Кофе

      Периодически она думала, а стоила ли эта кофемашина тех ежедневных мучений, что она испытывала с момента её появления? Потом вспоминала свою ломку, и все вопросы отпадали сами собой. Однако она все еще была недовольна тем фактом, что она вынуждена вставать на час раньше и, изображая из себя бариста, готовить еще на шестерых в край охреневших вампиров, которые тащились по утрам, по вечерам, на кухню, как стая голодных вурдалаков (ха-ха, раздел «шутка юмора» за 300).       Для приходящего раньше всех Владимира — романо — эспрессо, лимонный сок и долька лимона. Этот аристократ что-то пытался возразить, дескать, коль она все равно проводит много времени на кухне, то пусть приготовит ему чай. Если хочешь чай, руки в ноги и готовь сам. Она готова готовить (чертова тавтология) только кофе.       Она ставит перед ним фарфоровую чашку и блюдце с лимонной долькой. И внимательно следит, как тонкие бледные пальцы обхватывают расписной фарфор и подносят чашку к таким же бледным, бескровным губам. Глоток — момент истины, ведь угодить ему так сложно — и…       … маленький мальчик скривился. Фу, какая гадость. Горько, кисло, да еще и осадок на языке остается. Матушка, из чьей чашки он отхлебнул, пока она не видела, смеется в голос. Взрослые такие странные. Зачем пить подобную мерзость? Маленький Владимир наблюдает, как все еще посмеиваясь, его матушка осторожно делает глоток, а потом, он не верит своим глазам, кладет в рот дольку лимона. И подталкивает блюдце с оставшимися к нему. Мальчик не решается, но матушка поощрительно ему кивает, и он берет одну дольку и неуверенно отправляет в рот. Кисло. Но сладко. Одно гармонично дополняет другое, и привкус кофе на языке уже не такой противный. И мальчик радостно смеётся. Матушка одобрительно прищуривает глаза и…       … едва заметная одобрительная улыбка скользит по губам. Она облегченно выдыхает — наконец-то угадала.       Следующий обычно спускается Рафаэль, которому очень полюбился фреддо — эспрессо, лёд, ликер. Иногда она делает капучино. И латте. И раф. И никак не может понять, какой вариант ему нравится больше. Даже у Владимира можно было различить хоть какие-то эмоции, у Рафаэля же на всё был один ответ — вечная раздражающая вежливая улыбка. За ним она следит еще тщательнее, чем за Владимиром. Что? Что ему нравится? Эспрессо? Капучино? Больше молока? Меньше молока? Или, может быть, поэкспериментировать еще и с ликером? Это уже дело принципа. Рафаэль же лишь тонко усмехается…       … слушая как щебечет девушка напротив. Звонкий голос, заразительный смех — ему не надо её видеть, чтобы знать, она прекрасна. Влажный воздух. Удушающая жара. Капля пота, катящаяся по виску. Это лето в Милане выдалось аномально жарким. Хоть солнце давно зашло, асфальт только начинает остывать, еще больше нагревая гудящий от жары воздух. Шаги. Голос официантки. Монсеньор желает попробовать новинку? Рафаэль благосклонно кивает и проводит кончиками пальцев по запотевшим граням возникшего перед ним бокала. Кофе. Алкоголь. Лёд. Детские крики. Не от боли или страданий, нет. Всего лишь игра в войнушку. Настоящая война начнется через пару месяцев и практически уничтожит его город. Воспоминания горькие, а кофе сладкий. Как кровь той красавицы, …       … что внимательно следит за его реакцией. Но Рафаэль лишь вежливо улыбается в ответ. Девушка недовольно поджимает губы. А Рафаэль смеётся. Дразнить её так весело.       Иногда вторым спускается Аарон — айриш кофе — точнее, кофе по-адмиралтейски — эспрессо и коньяк. Или бренди. Или виски. Крепкий алкоголь в замке стал заканчиваться очень быстро. Интересно, у него когда-нибудь похмелье бывает? И сколько нужно выпить вампиру-оборотню, чтобы у него появилось похмелье? И как выглядит похмелье у вампира-оборотня? На эти вопросы Аарон лишь пожимает плечами и…       … щедро плещет самогон в кружку с коричневой жижей, по ошибке именуемой чаем. Точнее, «травяным чаем» её назовут только спустя несколько столетий, сейчас же это просто омерзительная жидкость, вкус которой можно перебить только спиртом. Коллеги по цеху нетерпеливо ждут, когда он передаст флягу дальше по кругу. Век наемников недолог, а уж век наемников-испанцев, которых Филипп нанял для войны с Эдуардом… Пламя костра отбрасывает неясные тени на сидящих рядом людей. С кем-то он уже воевал на одной стороне, с кем-то — на разных. Судьба наемника крайне непостоянная штука — сегодня сражаешься с одними, завтра — с другими, вчерашние враги становятся союзниками, а друзья — противниками. Ведь кто больше платит, тот в войне победит. Ребята гогочут, надо было рожи белянами набелить и представиться швейцарцами — им платят намного больше. Аарон хохочет, делает большой глоток и присоединяется к пьяным песнопениям, смотря как…       … девушка ловко управляется с кофемашиной, готовя одновременно несколько напитков и мурлыча себе под нос какую-то мелодию. Аарон прислушивается. «…и варись, варись… Вунш Пунш»? Парень прикрывает глаза, сильно сжав переносицу пальцами. Иногда ему кажется — он воспитатель в яслях. А иногда не кажется.       Следующим снисходит, иначе и не скажешь, Этан. Кофе я, конечно, не люблю, но поэксплуатировать тебя — это святое. Она мило улыбаясь, протягивает ему чашку с венским кофе — кофе, сваренный в турке, взбитые сливки и посыпать тертым шоколадом сверху. Не переживай, я уже плюнула в кофе. Он кривит губы в презрительной усмешке, но смешинки все равно вспыхивают, хоть и против воли хозяина, в глубине светлых глаз…       … которые просто закатывались, настолько сильно он хочет спать. Друг, а по совместительству и однокурсник, толкает ногой, привлекая к себе внимания и указывая взглядом на преподавателя, грозно взирающего с кафедры. Да черт бы вас всех побрал! Кто вообще проводит лекции по скучнейшей гистологии, когда на улице май? С лекции его все-таки выгоняют. Наверное не стоило так явно кривиться на замечание этого старикашки. На экзамене точно припомнит. Но это когда еще будет. А пока — солнце припекает, легкий ветерок развевает волосы, воздух пахнет цветами. Даже его друг, которого выгнали вместе с Этаном за компанию, перестал бубнить и вовсю наслаждается этой внезапно обрушившейся на них свободой. И почему-то хочется не как обычно — пива с палёной водкой — а чего-то более… возвышенного что ли. Поэтому они заворачивают в ближайшую кофейню и соглашаются попробовать самый популярный напиток сезона — кофе со сливками — вместе с круассаном. И когда миленькая официантка ставит перед ним чашку с кофе, Этан случайно касается её пальцев…       … безмолвно благодаря. Девушка улыбается, прикрывая глаза. Её тоже веселят эти перепалки.       Потом приходит Иван, отслеживая, чтобы Этана не было не то, что на кухне, вообще в этой части замка. Она сразу им сказала, будут цапаться, сольет их кофе в шейкер, добавит слабительного, взболтает и разольет на две чашки. А сверху положит листик мяты. Парни приняли, поняли, осознали. Самый молодой вампир предпочитает поострее — кофе с имбирем — кофе, сваренный в турке, молотый имбирь и тёртый свежий имбирь. Специи добавлялись по настроению. Сегодня, например, было настроение для цианида чили. Иван слегка смущенно улыбается, протягивая руку за чашкой и…       … с размаху бьёт кулаком по ступеньке, на которой сидит. Не надо было покидать замок. Владимир будет в бешенстве. Но Иван надеялся, ему сделают послабление, ведь сегодня его невеста вышла замуж за его друга. Он запустил руки в волосы еще сильнее сгорбившись на крыльце какого-то домика. Видимо у него был настолько убитый вид, что старушка, живущая в этом домике, вместо того, чтобы вызвать полицию, решила позаботиться о нём. Вынесла теплый плед и укутала его по самую макушку. А сама ушла в дом чем-то громыхать. Мало-помалу Иван отогревается. Плед был старый, уютный и пах ванилью. Он не знает, сколько он так просидел, кутаясь в плед и бездумно смотря перед собой. Приходит в себя, когда старушка ставит перед ним кружку с чем-то горячим и остро пахнущим имбирем и взглядом заставляет его заткнуться, взять кружку и выпить. Напиток отлично отвлекает от разбитого сердца — Ивану кажется, что он способен выдыхать огонь после первого же глотка — единственная боль, остающаяся после него это…       … обоженный язык. И пищевод. Девушка гордо фыркает и отворачивается от Ивана, скрестив руки на груди. Кажется, кто-то не поскупился сегодня на чили. Иван тяжело вздыхает. Девушка на это лишь выразительно закатывает глаза — Ивану не надо видеть её лицо, чтобы знать это. И не вздыхай мне тут, я предупреждала, что отомщу.       Последним всегда спускается Велиат — бичерин — горячий шоколад, эспрессо и взбитые сливки. Девушка с интересом смотрит на вампира. Она любит за ним наблюдать — она получает истинное удовольствие. Никакого сексуального подтекста, только эстетическое восхищение. Каждое небрежное движение отточено до совершенства. Выверено до секунды. Всё направлено на то, чтобы преподнести себя не просто с лучшей стороны, а с идеальной. Чертов мистер Совершенство. Велиат довольно улыбается и откидывает голову…       … из-под опущенных ресниц лениво наблюдая за грациозно двигающимися под медленную мелодию куртизанками. Сегодня девочки особенно хороши — они всегда прекрасны, но сейчас словно сияют внутренним светом. Принарядились, некоторые сделали замысловатые причёски, накрасились — куколки, а не живые люди. Сегодня заведение закрыто с самого утра, чтобы девочки могли хорошо подготовиться к празднику. Все дрожат от радостного нетерпения, когда наступит закат, чтобы пойти на ежегодный осенний фестиваль. Велиат насмешливо улыбается, смотря на эту суету и снисходительно принимая знаки внимания, которые девочки ему по привычке мимоходом оказывают. В руке как по волшебству оказывается вычурный бокал с горячим напитком, который ему всучила Мадам, лишь бы он не отвлекал куртизанок — фестиваль время для активного привлечения новых клиентов — с умопомрачительным запахом горячего шоколада. На вкус Велиата напиток слишком сладкий и терпкий, как аромат духов, витающих в воздухе. Но ему нравится. Хорошо сочетается с местной атмосферой. Развалившись на диване, он хозяйским взглядом окинул…       … ладную фигурку девушки, протягивающей ему бокал с кофе. Велиат обольстительно ей улыбается. Он не ставит перед собой цель ее соблазнить. Просто привычка. Действие, доведенное до автоматизма. Девушка фыркает и машет ладошкой перед его лицом, прогоняя обольстителя с кухни.       Когда она входит в малую гостиную с бокалом латте, все уже устроились на своих любимых местах, оставив ей кресло около камина. Она садится и удовлетворенно закрывает глаза. Хоть она бурчит, что ей приходится вставать раньше, но на самом деле, она рада. Ведь среди множества правил, по которым живут обитатели этого дома, появилось абсолютно новое. То, которое ввела она — каждое утро она встаёт на час раньше, чтобы приготовить кофе еще на шестерых в край охреневших вампиров.