ʙᴇᴀᴛɪɴɢ ʜᴇᴀʀᴛ

Юнги держит Чимина в своей крошечной квартирке и даёт ему кота, чтобы развлечь, пока сам делает чертёж конечностей Чимина в пакет, который он может продать. Чимин даже предлагает несколько кодов безопасности для исследовательского центра и ещё пару мест в обмен на безопасное убежище. Юнги хорошо зарабатывает. Он даже перестает называть Чимина «это», потому что: во-первых, это чертовски раздражает андроида, а во-вторых, трудно называть Чимина вещью, потому что он исключительно похож на человека. Юнги иногда забывает, что разговаривает с машиной. Есть ещё один момент, который выводит Чимина из равновесия: видеть себя или своего создателя в выпусках новостей. Он хмуро смотрит на экран и выключает их всякий раз, когда в отчёте так много упоминается фраза «пропал андроид». Юнги любопытен, но он не хочет потерять единственный источник приличного дохода, который у него есть, поэтому он молчит и держит звук телевизора приглушённым — это золотая середина для них обоих.

***

Однако его маленькая искусственная тайна не остаётся тайной слишком долго. Однажды Хосок с важным видом входит в комнату, готовый заорать во всё горло, но давится воздухом в ту же секунду, как его взгляд падает на лицо андроида. Он поворачивается, чтобы убежать с паническим «ТВОЮ МАТЬ», но врезается лицом в дверь, которую Юнги закрывает перед ним, прежде чем он успевает убежать. — Ты никому ничего не скажешь, — предупреждает Юнги, и Хосок только с радостью соглашается, часто кивая, когда Чимин приближается к нему, стараясь изо всех сил запугать его взглядом. Юнги находит это милым. Они пожимают друг другу руки, обмениваются неловкими любезностями и молча смотрят друг на друга, в то время как Юнги играет посредника в течение целых 10 минут, прежде чем Хосок неуклюже извиняется и убегает. — А он не донесёт на меня? — Ты что, пятилетний ребёнок? — шутит Юнги. Его улыбка исчезает, когда он замечает, что Чимин нахмурился, — Не волнуйся. Он же не стукач.

***

Оказывается, Хосок — стукач, но, к счастью, только хороший, заботливый. Три дня спустя Намджун врывается в дверь Юнги, застав их врасплох посреди работы. — О Боже, нет! — Намджун стонет и поворачивается лицом в другую сторону, — Когда Хоби сказал, что тебе, вероятно, нужна помощь, и это очень важно, я не это представлял. Юнги закатывает глаза. Ладно, может быть, он немного увлёкся проверкой суставов на ногах Чимина, но не похоже, чтобы Намджун не видел его в более компрометирующих позах. Он выпрямляется, убирая голову с бёдер Чимина. — Я просто проверяю подвижность. — Я в этом не сомневаюсь. Честно говоря, какого хрена ты делаешь? Ты сошёл с ума, держа опасного андроида в своей квартире? Умереть захотелось?

***

К счастью, маленькая вспышка паники Намджуна длится недолго — он позволяет Юнги жить после того, как тот уверяет его, что Чимин в безопасности, и готов позволить ему заработать немного денег и поделиться своими секретами. Намджун сначала колеблется, но соглашается молчать, если андроида переведут в подземную лабораторию Намджуна, где солдаты не ходят на регулярные зачистки. — Я не хочу, чтобы ты получил пулю в голову, — говорит он, озабоченно хмурясь. Он такой же, как Юнги, торгующий на чёрном рынке с ворами и ремонтирующий искусственные конечности по сумасшедшим ценам, единственное исключение: он проводит некоторые исследования самостоятельно, используя ресурсы, которые может достать. Юнги не очень-то утруждает себя этим. — Как думаешь, ты сможешь сделать некоторые детали, которые не будут глючить с аппаратурой Чимина? — голова андроида вскидывается в тревоге. Он смотрит на Юнги широко раскрытыми глазами, — А ты думал, я этого не замечаю? — Я в полном порядке… — слабо возражает Чимин. — Я лучше знаю, — говорит Юнги. Детали в его гараже не совсем соответствуют тому, из чего сделан Чимин. Он знает, что Чимин страдает от боли, но не хочет, чтобы кто-нибудь знал. — У Джуна есть оборудование получше, мы можем его опробовать. Чимин неохотно соглашается, внезапно смутившись. Затем вмешивается Джун и начинает очень длинный и скучный спор с Чимином о частях тела и программировании, Юнги не утруждает себя встревать в разговор. Удовлетворившись полученной информацией, они расходятся, пообещав, что Чимин будет готов уйти, когда Юнги закончит перекалибровку ноги. Нога продолжает работать со сбоями всё чаще, чем рука, а иногда даже блокируется, что делает его неспособным двигаться.

***

После того, как они попрощались с Джуном, Чимин остаётся довольно спокойным. В ту ночь Юнги проснулся с Чимином, сидящим на краю его кровати и пристально смотрящим на него. — Это совсем не жутко, — хрипит Юнги, стараясь говорить так, будто он не напряжён и вот-вот не сойдёт с ума. — Можно мне с тобой поспать? — тихо спрашивает он. — «Можно я выключу двигатель рядом с тобой, ты имеешь в виду?» — Юнги хочет поправить его, но вместо этого говорит: «Хорошо». Может быть, ему просто снится сон. И когда же они дошли до таких отношений? Чимин осторожно забирается рядом с ним и ложится, со вздохом уместив голову на плечо Юнги, расслабляя тело. Юнги задаётся вопросом, не было ли это просто его воображением, но он клянётся, что почувствовал это. — Спасибо, — шепчет Чимин. В ответ Юнги смог лишь издать неопределённый звук.

***

Когда он просыпается утром, всё становится ещё менее понятным, чем раньше. Чимин не отключился, он буквально спал, свернувшись калачиком под боком Юнги, голова блокировала приток крови к его правой руке. Сначала Юнги просто наблюдает за ним, но долго сопротивляться не может. Он протягивает руку, чтобы дотронуться до щеки Чимина, его пальцы скользят вниз, чтобы проследить мягкие соединительные линии, проходящие под его челюстью. И тут он замечает, что Чимин смотрит на него широко открытыми глазами. — Извини. — Всё в порядке, — Чимин улыбается. — У тебя такая нежная кожа, — выпаливает Юнги. Чимин закрывает глаза и прижимается ближе, широко улыбаясь. Он поднимает голову вверх, приглашая к новым прикосновениям. Юнги вспомнил своего кота, если бы шестерёнки Чимина гудели чуть громче, это действительно можно было бы назвать мурлыканьем. Утро вышло не таким неловким, как боялся Юнги. Они выкатываются из постели слишком поздно. Одной из причин является клиент, бьющий кулаками в дверь гаража в течение 10 минут подряд, и это оставляет у Юнги лёгкую головную боль, хотя единственное, что он сделал, это провёл по соединительным линиям тела Чимина.  «Чувственный, — спорит сам с собой Юнги, — а не сексуальный». После того, как часы работы закончились, и дверь гаража надёжно заперта, Юнги снова калибрует ногу, возясь с кабелями. Он проводит ещё пару ночей, пытаясь придумать способ сделать суставы более гладкими, в то время как Чимин молча стоит над ним, уверяя, что не жалуется, пока может ходить. А потом, по чистой случайности, Юнги удаётся всё наладить. Когда ему удаётся заставить ногу работать, он звонит Джуну, сообщая, что они готовы переместить Чимина.

***

В тот же вечер Юнги решает принять ванну, чтобы снять напряжение за накопившееся время Он сидит в ней, потирая лицо ладонями, и думает о том, какой сумасшедшей стала его жизнь за последний месяц. Он так глубоко погружён в свои мысли, что почти не замечает, как Чимин входит в ванную. Андроид спокоен, голова с любопытством склонилась набок, глаза медленно моргают. Юнги делает осторожный вдох и сглатывает. Его глаза скользят к ключице, выглядывающей из-под небрежно запахнутого халата. Чимин всегда что-нибудь надевал. Так нехарактерно для машины чувствовать потребность прикрыться, но Чимин настаивал на том, чтобы сохранить скромность, которую Юнги считал ненужной. — Я не думаю, что тебе следует быть здесь… — Юнги выдыхает остаток фразы, челюсть у него отвисает: халат Чимина соскальзывает с плеч и остаётся забытым. Обычно машины бесполые. Но Чимин совсем другой — у него есть пол. В мозгу Юнги закоротило. Кто-то действительно уделял слишком много внимания деталям. Его кожа безупречна, хотя он уже знал после их утреннего исследования, что создатель беспокоился даже о мелочах красоты по какой-то не понятной ему причине. Но видя тело Чимина полностью обнажённым, Юнги понимает, что он гораздо больше похож на человека, чем на машину. Это тревожно и удивительно одновременно. Юнги прогоняет странное ощущение в груди. Его создатель на самом деле был извращённым сукиным сыном. Юнги изумлённо смотрит на приближающегося к нему андроида. — Я не думаю, что вода… — он снова замолкает, когда Чимин входит в ванну без капли стыда, заставляя, отступить назад, чтобы освободить место, при этом не отрывая взгляда от Чимина. Андроид осторожно опускается в воду, оседлав ноги Юнги, и руки того сжимают бёдра андроида, разминая мягкую искусственную кожу, скрывающую металлический каркас. — Боже милостивый, — выдыхает Юнги как раз перед тем, как Чимин наклоняется вперёд, соединяя их губы в поцелуе. Они даже мягче, чем Юнги когда-либо себе представлял. Он не думает о последствиях или вообще о чём-то ещё, когда Чимин начинает раскачиваться на нём. Они создают исключительный беспорядок в ванной комнате, но Юнги волнует это меньше всего, когда Чимин буквально заставляет его видеть звёзды.