Обратная связь

Больше всего на свете Майкл ненавидел оправдываться. Это занятие было таким бессмысленным, что он предпочитал вовсе избегать щекотливых тем, но, когда на него уставились две пары глаз, а побледневшая Сара не могла и слова выдавить, решил взять удар на себя. Они устроились в гостиной, где О’Нил на скорую руку сгребла беспорядок, и Тёрнер уже подготовил пару резких фразочек, которыми обязательно бы сбил спесь с любопытных друзей, но Адель только спросила: — Почему вы вчера не позвонили? Сара нервно хихикнула, Вишня поерзал в кресле, готовясь услышать увлекательную историю, а Майкл с трудом сдержался, чтобы не взять О’Нил за руку, потому что стучащие по ее коленке пальцы сбивали с толку. — Сара забыла ключи от дома, нам было не до этого. — Я заметила, — Моринг скептически покосилась на мусорные пакеты на кухне. — Но могли хотя бы трубку взять раньше сегодняшнего утра! — Серьезно, мы думали, с вами что-то случилось, — поддержал Вишня, насмешливо поглядывающий на Тёрнера и О’Нил. — Принцесса вот неважно выглядит. — Потому что я не выспалась, — буркнула Сара, все еще недовольная ранним пробуждением. В сложившейся ситуации ее бесило все: и состояние переваренной пельмешки, и ситуация, в которой они сейчас были, и даже Майкл, обеспокоенно посматривавший на нее. И О’Нил не понимала, что злило сильнее: эта невыказанная забота или то, что они проспали в обнимку на его старой кровати. — Можно обойтись без допросов? — Ого, я за нее переживаю, а она, значит, просит не беспокоиться, — Адель обиженно фыркнула и скрестила руки на груди. — Боже… — Девочки, не ссорьтесь, — вмешался Вишня. — Мы все немного на взводе, так что давайте выдохнем. Или выпьем и расслабимся. — Нет! — в один голос произнесли трое оставшихся, отчего кудрявый усмехнулся, вопросительно поглядывая на друзей. — И кто выложит грязные подробности первым? — Ничего интересного, — Майкл быстро глянул на Сару, но та сделала вид, что ничего не заметила. — Мы напились вчера и уснули под пластинку. — В одежде? — сострил Вишня. — В одежде! — выкрикнула О’Нил, привлекая внимание. Все эти сомнения порядком ее доставали. Она и без того корила себя за необдуманную просьбу вчера вечером, а теперь намеки друзей добивали еще больше. — Тогда вы точно встречаетесь, — кудрявый отмахнулся от парочки. — Эх, принцесса, а я ведь ждал тебя, — с деланой печалью Вишня покачал головой и перевел взгляд на Адель. — Ну, а у тебя что было после пикника, раз ты кричала громче всех? — Ничего, — Моринг нахмурилась. — Всего лишь хочу, чтобы все оставались трезвыми до начала вечера. Сара закусила губу, отстраняясь от присутствующих стеной мыслей и прикидывая время до начала вечера. В дом сегодня ей не попасть, значит, придется выложить круглую сумму за платье, которого в Сентфоре вообще может не оказаться. Она отчаянно отгоняла на задворки слова Вишни, зациклившиеся в мозгу и звучащие эхом во всем теле. Она не будет даже думать о том, чтобы встречаться с Тёрнером. Ни-ког-да. Потому что это же Майкл, мечта всех девушек и самый обольстительный предатель. И плевать, что он замечательный любовник и вообще, как оказалось, джентльмен. Для Сары он навсегда останется последним засранцем, который портит жизнь. Взгляд скользнул по Моринг, и О’Нил тяжело выдохнула. Она не должна была срываться на подруге только из-за того, что запуталась в своей жизни. Но Адель лишь молчаливо терпела, не разжигая скандала, будто знала Сару лучше нее самой. — Дель, прости. Мне не следовало быть такой резкой. — Все в порядке, — улыбнулась Адель. — Лучше скажи, в чем пойдешь. — Сейчас поеду выбирать наряд. Составишь компанию? — Прости, малышка, не могу. У меня столько подготовки, что голова идет кругом. А этот засранец ничем не помогает, — Адель кивнула на Вишню. — Я могу тебя отвезти, — вмешался Майкл. — Идеально! — согласилась Моринг. — Тем более мужской взгляд всегда лучше. *** Магазины один за другим сменяли друг друга. И как бы Сара ни хотела спрятаться от Тёрнера среди бесчисленных рядов, он каждый раз находил ее, будто подцепил на нее GPS-трекер. О’Нил пыхтела и негодовала, нарочно медленно выбирала наряды и примеряла их по десять раз подряд, но Майкл только терпеливо ждал, как самый назойливый ухажер, готовый простоять три часа на морозе с букетом цветов. — Если ты так переживаешь из-за тяжелых пакетов, я приеду на такси, — передавая консультанту платье, сказала девушка. Она снова оглядела зал, выискивая тот самый наряд, но взгляд не находил ничего, что могло бы хоть немного прийтись по душе. — Думаю, я еще останусь. Наблюдать за твоим раздражением куда интереснее, чем пялиться в телевизор, — хохотнул Майкл и обвел бутик пристальным взглядом. Он заметил, как О’Нил снова вспыхнула от злости и нахмурила брови, но стоически молчал, с трудом сдерживая усмешку. — Вот мы и выяснили, почему ты здесь. Бесить меня, как и обычно, — Сара все же фыркнула, не желая признаваться даже самой себе, что ей нравится компания мужчины. Так она хотя бы отвлекалась на него, а не просто шаталась от одной витрины к другой, с каждым разом все сильнее сутулясь, потому что чем дольше длился шопинг, тем грустнее становилась девушка. — Еще могу помочь, — он подмигнул и, в два шага оказавшись рядом с О’Нил, опустил руки ей на плечи, мягко разворачивая в противоположную сторону. — Примерь и вон то. — Что? — Сара нахмурилась, разглядывая темное платье с тонким блестящим фатином сверху. — Нет, оно слишком… темное. — Зато подойдет к моему костюму, — буднично отозвался мужчина и пожал плечами. — Я не пойду с тобой на вечер! — почти закричала О’Нил, разворачиваясь. Девушка-консультант, испугавшись скандала, поспешно оказалась перед горе-парочкой и суетливо поинтересовалась, не нужно ли покупателям что-то еще. — Пойдешь, — шепнул Майкл, тут же выпрямляясь и самодовольно глядя на пыхтевшую от злости девушку. — Да, нам, пожалуйста, еще вон то платье. Больше Сара спорить не решилась и молча пошла в примерочную, пока их не попросили уйти из более-менее приличного магазина в Сентфоре. Платье, предложенное Тёрнером, она упорно игнорировала, примеряя другие, но ни одно не сидело так, как нужно: то было велико в плечах, то слишком свободно в бедрах, то болталось на талии. Она уже решила отказаться от этой затеи и дождаться маму под дверью дома, чтобы после нырнуть в приготовленный костюм и, прилично опоздав, сразить всех внешним видом. Сара долго смотрела на платье, переливами крохотных блесток притягивавшее внимание, и до последнего отговаривала себя от дурацкой идеи, но отчаянные времена требовали решительных действий, поэтому О'Нил, проклиная весь свет и Тёрнера, надела платье, сходу отмечая, насколько оно ей шло, а серо-бежевый контраст в сочетании с почти черным фатином сверху добавлял женственности образу. Она тихо выругалась себе под нос, сетуя вдобавок ко всему и на то, что стала слишком часто отпускать грязные словечки. Тёрнер влиял на неё странным образом, и Сара изо всех сил отказывалась поддаваться, с рвением строптивой кобылы оставаясь в привычной стезе. Усмехнувшись внезапно возникшим в голове сравнениям, девушка потянулась к молнии сзади и дёрнула ту вверх. — Черт, — рука замерла, а пальцы, как ни пытались тянуть, оставались на том же месте. Она попыталась спасти положение, даже повертелась перед зеркалом, чтобы досадно убедиться, что платье ей шло, как ничто до этого. Идеальное платье выбрал, мать его, Тëрнер, и это не укладывалось в голове. — Майкл, ты здесь? — Сара вытащила голову из-за шторки. — Решила показать наряд? — он скучал на бархатном диванчике, разглядывая скудный интерьер, но оживился, стоило девушке оказаться в поле зрения. — Нет, мне нужна помощь. — Не угадала с размером? — не удержался от едкого комментария Тëрнер, поднимаясь с места. — Кретин. — И после этого ты просишь помощь? — рассмеялся Майкл уже совсем рядом. — Что там у тебя? Сара испуганно сжала шторку, натягивая ту как можно сильнее и закрываясь от мужчины. — Думаю, лучше позвать консультанта. — Уверена, что мы не справимся сами? — Майкл осторожно накрыл ладонью ее руку и сдвинул шторку в сторону, удовлетворенно отмечая наряд, но промолчал. — Молнию заело, — устало выдохнула Сара. В последние дни ей все меньше хотелось спорить с Тёрнером. Она и сама не знала, в чем дело: в том, что он все реже отвечал на ее колкости, или в том, что следовало после этого. О’Нил повернулась к Майклу спиной и посмотрела на него через отражение. Он возился с ней, как с маленькой, и это льстило и раздражало одновременно, потому что не этого девушка ждала от босса. Ей больше нравились их скандалы — с ними было проще, а теперь растерянность стала верным спутником. Сара вздрогнула, когда холодные пальцы коснулись позвоночника, и закусила губу, чтобы не выдать очередную грубость. Майкл скользнул ниже, рассыпая суетливые мурашки по коже. Он полностью сосредоточился на платье, О’Нил видела — он ни разу не посмотрел на нее, что было только на руку, потому что демонстрировать порозовевшие щеки девушка не планировала. — Я помогу, но при одном условии, — молния с едва различимым поскрипыванием ползла вверх, а Сара наблюдала, как завороженная, за Тёрнером, за тем, как он наклонился к ее шее, проводя кончиком носа дорожку от плеча до мочки уха, отчего девушка сдавленно выдохнула, и прошептал, — если сниму его вечером тоже я. *** Стук костей, восторженные возгласы и тихий лаунж заполнили вечер. Сара только и успевала проигрывать Вишне в покер, а тот в очередной раз измывался над ней, выдумывая глупые желания. Сара уже выпила самый жуткий коктейль, станцевала с Бурым и даже стащила фишку со стола рулетки, правда, ее пришлось вернуть. — Что, выиграть тебя еще раз? — смеялся Вишня, перемешивая колоду. — Ты выигрываешь, потому что жульничаешь. — Тогда, может, возьмете в партию кого-то честного? — Майкл возник словно из ниоткуда, и Сара неторопливо повернулась к мужчине, всем видом демонстрируя недовольство от встречи. — Садись, — Вишня отодвинул стул рядом с собой и похлопал по столу. — Будет еще интереснее обыграть вас обоих. Злость затмила все эмоции на лице девушки, поэтому Вишня как ни пытался, не мог разгадать ее мыслей. Майкл сосредоточился исключительно на картах, а Сара переводила взгляд с одного мужчины на другого, пытаясь понять, кто из этих двоих сильнее хочет выиграть и кому она меньше всего хочет проиграть. Отдать победу Вишне было уже привычно, а план по выведению Тёрнера из строя мгновенно возник в голове. Стопа бесшумно выскользнула из туфли, а Сара поерзала на стуле, двигаясь к краю. Азарт и желание отомстить Майклу за инцидент в примерочной взяли верх, поэтому девушка коснулась носком мужской голени, отчего Тёрнер округлил глаза и медленно поднял взор на О’Нил, встречаясь с ехидной ухмылкой. Она легонько стукнула его под коленом, радуясь, что никто не видит происходящего под игральным столом, и поползла выше. Майкл дернулся, отвлекаясь от карт, потому что его мысли были заняты другой игрой. Той, в которой мышка сама пришла в лапы кота. Ее прикосновения путали сознание не хуже виски в бокале, и уже через пару минут он думал вовсе не о покере. — Пропускаю, — недовольно буркнул Вишня, когда на столе показались три карты. — Повышаю, — просипел Тёрнер, с трудом переставляя фишки. — Тоже повышаю, — Сара довольно улыбнулась, почувствовав, как натянулись брюки под ее стопой, и уставилась в свои карты, думая, зачем вообще ввязалась в эту авантюру с такими-то картами. Наверняка даже у Вишни были лучше. Еще одна карта легла на сукно, и О’Нил с трудом сдержалась, чтобы не выдать свое облегчение. Майкл ненадолго прикрыл глаза и опустил ладонь под стол, крепко сжав ногу девушки, и Сара, испугавшись, отдернула стопу. — Вскрывайтесь, — Вишня барабанил костяшками по столу. — Пас, — буркнул Тёрнер, отодвигая стул. — Поздравляю с победой, О’Нил. Девушка удивленно захлопала глазами, уж от кого, а от Майкла она точно не ожидала подобного, и сладость победы притупилась горечью от признанного поражения. Сара поднялась первой и, подхватив клатч, направилась к бару, не проронив ни слова. Нужно было выпить, желательно что-то со льдом, чтобы заморозить липкое разочарование, мешавшее наслаждаться триумфом. Тернер недовольно посмотрел уходящей девушке вслед и раздраженно сжал кулаки. Все эти игры, хоть и интриговали, невероятно злили его, особенно сейчас, когда Сара отказывалась признавать свое влечение. Он резко поднялся и наклонился к другу: — Мне нужен вип. — Если ты хочешь закрыться там и плакать, то иди в мой кабинет, там хотя бы есть виски, — усмехнулся Вишня, доставая из нагрудного кармана черную карточку. — Лучше отвлеки остальных, — Майкл благодарно кивнул, пряча пластиковый прямоугольник в ладони. — Сильно не шумите, — усмехнулся кудрявый напоследок, хлопнув друга по плечу. Тёрнер только осмотрелся, выслеживая знакомый силуэт около бара, и решительно направился к девушке. Сара уже опустошила один стакан виски и попросила вторую порцию, когда горячая ладонь крепко сжала ее плечо. Майкл не собирался быть вежливым, ему порядком надоело играть в доброго копа и метаться между благосклонностью и ненавистью О’Нил. Он молча потянул ее за собой в сторону, хмуро оглядывая окружающих и удовлетворенно отмечая, что основная масса стала стягиваться около Вишни, который что-то увлеченно рассказывал. — Куда ты меня ведешь? — шипела Сара, но мужчина не слышал ее за шумом музыки. Он быстро открыл дверь и практически затолкал девушку в полутемную комнату, источником освещения в которой были синие неоновые лампы. — Какого черта, Тёрнер? Девушка обернулась и заметила только, как Майкл убрал карточку, избавляя О’Нил от соблазна сбежать. — Нам пора поговорить, — в глухой тишине его голос звучал до ужаса серьезным. — Мне не о чем с тобой разговаривать, Тёрнер, — Сара скрестила руки на груди и сильнее сжала в ладони клатч. — Если ты о том, что случилось за покером, то это был всего лишь способ достижения цели. — Так сильно хотела загадать желание? — почти рассмеялся Майкл, как хищник на охоте приближаясь к девушке. — Так сильно хотела обыграть тебя, — она шагнула к стене, упираясь лопатками в пространство между лампами, и горделиво вздернула подбородок. — Значит, все это было блефом? — еще один шаг сократил расстояние до опасной близости. — Именно так, — согласилась Сара. — А вчера в моей комнате? — он опустил ладони по обе стороны от ее головы. — Ностальгия, — быть рядом с Тёрнером в полумраке казалось невероятно неправильным, но до сумасшествия возбуждающим. Она уже забыла о своей злости и намеренно дразнила его, с трудом сдерживаясь от того, чтобы схватить его галстук и потянуть на себя. — Ладно, — он согласно кивнул, но О’Нил видела растущее недовольство в его взгляде. — А сегодня, когда убегала от меня в магазине? — Надоел. — В примерочной тоже? — усмехнулся Майкл, вспоминая бегущие по ее спине мурашки. — Нет, там раздражал, — Сара закусила губу и зажала в кулаках ткань платья, чтобы не коснуться Тёрнера первой. — И чем же? — О, хочешь знать? — допрос окончательно выбил почву из-под ног, а легкое возбуждение быстро переросло в адреналин, отключивший инстинкт самосохранения и пробудивший давно одолевавшие ее чувства и старые сомнения. — Ты раздражаешь меня, Тёрнер, потому что давным-давно разбил мое сердце, — она ткнула указательным пальцем ему в грудь, чем только удивила мужчину. — Раздражаешь тем, что ты мой босс, — ладонь легла на грудь, — тем, что мне приходится постоянно терпеть твои идиотские придирки и глупые издевки, — Сара оттолкнула его и, не встретив сопротивления, шагнула навстречу, повторяя действие. — Раздражаешь, потому что не даешь прохода. Потому что всегда оказываешься рядом. Раздражаешь гребаной самоуверенностью и тем, что идешь напролом, — она ощутила прилив сил и небывалую легкость. — И просто бесишь одним своим видом, потому что, когда мы рядом, я не могу ничего с собой поделать и думаю лишь о том, что хочу тебя! — она тяжело дышала, а Майкл только глупо улыбался, наконец получив подобие признания. — Это тоже был блеф? — Нет, идиот, а теперь выпусти ме… — она не договорила, оказавшись в плену его губ, что тут же перешли в активное наступление. Майкл крепко сжимал ее плечи и продолжал отчаянно целовать, так, будто она могла исчезнуть в любой момент, оставив его в одиночестве. Сара потянулась навстречу, обхватывая ладонями его плечи, и прижалась всем телом к мужчине, чувствуя, как он напряжен. Хотелось оказаться еще ближе, поэтому она потянула его галстук и торопливо расстегнула несколько пуговиц на рубашке, пока Тёрнер справлялся с молнией на платье. Он отстранился, тяжело дыша, и позволил ткани скользнуть по плечам и упасть к ногам, оставляя ее в одном белье. Сара тщетно пыталась сфокусироваться на Майкле, но дымка желания перед глазами затянула все пеленой, точно ей завязали глаза, чтобы она ощутила все эмоции и на этот раз не смогла убежать от них. Наверняка утром О’Нил будет сожалеть о том, что делает, но ей было откровенно плевать на будущие страдания, потому что сейчас развернуться и уйти не представлялось возможным. Сара перешагнула через платье и снова попала в плен ауры Тёрнера, но на этот раз решила действовать увереннее. Пальцы ловко справились с застежкой ремня и молнией на брюках. — Обычно начинают с верха, — хохотнул Майкл, помогая О’Нил раздеть себя. Одежда полетела к платью, и Сара обхватила твердый член, медленно скользя вперед и назад. — Обычно начальники не спят со своими подчиненными, — огрызнулась она интуитивно и потянулась за новым поцелуем, чтобы они снова не наговорили гадостей, потому что кусать губы друг друга было куда приятнее, чем выдумывать новые ругательства. О’Нил толкнула Тёрнера на диван, сама же ловко высвободилась из его объятий и глянула на него сверху вниз, хитро улыбнувшись. Ладони пробежали по телу, и девушка завела руки за спину, расправляясь с застежкой. Она подошла вплотную к Майклу остановившись между его ног, и мужчина, подцепив бра, указательным пальцем стянул его. Он подался вперед и коснулся губами живота, легонько сжимая зубами кожу. — В платье ты выглядела прекрасно, но без него ты великолепна, — его пальцы подцепили кружево, а Сара сжала короткие волосы на затылке, вынудив мужчину запрокинуть голову, и первой дотронулась до его губ. Казалось, в мире остались только они, окруженные мягким голубым свечением, что будоражило и без того бурлившую в венах кровь. Они забылись в своем мыльном пузыре, ограниченном стенами комнаты, и уже не было ничего, кроме жадных касаний рук и губ, исследовавших тела. Последний элемент одежды последовал за остальными, и обоих больше ничего не сдерживало. Они будто сорвались с цепи, бросившись навстречу, чтобы забыться в своей неоновой вселенной, где существовали только оголенные нервы и бушевали эмоции. Сара медленно опустилась на Майкла, с трудом сдерживая стоны. Было плевать, что их могут услышать, потому что все это казалось просто невозможным: казино, вип, внезапный прилив страсти. О’Нил никогда бы не поступила так безрассудно, а Тёрнер ни за что не стал бы использовать женские слабости. Но с Сарой не хотелось пресловутой романтики и конфетно-букетного. С ней хотелось заниматься жарким сексом, изучать ее, как самую интересную книгу, и прятать в объятиях от всего мира, чтобы больше никогда и ни с кем не делиться ее улыбкой. — Да, пожалуйста, еще! — О’Нил сама двигала бедрами и наслаждалась звуками шлепков, ставших катализатором в пути к наслаждению. В этой комнате рядом с Тёрнером ее возбуждало буквально все, а из плена мужских рук, властно сминавших грудь, крепко сжимавших талию и ягодицы, не хотелось выбираться, ведь каждое касание доводило до экстаза нервные окончания. Она двигалась рвано, то замедляясь, то ускоряясь, потому что вожделение кружило голову, а с каждой секундой становилось все сложнее сохранять контроль. Майкл прикусил сосок, снова запуская механизм вращения вселенной, и Сара забылась, отключила инстинкт самосохранения и утонула в бездне похоти, утягивая за собой и Тёрнера, что продолжал вбиваться в девушку, как ненасытный. Она прижалась к его груди, не находя в себе сил для противостояния в игре «кто финиширует первым», и сжала зубами мочку уха, слыша усмешку и громкий вздох в ответ. Синий неон перестал существовать, оставив только яркую белую вспышку вокруг — мягкую негу, в которой они оказались вдвоем и жадно хватали ртами воздух, которого стало катастрофически мало в легких. Сара так и осталась лежать на Майкле, только теперь лениво перебирала волосы на его затылке и слабо вздрагивала, когда мужские пальцы касались чувствительной точки на пояснице. Она старательно отгоняла от себя мысли о мире за дверью, упиваясь последними крупицами спокойствия. Тёрнер мягко коснулся губами острого плеча и глубоко вдохнул, неохотно выныривая в реальность, которая стала еще сложнее. — Поехали домой, — раздалось в тишине, нарушаемой лишь их дыханием, и О’Нил удивленно отпрянула, недоверчиво всматриваясь в зеленые глаза. — Нет, Майкл.