IV. Отдых в горах со змеями — первый день
27 апреля 2021 г., 23:08
Примечания:
Беру отпуск на несколько дней)
Следующая глава планируется примерно на пять-шесть страниц, но после объём вернётся. Разделение на две главы сделано ради удобства как автора, так и читателя.
На часах был пятый час утра. Хмурая Элион с родителями сидела во дворе школы, положив сумку на мокрый от дождя асфальт. Элеонора перебирала пальцами туго затянутые косички дочери и выглядывала еë друзей в толпе, чтобы развеселить дочь их приходом. Первыми приехали Корнелия с Хай Лин, они вышли из одной машины. Бабушка Ян Лин договорилась с доставщиком еды подбросить к школе по пути еë «деток». Корнелия ночевала у Хай Лин из-за ссоры с Элион, поэтому утром они приехали вместе. Выходя из салона, в котором она вся пропахлась морепродуктами, Хейл и слова не сказала, понуро опустив голову. Хай Лин ей что-то на ухо рассказывала весёлым тоном, желая порадовать, но та никак не отзывалась.
— Элион. — миссис Браун коснулась плеча дочери. Девушка не отреагировала, рассматривая тонкие линии плитки на земле. — Посмотри. Там Корнелия с Хай Лин приехали. Пойдëшь к ним, милая? А мы с папой домой поедем, — не желая стеснять дочь своим присутствием, придумала Элеонора. Ей казалось, что дочь грустна из-за их «недоверия к самостоятельности Элион».
— Если вам нужно ехать — езжайте. Я не маленькая, сама сяду в автобус, — бросила девушка, поправляя кучерявую чëлку. Еë мутило с самого утра. Элеонора присела на корточки, смотря в лицо дочери. Браун устало повернулась к матери лицом.
— Боишься одна ехать в горы? — тихо, чтобы другие не слышали, спросила женщина. В еë голосе чувствовалась такая теплота заботы, что Элион невольно улыбнулась.
— Просто не выспалась, мам. Как я могу бояться ехать? Там же будут мои друзья, — с какой-то новой интонацией прошептала девушка. Она вся была пропитана болью и ложью. Но звучала так гордо, что Элион нравилось при других называть девочек друзьями, потому что она видела в этом свою доброту, прикрывала ей злость и обиду.
— Ты у меня умница. — Элеонора поцеловала дочь в щеку и встала. — Постарайся хорошо отдохнуть и возвращайся к нам с папой. Мы будем скучать. Договорились? — с капелькой строгости, которую перекрывала любовь, спросила женщина. Томас тоже подошёл к дочери и поцеловал еë в другую щеку, слегка щипая бока Элион; она рассмеялась в руках отца.
— Да куда я от вас денусь! — Браун рассмеялась. Родители подняли ей настроение. — До понедельника! Я вас очень люблю. — Элион встала с сумки и обняла каждого по отдельности, потом прижалась к обоим родителям сразу.
— И мы тебя, дорогая, — с гордостью за свою дочь прошептал мужчина, неловко зевая в кулак. Элион тихо захихикала и отправила их к дому. Они пришли пешком, потому что транспорт ждать с утра было долго, а машины своей у них не было. Такси тоже не подходил: лишняя трата денег.
Браун стояла и смотрела им вслед без мыслей, пока не услышала шевеление за спиной. Инстинктивно обернулась и увидела Корнелию. Она стояла перед ней в белой куртке, из-под которой виднелся еë любимый розовый свитер. Элион робко кивнула ей и шагнула в сторону своей сумки, чтобы уйти куда-нибудь в сторону.
— Элион, подожди… — растерянно и виновато проговорила Корнелия. — Пойми меня правильно, никто из нас не желал тебе зла. Ты неправильно поняла. — Браун пошла дальше, и Хейл схватила подругу за руку. — Почему ты не приходила в школу все эти дни? Не брала трубку? — Корнелия коснулась плеча девушки, но Элион резким движением сбросила еë ладонь, выдернула свою руку.
— А ты как сама думаешь? — зло в интонации так и резало холодом. — Я… Да зачем я тебе буду что-то объяснять?! Отстань, ладно? — Корнелия прошептала «Элион» одними губами, но девушка вновь отрезала еë речь тем же взмахом руки. Таким властным и острым, что у стражницы мурашки по спине пробежали. Откуда в Браун это было? — Довольно. Оставь меня. Дай мне отдохнуть. Я не с тобой приехала общаться. — Элион не посмотрела на подругу, подхватывая сумку и идя в сторону Элкеми. Девушка вовремя подоспела.
— Элион! — завидев подругу, выкрикнула Элкеми, бросаясь в чересчур радостные для пяти утра объятия. — Почему тебя не было в школе? Я так соскучилась по тебе! — Браун чувствовала слёзы в уголках глаз, обнимая Элкеми. Это не Корнелия, не её лучшая подруга, которую она навсегда потеряла.
— Заболела немного. Пустяк. Расскажи, что было? Я тоже по вам всем соскучилась… — не так эмоционально, как обычно, скорее ради приличия, глухо произнесла принцесса. Элкеми стала говорить о подарке своего парня, который он устроил ей позавчера. Дружески обвиняла болезнь Элион, шутила, а Браун смеялась и не слушала, смотря в глаза подруги сквозь них.
Браун думала: «А может, я не навсегда потеряла Корнелию? Она ведь сказала, что не виновата, значит, дело в другом. Не могли они меня предать. Как я могу их подозревать? Как я могу подозревать лучшую подругу? Какая после этого я отвратительная… Или, может, не я чудовище, а всё-таки она?»
— Элион, ты здесь? — недовольно спросила Элкеми, отвесив слабый щелбан Браун. Девушка ойкнула, приложив ладонь ко лбу. Элкеми рассмеялась с растерянности на лице Элион. — Ну, вот! Точно задумалась. Так и знала. Ты расстроена чем-то… С Корнелией что ли опять поссорились? — Браун сдержанно кивнула. — Хочешь об этом поговорить?
— Да нечего об этом говорить, Элкеми. Поссорились и поссорились. Сама знаешь, как это у нас, — Элион, желая разрядить обстановку, беззаботно пожала плечами. — Пойдём сядем в автобус? Я крекеры взяла, пожуем! — Элкеми неловко улыбнулась.
— Я уже пообещала сесть сама-знаешь-с-кем… Ничего страшного? — состроив просящую милую моську, непротивно пропищала девушка. Глаза Элион забегали из стороны в сторону от неловкости, она рассмеялась, чтобы сгладить свой стыд и кивнула.
— Конечно! Я понимаю. Потом тогда. — Элкеми наклонилась к Браун, оставляя на щеке Элион лёгкий поцелуй. Девушка убежала от подруги к парню. Элион, снова сделавшись хмурой, поплелась в автобус.
После отъезда транспорта, когда все уже расселись, место рядом с ней так и осталось свободным. Браун надела наушники от своего старого плеера, в котором в одно ухо не поступал звук, и стала слушать ту музыку, что была сохранена в телефоне. Ещё до того, как автобус тронулся, она уже съела все крекеры от стресса, выпила половину бутылки воды и тесными джинсами передавила себе живот. Вся поездка доставляла дискомфорт, начиная физиологией и заканчивая психикой.
Элион часто встречалась взглядом с Хейл, они обе изредка грустно поглядывали друг на друга, как будто бы маленькие девочки внутри них жаждали встречи друг с другом, а выросшие в личность люди не могли договориться между собой.
«Какая глупость, правда… — прошептала Браун у себя в мыслях, — я ведь люблю её. Увидела одно сообщение и обвинила во всех грехах? Стоило раньше встретиться с ней и поговорить, чтобы не мучиться, посмотреть в родные глаза — они добрее всего на свете. Их обладательница не смогла бы предать. Всё — вздор, а интуиция меня обмануть не могла — Корнелия никогда не врала мне. Нужно помириться и выслушать её… Сразу пойду, как приедем! И отдых пройдёт замечательно!»
С добрыми мыслями девушка задремала, уложив голову на скомканный шарф, приложенный к стеклу автобуса. Браун проснулась от толчка учительницы в плечо. Она лениво потянулась в кресле, расстегнула ремень, стряхнула с ног крошки, повязала шарф покрепче на шее и вышла из автобуса. В глаза бросилась рыжая шевелюра Сондры, Браун, брезгливо поморшилась, отвернулась в другую сторону — там Корнелия.
Элион, счастливо улыбнувшись скорым объятиям, побежала к подруге.
— Корнелия! — Браун крикнула ей, когда подбежала ближе. Хейл обернулась к подруге, удивлённо смотря на Элион. В её глазах заметно блеснула надежда и радость. — Давай мириться. Я тебя прощаю. Поговорим насчёт того, что я видела? — Губы Корнелии растянулись в улыбке, она кивнула Элион и поскорее подошла к подруге. Вилл окликнула Корнелию, и они вместе с Элион остановились.
— Ты нам очень нужна, — интонацией подталкивая Хейл на нужные мысли о присутствии на курорте какой-нибудь нечисти с Меридиана, выделила Вилл. Корнелия обернулась к Элион, искусственно улыбнувшейся Хейл. — Корнелия, очень нужна, — повторила Вилл. Все ждали слов Элион.
— Иди. Потом поговорим. — Браун отпустила руку подруги в перчатке. — Я не обижаюсь. — Элион переступила через себя и обняла Корнелию с чувством скорби на сердце. Они словно прощались со своей дружбой, обоюдно кончающейся в последние дни.
— Спасибо, Элион… — Корнелия побежала к Вилл, несколько раз обернувшись к фигуре Браун, стоящей посреди веселящейся толпы старшеклассников. Элион посмотрела в сторону катающихся, там была Элкеми, её руку крепко держал юноша, не давая ей рухнуть с лыж. — Ай! И ладно! — тихо, но звонко словами плюнула девушка, тучкой решив уйти гулять по лесу. Она обернулась и увидела знакомую фигуру в коричневой куртке и очках. — Седрик?! — Девушка не поверила своим глазам, замирая на месте.
— Элион? Здравствуй. Я не ожидал тебя здесь увидеть, — соврал мужчина, подходя ближе к Браун. У него в руке была небольшая дорожная тёмно-синяя сумка с маркой какого-то спортивного магазина сбоку. — Ты со школой?
— Да! Я… Ты не поверишь, как я рада тебя видеть, — не находя слов, от сердца говорила Элион. — Какими ты судьбами-то тут? Боже, это ведь судьба! Понимаешь? Если ты не занят, мы обязаны вместе взорвать весельем этот курорт! — радости принцессы не было придела.
Седрик засмотрелся на сестру Фобоса. Она стала такой радостной из-за него, что это польстило мужчине. Он чувствовал власть над принцессой Меридиана: над её эмоциями, телом, решениями.
Элион была обута в высокие чёрные сапоги, джинсы вычерчивали её стройные ноги, а бледно-русые волосы, похожие на снег или меридианское пшено, были немного растрёпаны.
— Я не занят, но, Элион, я поступлю некрасиво, если заберу тебя у твоих подружек. Ты ведь с ними приехала отдохнуть, — сохраняя образ тактичного человека, запротестовал мужчина. Элион махнула рукой. — Снова поссорились? — Браун поджала губы. — Наверное, ты из-за этого ко мне не приходила.
— Сегодня всë уже хорошо. — с улыбкой на губах прошептала девушка. «Кроме, разве что, того, что я больше не могу доверять друзьям», — подумалось между слов. — Но у моих друзей другие планы, поэтому я бы очень хотела покататься с тобой. Там, в лесу, есть другой склон. Если ты отпросишь меня на день у директрисы, будет весело.
— Это не составит проблемы. Мы с ней хорошо знакомы. — Элион вспомнила о сотрудничестве магазина Рика и Шеффилдской библиотеки. — Вы ведь только приехали? — она кивнула. — Оставь вещи в доме, поедим в кафе. Я буду ждать тебя у автобуса. — Элион снова опустила голову вниз, соглашаясь с мужчиной. Девушка чувствовала, как в груди от мужского голоса расползся приятный огонëк: она скучала по нему. Раньше, называя Седрика своим другом, она видела чувства и доброту исключительно с его стороны, только принимая их. Сейчас же новое чувство дало понять Элион, что она сама готова поддержать его и помочь в трудную минуту, могла бы стать хорошей подругой этому красивому, умному и взрослому человеку, коего рядом с собой робела ставить, ведь они, несмотря на схожесть, всë равно были очень разными, чтобы быть друзьями.
Бросившись бежать по снежной дорожке к гостевому домику, Элион дышала холодным воздухом, еë щëки обдувало морозным ветерком, покрывая кожу румянцем. Браун вынесла им обоим одинаковые шапки, на самом деле, взятые специально для Корнелии. Однако раз та убежала от неë, то и шапку не заслужила. А у Рика как раз не было головного убора.
— Седрик! — Элион махала ему, мужчина с директрисой обернулись к бегущей Браун. — Я готова, — схватившись за руку Седрика, чтобы не поскользнуться и не упасть, заключила девушка.
— Доверяю еë вам, мистер Хоффман, — в присутствии Элион директриса вернулась к строгому тону. Под толстыми линзами очков еë глаза по-женски блестели для Рика. — Вернитесь до темноты. Элион, ужин будет в столовой на веранде. — Браун кивнула и легонько потянула Седрика за куртку назад, подальше от автобуса и директрисы.
— Спасибо. До вечера. — Он отвернулся от директрисы, беря Элион за плечо, чтобы она не упала в снег на склоне впереди. — Идëм?
— Пойдëм быстрее. Идëм… Идëм… — торопилась Элион, вынуждая Седрика быстро следовать за ней. Она удобнее схватилась за него, взяв за ладонь вместо той хватки на плече. В нескольких шагах от них прозвучал гневный спор между Вилл и Сондрой. Девушка остановилась, кивнув мужчине в сторону подруги. — Знаешь Сондру? Она, говорят, из-за границы к нам приехала. С акцентом плюётся ядом… — Седрик тихо рассмеялся от неудовольствия в тоне девушки. Браун понравился его смех, он был бархатным.
— Это считается модным? — не понимая, к чему клонит принцесса, уточнил мужчина. Элион сунула ему в руку шапку с рисунком кошачьей морды. Из второго кармана она достала такую же, показательно натягивая головной убор на голову. Седрик остановился, касаясь подушечками пальцев рисунка на шапке. Ему не хотелось надевать эту вещь, но он не мог перечить желанию Элион: Фобос приказал исполнять любую волю сестры, лишь бы она вверилась советнику королевства. Девочка почувствовала бы себя на одной ступени с Седриком, окажись эта шапка на его голове. Вздохнув внутри себя, мужчина надел на голову тесный убор. Кошка растянулась, но ушки, торчащие из макушки, не давали потерять ей узнаваемости.
— Модным, конечно. Я вот, к примеру, никогда за границей не была. Тебе идёт! — Элион перебила саму себя, взглянув на мужчину. Согласие Седрика надеть глупую шапку действительно произвело впечатление: девушка стала шагать с ним нога в ногу, невольно теснилась рядом с ним, переставляя ноги в глубоком слое снега. — А ты был за границей?
— Ес-сли то, где я был, можно так назвать. — Мужчина почувствовал некоторую тягу к родине после этого вопроса, желая поскорее вернуться в столицу, где был дворец. Ему не нравилось находиться среди белых снегов в неудобной современной одежде. — Очень скоро у тебя появится возможность побывать где-нибудь за пределами Хитерфилда, Элион. — Браун пожала плечами, рассчитывая уехать в Калифорнию. Впереди показался фуникулёр. Седрик, неслышимо для Элион, рассказывал что-то. — Ты слушаешь меня, принцесса? — Мужчина остановился, Элион замерла, почувствовав, что рука, за которую она держала друга, свободно не двинулась за ней. Браун обернулась, растерянно смотря в глаза Седрика. — Я не смогу веселить тебя историями, пока ты в таком настроении, Элион. Расскажи мне причину своей грус-сти, ты же знаешь, что мне только в радость слуш-шать тебя. — Он коснулся кошачьих ушек на шапке принцессы, и она с умилением улыбнулась.
— Я сказала тебе, что со мной уже всё в порядке. Корнелии так же сказала, но… Я-то её простила, а в груди что-то болит. Ну, да, сердце болит, — она усмехнулась. — Мне всё равно на то, что мы неправильно друг друга поняли, она там подставилась с Меридианом… Сказала, что-то наподобие того, что его нужно устранить, пока кое-кто, то есть я, не опомнился. Так вот. Это ерунда. — Элион махнула руками, отбрасывая всё прежде сказанное, как будто оно мешало чему-то важному. — Меня укололо другое. Корнелия назвала себя моей старшей сестрой, а потом… А потом просто в очередной раз бросила. Я понимаю, что у каждого свои дела, мир вокруг меня не крутится, но мне хватило бы одной поездки с дурацкой снежной горки! — Элион пнула ногой сугроб и, неуклюже проехавшись по земле, рухнула под ноги мужчины. Он не успел словить её, потому что она отошла на два шага в сторону от него.
Мужчина думал: «Она так чувствительна к истине и сама всё ближе и ближе подбирается к ней без моей помощи. Почему же во мне она не предчувствует заблуждения?»
Седрик присел на колени рядом с лежащей укутанной девушкой, отодвигая ткань пышного шарфа, закрывшего лицо Элион, оно всё было румяным от стыда. Девушка схватилась за шарф там же, где и он держал, натягивая его обратно на лицо и не желая вставать с земли. Джинсы намокли, а одна из лыж больно впивалась в поясницу.
— Предлагаешь остаться здесь? — рассматривая катушки от шерсти шарфа на узелках, спросил мужчина. Он мог одной рукой поднять её с земли, поторопив забраться повыше, чтобы наконец скатиться, но не делал этого, наблюдая, как глубоко опускается грудь принцессы в размеренном дыхании. — Элион, кота на шапке заморозишь. — Она резко села, шарф упал с лица сам собой. Девушка громко рассмеялась, повиснув на мужчине и потянув его за собой в снег. Он поддался и, сберегая своё тело от синяков, привалился на руку, чувствуя, как шапка упала в сугроб.
— Ты потерял! — Элион, казалось, возмутилась, вытягиваясь на животе. Волосы Седрика прядями упали на лицо из хвостика, собранного сзади. Девушка достала шапку из снега, отряхивая её. — Не встав на лыжи, мы умудрились замочить шмотки. Прости… За шапку и штаны… — виновато проговорила Браун, подсознательно не ощущая себя виноватой.
— Всё нормально. Но нам обоим нужно переодеться. Я провожу тебя к лыжному центру. Потом пойдём кататься. — Элион вздохнула, но сдержалась от того, чтобы не закатить глаза. — Можем пойти и так, но тебе самой будет нехорошо.
— Ладно-ладно, понимаю. Провожать не надо. Давай встретимся здесь через пятнадцать минут? — предложила Браун, самостоятельно вставая на ноги. Повело в сторону от лёгкого ветерка, сковавшего льдом кожу ног. Седрик кивнул. — Только не опаздывай, я скорее хочу обогнать тебя на лыжах! — напоследок бросила девушка, скрываясь за рядами деревьев. Она забыла взять лыжи.
***
Выйдя из комнаты в других штанах, горнолыжных, какие стоило надеть сразу и не выпендриваться, она остановилась на повороте, чтобы покрепче завязать верёвочки на ботинках. Элион от радости хотела начать под нос напевать приевшуюся мелодию с радио, но услышала тихий плач, доносящийся из женского туалета. Браун выпрямилась и, боясь спугнуть человека, медленно приоткрыла дверь, стукнув в неё два раза перед тем, как войти. В комнате сидела Вилл, закутанная в синюю куртку. Она стёрла с щёк влажные дорожки слёз, от которых припухла кожа лица. — Вилл! — обеспокоенно воскликнула Элион, захлопывая дверь, а после обнимая подругу. Вилл сжала руки за спиной Браун, нуждаясь в дружеском утешении. Пару минут назад Вандом молилась сердцу Кандракара за то, чтобы никто из друзей не увидел её в таком состоянии, но сейчас она была рада Элион, словно от подруги так и тянулись нити приятной магической энергии, лечащей расстройство. — Это ты из-за Сондры? — А из-за кого ещё, Элион? — с болезненным сарказмом прошептала Вилл, натягивая шапку на глаза. — Эта дура делает всё, чтобы опозорить меня перед Мэттом. Я её ненавижу! Она — сущее зло в кашемировом свитере! — Вилл сорвала головной убор, бросая его в угол между стиральной машиной и стеной. — Я слышала о вашем спуске на спор… — расстроенно, стараясь увести Вилл в размышление о деле, нежели страдании, говорила Элион, — уверена, что это хорошая идея? Мне кажется, сердце Мэтта нужно завоёвывать другим путем. — Или я Сондру, или она меня, Элион. Кто кого первый уничтожит, а я раздавлю эту козу между пальцев. Она просто не знает, на кого нарвалась. — Браун тяжело вздохнула в ответ на злость в голосе Вандом. — А… Как у вас с Корнелией? Надеюсь… На нас ты тоже больше не обижаешься? — вдруг вспомнила Вилл. Элион улыбнулась ей, отрицательно качнув головой. — Я вас всех слишком люблю. Не умею ненавидеть и долго обижаться. — Браун пожала плечами, Вилл нахмурилась, стирая остатки слёз с щёк, на веках и под глазами блестели чёрные подтёки от туши. — За что ты хотела нас ненавидеть? — Элион нахмурилась так же, как и подруга, вставая напротив неё и смотря сверху вниз. — Ты сама писала в чате. Про Меридиан. — Всё нутро Вилл обдало жаром, а потом взяло холодом — она испугалась Элион. Не того, что подруга могла сделать, а того, что она сейчас сказала. — Всё нормально? Я же не обижаюсь, ты чего? — Элион, что за Меридиан? — Вилл сглотнула, напряжённо хватаясь пальцами за края железной коробки, на которой сидела. Её голос ненатурально звучал, хоть и не менялся. Глаза Браун возмущенно округлились. — Вилл, ты в беседе сама написала о Меридиане, не держи меня за дуру. — Элион развела руками в сторону, на эмоциях повышая громкость интонации голоса. — Мой проект королевства на конкурс, — закатив глаза, для конкретности пояснила Браун. Вандом выдохнула про себя, опускаясь корпусом к полу, согнувшись пополам. — Корнелия мне ничего так и не объяснила, как вы узнали… О том, что придумала я. — В груди Элион неприятно защекотало от стыда. Она подумала: «Чёрт с ним, никто не узнает о той книге и инициативе Седрика. Зато идеи, приказы и реформы будут моими». От произношения таких слов, местами касающихся власти, на душе стало тепло: Браун приняла в себе властолюбие. Пока что здоровое, но едва ли контролируемое. — Так Меридиан — это твоё королевство? — удивилась Вилл, начиная играть глупую персону. Элион сдержанно кивнула, с вздёрнутым подбородком и хмурыми бровями она Вандом кого-то напоминала. — Нам с Ирмой передал кто-то, не помню, что это проект мальчика из другой школы. — Губы Браун исказились в неприветливой усмешке, она внутри заполыхала от детской злости, неподвластной ей самой и животной. Ей хотелось отомстить этим доносчикам, они наверняка украли её дневник, подстроили это, чтобы посмеяться! Или Вилл ей врëт? От этого стало не себе, поэтому и чувство стыда прекратило расти. — Как это уродливо — поступать так со мной. С их стороны, конечно. Извини, что на вас подумала. Мне… Очень стыдно… — Вилл заглянула в глаза Элион, в самую их сердцевину, вместе с усмешкой это создало у неё в голове образ врага — Фобоса. Подсознание сделало их похожими друг на друга, Вандом позавидовала своей фантазии. — Вилл… Так извинишь меня? — Черты лица Элион смягчились, стали жалостливы ко всему вокруг, она вытянула руку, выставляя мизинчик. Вилл взялась за палец подруги своим, немного тряся его на весу. — Я и не обижалась. В следующий раз не убегай так далеко от нас. — Вилл встала, потягиваясь. — Хорошо, что ты пришла. Я думала, буду плакать до вечера. Пойду опухшей на спуск с горы. Зайдёшь со мной за Хай Лин? — Ну… — Элион вспомнила о Седрике, который, возможно, уже ждал её. — Только быстро! — Браун махнула подруге рукой, выбегая из комнаты. Вилл вышла за ней, прикрывая дверь без хлопка, ей пришлось поторопиться, чтобы поспеть за Элион, которая уже сбегала по деревянной лестнице, ведущей в гостиную с камином, где сейчас была добрая половина их одноклассников. Хай Лин не было среди всех, она, как предположила вслух Вилл, каталась на лыжах вместе с Ирмой и Тарани. Браун с Вандом остановили однокашники из параллели. — Эй, детки! — один мальчик некрепко приобнял Вилл и Элион, кладя руки им на плечи. — Хотите историю расскажу? Тут такое узналось, пока вы гуляли. — Компания парней за его спиной согласно загоготала. Они все договорились напугать страшной историей девчонок, первых вышедших из комнат. С обеими все из компании сидящих у камина дружили не очень тесно, но был уговор. — Душнила, отвали. — Вилл сбросила его руку, Элион недовольно скривилась, но не смогла поступить так же грубо. — Элион, пойдём… — Вандом потянула её за руку, но девушку уже закружил однокашник, подводя ближе к компании. — Если твоя подруга не хочет слушать, это не значит, что и ты не должна, милая. — Элион брезгливо повернулась к парню, вздыхая от недовольства. — Не вздыхай ты так. Слушать-то будешь? — Если обойдёшься без фамильярности, послушаю. — Браун легко столкнула его руку, обернувшись к подруге. — Давай послушаем? Это несколько минут. Мне интересно. — Вандом пожала плечами, подходя ближе. Мальчики в компании без сарказма похлопали в ладоши, по-доброму, но явно с мужской пошлостью приглашая их к себе. Элион и Вилл сели в одно кресло. — Этот гостиный дом раньше принадлежал семейству Эдельвейст. Вы слышали когда-нибудь о нём? — заговорил другой парень, сидящий рядом с ними. Обе девушки пожали плечами. — Они славились ведущим положением в сельскохозяйственном ремесле на этих землях. — Была бы здесь Тарани, она бы ответила, — для Вилл тихо пошутила Элион, Вандом улыбнулась. — Не перебивайте, — возмутился парень, слабо хлопнув рукой по ручке дивана. — Их все любили. Но однажды ночью к ним попросилась ночевать одна проезжая семья. Проездом. Мол, пурга, метель, переждать нужно. У них дочь была возраста дочери Эдельвейстов, поэтому те согласились их принять. Не побоялись из-за этого. — Ну и? К делу. Нам идти нужно, — подогнала Вилл, махнув рукой. — Слушай, блин. — недовольно пробурчал юноша. — Так эта семья в итоге перерезала их всех Эдельвейстов. А утром, когда полиция зашла к ним в дом, там была записка: «На память всему народу». Но самое страшное — это проклятье. Тот, кто однажды услышал эту историю, будет обязан рассказать её другу, иначе умрёт прямо в полночь того же дня, когда он услышал. И напоминанием ему будет страх… — По головам девушек прошлись мурашки от прикосновения к макушке чего-то маленького. Они одновременно тряхнули головой, на пол упал качественный муляж тараканов. — Вы дебилы?! — крикнула Вилл, вскакивая с места. Они с Элион не кричали, чего ожидали парни, только возмущались. — Уроды… — злостно прошипела Браун, кидая в рассказчика муляжом. Тот сжался в кресле, трясясь от смеха. — Жди ответочку. Только учти, наш подкидыш будет живым. — Элион схватила Вилл за локоть, они в темпе выбежали из дома под смех мальчиков. — Идиоты… Давай им змей подкинем ночью? — Вандом рассмеялась. — Да забей ты. Ещё змей искать будем. — Вилл махнула рукой. Элион рассмеялась. — Пойдёшь с нами кататься? — Я… — она обернулась на лес, где они собирались встретиться с Седриком, Браун и так уже задерживалась. — Я присоединюсь к вам, как только скачусь с другом, я обещала! Вы подождёте меня? — просящий голос Элион приобрёл оттенок детских интонаций. Вилл заметила в подруге то, что она очень боялась, что они опять уйдут без неё. — Конечно… Куда мы уйдём… — задумчиво проговорила Вилл, на кратковременное прощание обнимая Элион. — Только не задерживайся, а то тут скоро с Сондрой будет… — О, я не пропущу! — засмеялась девушка, на ходу отвечая Вилл. Они потеряли друг друга из виду через минуту, когда Элион зашла в чащу.***
Браун около десяти минут сидела на камне на том же месте, где они с Риком попрощались. Сначала без дела, потом играла в змейку на телефоне, звонила мужчине, но всё оставалось без ответа. Она успела заморозить нос и замучить шапку, которую тёрла между пальцев от нервов. Элион была готова уйти, раздумывая над этой ситуацией: «Он не мог просто так пропасть, не мог меня бросить. Возможно, с Седриком что-то случилось? Или, может, я что-то перепутала? Он потерялся? Но и ждать я его долго не могу: замёрзну, да и стыдно… Чтобы девушка так долго ждала парня. Но он и не парень, скорее, как замена воспитателю… Или друг? Я ведь недавно видела в нём друга, почему он снова оказался таким чуждым мне? Когда его нет рядом, я теряюсь, мне становится неловко от нашей с ним дружбы… Может, мне стоит проводить с ним меньше времени? Седрик ведь правда намного старше меня, это ненормально — нам с ним дружить, — она усмехнулась в пустоту, — такой бред! Он просто опаздывает, что я устроила?» В стороне послышался отличимый шум землетрясения, всё вокруг начало трясти, и Элион не удержалась на ногах, падая в снег. Мир ходил ходуном, а снег, несущийся с вершины горы прямо над лыжным центром, где все катались, летел на людей огромной волной. Браун посмотрела на лавину, которая могла бы её настигнуть, но та задевала только лыжный курорт. Сердце заколотилось в грудине, больно отбивая неритмичную мелодию, Элион слышала этот бешеный стук у себя в ушах, бесполезной куклой валяясь на снегу и смотря на то, как, возможно, её друзья, те, кого она любит, даже те шутники прощались с жизнью. Браун расплакалась, боясь пошевелиться и закричать. Ей всех было жалко, но она трусила встать и бежать туда. А что бы она сделала? Телевизионную вышку снесло снегом. Внизу, недалеко от неё, раздался нечеловеческий рёв загнанного в угол животного. Девушка зажала рукой, заледеневшей от снега, рот. Она молилась, чтобы случайно не закричать. Браун прижалась щекой к земле, кожу начало жечь от снега, всё её лицо раскраснелось, но не поднимала головы. Она услышала крик Корнелии. Этот крик заставил девушку подняться на ноги и без мыслей броситься вниз по склону, путаясь в сугробах, спотыкаясь о корни деревьев, спрятанные под слоем снега. — Корнелия! — со всей силы закричала Элион, желая докричаться до подруги. Браун остановилась, оглядываясь назад, чтобы проверить, не началась ли лавина от этого крика. Возможно, он был таким громким, потому что в лесу никого не было. Впереди показалась поляна, на ней бездыханно лежал человек, прямо в снегу. Элион бежала дальше и рассмотрела блондинистые волосы. — Корнелия! Корнелия! — не своим голосом завопила Браун, сломя голову и не боясь пораниться, неслась Элион. Она падала в снег, обжигала снегом и так замёрзшие руки, лишь бы успеть помочь подруге. — Корнелия!!! — Девушка выбежала на пустую поляну, склон, где лежал человек. Фигура не была похожа на подругу, Браун тяжело дышала, подбегая к человеку. Элион опустилась на колени перед тем, кто лежал перед ней, укладывая тяжёлую голову себе на колени, чтобы, при любом возможном исходе событий, этот человек не задохнулся. — Седрик… — Браун звала тихо, прикладывая пальцы к вене на шее мужчины. Ни сердце, ни вена, ни запястье не отвечали ей на нужный вопрос. — Седрик, очнись! — Слёзы падали ему на щёки и веки, плотно затворённые. Очки мужчины валялись недалеко от них, прямо в снегу. Он повёл рукой в сторону, касаясь руки девушки. Она крепко перехватила его пальцы своими, чувствуя, что его руки ещё холоднее её собственных. Седрик не притворялся. С минуту назад между ним и стражницами закончилась тяжёлая битва. Он устроил им облаву, хотел убить лидера, узнав о том, что она будет здесь одна из-за спора с Сондрой, но никак не ожидал отпора от всех пяти при поддержке главы мятежников. — Седрик, ты жив… — радостно прошептала Элион, помогая ему сесть на снегу. Она заметила кровь на светлой куртке мужчины. Калеб проехался по его чешуе острым концом сноуборда, оставляя на теле глубокую царапину, которая в его змеином обличье бы затянулась быстро, но он не мог позволить себе родной облик, слыша крики Элион. — Господи… Эт-то кровь? Седрик, это кровь? — принцесса побледнела на его глазах, испуганными глазами глядя на куртку. Седрик внимательно смотрел в глаза Элион, никогда прежде не видя столько боли, жалости, сострадания и страха в эсканорских глазах. — Седрик, отвечай мне! — от страха закричала девушка, чем-то напоминая нагу её брата. Он заговорил прежде чем подумал, неосознанно подчиняясь приказной интонации. — Это из-за лавины. Я нарвался на острое дерево, пока летел со скалы. Рана небольшая, она не кровоточит больше, мне просто неприятно, — как можно более спокойно ответил Седрик, протягивая руку к Элион, она схватилась за неё, придвигаясь на коленях поближе. — Пойдём отсюда. Тебе нужно вернуться к классу. — Тебе нужно к врачу, Седрик, — запротестовала девушка. — Я боюсь возвращаться. Если… Если там только трупы?! — последнее слово девушка прошептала уже на выдохе, едва не заливаясь новым приступом паники. Мужчина сжал плечо девушки, прикосновениями стараясь привести её в нормальное состояние. Но она только тряслась в его руках. — Они могли укрыться. Лавина сошла удачно. — Браун помогала ему подняться, подставляя свою руку. Седрику её помощь не была нужна, кожа постепенно затягивалась сама собой, и для него это была не самая ужасная по ощущениям царапина. — Мне не нужен врач. Просто прилягу. — Тогда пойдём к тебе. Я уложу тебя, тогда уйду. — Седрик поджал губы, отвернувшись в сторону. Элион ставила его в самое неудобное положение весь день. — Не противься, прошу. Я просто помогу. — Я не брал гостиницу. Приехал на… — он вспоминал слово, кривясь под видом боли от раны, чтобы дать себе отсрочку. Элион крепче вцепилась в его руку, словно, упади он, она поддержала бы его. — … На такси. — Седрик вспомнил. — Тогда ко мне. Пойдём. Потихоньку. У меня свободный диван в номере. Ляжешь на кровати. — Мужчина не стал отказываться, предчувствуя отличную возможность стать ещё ближе к Элион. Она будет ухаживать за ним, неосознанно делаясь ответственной за него. — Спасибо тебе, Элион, — он прохрипел это болезненным голосом, чтобы спрятать ненатуральность. Браун жалостливо улыбнулась, сдерживая слёзы. Девочка поверила в то, что от неё сейчас зависит его жизнь. И теперь их связывало нечто большее, чем неловкие откровенности в магазине.
