Всё сначала (часть 2)
2 ноября 2020 г., 21:25
***
"Я буду очень рад, если Вы разделите со мной обед в купе «Ц». Искренне Ваш, профессор Г.Э.Ф. Слизнорт." — Кто это — профессор Слизнорт? — спросил Невилл, озадаченно глядя на свое приглашение. — Новый преподаватель, — ответил Гарри, — Ну что, наверное, придется пойти? — А я-то зачем ему понадобился? — с тревогой спросил Лонгботтом, как будто ожидал наказания. — Понятия не имею, — ответил Поттер, хотя это была не совсем правда, но и распинаться тоже не хотелось. Вдруг испугает друга ещё больше. Коридоры были забиты народом, поджидавшим тележку с едой. Гарри думал, как приятно быть невидимым — по крайней мере, никто не таращится на тебя, раскрыв рот; кажется, на него теперь глазели даже больше, чем когда он в прошлый раз шел по коридору. То и дело кто-нибудь высовывался из купе, чтобы насмотреться вволю. Единственным исключением оказалась Чжоу Чанг — она, наоборот, метнулась к себе в купе, едва завидев Поттера. Проходя мимо, он увидел через окошко, что она увлеченно о чем-то разговаривает со своей подружкой Мариэттой, у которой толстый слой косметики не вполне скрывал своеобразно расположенные прыщи, до сих пор красовавшиеся на лице. Злорадно улыбаясь про себя, парень двинулся дальше. Добравшись до купе «Ц», друзья сразу увидели, что не только они одни приглашены к Слизнорту, хотя, судя по тому, с каким энтузиазмом он их приветствовал, Гарри был самым желанным гостем. — Генри, мой мальчик! — воскликнул Слизнорт при виде него и вскочил на ноги, заполнив чуть ли не все купе громадным, затянутым в бархат животом. Его блестящая лысина и пышные серебристые усы сияли в солнечных лучах, как и золотые пуговицы на жилете. — Рад видеть, рад видеть! – Гарри, сэр, – с улыбкой исправил профессора шатен. – Да, прости, никак не могу привыкнуть, – мужчина неловко почесал затылок, пока не заметил Невилла, – А это, наверное, мистер Лонгботтом ? Юноша кивнул. По приглашающему знаку Слизнорта они уселись друг против друга на единственные оставшиеся места — у самой двери. Поттер оглядел остальных гостей. Он узнал слизеринца с одного с ними курса, длинного черноволосого мальчишку с высокими скулами и раскосыми глазами. Были тут и двое незнакомых мальчиков с седьмого курса, а в уголке, затиснутая рядом с новым преподавателем с таким видом, будто не вполне понимает, как она здесь оказалась, сидела Джинни. — Ну-ка, вы здесь всех знаете? — спросил Слизнорт новоприбывших, — Вот Блейз Забини с вашего курса… Парень ничем не показал, что узнает их, Гарри и Невилл ответили ему тем же — ученики Гриффиндора и Слизерина принципиально терпеть не могли друг друга. — Это Кормак Маклагген — вы, быть может, встречались? Нет? Рослый парень с жесткими волосами, поднял руку в знак приветствия, Поттер с Лонгботтомом кивнули в ответ. — А это Маркус Белби, не знаю, знакомы ли вы? Юноша, худой и нервный, натянуто улыбнулся. — А эта очаровательная юная леди говорит, что знает вас обоих! — закончил Слизнорт. Джинни скорчила им рожицу из-за его спины. — Ну вот и прекрасно! — с удовольствием проговорил мужчина, — Я смогу получше со всеми вами познакомиться. Берите салфетки. Обед из моих собственных припасов. Насколько я помню, в тележке по вагонам развозят главным образом лакричные волшебные палочки, это не для стариковского пищеварения… Кусочек фазана, Белби? Парень вздрогнул и покорно взял здоровенный кусок — примерно с половину холодного фазана. — Я сейчас как раз рассказывал Маркусу, что имел удовольствие учить его дядюшку Дамокла, — сообщил Слизнорт Невиллу и Гарри, одновременно пустив по кругу корзинку с булочками, — Это был выдающийся чародей, совершенно выдающийся, и орден Мерлина получил по заслугам. Вы часто видитесь с дядей? К несчастью, Белби только что набил рот фазаном; торопясь ответить, он слишком резко глотнул, посинел и начал задыхаться. — Анапнео, — спокойно произнес Гораций, направив волшебную палочку на юношу, дыхательные пути у которого сразу же прочистились. — Н-не… не очень часто, — пропыхтел он со слезами на глазах. — Ну конечно, он, вероятно, человек занятой, — сказал зельевар, вопросительно глядя на подростка, — Едва ли он изобрел Волчье противоядие без долгой и тяжелой подготовительной работы! — Да, наверное… — Белби, видимо, не решался откусить еще фазана, пока Слизнорт не закончил его допрашивать. — Он… Понимаете, они с моим папой не очень ладят, так что я о нем не так уж много знаю… Он замялся и умолк. Мужчина одарил его холодной улыбкой и тут же повернулся к Маклаггену. — А теперь о вас, Кормак, — сказал Гораций, — Я случайно знаю, что вы часто видитесь со своим дядей Тиверием. У него есть великолепная фотография, как вы с ним охотитесь на штырехвостов — в Норфолке, если не ошибаюсь? — О да, это было классно! — выпалил юноша, — С нами еще были мистер Хиггс и мистер Скримджер… Ну, он тогда еще не был министром… — Ах вот как, вы и Берти знаете, и Руфуса тоже? — заулыбался Слизнорт и принялся угощать всех пирожками на маленьком подносике, каким-то образом пропустив при этом Белби. — А скажите-ка мне… Все было так, как и запомнил Гарри. Удивляло только одно, как после многих лет профессор безошибочно определял своих кандидатов, так что это немного забавляло. После Маклаггена настала очередь Забини, и оказалось, что его мама — знаменитая красавица-колдунья (насколько понял Гарри, она выходила замуж семь раз, причем каждый из ее мужей погибал при загадочных обстоятельствах, и каждый оставил ей кучу золота). Следующим допросу подвергся Невилл; это были тяжелые десять минут, поскольку родители Лонгботтома, прославленные мракоборцы, сошли с ума под пытками, когда их мучили Беллатриса Лестрейндж и еще парочка Пожирателей смерти. Было видно, что парню тяжело было вспоминать родителей, а Слизнорт явно не спешил определяться насчёт него. Второй раз он парня точно не пригласит. — А теперь, — провозгласил Гораций, поворачиваясь всем корпусом на сиденье с видом конферансье, объявляющего гвоздь программы, — Гарри Поттер! – мужчина задумался, внимательно рассматривая лицо парня, – В этот раз даже правильно назвал. Не понимаю, как тебя можно с кем-нибудь спутать, – юноша лишь улыбнулся, – С чего же начать? У меня ощущение, что при нашей встрече летом я лишь чуть-чуть копнул у самой поверхности! С минуту он любовался парнем, как будто это был особенно большой и вкусный кусок фазана, затем сказал: — Вас теперь называют Избранным! Гарри молчал. Белби, Маклагген и Забини дружно уставились на него. — Разумеется, — сказал Слизнорт, не сводя глаз с Поттера, — слухи ходят уже несколько лет… Я помню, как… хм… после той страшной ночи… Лили… Джеймс… а вы остались в живых… Говорили, что у вас, должно быть, какие-то невероятные способности… Забини тихонько кашлянул, как бы выражая сомнение и насмешку. Из-за спины Слизнорта послышался сердитый голос: — Ага, Забини, у тебя зато огромные способности… выпендриваться! — Ах, батюшки мои! — благодушно усмехнулся Слизнорт, оглянувшись на Джинни, сверкавшую глазами в сторону Блейза из-за выпирающего слизнортовского живота. — Берегитесь! Когда я проходил мимо купе этой юной леди, я видел, как она выполнила великолепнейший Летучемышиный сглаз! Я на вашем месте поостерегся бы вставать у нее на пути! Забини ответил презрительным взглядом. — Во всяком случае, — сказал мужчина, снова повернувшись к Гарри, — этим летом ходят такие слухи! Не знаешь, чему и верить, ведь у «Пророка», как известно, случаются ошибки, но при таком количестве очевидцев не приходится сомневаться, что кое-какие беспорядки в Министерстве имели место, а вы были в самой гуще событий! Гарри, не видя никакой возможности увильнуть от ответа, если только совсем уж нагло не соврать, кивнул, но по-прежнему ничего не сказал. Гораций лучезарно улыбнулся. — Такая скромность, такая скромность, неудивительно, что Дамблдор так к вам привязан… Стало быть, вы действительно были там? Что касается подробностей… они так сенсационны… Просто не знаешь, чему и верить! К примеру, это легендарное пророчество… — Мы не слышали никакого пророчества, — сказал Лонгботтом, становясь пунцовым, как куст герани. — Верно, — бросилась ему на помощь Джинни. — Мы с Невиллом тоже там были, все это чепуха насчет Избранного, обычные выдумки «Пророка». — Вы оба тоже там были? — живо заинтересовался зельевар, переводя взгляд с парня на девушку и обратно, но оба словно воды в рот набрали, не поддавались на его ободряющие улыбки. — Да… что ж… Конечно, «Пророк» частенько преувеличивает… — продолжил Слизнорт несколько разочарованным тоном. — Помню, дорогая Гвеног мне говорила… Я, разумеется, имею в виду Гвеног Джонс, капитана «Холихедских гарпий»… Он пустился в долгие и запутанные воспоминания, Гарри слушал их вполуха, мечтая оказаться уже в хогвартской спальне. Накрыться теплым одеялом, наконец, засыпая. Время все тянулось, профессор сыпал историями о разных знаменитых волшебниках, которых он обучал в Хогвартсе, и которые были прямо-таки счастливы вступить, как он выразился, в Клуб Слизней. Поттер томился, ему хотелось уйти, но он не мог придумать, как сделать это вежливо. Наконец, поезд выскочил из очередного долгого участка тумана на свет красного закатного солнца, и Слизнорт огляделся, мигая в полумраке. — Боже праведный, уже темнеет! А я и не заметил, как зажглись лампы. Идите-ка все переодевайтесь в школьные мантии! Маклагген, непременно заходите ко мне, возьмите почитать ту книгу о штырехвостах. Гарри, Блейз, просто так заходите, в любое время. Это и к вам относится, мисс, — обернулся он к Джинни с веселым огоньком в глазах. — Ну же, расходитесь, кыш! Забини отпихнул Поттера и первым вышел в полутемный коридор, бросив на юношу злобный взгляд, который вернулся ему с процентами. Сам парень, а с ним Джинни и Невилл направились в конец поезда.***
– Как всё прошло? – первым делом спросила Гермиона, как только увидела Гарри на платформе. – Как на допросе, – недовольно кинул он, – Спрашивал про Министерство, всё такое. – Это сейчас у всех на слуху, – девушка сдвинула плечами, – Видел Драко? – Нет, – юноша оглянулся по сторонам, – А где Рон? – Не знаю, может, помогает Джинни с вещами, – друзья подошли к каретам, – Я волнуюсь насчёт Малфоя. – Понимаю, Герм, даже если он и влез в какую-нибудь авантюру, то у него есть те, кто помогут выкарабкаться, – Поттер сдавленно улыбнулся, но, кажется, его слова немного помогли подруге. – Очень на это надеюсь, – Грейнджер вздохнула, заходя в карету, – Ты же знаешь, мы не пишем друг другу летом из-за его родителей. – Я уверен, всё будет впорядке, – девушка уложила голову на плечо друга. – Да, ты прав. Мы в Хогвартсе, нет места безопаснее на свете, – Гермиона улыбнулась, – Ты же прошёл на курс высших зелий? – Да, это было не просто, – со вздохом ответил Поттер, – Но я не нашел книги, – соврал парень, всё таки надеясь заполучить заветный учебник. – Думаю, у профессора Снейпа могла остаться парочка. Я тоже могу с тобой поделиться,– Поттер лишь кивнул, пока карета заезжала на территорию замка.***
Через час Рон и Гарри неохотно покинули залитую солнцем гостиную и отправились на урок защиты от Темных искусств четырьмя этажами ниже. Гермиона уже стояла под дверью вместе с другими учениками, с охапкой толстенных книг в руках и с довольно-таки очумелым видом. — Нам столько назадавали по рунам, — сказала она с тревогой, когда парни подошли к ней. — Письменную работу на пятнадцать дюймов, два перевода, и еще все вот это нужно прочитать к среде! — Кошмар, — зевнул Уизли. — Подожди, — обиженно огрызнулась она, — спорим, Снейп нам тоже кучу домашних заданий накидает! Не успела она договорить, как дверь отворилась, и из классной комнаты вышел преподаватель, внимательно осматривая учеников. Толпа перед дверью моментально затихла. — В класс! — приказал он. Перешагнув порог, Гарри осмотрелся. На всем уже был виден отпечаток личности Снейпа. В комнате было темнее, чем обычно, потому что занавески на окнах были задернуты, и класс освещался свечами. На стенах красовались новые картины, в основном изображавшие людей в мучениях, со страшными ранами или невероятно искаженными частями тела. Ученики рассаживались молча, нервно оглядываясь на зловещие картины. Даже у самого Поттера пробежали неприятные мурашки, так что он решил максимально сфокусироваться на уроке, а не рассматривать интерьер. — Я не велел вам достать учебники, — сказал мужчина, закрыв дверь и остановившись возле учительского стола. Гермиона поспешно бросила свой экземпляр учебника «Лицом к лицу с безликим» обратно в сумку, а сумку затолкала под стол. — Пока что просто послушайте меня. И попрошу не отвлекаться, – его черные глаза прошлись по лицам учеников, задержавшись на лице Гарри на какую-то долю секунды дольше других. Шатен не понял, радоваться ему, или, наоборот, бояться. Разберётся он с этим позже. — Насколько мне известно, за время учебы у вас сменилось пять преподавателей по этому предмету. «„Насколько мне известно…“ Как будто ты не следил за ними, как коршун, в надежде, что станешь следующим», — саркастично прошептал Поттер на ухо подруге, вызывая у нее тихий смешок. Северус решил сделать вид, что этого не слышал. — Естественно, у каждого из этих преподавателей были свои задачи и свои методы. При таком бессистемном обучении меня удивляет, что многие из вас все-таки наскребли проходной балл на экзамене СОВ по данному предмету. Еще больше меня удивит, если все вы справитесь с объемом работы на уровне ЖАБА, значительно более углубленном и обширном. Снейп двинулся вдоль стены в обход класса; теперь он говорил, понизив голос, и ученикам приходилось выворачивать шеи, чтобы видеть его. — Темные искусства, — говорил он, — многочисленны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними — все равно что сражаться с многоголовым чудовищем. Отрубишь одну голову — на ее месте тут же вырастает новая, еще более свирепая и коварная, чем прежде. Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно, – Поттер всегда удивлялся как зельевару удавалось рассказывать о гадких, опасных вещах чуть ли не с нежностью, но именно это заставляло слушать его ещё внимательнее. — Следовательно, ваша защита, — чуть громче продолжал мужчина, — должна быть такой же изобретательной и гибкой, как те Искусства, которые вы пытаетесь одолеть. Эти картины, — он на ходу махнул рукой в их сторону, — дают довольно точное представление о том, что происходит с человеком, подвергшимся, к примеру, воздействию заклятия Круциатус (он указал на изображение волшебницы, скорчившейся и кричащей от боли), испытавшим поцелуй дементора (на картине волшебник бессильно привалился к стене, безучастно глядя прямо перед собой пустыми глазами) или спровоцировавшим нападение инфернала (кровавая каша на земле). — Значит, инферналы действительно появились? — тоненьким голоском спросила Парвати Патил. — Это уже точно известно, он их использует? — В прошлом Темный Лорд использовал инферналов, — ответил профессор, — а значит, имеет смысл исходить из предположения, что он может использовать их снова. Итак… Он двинулся вдоль противоположной стены, возвращаясь к учительскому столу, и снова ученики, как завороженные, провожали его глазами. Темная мантия развевалась у него за спиной. — …полагаю, вы абсолютно незнакомы с невербальными заклинаниями. В чем состоит преимущество невербальных заклинаний? Рука Гермионы вмиг взметнулась вверх. Гарри оглядел класс, все, казалось, надеялись только на Грейнджер. С тихим вздохом, Поттер тоже поднял руку, получая лёгкую улыбку от подруги. Кажется, Снейп был приятно удивлен, ведь его губы на миг тронула еле заметная улыбка. — Очень хорошо. Мисс Грейнджер! — Противник не знает заранее, какое именно заклинание вы собираетесь осуществить, — ответила девушка. — Это дает вам крошечное преимущество во времени. — Вы практически дословно повторили текст учебника «Стандартная книга заклинаний» для шестого курса, — пренебрежительно заметил Снейп, спокойно отбивая недовольный взгляд Поттера и Малфоя, — но, по сути, ответ верен. Действительно, тот, кто овладеет умением колдовать, не выкрикивая во все горло заклинания, получает выигрыш во времени и возможность застать противника врасплох. Разумеется, это подвластно не всем волшебникам. Здесь важную роль играет способность сосредоточиться и сила духа, которой… — он обвел взглядом студентов Гриффиндора, — наделены далеко не все. Рон сжал кулак, злобно смотря на преподавателя, всё же к провокациям преподавателя он был не готов. Гарри же, наоборот, с полным безразличием продолжал смотреть на Снейпа, такие детские уловки на него уже не действуют. — Сейчас, — снова заговорил мужчина, — вы разделитесь на пары. Один партнер попытается без слов навести порчу на другого. Другой будет пытаться, также молча, защититься. Приступайте. Зельевар не знал, что Гарри имеет небольшое преимущество. К тому же, ещё в прошлом году он обучил, по крайней мере, половину курса (всех участников ОД) выполнять Щитовые чары. Но никто из них раньше не пробовал делать это без слов. Естественно, многие стали жульничать — произносили заклинание не вслух, а шепотом. Само собой, через десять минут после начала урока Гермиона сумела без единого звука отразить направленное на нее Невиллом заклятие-подножку. «Любой нормальный учитель за такое достижение наградил бы Гриффиндор не меньше чем двадцатью очками», — подумал Гарри, но, как и ожидалось, преподаватель будто ничего не заметил. Такая принципиальная вредность вызвала лишь улыбку. Пока ученики упражнялись, он расхаживал по классу, как всегда похожий на гигантского нетопыря. Около Гарри и Рона он остановился посмотреть, как они справляются с заданием. Была очередь Рона насылать порчу на Гарри; Он весь побагровел, крепко сжав губы, чтобы случайно не поддаться соблазну прошептать заклинание. Поттер высоко поднял волшебную палочку, готовый в любой момент отразить заклятие, которого, похоже, ему не суждено было дождаться. — Какое убожество, Уизли, — с насмешкой сказал Снейп, понаблюдав за ними некоторое время, — Дайте-ка я покажу, как это делается… Он так быстро взмахнул волшебной палочкой, целясь в Гарри, что парень чисто машинально выставил щит, на удивление всего класса, не проронив ни слова. Чары получились у него такими мощными, что профессор отлетел назад и врезался в соседнюю парту. Юноша тут же подбежал к профессору, помогая ему подняться. Весь класс удивлённо обернулся. — Неплохо, Поттер, но в следующий раз постарайтесь никого не убить. — Да, — сдавленно ответил Гарри. — Да, сэр, – добавил Снейп, окидывая ученика недовольным взглядом. — Совсем необязательно называть меня «сэр», профессор, – слова вырвались прежде, чем парень понял, что он говорит. Несколько человек ахнули, в том числе и Гермиона. Зато Рон, Дин и Симус одобрительно заулыбались за спиной у Снейпа. Зелёные глаза с испугом уставились на преподавателя. — Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал мужчина, — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого… даже и от Избранного. — Это было классно, Гарри! — давился от смеха Уизли, когда вскоре после этого они были отпущены на перемену и отошли на безопасное расстояние от кабинета. — Не надо было тебе этого говорить, — проворчала девушка, хмуро взглянув на Рона. — Что тебя дернуло? — Черт, я сам не знаю, – грустно ответил Поттер, – Он застал меня врасплох со своим заклинанием, я выпалил это скорее на адреналине, как обычно, не подумав. — Пора бы научиться держать язык за зубами, – с насмешкой сказала Гермиона. – Говоришь совсем как он, – огрызнулся юноша. — Знаешь, — сказала девушка, — а я как раз подумала, что он говорил совсем как ты. – О чем ты? – с недоумением спросил Гарри. — Да, когда ты нам рассказывал, что это такое — сразиться с Волан-де-Мортом. Ты говорил, что тут мало просто заучить кучу заклинаний, сказал: можно рассчитывать только на самого себя, на свои мозги, на свою храбрость… Так ведь примерно то же самое говорил и Снейп, верно? Что, по сути, главное — быть храбрым и быстро соображать. Гарри был совершенно обезоружен этим фактом. Так что он глупо уставился себе под ноги, пытаясь скрыть проступивший румянец. – Приятно, что ты помнишь о чем я говорил, – Грейнджер улыбнулась. – Тогда невозможно было не запомнить...***
В подземелье непривычно клубился разноцветный пар и витали удивительные запахи. Друзья с интересом принюхивались, проходя мимо огромных котлов, в которых что-то кипело и булькало. Четверо слизеринцев уселись вместе за один стол, другой заняли четверо когтевранцев, а Гарри, Рону и Гермионе осталось сесть с Эрни. Они выбрали себе стол поближе к котлу с золотистой жидкостью, от которого шел самый заманчивый аромат. Поттеру он напомнил запах хвойного леса, старых библиотечных книг, полевых трав и мяты. Он поймал себя на том, что дышит глубоко и медленно, и пар от зелья понемногу наполняет его до краев, словно чудесный напиток. Его охватило ощущение невероятного довольства; он улыбнулся Рону через стол, и друг лениво улыбнулся в ответ. Амортенция. Первое что пришло на ум. — Ну-те-с, ну-те-с, — проговорил Слизнорт; очертания его массивной фигуры мерцали и расплывались в мареве многоцветного пара. — Все достали весы, наборы для приготовления зелья, и не забудьте учебники «Расширенный курс зельеварения»… — Сэр! — Поттер поднял руку. — Генри, мой мальчик? – ответил Гораций, – То есть, Гарри, – поспешно добавил он. — У меня нет учебника, – с ноткой смущения ответил юноша, – Я не успел купить. – У меня тоже нет, – вклинился Уизли, – Ни весов, ни ингредиентов. Я не знал, что могу продолжать курс... — Ах да, профессор МакГонагалл что-то упоминала… Не волнуйтесь, не волнуйтесь ни о чем, мой милый мальчик. Сегодня вы можете взять ингредиенты из моего шкафа, и какие-нибудь весы для вас найдутся, и еще имеется небольшой запас старых учебников, можете пользоваться первое время, а там напишете во «Флориш и Блоттс», – Слизнорт порылся в шкафчике в углу, извлек два сильно потрепанных экземпляра «Расширенного курса зельеварения» Либациуса Бораго и вручил их Рону и Гарри. — Ну-с, — профессор снова встал у доски, разворачиваясь к ученикам, с довольной улыбкой, — я приготовил для вас несколько зелий — так, для интереса, знаете ли. Такого рода зелья вы должны будете уметь готовить к экзамену ЖАБА. Вы наверняка о них слышали, даже если пока еще ни разу не варили. Кто-нибудь может мне сказать, что это за зелье? Он указал на котел рядом со столом слизеринцев. Гарри приподнялся со стула и увидел, что в котле кипит жидкость, с виду похожая на обыкновенную воду. Сыворотка правды, наверное, одно из любимых зелий Долорес Амбридж. Гермиона отработанным движением подняла руку раньше всех, Слизнорт указал на нее. — Это сыворотка правды, жидкость без цвета и запаха, которая вынуждает того, кто ее выпьет, говорить правду, — сказала девушка. — Очень хорошо, очень хорошо! — одобрил Слизнорт. — А теперь… — Он указал на котел возле стола когтевранцев. — Это зелье также широко известно… В последнее время не раз упоминалось в министерских брошюрках… Кто знает?.. Гермиона снова быстрее всех подняла руку. — Это Оборотное зелье, — ответила она, хитро улыбнувшись в сторону Гарри. С ним они были хорошо знакомы ещё со второго курса. Гораций подозрительно посмотрел на обоих учеников, но решил продолжить: — Отлично, отлично! Ну а это… Да, моя дорогая, — сказал профессор, слегка ошарашенный активностью девушки, которая снова подняла руку. — Это Амортенция! — В самом деле. Как-то даже глупо спрашивать, — сказал потрясенный Слизнорт, — но вы, вероятно, знаете, как оно действует? — Это самое мощное приворотное зелье в мире, – ответила Грейнджер. — Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску? — И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила девушка, — и еще оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и… Тут она слегка порозовела и не закончила фразу. — Позвольте узнать ваше имя, моя дорогая? — спросил Слизнорт, будто не замечая смущения ученицы. — Гермиона Грейнджер, сэр. — Грейнджер… Грейнджер… Вы, случайно, не в родстве с Гектором Дагворт-Грейнджером, который основал Сугубо Экстраординарное Общество Зельеварителей? — Нет, не думаю, сэр. Видите ли, я из семьи магглов. Гарри заметил, как пару слизеринцев начали шептаться, гадко улыбаясь, но, под злобный взгляд Малфоя, они сразу поникли затыкаясь. Слизнорт немало не огорчился — напротив, он так и лучился улыбкой, переводя взгляд с Гермионы на Поттера, который сидел рядом с ней. — Ага! «Моя лучшая подруга — из семьи маглов и учится лучше всех на нашем курсе»! Полагаю, это и есть та подруга, о которой ты говорил, Гарри? – воодушевленно спросил преподаватель. — Да, сэр, — с улыбкой ответил парень, подмигивая подруге. — Очень хорошо, мисс Грейнджер, примите заслуженные двадцать очков в пользу Гриффиндора, — добродушно проговорил Слизнорт. У Малфоя было такое же выражение, как у довольного кота, который только что вылакал целую миску молока. Гермиона, сияя, повернулась к другу и зашептала: — Ты правда сказал ему, что я лучшая на курсе? Ой, Гарри! — А что тут такого особенного? — непонятно почему насупился Рон. — Ты и есть лучшая, я бы тоже так ему сказал, если бы он меня спросил! Девушка улыбнулась, но приложила палец к губам, потому что Гораций опять начал что-то говорить. Рон выглядел несколько раздраженным. — Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь. Любовь невозможно ни сфабриковать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. О да, — прибавил он, серьезно кивая недоверчиво ухмылявшимся Малфою и Нотту. — Вот поживете с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваждения… А теперь, — продолжил Слизнорт, — пора приступать к работе. — Сэр, вы не сказали, что здесь, — Эрни Макмиллан указал на маленький черный котел, стоявший на учительском столе. В нем весело плескалась жидкость цвета расплавленного золота, большие капли подскакивали над поверхностью, точно золотые рыбки, но ничего не проливалось наружу. — Ага, — снова сказал Гораций, и Гарри стало ясно, что он вовсе не забыл про это зелье, а просто дожидался вопроса для пущего эффекта. На ум невольно пришел Златоуст Локонс, но парень быстро отогнал от себя эти воспоминания, — Да. Это. Что ж, леди и джентльмены, это весьма любопытное зельице под названием «Феликс Фелицис». Насколько я понимаю, — с улыбкой повернулся он к Гермионе, которая громко ахнула, — вы знаете, как действует «Феликс Фелицис», мисс Грейнджер? — Это везение в чистом виде! — взволнованно произнесла девушка, — Оно приносит удачу! Все выпрямились на стульях. Гарри теперь было видно только прилизанный белобрысый затылок Малфоя, не лучшее зрелище, тем более парень точно предпочитал брюнетов, вернее одного конкретного. — Совершенно верно, еще десять очков Гриффиндору. Да, забавное это зелье, «Феликс Фелицис», — сказал Слизнорт. — Невероятно трудное в изготовлении, и, если процесс хоть немного нарушен, последствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварено правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться… по крайней мере, пока длится действие зелья. — Почему же его не пьют постоянно, сэр? — азартно спросил Терри Бут. — Потому что при неумеренном употреблении оно вызывает головокружение, безрассудство и опасный избыток уверенности в себе, — пояснил профессор, — Хорошенького понемножку, знаете ли… В больших дозах это зелье чрезвычайно токсично. Но изредка, по чуть-чуть… — А вы когда-нибудь принимали его, сэр? — спросил Майкл Корнер с живым интересом. — Дважды в своей жизни, — ответил мужчина, — Один раз, когда мне было двадцать четыре года, и еще раз — когда мне было пятьдесят семь. Две столовые ложки за завтраком. Два идеальных дня. Он мечтательно устремил взор в пространство. «Актерствует он или нет, — подумал Гарри, — но выглядит это впечатляюще». — И это зелье, — сказал Слизнорт, словно очнувшись, — будет наградой на нашем сегодняшнем уроке. Наступила такая тишина, что бульканье зелий в котлах как будто стало в десять раз громче. — Один малюсенький флакончик «Феликс Фелицис». — Слизнорт вынул из кармана миниатюрную стеклянную бутылочку и показал ее всему классу. — Доза рассчитана на двенадцать часов удачи. От рассвета до заката вам будет везти во всех ваших начинаниях. Но я должен вас предупредить, что «Феликс Фелицис» запрещен к использованию на любых официальных состязаниях, таких, как спортивные соревнования, экзамены и выборы. Поэтому наш победитель должен будет использовать его только в обыкновенный день… и пусть этот день станет для него необыкновенным! Все ученики завороженно закивали, кто-то даже приоткрыл рот. Выглядело все достаточно забавно, но профессор именно этого эффекта и ожидал. — Так, — продолжил Гораций, внезапно переходя на деловитый тон, — что же нужно сделать, чтобы выиграть этот сказочный приз? Обратимся к странице десять «Расширенного курса зельеварения». У нас осталось немногим больше часа, и этого времени вам должно хватить на пристойную попытку сварить Напиток живой смерти. Я знаю, что до сих пор вы не приступали к таким сложным зельям, и потому не жду идеального результата. Во всяком случае, тот, кто добьется наилучших результатов, получит в награду этого маленького «Феликса». Начали! Ученики дружно загремели котлами, кто-то уже со звоном ставил гирьки на весы, но никто не произносил ни слова. Сосредоточенную целеустремленность, царившую в классе, можно было, кажется, пощупать рукой. Гарри видел, как Малфой лихорадочно листает «Расширенный курс зельеварения». Очевидно, Драко совершенно необходим хоть один удачный день. Гарри поскорее склонился над потрепанным учебником, который одолжил ему преподаватель. Поттер чуть не подпрыгнул на месте. Это именно тот учебник. Его губы тронула довольная улыбка. Подушечки пальцев с нежностью коснулись витиеватых букв, а перед глазами всплывали воспоминания, как Северус днями и ночами трудился над этими поправками. Тело наполняло приятное тепло, но нужно было возвращаться к работе. Парень нагнулся пониже, пытаясь разобрать список ингредиентов. Затем он вскочил и бросился к шкафчику за необходимыми ингредиентами. На обратном пути он увидел, что Малфой со страшной скоростью шинкует корень валерианы. Все то и дело оглядывались посмотреть, как идут дела у соседей. В этом было и преимущество, и неудобство уроков зельеварения — никто не мог скрыть свою работу от других. Через десять минут комнату заволокло голубоватым паром. Гермиона, как всегда, продвигалась быстрее всех. Ее зелье уже приобрело вид «однородной жидкости цвета черной смородины», идеальный для промежуточной стадии. Гарри накрошил корешки и снова склонился над книгой. Его, конечно, раздражало, что приходится вычитывать инструкции, с трудом разбирая, но он ничего не мог сделать с сердцем, которое быстро трепыхалось в груди. Парень часто отвлекался, просто засматриваясь на некоторые слова, но вскоре возвращался. Награда ему ещё пригодится. На глаза попалась очередная приписка: «Размять серебряным кинжалом, держа его плашмя, тогда лучше идет сок, чем при нарезании». — Сэр, я думаю, вы знали моего дедушку, Абраксаса Малфоя? – Гарри оторвался от учебника: Слизнорт как раз проходил мимо стола слизеринцев. — Да, — сказал Гораций, не глядя на Драко, — Меня очень огорчило известие о его смерти, но, разумеется, это нельзя назвать неожиданным — драконья оспа в его возрасте… И пошел дальше. Поттер снова нагнулся над котлом, немного улыбаясь. Изворотливость слизеринца его смешила, но новый профессор оказался неподатливый к уловкам Малфоя, так что тому прийдётся немного больше постараться и рассчитывать исключительно на собственные таланты. — Можно одолжить у тебя серебряный ножик? – обратился Гарри к подруге. Она нетерпеливо кивнула, не отрывая взгляда от своего зелья — оно все еще было густо-лиловым, хотя, если верить книжке, должно было уже стать светло-сиреневым. Парень повернул плашмя лезвие ножа и надавил на боб. К его огромному удивлению, оттуда сразу же потек сок, да в таком количестве, что просто не верилось, как все это умещалось в сморщенной шкурке боба. Он торопливо вылил сок в котел, увидев, что зелье немедленно приобрело точно такой сиреневый оттенок, как было написано в книге. Юноша довольно улыбнулся, обещая как нибудь отблагодарить прежнего владельца учебника. Гарри внимательно всмотрелся в следующую строчку инструкции. Согласно учебнику, дальше нужно было помешивать зелье против часовой стрелки до тех пор, пока оно не станет прозрачным, как вода. А согласно уточненной версии Северуса, следовало после каждых семи помешиваний против часовой стрелки делать одно помешивание по часовой стрелке. Поттер принялся исполнять инструкции. Результат последовал незамедлительно. Зелье стало нежно-нежно-розовым. — Как это у тебя получается? — спросила Гермиона, вся красная и растрепанная в клубах пара от своего котла. Ее зелье упорно сохраняло лиловую окраску. — Надо один раз помешать по часовой стрелке… — Да нет, в учебнике сказано — против! — огрызнулась она. – Просто попробуй, – девушка метнула на него злобный взгляд, отворачиваясь к Рону. Гарри пожал плечами и продолжал делать по-своему. Семь раз против часовой стрелки… Один раз по часовой стрелке… Семь раз против часовой… Один раз по часовой… На другом конце стола Уизли сквозь зубы сыпал проклятиями — его зелье было похоже на жидкую лакрицу. Поттер посмотрел по сторонам. Насколько он мог разглядеть, больше ни у кого зелье не было таким светлым. Он ощутил невероятный подъем, пусть его результат был и не совсем честным. — Время вышло! — объявил Слизнорт. — Прошу всех прекратить помешивать! Профессор медленно двинулся между столами, заглядывая в котлы. Он не делал никаких комментариев, только иногда принюхивался или помешивал в котле. Наконец он добрался до стола, за которым сидели Гарри, Рон, Гермиона и Эрни. Печально улыбнулся при виде вещества, напоминающего деготь, в котле Уизли. Прошел мимо темно-синей стряпни Маклаггена. Зелье Грейнджер удостоилось одобрительного кивка. Тут Гораций увидел зелье Поттера, и на лице его выразилось недоверие, смешанное с восторгом. — Безусловная победа! — воскликнул он на все подземелье. — Отлично, отлично, Гарри! Боже праведный, вижу, вы унаследовали талант своей матери. Лили была великой мастерицей по зельям! Ну, вот вам приз — один флакончик «Феликс Фелицис», как обещано, и смотрите используйте его с толком! Поттер, с довольной улыбкой, сунул крошечный пузырек с золотистой жидкостью во внутренний карман. Он, конечно, рад был видеть разочарованные лица Слизеринцев, ошарашенное лицо Уизли и вовсе смешило его, но Гермиона недовольно, даже обиженно поглядывала в сторону друга. — Как это ты ухитрился? — шепотом спросил Рон у друга, когда они вышли из подземелья. — Не зря же я весь прошлый год занимался зельями со Снейпом, – парень пожал плечами. – Генри, ой, прости, Гарри, не мог бы ты остаться? – на плечо легла рука Слизнорта. Парень попрощался с друзьями, поворачиваясь к профессору. – Вы что-то хотели? – спросил он. – Да. Я был приятно удивлен твоими умениями, – начал мужчина, – Профессор Снейп, конечно, рассказывал мне про ваши успехи, но вы превзошли всё ожидания. – Спасибо, – юноша улыбнулся. – Ты так похож на моего бывшего ученика, удивительно, – прошептал зельевар. – На кого? – с долей интереса спросил Поттер. – Ох, это Генри Уотсон, ты его вряд-ли знаешь. Очень интересный мальчишка. Я видел в нем большой потенциал. Он всё время ходил с Северусом, а после шестого курса они были не разлей вода, среди учителей даже ходили слухи... Слизнорт тут же замолчал, напугано осматриваясь по сторонам. – Какие, профессор? – парень внимательно посмотрел на мужчину, хотя по его реакции и так было понятно. – Я сболтнул лишнего, Гарри, – выпалил Гораций, – Надеюсь, это останется между нами. Профессору Снейпу вряд-ли понравится моя болтливость. – Всё впорядке, я никому не расскажу, – юноша улыбнулся, – А что с этим парнем сейчас? – Не знаю, слышал, он исчез, – Слизнорт пожал плечами, – Для тех времён это было неудивительно. Хороший был парень. – Простите, сэр. – Ничего страшного, мальчик мой, разное случается, – профессор похлопал ученика по плечу, – Думаю, тебе пора идти. – Да, вы правы, – Поттер улыбнулся, – До свидания.***
Гарри прогуливался пл коридорам школы, пытаясь найти хоть что-нибудь интересное. Он бы мог сыграть пару партий в магические шахматы с Роном, но Лаванда, что прямо прилипла к Уизли, откровенно бесила. Смотреть на их лобызания было противно. Тучи сгущались над запретным лесом, а лёгкий свежий запах немного бодрил. Парень остановился на миг, вспоминая ночь в больничной палате, когда они с Северусом наконец помирились. Губы тронула грустная улыбка. – Ты тоже тут, – раздался задумчивый женский голос, парень обернулся. – Герм, что ты тут делаешь? – спросил Поттер, присаживаясь рядом. – Думаю, – отмахнулась она, – Я волнуюсь за Драко, ты же знаешь... – Да, но я не знаю, чем ему помочь, – юноша сдвинул плечами, – Мы даже не знаем, что он замыслил, – соврал Гарри. – Это больше всего настораживает. Мне удалось поговорить с ним пару раз, – девушка грустно вздохнула, – Он выглядит очень уставшим, какой-то нервный, скрытный. Может, он правда вступил к пожирателям? – Это более вероятно, с его семьёй, – Гермиона пнула друга в бок, – Я просто констатировал факт. – Я понимаю, – из-за угла послышался радостный визг, а через пару минут оттуда прямо таки вывалились Лаванда с Роном. – Ой, кажется, здесь занято, – немного смущённо протянула девушка, – Пойдем в другое место? – парень лишь сдавленно кивнул, кидая виноватый взгляд на друзей. – Просто не понимаю его, – раздражённо буркнула Грейнджер, – Вокруг невесть что творится, а он развлекается. – Может, Рон правильно делает, – под непонимающий взгляд подруги Гарри поспешил добавить, – Кто знает, что ждёт впереди. Не лучше ли насладиться последними спокойными деньками. – Ты так говоришь... – Как? – Как будто знаешь, что всё будет плохо, – грустно ответила Гермиона. – Догадываюсь, – с тяжёлым вздохом протянул парень, – Дамблдор не в лучшей форме, он... Значительно ослаб. И я уверен, что Волдеморт об этом знает, и он обязательно воспользуется этим шансом, – девушка тихо ругнулась, – Мы с ним сейчас ищем крестражи. Немудрено, что вскоре мне придется делать это самому. – Никогда, – прошептала Грейнджер, – Чтобы там ни было, мы с Роном всегда будет рядом и уж точно не пустим тебя одного. – Спасибо, Герм.***
Миссис Уизли принялась наваливать на Гарри, Рона и Гермиону столько связанных с приготовлениями к свадьбе дел, что времени подумать о чем бы то ни было у них просто не оставалось. Самое доброжелательное истолкование ее поведения состояло в том, что она пытается отвлечь их от мыслей о Грозном Глазе и ужасах их недавнего перелета. Однако, проведя два дня в безостановочной чистке ножей, подборе цветов для бантиков, ленточек и букетов, очистке сада и огорода от гномов и помощи миссис Уизли в изготовлении немыслимых количеств канапе, Поттер начал подозревать, что она руководствуется совсем иными мотивами. Все, что она им поручала, казалось, удерживало его, Рона и Гермиону на расстоянии друг от друга. С той первой ночи, когда он рассказал друзьям, как Волан-де-Морт пытал Олливандера, у него не было ни единой возможности поговорить с ними наедине. — По-моему, мама решила, — негромко сказала Джинни, когда на третий день пребывания Гарри в «Норе» они вдвоем накрывали стол к обеду, — что если она не даст вам сойтись и о чем-нибудь договориться, то сможет отсрочить ваш уход. — И что, по ее мнению, будет дальше? — пробормотал юноша, — Кто-то другой убьет Волан-де-Морта, пока мы готовим пирожки с мясом? – Он произнес это не подумав, и сразу увидел, как побелела Уизли. — Так это правда? — спросила она. — Вот, значит, что ты задумал? — Я… нет… я пошутил, — уклончиво ответил Поттер. Девушка лишь сдавленно улыбнулась. – Знаешь, этот год в школе будет для тебя последним, – с загадкой начала она, – Ты думал приглашать кого-то на выпускной бал? – Не знаю, Джинн, – парень пожал плечами, – Сейчас такое время... Буквально не знаешь, что может произойти в следующую секунду. Так что я даже не думал. – Ты прав, – немного грустно ответила Уизли, – Рон всё ещё встречается с Лавандой, она пишет ему каждый день. – Она забавная девушка, – со смешком ответил Гарри, ловля немного ревнивый взгляд, – Но мне нравится немного другой тип. – Понимаю, – девушка вмиг оказалась рядом, впиваясь в губы юноши. К счастью Гарри и сожалению Джинни, их поцелуй был недолгим, потому что в комнату зашли мистер Уизли, Кингсли и Билл. Бросив многозначительный взгляд на Поттера, рыжеволосая покинула комнату. Поговорить об этом им так и не удалось.***
Ветер немного взъерошил и без того непослушные волосы, пока мягкая трава приятно щекотала ноги. Парень прогуливался вдоль территории. Уже не хватало сил слушать маленькое радио, которое Рон никогда не выключал. Поттер понимал, что так друг пытался успокоить себя, но разве можно нормально жить, когда люди погибают сотнями, а ты бессильно переходишь с места на место в поисках магических безделушек? Даже те знания, которыми обладал Гарри, не особо помогали. Действовать напролом означало с лёгкостью попасться в цепкие руки врага, так что приходилось прятаться, пересиживая особо тяжёлые моменты в укрытии. – Не против, я присоединюсь? – сзади послышался голос Гермионы. – Конечно, – парень обернулся, – Хочешь поговорить? – Наверное, – девушка пожала плечами, – Ты в последнее время сам не свой. Это странно даже для наших реалий. – Волнуюсь, – тихо бросил парень, – О Роне, Хогвартсе... – Джинни, – дополнила девушка. – Наверное... – У вас сложились достаточно теплые отношения, – с долей улыбки сказала Грейнджер, – Видела, как вы целовались на кухне. – Не то, чтобы я этого хотел... – заметив удивленный взгляд, Гарри продолжил, – Понимаешь, она милая, симпатичная, классная... – Как у нас с Драко? – Скорее как у вас с Роном. – Прости, – Гермиона отвела взгляд. – Ничего, ты не обязана знать всё на свете, – с улыбкой произнес Поттер, – Думаю, она могла бы мне нравится, но есть кое-кто другой... – Не скажешь? – Только если вы с Драко наконец начнёте встречаться, – девушка тихо засмеялась, немного краснея. – Ты же знаешь его родителей. Да и сейчас такое время... Не знаешь даже, что произойдет завтра, – Грейнджер вздохнула. – Уверен, у вас с Малфоем всё будет хорошо. Ты бы видела, как он на тебя смотрел в прошлом году, Герм, – Поттер засмеялся, пока подруга чуть не повалила его на землю своими толчками. – Ты такой смелый, потому что у тебя есть фора, как только я узнаю, по какой несчастной ты слюни пускаешь, то легко ты не отделаешься! – через смех кричала девушка, окончательно завалив друга. – Да ладно тебе. Ты и думать не сможешь ни о чем, как о пышной свадьбе со своим ненаглядным. Уверен, ты будешь в черном строгом костюме, а на Драко пошьют самое красивое свадебное платье, – всё не унимался Гарри. – Ты придурок, Поттер, – Грейнджер нависла сверху, показывая язык. – Я знаю, Герм. Я знаю... Девушка легла рядом, задумчиво всматриваясь в небо. На ее щеках неровными красными пятнами, проступил лёгкий румянец, а губы расплылись в довольной улыбке. Даже в таком немного растрёпанном виде, она выглядела привлекательной, отрицать это было бы глупо. – Смотри, – ее рука быстро поднялась вверх, – Эта туча похожа на дракона, – Гарри лениво перевел взгляд. – Ага, – протянул он, – А эта на корабль, – указал он на облако рядом. – Точно, – девушка расхохоталась, – Вон та похожа на миссис Норис. – Как по мне, то больше на Макгонагалл. "Или на Графа", – пронеслось в мыслях, но Поттер не придал этому особого значения. – Веселитесь? – над друзьями нависло грустное лицо Уизли. – Ложись к нам, – Гарри похлопал по месту рядом, Рон решил не отказываться. – Слышал, что Снейп новый директор, – рыжий посмотрел на друзей, но, не увидев особой реакции, продолжил, – Хотя это не удивительно, думаю, он в любимчиках у Сами-Знаете-Кого. – Не думаю, что ему сладко приходится, – отрешённо кинул шатен. – По радио передали, что ни один маглорожденый волшебник в этом году не поступил в Хогвартс. Он постарался, – огрызнулся парень. – Думаю, это правильное решение, – в разговор вклинилась Гермиона. – Почему? – Сам подумай. Там сейчас правят Пожиратели смерти, так что представь, что случилось бы с этими учениками, – девушка говорила спокойно, всё так же не отрывно смотря на небо, – Да, он сделал много плохих вещей, но не думаю, что он стал бы рисковать жизнью детей. – Вспомни сколько лет он спасал наши задницы, – с насмешкой протянул Поттер, – В прошлом году я только из-за него стал лучшим по зельям на потоке. – Не понимаю, как это связано, – сказала Грейнджер. – Снейп – Принц-полукровка, – пожав плечами, ответил Гарри, – После смерти Дамблдора я погнался за Пожирателями, попытался задержать их его же заклинанием. "Как ты смеешь использовать мои заклинания против меня самого?" пафосно сказал он, ну знаете, в его стиле, – с насмешкой продолжил Гарри. – Могу себе представить, – с улыбкой ответила Гермиона, – Ты, наверное, был очень удивлен. – Не то слово, – слукавил парень, – Снейп с лёгкостью мог бы прикончить меня прямо там, но, как видите, я ещё здесь. – Он просто бережёт тебя для Сам-знаешь-кого, – буркнул Рон, поднимаясь, – Не хочу больше сидеть в вашем клубе обожателей Снейпа, как закончите — возвращаетесь в шатёр. – Обязательно, – заверил Гарри. Друзья ещё пару минут пролежали в тишине, думая каждый о своем. Грейнджер изредка что-то шептала себе под нос. Поттер просто прикрыл глаза, вслушиваясь в шум листьев. – Я скучаю по Хогвартсу, – прошептала подруга, – Даже по Плаксе Миртл, она бывает иногда очень интересным собеседником. – Я тоже, Герм... Сейчас бы не отказался от тыквенного сока, или яблочного пирога, – парень облизнулся. – Ага, я лучше сейчас бы сидела за домашней работой по ясновидению, чем это всё, – Гарри хмыкнул. – Ничего, ещё успеем. – Очень на это надеюсь...***
В конце уходящего в картину туннеля появилась маленькая белая точка, и вот уже Ариана движется обратно к ним, увеличиваясь по мере приближения. Но теперь она была не одна — с ней шел еще ктото, выше ее ростом, прихрамывая и явно волнуясь. Поттер никогда не видел у него таких длинных волос. Лицо его было изранено, изорванная одежда висела клочьями. Обе фигуры становились все больше, так что в раму помещались уже только лица и плечи. И тут картина распахнулась, словно дверца в стене, и за ней открылся настоящий туннель. Оттуда выбрался обросший, израненный и оборванный настоящий Лонгботтом и с воплем восторга бросился к другу: — Я знал, что ты придешь! Я знал, Гарри! — Невилл… Как… Откуда… Но парень уже заметил Рона и Гермиону и с радостными возгласами бросился их обнимать. Чем дольше Гарри смотрел на друга, тем больше ужасался его виду: один глаз заплыл лилово желтым синяком, лицо было испещрено шрамами, и каждая деталь в его внешности указывала на постоянные невзгоды и лишения. И все же его измочаленное лицо сияло от счастья, когда он наконец выпустил из объятий Грейнджер и повторил: — Я знал, что ты придешь. Все время твердил Симусу: надо только подождать! — Невилл, что с тобой было? — Что? Это? — парень небрежно отмахнулся. — Да это ерунда! Финниган выглядит гораздо хуже. Вы увидите. Ну что, пошли? Да, — он повернулся к Аберфорту, — Аб, к нам тут, наверное, еще паратройка подвалит. — Паратройка? — мрачно повторил мужчина, — Что значит паратройка, Лонгботтом? Здесь комендантский час и Воющие чары над всей деревней! — Я знаю, поэтому они трансгрессируют прямо к вам в трактир, — отозвался Невилл. — Посылайте их сразу в туннель, ладно? Большое спасибо. Юноша подал руку Гермионе и помог ей взобраться на камин, а оттуда в туннель. За ней последовал Рон, а за ним Невилл. Гарри повернулся к Аберфорту: — Не знаю, как вас благодарить. Вы дважды спасли нам жизнь. — Вот и будь поосторожнее впредь, — угрюмо фыркнул Дамблдор, — Третий раз у меня может и не получиться. Поттер вскарабкался на камин в отверстие за портретом Арианы. С другой стороны были гладкие каменные ступени. Похоже, проход находился здесь уже много лет. Со стен свисали медные лампы, земляной пол был плотно утоптан. Они шли, а за ними по стенам скользили, колеблясь, их тени. — И как давно он существует, этот проход? — спросил Рон, — Его ведь нет на Карте Мародеров, правда, Гарри? Я думал, есть только семь тайных путей в школу и из школы. — Они опечатали их все перед началом учебного года, — объяснил Невилл. — Теперь через них не пройдешь — вход защищен заклятиями, а на выходе поджидают Пожиратели смерти и дементоры, — Он пошел спиной вперед, глядя на них, сияя, впитывая долгожданные лица. — Не думайте обо всей этой ерунде… А правда, что вы прорвались в «Гринготтс»? И сбежали оттуда на драконе? Все это знают, только и разговору что об этом. Кэрроу избил Терри Бута, потому что тот кричал об этом в Большом зале за обедом. — Да, все это правда, — ответил Поттер, слабо улыбаясь. Невилл ликующе засмеялся. — А что вы сделали с драконом? — Отпустили на волю, — сказал Уизли, — Гермиона, правда, хотела оставить его себе вместо котенка… — Не надо преувеличивать, Рон… — Что вы делали все это время? Говорят, будто вы просто скрывались, но я так не думаю, Гарри. Я думаю, у вас есть план. — Ты прав, — юноша кивнул головой, — Но расскажи лучше о Хогвартсе, Невилл, мы же ничего не знаем. — Хогвартс… Знаете, на Хогвартс тут теперь совсем не похоже. — Улыбка гасла на лице парня, пока он произносил эти слова. — Вы слыхали о Кэрроу? — Это те двое Пожирателей смерти, которые теперь тут преподают? — Они не только преподают, — грустно сказал Лонгботтом, — Они отвечают за дисциплину. Большие любители наказывать, эти Кэрроу. — Вроде Амбридж? — Ну, Амбридж рядом с ними — кроткая овечка. Все остальные учителя должны доносить им о каждом нашем проступке. Однако они этого не делают, если есть хоть малейшая возможность. Похоже, они ненавидят их также сильно, как мы. Эта скотина Амикус преподает то, что раньше было защитой от Темных искусств. Правда, теперь это Темные искусства в чистом виде. От нас требуют тренировать заклятие Круциатус на тех, кто оставлен после уроков за провинность… — Что?! – глоса Рона и Гермионы в унисон прокатились по туннелю, Гарри лишь тяжело вздохнул. — Да-а, — протянул Невилл. — Так я и получил вот эту отметину. — Он показал на особенно глубокий порез на щеке. — Я отказался это делать. Зато Крэббу и Гойлу очень нравится — наконец и они хоть в чем-то первые! Алекто, сестра Амикуса, преподает магловедение — это теперь обязательный предмет для всех. Все мы должны слушать, что маглы — вроде животных, тупые, грязные, и как они своим коварством загнали волшебников в подполье, и что нормальный порядок скоро будет восстановлен. Вот это, — он показал на другую вмятину на лице, — я получил за то, что спросил, сколько магловской крови в ней и в ее братце. — Черт подери, Невилл! — воскликнул Рон, — Неужто нельзя было придержать язык за зубами? — Ты бы слышал, как она говорит, — отозвался Лонгботтом, — Ты бы тоже не выдержал. И потом, когда им противоречишь, — это полезно. Это во всех вселяет надежду. Я это заметил, когда ты так поступал, Гарри. — Но они же сделали из тебя заточку для ножей! — возразил Уизли, слегка вздрогнув, когда они проходили под лампой, ярко высветившей увечья их друга. Парень лишь дёрнул плечом. — Плевать. Они сами не рвутся разбазаривать чистую кровь, поэтому пытают нас помаленьку, если мы вякаем, но убивать не убивают. Поттер не знал, что хуже — страшные вещи, о которых говорил Невилл, или будничный тон, которым он о них рассказывал. — Настоящая опасность грозит лишь тем, чьи друзья и родные за пределами замка доставляют новой власти неприятности. Этих берут в заложники. Старик Ксено Лавгуд слишком много себе позволял в своем «Придире», и Полумну сняли прямо с поезда, когда она ехала на рождественские каникулы. — С ней все в порядке, Невилл, мы ее видели… — Я знаю, она сумела прислать мне весточку. Он достал из кармана золотую монету, и Гарри сразу опознал один из тех фальшивых галеонов, которыми пользовался Отряд Дамблдора, чтобы передавать сообщения. — Потрясающая штука, — сказал Лонгботтом, радостно улыбаясь Гермионе. — Кэрроу так и не просекли, как мы сообщаемся друг с другом, — они на этом чуть ума не решились. Мы вылезали по ночам и делали надписи на стенах: «Отряд Дамблдора: мобилизация продолжается», и всякое такое. То то Снейп злился. — Вылезали? — переспросил Уизли, видимо обращая внимания на прошедшее время. — Ну, со временем это стало труднее, — объяснил парень, — На Рождество мы остались без Полумны, после Пасхи не вернулась Джинни, а зачинщиками то были как раз мы трое. Кэрроу, похоже, догадались, что без меня тут не обошлось, и круто за меня взялись. А тут еще Майкла Корнера поймали, когда он освобождал первокурсников, которых они заковали в цепи. Его пытали очень жестоко. Это отпугнуло народ. — Еще бы, — пробормотал Рон. Проход постепенно пошел вверх. — Не мог же я просить людей пройти через то, что вытерпел Майкл, — так что эти забавы мы бросили. Но мы продолжали борьбу, вели подпольную работу… ещё пару недель назад. И тогда они, видать, решили, что есть только один способ меня остановить, и пришли за бабушкой. — Они — что? — хором спросили Гарри, Рон и Гермиона. — Да. — Невилл слегка запыхался, потому что туннель поднимался теперь круто вверх. — Ну, ход их мыслей легко понять. Похищать детей, чтобы родители вели себя смирно, оказалось очень действенно, так что они довольно быстро догадались, что можно и наоборот. Но дело в том, — Лонгботтом обернулся к ним, и Поттер с удивлением обнаружил ухмылку на его лице, — что с бабушкой они маленько просчитались. Старушка волшебница, живет одна… они, видно, решили, что тут особого могущества не нужно. Ну и… — юноша рассмеялся. — Долиш до сих пор в больнице святого Мунго, а бабушка сбежала. Она прислала мне письмо, — он хлопнул себя по нагрудному карману, — о том, что гордится мною, что я настоящий сын своих родителей и так держать! — Здорово, — сказал Рон. — Ага, — весело отозвался Невилл. — Но только когда они осознали, что узды на меня теперь нет, они решили, что Хогвартс может обойтись и без меня. Уж не знаю, собирались они отправить меня в Азкабан или просто убить, только я понял, что пора сматывать удочки. — Но, — сказал Уизли, совершенно сбитый с толку, — разве мы идем сейчас не прямо в Хогвартс? — Ну конечно, — ответил Лонгботтом, — Сейчас увидишь. Мы уже почти пришли. Они повернули за угол и оказались у выхода из туннеля. Несколько ступенек вели к двери, точно такой же, как за портретом Арианы. Невилл распахнул ее и вышел наружу. Поднимаясь вслед за ним, Поттер услышал, как парень кричит кому то: — Глядите, кто пришел! Я же вам говорил! Юноша ступил в помещение, открывавшееся за дверью, и навстречу ему поднялись ликующие голоса: — ГАРРИ! — Это Поттер, ПОТТЕР! — Рон! — Гермиона! Перед его глазами замелькали, смешиваясь, цветастые гобелены, лампы и множество лиц. В следующую минуту его, Уизли и Грейнджер обступили, обнимая, хлопая по спине, ероша волосы, пожимая руки, человек двадцать, не меньше. Казалось, они только что выиграли чемпионат по квиддичу. — Эй, ребята, уймитесь! — крикнул Невилл, и толпа отхлынула, давая Гарри возможность осмотреться. Комната показалась ему совсем незнакомой. Она была огромная и напоминала какой то необычайно роскошный шалаш или невероятных размеров пароходную каюту. Разноцветные гамаки свисали с потолка и навесной галереи, вившейся вдоль сплошных, без окон, стен, обшитых темными деревянными панелями и украшенных яркими гобеленами. Поттер увидел золотого льва на алом фоне — герб Гриффиндора, черного барсука Пуффендуя, вышитого на желтом, и бронзового орла Когтеврана на лазоревой ткани. Не видно было лишь серебра и зелени Слизерина. Здесь были битком набитые книжные полки, несколько метел, прислоненных к стене, а в углу — большой радиоприемник в деревянном корпусе. — Выручай комната? – с особой теплотой протянул шатен. — А где же ещё? — с улыбкой сказал Невилл, — На этот раз она превзошла самое себя, правда? Кэрроу сидели у меня на хвосте, и я понял, что спасение только в одном. Я ухитрился пройти в эту дверь, и смотри, что я тут обнаружил! Конечно, когда я вошел, она была не такая, намного меньше, всего с одним гамаком и одним гобеленом с гербом Гриффиндора. Но по мере того как прибывали новые члены Отряда Дамблдора, она становилась все просторнее. — И Кэрроу не могут сюда войти? — Гарри оглянулся в поисках двери. — Нет, — ответил Симус Финниган, которого Поттер не узнал, пока тот не заговорил: его разбитое лицо совсем заплыло. — Это настоящее укрытие: пока хоть один из нас находится внутри, они не могут нас достать, дверь не откроется. Все благодаря Невиллу. Он действительно понимает эту комнату. Здесь ведь нужно попросить в точности то, что тебе нужно, например: «Хочу, чтобы никто из тех, кто поддерживает Кэрроу, не смог сюда войти» — и она сделает, как ты просил. Главное — не оставить никакой лазейки! Лонгботтом молодец! — Тут никакой особой хитрости нет, — скромно сказал парень, — Я пробыл здесь дня полтора, страшно проголодался и пожелал себе добыть откуданибудь еды — и тут открылся проход в «Кабанью голову». Я пошел по нему и оказался у Аберфорта. Он снабжает нас провизией, потому что это единственное, чего комната по какимто причинам не делает. — Потому что еда — одно из пяти исключений к закону Гампа об элементарных трансфигурациях, — заявил Рон, к всеобщему изумлению. — Так что мы прячемся здесь уже около двух недель, — сказал Симус, пожимая плечами, — И если нам нужны новые гамаки, они тут же оказываются на месте, а еще вдруг образовался отменный туалет с душем, когда появились девчонки… — И очень захотели помыться, ты только подумай! — подхватила Лаванда Браун, которую Гарри до сих пор не заметил. Приглядевшись получше, он увидел много знакомых лиц. Тут были близнецы Патил, Терри Бут, Эрни Макмиллан, Энтони Голдштейн и Майкл Корнер. — Ну, расскажите же нам, что с вами было, — сказал Эрни. — Каких только не ходило слухов! Мы старались следить за вами, слушая «Поттеровский дозор». — Он показал на приемник. — Так вы не врывались в «Гринготтс»? — Врывались! — выкрикнул Невилл. — И про дракона все правда! Раздались громовые аплодисменты и вопли «ура!». Рон поклонился. — А что вам там понадобилось? — с любопытством спросил Симус. Ни один из троих не успел ответить вопросом на вопрос, как шрам Гарри пронзила страшная жгучая боль. Гарри поспешно повернулся спиной к веселым заинтересованным лицам вокруг, Выручай-комната исчезла, и вот он стоит в каменной развалине, потрескавшиеся плиты пола у его ног раздвинуты, у разверстой дыры валяется извлеченная из земли пустая золотая шкатулка с откинутой крышкой, и яростный вопль Волдеморта отдается в его раскалывающейся голове. Огромным усилием он вырвался из мыслей тёмного мага и вернулся обратно, в Выручай-комнату, где стоял, пошатываясь, обливаясь потом, опираясь на подоспевшего на помощь Рона. — Тебе нехорошо, Гарри? — донесся до него голос Невилла. — Хочешь присесть? Ты, наверное, устал, да? — Нет, — ответил парень, приходя в норму, – Такое периодически случается. Он посмотрел на друзей, пытаясь без слов сообщить им, что Волдеморт только что обнаружил пропажу очередного крестража. Времени оставалось немного. Если он решит теперь отправиться в Хогвартс, то их шанс упущен. — Мы должны идти дальше, — сказал он и понял по выражению их лиц, что друзья обо всем догадались. — А что мы будем делать, Гарри? — спросил Симус. — В чем твой план? — План? — машинально повторил парень. Он напрягал сейчас всю силу воли, чтобы не поддаться снова ярости Волдеморта шрам на лбу попрежнему жгло, – Мне понадобится ваша помощь. – Мы готовы, – тут же с нескрываемым огнем в глазах отозвался Лонгботтом, а всё остальные так же оживлённо закивали. – Для начала... Не успел Поттер договорить, как его тут же перебил чей-то звонкий голос. — Мы получили твое письмо, Невилл! Привет всей троице, я так и думала, что вы здесь! Это были Полумна и Дин. Симус вскрикнул от радости и бросился обнимать своего лучшего друга. — Всем привет, ребята! — весело сказала девушка, — Как же здорово вернуться домой! — Полумна, — встревоженно спросил юноша, — что ты здесь делаешь? Как ты… — Я послал за ней. — Невилл высоко поднял фальшивый галеон. — Я обещал ей и Джинни, что извещу их, если вы появитесь. Мы все думали, что ваше возвращение будет означать революцию. Что тогда мы сбросим Снейпа и Кэрроу. — Конечно, именно это оно и означает, — сияя, сказала Лавгуд. — Правда, Гарри? Теперь то мы их выбьем из Хогвартса? — Послушайте… — Внутри Поттера бушевала паника, граничащая с агрессией, — Мне очень жаль, но мы вернулись не за этим. Нам нужно сделать одно дело, а потом… — Вы собираетесь бросить нас в этом дерьме? — спросил Майкл Корнер. — Нет! — воскликнул Рон. — То, что мы хотим сделать, пойдет, в конце концов, на пользу всем, ведь это затем, чтобы избавиться от Сами-Знаете-Кого… — Тогда возьмите нас в помощь! — сердито крикнул Невилл. — Мы тоже хотим в этом участвовать! Гарри обернулся на новый шум у них за спиной. Сердце его упало: теперь из отверстия в стене появилась Джинни, а за ней — Фред, Джордж и Ли Джордан. Джинни приветствовала Гарри сияющей улыбкой. Он уже забыл, тот неловкий момент на кухне, но сейчас точно было не до этого. Парень быстро обнял подругу, стараясь побыстрее перейти к близнецам. — Аберфорт уже начинает сердиться. — Фред помахал рукой, отвечая на приветственные возгласы. — Он хотел уснуть, а тут его трактир превратили в вокзал. Сразу за Ли Джорданом в отверстии появилась Чжоу Чанг, неловко улыбаясь. Сегодня как будто был день несостоявшихся пассий Поттера. — Я получила известие, — сказала она, показывая свой фальшивый галеон, прошла и села рядом с Майклом Корнером. — Так в чем ваш план, Гарри? — спросил Джордж. – Всё может показаться немного странным. Просто слушайте меня и старайтесь не перебивать, – начал парень, оглядывая присутствующих, те лишь кивнули, – Мы здесь ищем одну вещь, какую сказать не могу, и даже не пытайтесь выведать, – все снова закивали, – Эта вещь поможет нам победить Волдеморта, так что ваша задача всячески отвлекать Пожирателей смерти, пока мы её не найдем. – Ну это мы можем, – с улыбкой сказал Фред, переглядываясь с братом. Поттер благодарно на них посмотрел. – Но перед этим мне нужно кое с кем встретиться, – парень замолк, пытаясь предугадать возможную реакцию присутствующих, – Для этого нам нужно заручиться поддержкой Слизеринцев, хотя бы одного, – всё недовольно переглянулись. – Гарри, я не понимаю... Зачем? – спросила Гермиона становясь перед другом, – Это как-то глупо, нас могут передать. – Мы оба знаем как минимум одного человека, который так не сделает, – парень бросил многозначительный взгляд на подругу, та кивнула, отступая, – Чисто теоретически... Комната впустит того, кто не на стороне Кэрроу? – Да, но... На что ты намекаешь? – с недоумением спросил Невилл. – Нам нужен Малфой, желательно с парочкой комплектов слизеринской униформы, – присутствующие ещё раз переглянулись между собой. – Хорошо, – начала Джинни, – Допустим мы приведем его сюда, но что дальше? – Дальше я сам, – твёрдо ответил Гарри, – Потом встретимся, и я объясню, что дальше. Понятно? Ребята закивали. Было видно, что выходить из комнаты им было немного страшновато, но хвалебное гриффиндорское безрассудство и храбрость давали о себе знать. – Гарри, – Гермиона отвела друга в сторону, – Зачем всё это? – Мне нужно поговорить со Снейпом, – прошептал парень. – Что? Да это же глупо. Он при первой же возможности схватит тебя, – прошипела девушка, чуть ли не срываясь на крик. – Нет, Герм. Дамблдор велел ему кое-что мне передать, а мне нужно предостеречь его, – спокойно ответил Поттер, – Когда прийдёт время, ты всё поймёшь. – Эти твои загадки, – девушка обессиленно прошептала, – Запомни, как только это всё закончится, я тебя хоть из-под земли достану, но получу свои объяснения, – пригрозила она. – Куда же я денусь, – с улыбкой ответил юноша. Уже через десять минут ожидания двери комнаты тихо отворились, и оттуда показалась сначала рыжая макушка Уизли, а потом и сам Малфой, который с недоумением осматривал присутствующих пока не увидел Гермиону. Та сразу же бросилась к нему в объятья, наплевав на общественное мнение. Переждав пару минут, Гарри подошёл к парочке. – Рад тебя видеть, – с улыбкой произнес Поттер, слизеринец улыбнулся в ответ. – Зачем тебе наша форма? – сразу же спросил тот. – Нужно, чтобы ты провел меня к Снейпу, – кинул юноша, стягивая с себя грязную толстовку. – Ты же осознаешь риски? – переспросил блондин. – Как будто меня это когда-нибудь останавливало, – Гарри натянул рубашку, принимаясь за галстук, – Главное пройти к кабинету директора. – Я могу прикинуться, что веду нарушителя, – предложил Драко, – Но тебя быстро узнают. Нежелательное лицо номер один... Сам понимаешь. Тебя ещё с рождения каждая собака знает, – с насмешкой протянул он. – Герм что-то придумает, – кивнул Поттер в сторону девушки. – Как тогда? В Малфой-мэноре? – Тем егерей нам удалось обмануть, думаю, Кэрроу не умнее их, – блондин довольно хмыкнул, оглядывая юношу. – Тебе идёт. Никогда не думал вступить к нам? – насмешливо протянул Драко. – Уже был, – пожав плечами, Гарри улыбнулся, – Долгая история, расскажу как-нибудь потом. – Герм была права, чёртов интриган, – буркнул парень. – Что же с тобой сделать... К сожалению, не изобрели ещё тех чар, что могут полностью изменить внешность, – Грейнджер вздохнула, – Можем сменить тебе цвет волос, ну и замотать голову бинтом, к примеру. – Думаю, так пойдет, – Поттер вдруг стал рыжим, – Эффект пропадет где-то через десять минут, так что советую поторопиться. – Окей, – Гарри кивнул, на всякий случай накладывая отвлекающие чары — кто знает, что их ждёт впереди. В коридорах было пусто, на удивление. Видимо, все были на уроках. Это значительно облегчало их задачу. Конечно, парни парочку раз чуть не наткнулись на противников, но вовремя примененное оглушающее сбивало пожирателей с толку. – В кабинет заглянешь первым, – шепнул шатен. – Разумеется, – огрызнулся Малфой, подходя к горгульи, – Фисташковое мороженое, – прошептал Драко, – У Дамблдора всегда были такие глупые пароли? – Ага, – хитро улыбнулся Гарри, здесь явно постарался нынешний директор. Парни поднялись по лестнице, останавливаясь перед массивными дверьми. Через пару секунд блондин постучался. Дверь отворилась. – Директор Снейп, сэр, – начал Малфой, внимательно осматривая помещения, видимо, убедившись, что мужчина один, он продолжил, – Здесь кое кто хотел с вами поговорить... Драко отодвинулся, а Гарри набравшись смелости зашёл в кабинет, дверь за спиной сразу же закрылась. Блондин по уговору должен был ждать с той стороны. Сердце колотилось безумно. – Поттер?! – изумлённо спросил Северус, поднимаясь со стула, – Я надеюсь, никто лишний не знает о вашем присутствии... – Нет, – Поттер неуверенно кивнул, – по крайней мере, я очень на это надеюсь. – Мне нужно вам сказать кое-что важное, – начал зельевар. – Я знаю, – перебил юноша, – Я пришел предупредить вас... – черная бровь вопросительно приподнялась, но мужчина выжидающе слушал, – Он думает, что бузинная палочка принадлежит вам. И, несомненно, он сделает всё, чтобы завладеть ею. Ваша жизнь в опасности... – выпалил на одном дыхании Гарри, – Не спрашивайте откуда мне это известно, просто поверьте. – Что же, – начал Снейп, – Раз уж ты вернулся в школу, не побоялся зайти ко мне в кабинет, чтобы только сохранить мне жизнь, то у меня нет другого выбора, – мужчина развел руками, – Как же вы собираетесь осуществить моё спасение? – Вам нужно взять противоядие в Визжащую хижину, а потом я попрошу, чтобы вас доставили в больничное крыло. Мадам Помфри вам поможет. – Я бы не был так в этом уверен. Ты знаешь расположение вещей... Я последний человек, которому станут тут помогать, не считая Темного Лорда, конечно, – скептически произнес зельевар. – Думаю, если я попрошу, то они не откажутся, – уверенно сообщил юноша. – Раз уж вам так важна моя жизнь, то я сделаю всё возможное чтобы ее уберечь, Гарри. А теперь идите, нельзя чтобы вас заметили, – Северус отвернулся к портретам директоров, готовясь дать им нужные указания. Поттер благодарно посмотрел на мужчину, скрываясь за массивной дверью.***
Какое то мгновение вокруг еще стояла тишина. Потом зал очнулся и взорвался шумом, криками, восклицаниями и стонами. Ослепительное солнце залило окна, все рванулись к Гарри, и первыми к нему подбежали Рон и Гермиона; это их руки обвивали его, их громкие голоса наполняли звоном уши. Потом рядом возникли Джинни, Невилл и Полумна, а потом все семейство Уизли, Хагрид, Кингсли, Макгонагалл, Флитвик, Стебль, Сириус, Люпин, Тонкс — Поттер не мог разобрать ни слова из того, что все разом кричали ему, не мог понять, чьи руки обнимают, тянут, толкают его; сотни людей теснились к нему, желая прикоснуться к Мальчику, Который Выжил, благодаря которому все наконец кончилось… Солнце стояло прямо над Хогвартсом, и Большой зал был полон жизни и света. Без Гарри не могли обойтись ни восторги, ни горе, ни празднование, ни траур. Все хотели, чтобы их лидер и знамя, спаситель и вождь был сейчас с ними; похоже, никому не приходило в голову, что он страшно устал и что ему страстно хотелось сейчас побыть лишь с несколькими близкими. Он должен был говорить с родственниками погибших, пожимать их руки, глядеть на их слезы, принимать их благодарности, он должен был выслушивать поступавшие целое утро новости о том, что по всей стране люди, пораженные заклятием Империус, пришли в себя, что Пожиратели смерти бежали или были арестованы, что невинно осужденных сию минуту отпустили из Азкабана и что Кингсли Бруствер назначен временно исполняющим обязанности министра магии. Наконец, совершенно измученный, выжатый как лимон, Гарри оказался на скамье рядом с Полумной. — На твоем месте я бы мечтала сейчас о тишине и покое, — заметила она. — Я и мечтаю, — ответил парень, тяжело вздыхая. — Я их отвлеку, — сказала девушка, — А ты надевай свою мантию. — И не успел он и слова сказать, она уже кричала, показывая в окно: — Ой, смотрите, морщерогий кизляк! Все сидевшие поблизости оглянулись, а парень набросил мантиюневидимку и поднялся со скамьи. Теперь он мог беспрепятственно передвигаться по залу. Джинни сидела за два стола от него, положив голову на плечо матери. С ней он успеет поговорить потом: у них будет достаточно времени, чтобы обговорить всё. Затем он увидел Невилла. Меч Гриффиндора лежал рядом с его тарелкой, и целый рой восторженных поклонников не спускал с него глаз, пока он ел: Идя по проходу между столами, он заметил троих Малфоев, жавшихся друг к другу, словно сомневаясь, позволено ли им тут находиться, но никто не обращал на них ни малейшего внимания. Повсюду Гарри видел воссоединившиеся семьи и, наконец, отыскал тех двоих, что были так нужны ему сейчас. — Это я, — тихо сказал он, наклонившись к ним. — Пойдемте со мной? Рон и Гермиона тут же поднялись и вместе с ним вышли из Большого зала. Мраморная лестница была полуразрушена, часть перил обвалилась, повсюду виднелись пятна крови и осыпавшаяся штукатурка. Где-то в глубине коридоров раздавался голос Пивза, распевавшего победный гимн собственного сочинения: — Да, начинаешь чувствовать масштаб трагедии, — заметил Уизли, открывая какуюто дверь и пропуская друзей вперёд. «Сейчас я почувствую счастье», — думал Гарри. Однако усталость затмевала другие чувства, и только странное волнение хоть немного его перекрывало. От попыток понять причины его возникновения голова начинала болеть. Сильнее же всего он чувствовал колоссальное облегчение и желание спать. Но прежде нужно было объяснить все Рону и Гермионе — они так долго были его верными соратниками и заслужили полную правду. Он подробно рассказал им все, что приключилось в запретном лесу, всё, что скопилось в душе, всё, что когда-то он видел в омуте памяти... Сердце пробило удар, от которого потемнело в глазах. – Как я мог забыть... Прошептал парень быстро срываясь с места. Этот путь он знал очень хорошо, что было как никогда кстати, он с трудом разбирал куда бежит, несколько раз чуть не врезаясь в каменные углы. Дышать становилось труднее, в лёгкие словно налили свинца, ноги до невозможности болели, но Гарри бежал. Как никогда быстро. Он не мог потерять всё вновь... Массивная дверь с грохотом отворилась, сотрясая и без того побитые стены больничного крыла. Мадам Помфри удивлённо обернулась, не успев сказать ни слова, как разгоряченное тело подростка оказалось рядом с больничной койкой. – Профессор... Как вы? – выдавил из себя Поттер, испуганными глазами осматривая кровавые простыни, и лежащее на них неестественно бледное тело. – Было лучше, пока вы чуть не разнесли тут всё, Поттер, – язвительно прохрипел зельевар, вызывая улыбку на юном лице. Через пару минут, с таким же грохотом объявились взволнованные Грейнджер и Уизли. Крыло удалось окончательно восстановить ближе к полуночи. Теперь помещение стало слишком тесным. Всех раненых перенесли сюда, а близкие отказывались уходить, не боясь никаких угроз. Самое страшное они уже пережили...
