Это цирк

Ева сидела перед ноутбуком и придумывала новую песню. В последнее время к девушке часто начало приходить вдохновение. Девушка до сих пор не разобрала коробки, после переезда. Гурари была рада последнему, смена обстановки никогда не помешает чтобы развеять себя. Единственный минус был в том, что больше не жила так близко к Мильковскому. Может, перестанет думать о нём хоть на секунду? Нет, это так не работает. Ей всё ещё хотелось быть поближе к нему, к этому милому музыканту.Да, она продолжала общаться с Женей, но в глубине души она была очень расстроена; ведь в последнее время он всё чаще проводил с Олешевой. С этой милой барабанщицей. Девушка поняла, что не может долго быть одна. После того, как Гурари оставили милую кису на передержку, она начала понимать, что хочет чтобы её ждали. Хочет, чтобы кто-то мурлыкал под ухом, тёрся об ноги, спал вместе с ней. Еве нужна была любовь. И не только отдавать её, но и получать взамен. Такую любовь Ева давно не ощущала, если не считать родителей. В основном её партнёры только забирали любовь. Иногда предавали, оставляя большие раны. Злилась она, на Мильковского, не потому что он её не любил, вовсе нет, а потому что девушка настроила таких отношений у себя в голове, что вокруг Гурари возникла странная пелена. Да, девушка всё так же гуляла с ним, переписывалась в соц сетях, но уже не так часто. Когда гуляли вместе рядом была Олешева, которая искоса поглядывала на Еву. И с чего такая заинтересованность? Да, девушке так до сих пор и не сказали, встречается ли эта пара. А если они действительно встречаются, если Алина просекла, что Гурари влюблена в Женю? Девушка ведь, довольно сильно скрывает свои чувства внутри себя. Алина с трепетом в душе собирала чемодан. Да, она снова хотела приехать в Москву. Хотела встретиться с…с Женей? Ну…если только от части. Ей хотелось прогуляться с Евой, как тогда, под дождём. Ну…ну да, там Женька тоже был. Скорее всего, её так тянет к Женьке, да точно… В последнее время Ева сверлит её взглядом, совсем не изучающим, скорее злым. С чего Евка могла разозлится на Алину? Барабанщица ничего плохого не делала девушке. Совсем ничего плохого…

***

 — Жень, слушай — говорит Олешева, делая глоток кофе — Может сходим к Еве? Я слышала, что она иногда на баре стоит? — во рту слюни становилось больше, чем кофе в чашке. Рука сжала её, казалось, что посуда разобьётся на кучу маленьких осколков.  — Да, конечно. Тем более я стал меньше общаться с ней — Женя улыбался, парню не показалось странным предложение Алины. Мильковский был только рад, что его подруги дружат между собой.

***

Ладони потели, а в горле застрял ком. Олешева нервно смеялась по пути, а Женя поглядывал на сообщения в телефоне. С тех пор, как он пообщался с Кириллом младший ему так и не писал. С чего это? Занят, наверное. Может, он стесняется написать ему? Или у парня есть другие причины не общаться с ним. Вдруг, Тимошенко обиделся на то, что он делает вид что встречается с Алиной? Вдруг Кирилл влюблён в неё. Нет, почему-то о таком…о таком думать не хотелось. Было довольно темно, хоть и светили лампы. Олешева оглядела помещение, в поисках знакомого лица. Да, девушка нашла лицо Евы. Она разговаривала с кем-то, смеялась, попутно делая коктейль. Лампа, которая висела над барной стойкой, подсвечивала лицо Гурари, поэтому «слëзы» из блëсток красиво сверкали. Барабанщица не могла насмотреться на подругу, а солистка еë и не замечала. Девушка очнулась как только еë случайно толкнули плечом, почему-то Мильковского рядом не было. Ну и ладно, Женя не пуп земли. Розововолосая направилась к барной стойке, к Еве.  — Привет — с улыбкой протянула Алина. Ева еë заметила. Девушка и не ожидала, что здесь окажется барабанщица группы «кис кис».  — Привет — улыбнулась Ева. Да, Ева улыбалась и до этого, но Алине было приятно думать, что сейчас девушка улыбнулась именно для неë — Ты сама? — продолжила подруга. Да, она точно знала, что Олешева пришла с Женей, а с кем ещë? Девушки, ведь особо между собой и не общаются.  — Ну… — барабанщица оглядела помещение — Я пришла с Мильковским, но…- в горле пересохло. Не уж то Еве важнее кто-то, а не она — Но я не ебу куда он ушëл — нервно засмеялась та. Тем временем парень, который разговаривал с Гурари взял свой коктейль, который приготовила Ева, и ушëл в противоположную сторону. Внутри Гурари зародился некий ком. Она знала, что рядом Женя, хоть и не в поле зрения, но где-то рядом.  — Пригласил тебя на свидание — пыталась отвлечься от грустных мыслей девушка, но увы, закапывала себя ещë глубже.  — Ев, — Олешева искренне засмеялась — Ну ты же понимаешь, что…  — Блять, Алина — перебил еë Мильковский — Ты ещë не пьяная, а я тебя ищу по всему заведению — барабанщица бы закатила глаза, но не хотела обижать Женьку. Алине казалось, что сейчас она утонет в собственном поту. ведь девушка волновалась довольно сильно.  — Жень, я решила подойти к Еве, пока ты куда-то ходил — и как продолжать разговор с Евой, когда рядом Женя. Алине больно видеть, как еë подруга так и тянется к светловолосому парню. Хоть девушка и не считала себя эгоисткой, но в этом случае, она хотела, чтобы Ева была счастлива только с ней. Хотелось вернуть время назад и пойти самой, без Жени. В чëм была проблема просто спросить, где этот бар, у Жени ну или у других участников группы «Нервы»

***

 — Ев, ты уже можешь идти — сказала какая-то девушка, подойдя к барной стойке, видимо директор. Гурари улыбнулась, она спокойно могла поговорить с Женей, ну и с Алиной тоже. Удивительно, но за сегодня Алина не вертелась вокруг Мильковского, наоборот, девушка пыталась немного отстраниться от него. Жене было всë равно, парень даже не замечал искры в глазах девчонок, тем более чьи к кому направлены. Он любил обеих девчонок, как сестëр. Лучше бы Мильковский вообще не любил их. Любовь, как к «сестре» — самая ужасная форма френдзоны. Милько, ведь и не хотел делать им больно, ну как им. Алине он делает больно, потому что притягивает Мирель. Если бы солист знал, какие чувства хранятся внутри Евы…он бы сошëл с ума. Над девушкой и так поиздевались еë бывшие. Евгений не позволил бы себе сказать ей «нет», тогда бы сердце девушки разбилось, на маленькие кусочки; а Жене пришлось бы на них наступить, разрезая свою кожу до крови. Неужели не существует дружбы между мужчиной и…  — Алло? — Мильковский удивлëнно поднял трубку.  — Алло. Привет, Женя.  — А, это ты. Привет — Мильковский специально не произнëс имя Кирилла, девушки не знали, что они помирились; да и вообще, можно это назвать помирились. Женя хотел доверять другу, но лучше быть за потенциальную жертву, а не за потенциального насильника…верно? «Нет, не верно» — заставлялл сказать что-то. Это «что-то» сидело внутри, заставляя делать глупые вещи, говорить неожиданные, но такие желанные слова. Внутри Мильковского говорил змей искуситель или…или это говорил настоящий Женя, неизвестно.  — У меня скоро концерт будет. Пойдешь? — голос немного вздрогнул, темноволосому важно присутствие друга.  — Смотря когда.  — Послезавтра.  — Ну… -драматическая пауза, чтобы Кирилл подождал, занервничал. Ответ Женька знал заранее — Да. мужчиной.