – Ну, давай пройдём так, через магазин. Мы тихонечко. – Эрен слабо улыбается, надеясь на благотворительность контрабандиста. Леви хмыкает. – Из нас двоих шумишь только ты. – Аккерман пружинисто поднимается на ноги, ищет полностью пустой проем в стене. Чтобы стеклянные осколки не трещали и не привлекали ненужное им внимание. – Ладно, идём. Только не шуми, ясно? И иди за мной. – Понял. – Эрен с готовностью идёт за Леви. Начинаются прятки со смертью. Щелкуны не видят, зато слышат очень хорошо. Они издают странные щёлкающие звуки, иногда рычат и похрипывают. Вероятно, так они приспособились к эхолокации. Поэтому незрячие твари совершенно точно обходят препятствия и нагромождения, а если ещё и вы шумите, то точно станете их обедом. Да и убить щелкуна не так просто. Гриб, пробив череп, закрыл собой голову, затвердел, став крепкой бронёй. Один заражённый, раскрывая зловонную пасть и пощёлкивая, дёрганно ходит от стеллажа к стеллажу, словно что-то выведывает. Путь Эрена и Леви короткий: им всего-то нужно подняться на второй этаж по эскалатору, а там выбраться через брешь в стене на улицу. – Как их отвлечь от подъёма? – Тихо спросил Эрен, прячась за разбитым цветочным вазоном. Леви хотел ответить, но замолчал, потому что около вазона, хрипя, прошёл щелкун. Мысль о том, что их нужно отвлечь, была с самого начала. Только нужно то, чем можно привлечь внимание заражённых. Очень кстати рядом, на побитом кафельном полу, лежал кирпич. Когда-то им разбили окна магазинов. Леви бесшумно поднял кирпич, прицелившись в уцелевшую стеклянную стену магазина с платьями. Звон разбившегося стекла эхом разносится по пустынному залу, а щелкуны, дико взревев, ковыляют в сторону звука. – Давай, давай, идём. – Подгонял контрабандист Эрена, пока тот медленно плёлся за ним. Несоблюдение осторожности всегда приводит к печальным последствиям. Эрен наступил на что-то, что сначала заскрипело, а потом громко хрустнуло, разлетевшись на частички. Эрен замер подобно пойманному за кражей вору. Щелкуны тоже замерли на миг, а потом бросились со всех ног к ним. – Блять, Эрен! Беги наверх! – Леви толкнул оторопевшего сопляка к эскалатору, по которому Эрен тут же забежал вперёд. Щелкуны хоть и медлительные, но если речь идёт о добыче, то они достаточно быстры. Они уже почти достигли подъёма, только вот крутые ступеньки эскалатора для кривоногих заражённых непосильная задача: когда Леви перепрыгивает ловко три ступени, поднимаясь выше, щелкуны падают, не сумев удержать равновесие на первых двух. Перевести дыхание удаётся только на улице. Рычание и злые визги остаются позади. Леви, поправив рюкзак и отряхнувшись от пыли, дал Эрену затрещину. – Ай! – Эрен вскрикнул, отпрыгнув подальше от Аккермана. – За что?! – За то, что под ноги не смотришь, дурень. Закончив поучать молодое и не слишком умное поколение, контрабандист взглянул на город. Центр был затоплен, а пройти на ту сторону большого озера можно было только вплавь. – Я.. не умею плавать. – Неловко промямлил Эрен, почесывая затылок. Леви почти отчаянно застонал. – Твои друзья из цикад не могли научить тебя? – Вопрос остался без ответа. – Хрен с тобой, сопляк. Стой на той парковке, видишь? Я буду видеть тебя, а ты меня. Попробую найти обходной путь, перейдём через тот отель. Возле искусственного озера стоял полуразрушенный отель. Первые этажи затоплены, затянуты тиной и водорослями, но по второму и третьему можно спокойно пройти. Только он окружён водой, а засранец, как назло, может утонуть. – Понял, я никуда не уйду. – Когда они спустились на пустынную парковку, Эрен встал смирно и взял в руку для верности тяжёлый камень. – То-то же. Леви не думал, что вода настолько холодная. Впрочем, солнце сейчас не часто показывалось из-за облаков, поэтому вода не прогревалась. Ледяные волны сковывали, неприятно холодили кожу, а одежда начинала липнуть к поджарому телу. Ещё и густая тина вперемешку с мелкой грязью забивалась в уши и рот. Леви еле держался, чтобы не выплюнуть свой собственный желудок наружу. По центру над водной гладью возвышался нос автобуса. Леви как можно быстрее доплыл до него, ухватился за скользкий металл и залез. Замер на корточках, потому что падать и убиваться о железку не очень и хотелось. Эрен помахал рукой, всё ещё стоя на парковке. Леви тоже махнул рукой, стряхнув заодно с наручных часов прилипшую бяку. – Мерзость. – Тряпка в кармане промокла, так же безнадёжно покрывшись зелёным илом и бурой грязью. Ну, Аккерман хоть немного освежился. И следа не осталось от былой усталости: ледяная водица прекрасно бодрит. Осмотрев отель, Леви находит лазейку: дыру в забитом досками окне. Через неё можно пробраться на второй этаж отеля. Но как добраться до него Эрену? Тут же слышится его оклик. – Я нашел тут проход! – Кричит Эрен, указывая рукой в сторону проулка. – Я здесь пройду в отель! Леви колеблется. Отпускать пацана куда-то одного чревато, но выбора нет. – Встретимся в отеле! – В ответ кричит Леви. Мужчина медленно спускается с автобуса на островок асфальта, а с него прыгает и цепляется за доски. Подтягивается и – чудо! – оказывается в отеле. В противоположном конце коридора трещат доски и оконные ставни. Леви включает фонарик и светит прямо в лицо Эрену. Тот морщится и отводит взгляд от слепящих лучей. – Вот видишь, ничего не случилось за три минуты твоего отсутствия. – Гордо поясняет Эрен, подойдя к Леви. Контрабандист фыркает. – Просто ты начинаешь эволюционировать, сопля. Скоро даже шуметь не будешь. – Ехидно шутит Аккерман, осматривая коридор на наличие спор. Чисто. – Ха-ха, очень смешно, мистер ходячий комедиант. – Эрен скрещивает руки на груди и следует за Аккерманом. Отель пуст, нет ничего, кроме развороченных ковров и старинных картин. И трупа в третьем номере. В руке у мертвеца зажата записка. Она привлекает Эрена, а вот Леви интересует пистолет в другой руке. – Оу.. – Тянет пацан, бегло пробежавшись по записке взглядом. – Этот мужчина заразился, а потом решил самоубиться. Леви, собирая целые патроны по полу, мельком глянул на Эрена. – Не многие готовы были становится тварью, вот и кончали с собой. Пока контрабандист собирал припасы для пистолета, Эрен повнимательнее изучил записку. 12.07.23 Я укушен. Мы отправились сюда с другими псами, а на нас напала целая орда заражённых. Мы.. отбились, да, но какой ценой? Сари умер от ран, Дерек упал с крыши на дорогу, а Венди и Доротея сгорели в машине заживо. Остался я, Энди, Гарсия и Хлоя. Они ушли искать припасы, а я остался здесь. Я не сказал им. Я не могу сказать... У меня всё горит внутри, я стану животным совсем скоро.. прошло пару часов, они ещё не вернулись, я боюсь.. голова болит.. тошнит.. глаза болят, я не вижу уже.. уже долго, их нет.. рка дрожт.. не хочу ставтся чдвещнм.. ПроСтит менЯ – Говорят, что из меня можно сделать лекарство. Я не хочу, чтобы такое происходило. – Эрен сжимает записку сильно, настолько, что белеют костяшки на руке. Леви снисходительно хмыкает, сдерживая истерический смех внутри. Но Эрен замечает это. – Что? – Спрашивает строго, а Леви, собрав, наконец, рассыпавшиеся патроны, поднимается на ноги. – Да херня всё это. Вакцина, лекарство. Хрень. Если бы это работало, то уже давно было бы. – Взвалив на плечо сумку, Леви выходит в коридор. За ним, источая злобу и непонимание, выходит Эрен. – Значит, люди должны сдаться?! Так, что ли?! – Леви усмиряет горячный пыл пацана одним спокойным взглядом. – Не ори, ещё неизвестно, одни ли мы здесь. И я не говорил про то, что люди должны сдаться. – Аккерман тяжело вздохнул и остановился напротив приоткрытой двери пятого номера. – Я просто в это не верю уже, ясно? Я видел несколько иммунных, но их иммунитет ещё никого не спас. За дверью мелькнула тень. – Леви! – Вскричал Эрен, когда из дверного проема вылез высоченный мускулистый мужик. Аккерман не растерялся, толкнул Эрена в сторону, а мужик, широко шагнув вперёд, схватил Леви сначала за руку с револьвером, дёрнув её. Оружие упало и отскочило в сторону. – А ну, пусти его! – Эрен кинулся на бандита с ножом, но чёткий и сильный удар в живот выбил из пацана дух. Бандит перехватил Леви за горло, легко поднял контрабандиста над полом. Аккерман начинал задыхаться. Взбрыкнул, попытался выбраться, но хватка на горле стала сильнее. Эрен еле поднялся с пола, прижал руку к животу, где сейчас совершенно точно расцвёл сине-лиловый синяк. На полу лежал пистолет, бандит не планировал отпускать Леви. Оставалось только одно. Рука у Эрена не дрожала, он просто нажал на курок, пустив пулю бандиту прямо в затылок. Кровь брызнула, попав и на красного от недостатка воздуха Леви. – Я.. вышиб ему мозги.. ого.. – Но вместо слов благодарности из рук вырвали револьвер. – Молодец, придурок. Ты мог прострелить и мою башку. – Леви принялся стирать с лица неприятную жидкость. Эрен изумился. – Да я жизнь спас тебе! Мог и поблагодарить! – Для большего выражения своего негодования Эрену оставалось только насупиться и притопнуть ногой. Леви толкнул бездыханное тело к стене, обыскал бандита, но нашёл только сор в карманах.