Точка бифуркации

Тэхён протягивает Чимину свою огромную ладонь, ловит непонимающий взгляд старшего и улыбается уголками губ. Утренний густой туман застилает всё пространство вокруг, оставляя в поле зрения только, пожалуй, Ким Тэхёна в несвойственной ему безразмерной темно-зелёной футболке и, кажется, новых кедах (?). Чимин даёт ответную реакцию и кладёт свою ладонь в чужую; ловит себя на мысли, что выглядит это всё как само собой разумеющееся. Чувство восхищения в перемешку с непониманием. Шатен нежно переплетает пальцы, позволяя старшему ощутить тепло его рук. Тэхён тянет парня за собой, ближе к выстроенным в ряд деревьям, а Пак чувствует прохладную росу на босых ступнях. Серое небо режет глаза своей яркостью, заставляя парня с волосами цвета персика-сахарной-ваты зажмуриться. Младший оборачивается и пристально смотрит Чимину в глаза: ощущение спокойствия и разливающегося по венам тепла. Останавливается и, не выпуская из своей руки чужую, позволяет себе слишком много. Губы шатена мягкие, с привкусом кока-колы. Термоядерная реакция – ядерная реакция между лёгкими атомными ядрами, протекающая при очень высоких температурах. Миллион бабочек с синими с металлическим блеском крыльями разом вспорхнули и устремились прямиком наверх, застревая меж ребёр, заполняя лёгкие и сбивая дыхание. Губы Тэхёна плавно накрывают нижнюю губу Чимина, заставляя тысячи фейерверков взорваться под черепной коробкой старшего. Отстраняется, словно спрашивая согласия, право на которое забрал несколько секунд назад. Пак зарывается крохотными пальцами в тёмные мягкие волосы, непроизвольно прижимаясь ближе. Поддаётся манящему искушению: аккуратно целует в ответ вместо того, чтобы сказать «да». Ким прижимает к себе ещё плотнее, несильно сжимая волосы Чимина на затылке одной рукой, другой обхватывая талию. С уст старшего срывается тихий стон, когда шатен кусает пухлые губы, а затем с толикой властности проникает языком в чужой рот. Податливость Чимина, кажется, смущала его самого и давала зелёный свет действиям младшего. Тэхён плавно отстраняется, смотрит на вишневого цвета мягкие губы чуть дольше секунды, берёт детское на вид лицо, вместе с тем словно захватывая под свой контроль любое действие Пака, и оставляет влажный след на линии челюсти, плавно выводя языком узоры на мочке уха после. – У тебя фетиш такой? – в голосе Чимина нет свойственной осторожности. Читается усмешка, и Пак видит в чужих карих глазах оттенок исполненного желания (вкрапления медового и охры). Младший приближается снова и нежно касается губами чужого лба, улыбается с привычным теплом и тихо, кажется, смущённо смеётся. Где-то внутри вырывающееся наружу бурлящее чувство волнения, расходящееся по каждому миллиметру зарождающимися каждую секунду бабочками с синими крыльями. Бешено бьющееся сердце и сбитое дыхание. Лёгкое щекотливое чувство внизу живота и трясущиеся руки. Чимин вздрагивает, резко открывая глаза. Знакомое ощущение: такое бывает, когда «падаешь во сне». Или нечто похожее. Учащенное дыхание и бегающий по деревянным стенам домика взгляд. Отчётливо читающееся в глазах разочарование на ряду с непониманием. «Это был сон?.. Всего лишь сон?». Снова разбираться в той куче эмоций, которая скопилась за пару мгновений рядом с Тэхёном, мирно спящим напротив, поджав ноги как можно ближе к себе. Только-только выглянувшее из-за леса на другом берегу солнце окрашивало тусклое серое небо золотыми отливами. Утренняя прохлада успокаивала, и в какой-то момент дыхание Чимина, как и сердцебиение, пришли в норму. Пак стягивает с себя свитер младшего, аккуратно складывает его рядом со спящим. Снимает кеды, на которых видны следы засохшей грязи и спускается по не то чтобы надежной лестнице. Утренняя роса оказывается на медового цвета коже: приятно. Пак вдыхает полной грудью, а на пухлых розовых губах появляется улыбка. Чимин чувствует себя живым. Даже если это всё из-за обычного (очень реалистичного) сна.

***

Ощущение того, что это лето изменит всё давным-давно устоявшееся. Тонкие пальцы зарываются в персикового цвета волосы - ещё одна примечательная привычка Пак Чимина. Холодная речная вода каплями остается на хрупких на вид лодыжках, когда Чимин выходит на берег. Аккуратной поступью Пак оказывается у знакомого до каждой мелкой царапины дерева, улыбается собственным мыслям, которые, вероятно, ещё вчера пожелал бы оставить в тайне (даже от самого себя). Проснувшееся желание дарить необъятную заботу, окунать в любовь с головы до ног и просто всегда быть рядом. Старший осторожно выглядывает из-за угла, пытаясь уловить чёрный джип отца взглядом и остаться при этом незамеченным. Буквально на цыпочках пробирается по узким дорожкам меж домами, старается не нарушить утренний покой. Двор пустой. Значит, дома никого. Быстрый душ ещё никому не навредил, так ведь? Тёплые струи воды скатываются по обнаженному телу парня, запрокинувшего голову назад. Нежная пена окрашивается в пастельный цвет от смывающейся с волос краски. Электронные часы на тумбе показывают 9:02, вызывая лёгкую улыбку на губах Чимина. «Времени еще полно». Пак закрывает дверь во внутренний дворик до характерного щелчка и аккуратно перелазит через высокий забор. Во рту привкус кофе с характерной горечью, а в голове, пожалуй, крутится одна и та же мысль, заставляющая щеки парня покрыться лёгким румянцем. Чимин рассматривает каждый миллиметр чужого лица: спавшие на лоб вьющиеся тёмные пряди, длинные ресницы; до невозможного милая родинка на нижней губе – раньше Чимин её, почему-то, не замечал; гладкая смуглая кожа. Хочется целовать, целовать, целовать... Лёгкое поглаживание по плечу. Тэхён смотрит сонными глазами на старшего, который осторожно, буквально кончиками пальцев, касается его руки. – Ты голоден? – в голосе по-прежнему читаются нотки опаски и неуверенности, с которыми Чимин обычно обращался к младшему. Пак улыбается, в какой-то степени натянуто, неосознанно пытается поймать чужой взгляд. Ким в ответ только пожимает плечами, оглядываясь вокруг. До него пока ещё не совсем дошло происходящее. – Ладно... я оставлю это тут. Овсяные печенья (как ты любишь), шоколадные батончики, кексы. Возьмёшь, когда захочешь. – Сколько время? – будто не обращает внимания на то, что сказал ему Чимин. – Не знаю, где-то десять утра. Чимин садится чуть поодаль, достает из кармана шорт телефон, о существовании которого, кажется, уже и забыл совсем. На экране высвечивается приветственная надпись, а затем на главном меню всплывает куча уведомлений. Пак отмечает про себя, что это именно та причина, по которой он не хотел включать телефон. «Уехал в Калифорнию искать себя. Начну новую жизнь, не ищите». Усмехается про себя и нажимает на кнопку «Отправить».