ДТП

*** Эта ночь кажется Мише вечностью. В палате тихо настолько, что он слышит биение собственного сердца. Грудную клетку сжимает, и каждый вздох отдается давящей болью. Говорить с Дженсеном…Не отпускать его… Каждый раз, заговаривая, Коллинз чувствует себя очень глупо. Он не привык говорить так много и так…серьезно. А с другой стороны, его терзает страх, что о некоторых вещах он уже может не успеть сказать никогда. - Дженс. Аппарат снова издает странный звук, оповещая об участившемся сердцебиении. - Дженс, если она права, и ты меня слышишь…Тогда слушай. Миша нервно переплетает пальцы и отводит взгляд, как если бы Эклз смотрел на него в этот момент. - Мне страшно. Очень страшно. Как никогда. Страшно за тебя, Дженсен, твою мать! Ты должен очнуться, потому что я без тебя не смогу. Потому что я не прощу себе, что последним, что ты от меня услышал, было «Иди к черту, Эклз». Я бы сам сейчас к нему пошел. Побежал бы даже, честно. Давай, очнись и пошли меня куда подальше, только очнись, ладно? Миша закусывает губу и какое-то время молчит, пытаясь справиться с подступившим к горлу комком. - Мне очень жаль, что все так вышло. Эти мои кривляния на камеру – действительно жуткое ребячество. Только, знаешь…В каждой шутке есть доля шутки. Остальное правда. Я сейчас осознаю, как никогда, что жизнь – такая короткая штука, а мы тратим ее на всякие глупости. На мелкие обиды, ссоры, ругань. Откладываем что-то до лучшего момента, не понимая, что этот момент может никогда не наступить. Дженс, давай с тобой поменяемся местами, можно? Можно я тут буду лежать весь в проводах, а с тобой будет все хорошо? Глаза начинает жечь, и Миша замолкает, подняв взгляд к потолку. *** 20 июля Утро для Джареда начинается со знакомого голоса, распевающего какую-то детскую песенку про кота. Падалеки разлепляет глаза и видит снующего по палате Ричарда, выгружающего из какие-то вещи. - С добрым утром, принцесса! Как спалось? Джаред даже не думает обижаться. Только не на Спейта, нет, это невозможно. - Так себе, если честно. Я долго не мог заснуть. - А я спал, как убитый. Врет, конечно. Всю ночь ворочался с боку на бок, вспоминая сам момент аварии. Но Джареду об этом знать не обязательно. - Я тебе завтрак принес. Вряд ли местная хавка вкуснее этого. На прикроватном столике как по волшебству появляются две коробочки с китайской лапшой и два стакана на удивление горячего и вкусного кофе. Джаред набрасывается на еду. Вчерашним вечером кусок в горло не лез от волнения, да и слегка подташнивало – сказалось сотрясение. Сегодня голод был просто зверским, а лапша с кисло-сладким соусом еще никогда не была такой вкусной. - Ну что, пойдем проведаем Дженсена? – бодро изрекает Ричард, когда с трапезой покончено. – Интересно, Коллинз еще там? Я и ему еды прихватил. *** Когда друзья входят в палату Дженсена, Миша не сразу их замечает. Он держит ладонь Дженсена между своих и продолжает что-то говорить. Ричард издает деликатное покашливание, и Коллинз вскакивает как ошпаренный. - Как он? - Без изменений… - А ты? - А что я? Выглядит Миша, мягко говоря, не очень. Темные круги под глазами, залегшая между бровей глубокая складка, измученный взгляд. Джареду на мгновение кажется, что он видит перед собой Кастиэля, а не Мишу. Миша таким просто не бывает. - Мы тебе поесть принесли. - Спейт протягивает Коллинзу коробочку с лапшой и стакан с кофе. – Прости, еда, наверно, слегка остыла. - Спасибо, – вымученно улыбается Миша и ставит еду на тумбочку. Джаред и Рич вдруг ясно понимают, что он к ней даже не притронется. Их внимание переключается на Дженсена. Ричард подходит к нему первым. - Дженс, мы мысленно с тобой. В следующий раз и тебе еды захвачу, договорились? И только попробуй не съесть. Затем он отходит и подталкивает Джареда к койке. Падалеки долго и пристально вглядывается в бледное лицо друга, а потом кладет руку ему на плечо. - Держись, братишка. Если что, мы рядом, ты же знаешь. Не забывай об этом, ладно? За те восемь лет, что они были знакомы, Дженсен действительно стал для него старшим братом, и Джаред, не раздумывая, бросился бы за него под пули, как Сэм за Дина. Миша, все это время молча стоявший в стороне, подает голос. - Ребят, мне надо отлучиться на пять минут, побудьте пока с ним, хорошо? - На пять? А потом обратно? Миш, ты тут жить собрался? – заваливает его вопросами Спейт. - На пять! – с нажимом говорит Миша, давая понять, что на остальное он отвечать не собирается. – Просто побудьте это время с ним, ладно? С этими словами Коллинз выходит из палаты. - Знаешь, Джа, вот смотрю я на этого злогребучего тролля, у которого талант донять всех до печенок за считанные секунды... и вижу заботливого любящего человека. - Заботливого друга? - Я неясно выразился? Любящего! - Но друзей тоже любят, - возражает Джаред, - я люблю своих друзей. - Ты еще скажи, что меня любишь, Падалеки, - парирует Спейт. Джаред вспыхивает, а Рич делает излюбленный бровесмайл и ехидно смеется. *** Вечер того же дня, палата Дженсена Эклза. - Коллинз, ты собрался умереть у его постели? - Отстань от меня, Рич. - Ты уже сутки не спишь. - И что? - И не ешь. – Спейт кивает на нетронутую коробку с лапшой. - Я…мне не хочется. - Миша… - Что Миша? Ты понимаешь, что он из-за меня тут лежит? Если бы я справился с управлением, машина бы не перевернулась! И он бы не пострадал! - Ты рехнулся? Ты спас нам всем жизнь, понимаешь? - Я чуть не убил Дженсена! - Ты идиот?! – Ричард хватает Мишу за плечи и резко встряхивает. – Опомнись, Коллинз! Если бы не ты, мы бы попали в ту , ты осознаешь это? Там никто, повторяю, никто не выжил! Коллинз пару секунд смотрит на него покрасневшими слезящимися глазами, а потом отворачивается. - Я не прощу себе, если… - Миша. Он справится. А тебе нужно поспать. - Мне нужно остаться здесь, ясно? - Как скажешь. Я завтра приеду снова. А ты будь умницей, хотя бы кофе выпей.