Никто не виноват

— Учитель Ким? Можно войти? — спросила Дже Ин, заглядывая в полуоткрытую дверь. — Да, входи, — махнул он рукой, затем продолжил, — присаживайся. Но она так и не села, просто оперлась на парту первого ряда, стоящую перед ним, и сложила руки. — Учитель Ким, у меня дополнительные занятия после, я не могу оставаться здесь долго, так что не могли бы вы отвлечься от ваших тетрадей и сказать, зачем попросили меня прийти? — холодным тоном спросила она. Учитель перевел свой взгляд с тетрадей на неё. На ней была всё та же школьная форма, которая никак не портила её фигуру, нет, даже наоборот, подчеркивала. — Здесь никого нет, так что мы можем говорить на «ты», — ответил он и снова посмотрел на тетрадь. Оставалось проверить немного, буквально полстраницы, и работа была бы закончена, хотя кому он врет… Если Тэхен хотел контролировать себя, то ему не стоило смотреть на неё, он пытался как-то оттянуть сам разговор хотя бы малость. Пытался сделать вид, что проверяет тетрадь, но сосредоточиться не мог. — Я не хочу с вами разговаривать неформально, учитель Ким, — сквозь зубы сказала ученица. А чего он тогда ожидал? Это же Дже Ин, девушка с характером… Зато после этих слов он окончательно понял — оттягивать больше нельзя, надо действовать. Сняв с себя очки, парень посмотрел на неё и сказал: — Сядь, нам предстоит длинный разговор. — О чём же? Мне казалось, что у нас нет никаких общих тем для разговоров. Тем более, как я уже сказала ранее, у меня дополнительные занятия, я не могу задерживаться здесь надолго… — начала она снова молоть чепуху. — Дополнительные занятия в роли моего друга? — усмехнувшись, спросил он, а после встал с места, обошёл свой рабочий стол и оперся на него. Так они оказались в полуметре друг от друга. И вот снова, снова этот полный ярости и, возможно, отчаяния взгляд впился в него. — Благодаря вам эти занятия отменились. Что вы от меня хотите? — Вчера ты сказала, я виноват в том, что заменил кого-то. Что это было? — Я не хочу отвечать на этот вопрос. — Объясни мне, почему ты меня так ненавидишь? Они столкнулись взглядами. Секунда… Две… Три… — А почему не должна? Вы что-то сделали, чтобы я вас не ненавидела? По-моему, вы только ухудшили вчера ситуацию. — Так поговори со мной и скажи, что я должен сделать! Ты ведёшь себя как ёж, так же выставляешь напоказ только свои иголки, а истинное «я» прячешь! — И что я должна сделать? Сказать вам, что я правда любила Чонгука и что вы всё… — начала она, но Тэхён её перебил. — Ты любила не Чонгука, а его историю жизни! Точнее, мою! — это был единственный раз в жизни, когда он поднял голос на свою ученицу. Она заплакала. И это не были искусственные слёзы с криками, это были слёзы, которые девушка не могла остановить. По ней было видно — она не хотела плакать, но мокрые капли на ее лице всё появлялись одна за другой. Та, кого он любил всегда больше жизни, плакала, а парень просто не понимал почему. Тогда Тэхён ещё не знал, что из-за того, что случилось в детстве на том самом месте, у Дже Ин была травма. Эта девушка была со стальным характером, но было кое-что, что доводило её до слёз всегда — крик. После этого он больше не повышал на неё голоса, но в тот день ему было безумно больно смотреть на её мучения. Тэхён коснулся рукой её щеки, чтобы убрать очередную слезу, и, о боже (!), её кожа была такой нежной. Даже в самых лучших снах он не мог представить, какая она на ощупь. Знаете, да даже если бы Тэхён и мог представить, то, можете быть уверены, его мечты всё равно бы не сравнились с реальностью. Он разрывался. С одной стороны, ему было безумно больно от её слёз, но с другой — он чувствовал эйфорию лишь оттого, что прикоснулся к ней. А она тем временем всё не успокаивалась, продолжала плакать. Точно не узнать, как ему пришло это в голову, но Тэхён решился обнять её. Обнять ту, которую лишь несколько часов назад видел в своих снах. И знаете что? Хрупкое тельце Дже Ин прижалось к нему, а миниатюрная ладонь сжимала его пиджак. Она нуждалась в защите, только в его ли? Неужели эта загадочная девушка начала открывать ему свою душу? Или же он просто окончательно разбил её, расколол на мелкие кусочки? — Прошу, не плачь, ты убиваешь меня своими слезами, — шептал Тэхен ей на ухо, проводя рукой по спине успокаивающими движениями. Но она всё не останавливалась. Поэтому он сделал то, чего делать совершенно не должен был. Тэхён немного отстранился от неё, после чего положил руки ей на плечи и, слегка нагнувшись, посмотрел в её глаза. В эти чёрные глаза… Должно быть, ему казалось, в тот момент считать его пульс было бессмысленно — его просто не было. Сердце больше не билось, а та девушка, стоявшая перед ним, была причиной его остановки. Взгляд переметнулся на нежные губы. Они были обветрены и искусаны, но это никак не отменяло его безумной тяги к ним. Напротив, ему хотелось каким-то образом излечить их своими губами, почувствовать их вкус, только ведь это было бы неправильным — вот так целовать свою ученицу, которая младше на 7-8 лет. Но разве правильно пытаться переубедить сердце? Правильно не следовать чувствам, эмоциям? Его воспитали не так. Безусловно, контроль важен, но не тогда, когда он касается любви. Здесь лучше просто довериться себе. И Тэхён решился. Да, потом у них появились проблемы, куча проблем, но он не жалеет ни о чем. Ни о том, что трепетно целовал её губы, ни о том, что полюбил её всем сердцем — никогда не жалел! И никогда не будет. Их первый поцелуй был таким волнительным для парня и скорее спонтанным для неё. Несмотря на то, что он оказался неожиданностью для девушки, Дже Ин всё равно на него ответила. Да, её ответ был робким, неумелым, но разве от этого ценность поцелуя могла уменьшиться? В какой-то момент Дже Ин будто пришла в сознание, поняла что происходит: она целуется со своим учителем, грёбаным учителем, который только что её довёл до слёз. Девушка положила руки на его плечи и отодвинула от себя. Теперь они снова были на расстоянии, таком же, как и в начале разговора. Только вот это расстояние оставалось между телами или между их душами тоже? Стали они ближе друг другу или, наоборот, отдалились? Дже Ин смотрела в пол, как будто обдумывая только что совершенные действия, а он просто ждал, ему было интересно, что она предпримет и каково будет её следующее действие. — Учитель Ким, я… — начала она всё-таки разговор, но продолжить так и не смогла, наверно, не знала как. — Давай забудем, это всё было ошибкой, — с горечью сказал учитель и направился к своему столу. Проще всё было спихнуть на случайность, порыв чувств, выраженных беспокойством, потому что он понял, что она не примет его чувства. — Согласна, это всё было на эмоциях… Давайте спишем это на моё болезненное расставание с Чонгуком и забудем обо всём как о страшном сне, — ответила девушка. «Не знаю, как ты, а я собираюсь вспоминать это как лучший сон, который когда-либо снился мне», — собирался возразить он, но сумел сказать только: — Ты права.