Лисий суд

Звук открывающейся двери прервал вот вот перерастающее во что-то большее беседу. Эндрю оторвал свой вызывающий взгляд и ослепительно улыбнулся. Он повернулся к Кевину, и тот подошел к нему, схватив наполовину полную бутылку, спрятав её за пазухой. В конце концов Эндрю был вором, который никогда бы не признал своей вины. — Привет, тренер! - крикнул Эндрю, услышав, как Ваймак вошёл в квартиру. 17. Тренеру понадобилось 17 шагов, чтобы добраться до них. Эндрю потребовалось бы 21. Кевину 18 или 19, в зависимости от его настроения: от жалости к высокомерию. Эта бесполезная, не нужная информация, прошла через Эндрю и была отброшена куда подальше, как не актуальная. Он не мог от неё избавиться полностью. Нет, эта бессмыслица, абсолютно бесполезная хрень – будет сидеть в его мозгах, пока он существует, она будет всплывать в его мозгу, когда бы он не находился здесь, в этом месте, вместе со всеми другими деталями, которые его разум оставил для своего подсознания, чтобы извергнуть его. Бесполезна как бесконечная информативная дыра. Каждая статья висящая на стене, каждая обложка книги и реклама, на которую он потрудился посмотреть, каждое лицо и имя людей на фотографиях, прикреплённых к стенам. Идеальная память. И в тоже время она была трудно удержима, словно вода в его руках. Если он не находил то или иное воспоминание интересным, оно уходило на второй план. — Ты хоть представляешь, как я ненавижу приходить домой и видеть тебя в моей квартире?! - прорычал Ваймак. Тренер был как собака, которая громко лает, но не кусает. Относительно безобидный и непритязательный для Эндрю. Но Миньярд научился всегда и со всеми оставаться настороже, независимо от того, насколько безобидным казался человек. Даже дрессированные питомцы нападают на своих хозяев. Никогда нельзя никому доверять. Отношения между ним и тренером были похожи на взаимный союз — они попрежнему опасались друг-друга, но между ними было взаимопонимание. Сделка. Еще, у Ваймака был легкодоступный алкоголь, поэтому каждые две недели Эндрю осуществлял налеты на его квартиру. Миньярд вскинул руки в невинном жесте, его лицо пронзила псевдо добродушная улыбка, но никто в этой комнате не был настолько глуп чтоб поверить ей. Он вышел из комнаты. Аарон и Кевин пошли за ним, их шаги глухими звуками отдавались от стен, Эндрю напрягся. Он не знал кто был позади него. И он был готов к любому исходу. — В этот раз я ничего не сломал, — Эндрю говорил правду. Где-то в глубине квартиры захлопнулась дверь и тренер, минуя Эндрю, Кевина и второго Миньярда, пошёл к своему кабинету, где все ещё находились Ники и Нил. — Я буду готов тебе поверить, только после тщательного осмотра своей квартиры . Было интересно поразмышлять, действительно ли Нил скажет о том, что Эндрю не принял лекарства. Тренер был, в некотором роде, готов это услышать. Это не было бы удивительно, скорее досадно. — Вижу, ты в порядке. Я уж думал, водительские навыки Ники тебя прикончат, – Ваймак кинул быстрый оценивающий взгляд на парня которого притащил в этот город, в эту команду. — Бывало и похуже. — ответил Нил, выдержав паузу. О, мы ведь только обсуждали это, не так ли, Нил? Упущение информации самый простой и хороший вариант лжи. Хороший для тебя, но не для остальных, а? — Сложно представить водителя хуже, — качнул головой Ваймак. — С ним только два варианта: открытый гроб или закрытый. — Эй-эй, — возмутился Ники. — Несправедливо как-то. — Жизнь вообще несправедливая штука, болван. Смирись с этим. И вообще, почему вы ещё здесь? — Уже уходим, – сказал Эндрю своим пренебрежительным и фальшивым тоном – Нил с нами? Эндрю был далёк от их встречи наедине. Пока что. И его отказ все больше отдалил бы этот момент, а он не мог долго тянуть. Зуд все нарастал, температура его тела то поднималась до критически высокой, то быстро спадала до опасно низкой. Холодный пот литрами стекал с него. — С вами – куда? – подозрение в голосе Ваймака было смешным. Накачанный лекарствами, он бы рассмеялся. А сейчас на его лице появилась улыбка, обнажающая зубы. — Господи, тренер, вы что, правда так плохо о нас думаете? — спросил Ники таким тоном, будто и правда не знал какого мнения о них люди. Монстры. Какая неинтересная и неоригинальная концепция. Чистые гении. — Мы собирались на стадион, — вмешался Аарон — А потом можем подбросить его к Эбби. Он же вам не нужен? — Больше нет. — Ваймак кинул Нилу связку ключей и он инстинктивно их поймал. Джостен внимательно смотрел на эти куски метала, смотрел так, будто они чего-то стоили. С его лица пропали все признаки неповиновения и вызова. Его мозолистые пальцы собственнические сжимали метал в ладони — Спасибо, я поеду. Эндрю внимательно наблюдал за ним и не мог не заметить этих деталей. Просто ещё кусочки пазла. — Любимчиков вскармливаете, тренер? — произнёс Эндрю, чтоб прервать этот «трогательный момент». — Если ты когда-нибудь придёшь на стадион по своему собственному желанию, может, я сделаю тебе дубликаты, — сухо процедил Ваймак. — Но я не вижу, чтобы это случилось ни в этой жизни, ни в следующей, поэтому заткнись нахер и таскайся за Кевином дальше. — Сделаете мне дубликаты, повезло-то как, — голос Эндрю совсем не выражал восторга. — Безудержная радость прямо распирает изнутри. Теперь можно идти? Не то чтобы Эндрю нужно было его разрешение, просто если он играл, он выкладывался на всю. — Выметайтесь, — кинул тренер. Эндрю вышел в коридор, услышав наставления Ваймака, которые тот давал Ники: — Только посмейте наброситься на него в первый же день. О, бедный Ники, на нем всегда ответственность за устранение «маленьких разногласий» Эндрю и Аарона. Если бы он имел хоть какое-то влияние на них... Эндрю поступал так, как считал нужным, Аарон – как ему говорили, а Ники просто маячил за их спинами, отчаянно пытаясь минимизировать и устранить последствия. Коридор был пуст и Ники, не долго думая, вышел из комнаты. Эндрю кинул многозначительный взгляд на дверь за спиной Ники: — Мне кажется ты кое-что забыл. Или наш новый Лис решил спрятаться в норке? Ники пожал плечами: — Ваймак выставил меня. Он, скорее всего, заговаривает ему зубы и убеждается в наличии у Джостена экстренных номеров. Внимание Эндрю перескочило с разговора на дрожь, которая зарождалась в кончиках его пальцев. Она начиналась постепенно: вначале это были сотни булавок и игл, которые вонзились в ладони, затем кисти рук онемели, а уже через пару секунд превратились в тремор, который Эндрю едва ли мог контролировать. Затем подступила тошнота, она медленной волной поднималась к горлу. Если Нил не поторопится, Эндрю, приехав на поле, единственное что сможет сделать - просто сидеть на скамье и смотреть как остальные оценивают нового защитника и срабатываются. Эндрю терял терпение, если он задержится ещё хоть на минуту... Нога Кевина отбивала какой-то ритм, Эндрю слышал эхо каждого удара. Топ, топ, топ, топ, топ.... Навязчивая потребность экс-чемпиона вернутся на поле сводила того с ума. Шесть месяцев – недостаточный срок, чтоб избавить Кевина от привычек, которые вбивали ему в голову со времён, когда тот был ребёнком. Вероятно, даже жизни не хватит, чтоб избавить его от них. Эндрю знал этот урок. Навязчивые мысли и привычки Кевина были едва терпимым неудобством. Но Эндрю знал на что идёт, когда согласился взять экс-чемпиона под своё крыло. Экси было необходимо Кевину для выживания. Когда Дэй пришёл к ним, он был всего лишь подобием человека со сломаным телом и отчаявшейся душой. Единственное ради чего тот жил – отобрали. Сейчас он шаг за шагом боролся за своё «всё». Экси было то, почему он остался. Экси было частью его, оно текло у него по венам вместо крови. Экси было тем, ради чего Кевин пошёл на сделку. Эндрю давал Кевину то, что тот от него хотел: Экси. Доступ на поле. Время на поле. Невообразимое количество часов, проводимых там. Всё, кроме одной вещи, в которой Кевин отчаянно нуждался: сам Эндрю. Это, конечно, была вина самого Дея. Он был слишком глуп и труслив, для того, чтобы сказать: — Рико всегда получает, то что хочет. И я могу. Если это не был проблемой, то их тогда вовсе не существовало. Сейчас, Эндрю с огромным удовольствием отказался бы от Кевина. Сказал бы ему: — Нет. Испорченный, капризный ребёнок, который не понимает чего хочет. Ребёнок, которому пришлось переступить через себя, через своё «величие» и обратится к Эндрю. Это была единственная битва, в которой он не собирался выигрывать. У Кевина, вероятно, было то, что нужно Эндрю. И он не был бы самим собой, если бы это что-то было не саморазрушающим. И нужно понимать, что Эндрю, скорее, подожжёт себя, чем позволит кому-то думать, что он имеет власть над ним. Чем глубже Кевин рыл яму, тем больше закапывался Эндрю. Каждый человек за которого взялся Эндрю - остался невредим. Каждый. Блять. Человек. Нил вышедший из кабинета тренера, привлёк внимание Эндрю. Его пальцы ловко цепляли ещё один ключ к, уже имевшейся, связке. Эндрю развернулся и пошёл к лифту, остальные последовали его примеру, Нил запер дверь и присоединился. Чувство призрачной безопасности испарилось почти сразу же, как двери лифта захлопнулись. Эндрю, Аарон, Кевин и Ники окружили Нила Джостена со всех сторон, все взгляды были устремлены на него. Напряжение пронизывало воздух, словно электричество. Угроза была почти физически ощутима, Эндрю чувствовал ее металический привкус на языке, очень схожий с привкусом крови. Крольчонок напрягся. Его напряжение передавалось от челюсти до мускулистых плеч, с плеч медленно сползало к животу, там, где-то в желудке, завязывалось в тугой узел и стекало к ногам. Напряжение в воздухе окутывало Нила, он стоял, он готовился к атаке, и он знал что проиграет. Блять, да он будет счастлив, если хотя бы выживет. Эндрю разорвёт его в клочья. Блондин смотрел, выжидал, улыбка сползла с его лица, как только кабина медленно начала опускаться вниз. Он пристально смотрел в полные лжи, тускло-коричневые глаза Нила. Ещё 56 секунд. Эндрю нравилось это неведение, эта непредсказуемость. Не для него, конечно. Эндрю точно знал, что собирается сделать. В тот момент, когда он понял, что вступил в клетку с чём-то жестоким, рискованным, опасным. С чём-то смертельным. Он осознал: ЭТО, ему нравится. Эндрю оторвался от стены и плавно двинулся к Нилу. Пытаясь добраться до связки ключей, которую тот сжимал в кармане. Как и ожидалось Нил начал отходить назад, чтобы защитить свой трофей. Эндрю сделал ещё шаг, и только теперь, когда лопатки крольчонка впились в металические двери, он осознал что загнан в ловушку. Дело в том, что природный инстинкт кроликов - бежать, даже тогда, когда очевидно, что деваться некуда. Нил засунул ключи глубже в карман. Его взгляд был настороженным и вызывающим. Эндрю видел, как он борется со своим инстинктом «бей или беги», не сводя глаз с угрозы. — Ужасно приятно познакомиться, Нил, — протянул Эндрю и многозначительно добавил. – И, знаешь, совсем скоро мы снова пересечёмся. — Надеюсь, что нет. — Всё это, – Эндрю провёл пальцем, обозначая расстояние между их лицами, – будет сходить тебе с рук только до конца июня. Эбби зареклась запретить посещение стадиона, если с тобой что-то случится по нашей вине. Нам это совсем не нужно, конечно. А то Кевин ещё расстроится, заплачет. Но не переживай – мы дождёмся приезда остальных, и, когда у Эбби появится слишком много Лисят, чтобы следить за каждым, устроим тебе настоящий дружеский приём. — Тебе надо пересмотреть свои методы запугивания. Нихуя не работают. Какой остроумный. — Я совсем не собираюсь тебя запугивать. – Эндрю положил ладонь на грудь Нила, когда лифт остановился, – Я просто приручу тебя. Двери лифта разъехались за спиной Нила. Эндрю толкнул Джостена. Нил отскочил назад, в вестибюль, и попытался было распрямится, когда мимо него прошёл Эндрю, толкнув плечом, и направляясь к двери. Тяжёлые шаги Кевина и мягкие Аарона - послушно проследовали за ним. Ники, достигнув двери, обернулся и спросил: — Справишься? Он не справится. Он не сможет. Эндрю прошёл сквозь дверной проем и остановился поджидая Нила, чтобы пересечь его попытку к нанесению угрозы или бегства. Кусочки головоломки не складывались, линии переплетались то тут, то там, но они были слишком длинными, чтобы можно было их распутать, не сделав ещё больше узлов. Слишком умный. Слишком упрямый. Слишком говорливый. Слишком интересный. Слишком. Многие вещи делали Нила непредсказуемым, а Эндрю не любил сюрпризы. Он любил пересчитывать все карты, прежде чем сделать ставку. У него всегда был туз в рукаве. Внимание Эндрю было завоёвано и он собирался вдоволь наиграться с этим маленьким кроликом, чтобы выяснить, что именно делает его таким, что заставляет его нервничать. На самом деле, он жаждал этого.