Girl meets wizard world (В мире волшебства).

— В этом семестре мы должны уделить внимание превращению одного одушевлённого существа в другое одушевлённое существо, — профессор Риптэри был живым воплощением факультета Рэйвенкло: от прилизанных тёмных волос до кристально-белых манжет, очень выгодно смотревшихся на мантии благородного синего цвета. — В прошлые годы перед вами ставилась задача куда проще: на первом курсе — изменять базовые физические свойства предмета, на втором — практика превращения живых объектов в неживые и наоборот… Мисс Миллер, мисс Оулдридж, если вам вдвоём не терпится продемонстрировать свои навыки, то не смею вам мешать… Рия напряглась, как струна, Мак печально вздохнула. Они так увлеклись обсуждением легенды о Робине Гуде за завтраком, что неосмотрительно забыли рьяное отношение профессора Риптэри к дисциплине. Теперь их ждала проверка на прочность сразу после летних каникул, и если в способностях Деметрии не приходилось сомневаться, сама Майя оценивала свои силы на «выше ожидаемого», никак не больше. Заклинания ей искренне нравились, однако сам процесс превращения требовал большей сосредоточенности и не всегда заканчивался успешно. — Напомните классу учебную программу второго курса, — по мановению волшебной палочки профессора на столе возникли небольшая скульптура кролика и стеклянная ваза. И если что делать с кроликом Майя хотя бы представляла, то вот ваза вызывала вопросы. Требовалось вернуть ей изначальный облик? Или тоже превратить в какую-нибудь живность?.. Совершенно запутавшись, девочка беспомощно посмотрела на подругу. Она заметила. — Зима, — практически не разжимая губ, шепнула Деметрия. — Цветы. Точно! На втором курсе они практически всю зиму учились создавать примитивные неодушевлённые объекты из воздуха, вроде мыльных пузырей и растений. — Прошу, мисс Миллер, — профессор Риптэри посторонился, чтобы весь класс мог наблюдать за отвечающими. Девочки переглянулись. Теперь в глазах Рии зажёгся азартный огонёк, она покосилась на зайца. Мак кивнула: наколдовать орхидеи было значительно проще, чем оживлять статуэтку. — Лапифорс! — приказала Деметрия, сосредоточенно глядя на каменного кролика. По скульптурке прошла рябь, ушки животного настороженно шевельнулись, а спустя мгновение оно в один прыжок соскочило с постамента и скрылось из виду. — Даже кролик дал дёру, — Майя не видела, но очень хорошо могла представить нарочито-скучающего Джо. Именно с таким видом он практически весь прошлый год разговаривал с Остином Фоули, только чем ему успела досадить нелюдимая рэйвенкловка?.. Сдержанный кашель преподавателя трансфигурации заставил отложить решение этой загадки на потом, и Мак постаралась максимально сосредоточится на вазе. Как красиво на свету переливается цветное стекло, какой выгодный контраст создадут длинные зелёные стебли, как чудесно будут пахнуть нежные бутоны… — Орхидеус! С негромким хлопком картинка из воображения воплотилась в жизнь. Класс наполнила весенняя свежесть с нотками аромата ландыша. — Каттлеи, да ещё подобного цвета, — профессор Риптэри задумчиво коснулся ярко-жёлтых лепестков. — Любопытно, мисс Оулдридж. Что ж, удачи вам в новых начинаниях. Пять очков Рэйвенкло и пять очков Гриффиндору. Майя против воли зарделась и, стараясь не поворачивать голову в сторону друзей, вернулась на своё место. — Я не нарочно, — шёпотом пояснила она Деметрии. Та равнодушно пожала плечами. — Очень часто подсознание волшебника работает за воображение и проявляется подобным образом. Иногда даже полезно использовать некоторые эмоции в сотворении чар: они получаются мощнее и эффективнее. — Я не совсем поняла, — призналась Мак. — Ну, допустим, тёмную магию подпитывает негатив: чтобы сработало проклятие маг должен по-настоящему хотеть причинить эту боль и наслаждаться чужими страданиями. Будничный тон, которым Рия рассуждала о запрещённой магии и пытках, заставил Майю содрогнуться. Но вместе с этим возникли новые вопросы. — Откуда тебе про это известно? Деметрия поморщилась: вопрос ей явно не понравился. — Прочитала когда-то об этом. Где — уже не помню… В подобное объяснение верилось с трудом, но допытываться Мак не стала. Во-первых, второго вызова к доске не хотелось, а во-вторых, тема разговора явно раздражала подругу. Злить человека, пришедшего на помощь в критический момент, было свинством. Совершенно некстати вспомнился комментарий Джо, и сомнения всколыхнулись с новой силой. В чужие дела Хоулмз не лез, из-за её побега вряд ли бы стал цепляться к сокурснице, а вот преследуя личные мотивы — вполне. Для Рии его отношение не стало сюрпризом, значит они сталкивались раньше. Где? Как?.. Пообещав себе разобраться с этим после уроков и предварительно задобрить Деметрию какой-нибудь вкусняшкой, Мак с чистой совестью принялась за конспект. Новая формула заклинания уже чернела на пергаменте, как финальную точку смазал бумажный самолётик, неожиданно приземлившийся на парту. По привычке девочка быстро спрятала записку под учебник. Пробежалась взглядом по соседям: все третьекурсники, что Рэйвенкло, что Гриффиндора, сидели, уткнувшись носом в записи. Чтобы решиться переброситься записками на уроке профессора Риптэри требовалось недюжинное мужество или отсутствие мозгов. Против воли шевельнулась надежда, что кто-то из друзей решил проявить интерес к её персоне, не взирая на Джеймса… Сделав вид, что перелистывает страницы, Майя развернула послание и прочла: «Завтра, в четверг. Задержись после Астрономии в рыцарской галерее. Я буду ждать столько, сколько потребуется». Ни подписи, ни инициалов даже при повторном осмотре отыскать не удалось. Почерк не принадлежал никому из тех, от кого она рассчитывала получить записку: угловатые буквы с острыми краями стояли прямо, будто с вызовом, и чем-то походили на её собственную писанину. Если бы Джо, Роксана и Адам захотели спустя две недели поговорить, то пригласили бы её в гостиную и не откладывая. Среди рэйвенкловцев у Майи было не так много знакомых, тогда кто? Кому потребовалось искать с ней встречи, причём, в нетривиальном месте?

***

Весь следующий день Майя провела, как на иголках. Хвалёная интуиция молчала, а здравый смысл и Деметрия твердили, что лишние приключения сейчас пришлись бы абсолютно не кстати. К тому же путь в гостиную Рэйвенкло из Астрономической башни не проходил через третий этаж, и, чтобы попасть на ночное свидание, ей необходимо сделать крюк. — Напорешься на патруль и тебя мигом доставят в законную гостиную, — проворчала Деметрия, когда тем же вечером девочки устроились в библиотеке за полюбившимся столиком. Его так выгодно закрывали книжные полки, что даже мадам Пинс не всегда вспоминала проверить его перед закрытием читального зала. — Знаю, — Майя пододвинула к себе старый выпуск журнала «Трансфигурация сегодня»: формулу заклинания «Верминкулюс» после приземления самолётика восстановить не получилось, а в учебнике, как на зло, давалась лишь сокращённая схема. — Не похоже на шутку… — Что у твоих однокурсников сомнительное чувство юмора, я знаю давно, — со свойственной ей прямолинейностью высказалась Рия. — Но у всего есть предел. Почему не попросить о встрече после уроков?.. И вообще извиняются не так! Мак поджала губы. Сейчас, когда ссоре с Джеймсом разменяло две недели, она не могла с уверенностью сказать, на какую реакцию друзей рассчитывала. Что те безоговорочно встанут на её сторону? Что Поттер поймёт весь масштаб своего идиотизма и перестанет наседать на младшего брата? Кроме Джима она ни с кем не ссорилась, только как так получилось, что теперь никто из бывшей компании с ней не общался. Решили дать им обоим остыть, а после устроить примирение? Если в этом и заключался их план, то он явно пошёл по одному месту. Извинениями, о которых упомянула сейчас Деметрия, должны были обменяться Майя и Джеймс, и в первое время девочка осталась бы довольна, сложись всё следующим образом. Но ссора и уход под крыло рэйвенкловцев внезапно проложили между ней и Джо с Роксаной и Адамом стену. Получалось, без благосклонности милорда-Поттера дружба с ней не особо и нужна? Они ведь даже не пытались её найти! «Карта Мародёров» устарела, но некоторые ключевые точки сохранились, и одной из них являлась башня Рэйвенкло. Если б кто-то задался целью отыскать Майю, то с помощью карты сделал это за пару мгновений. В особо мрачные минуты мелькала мысль, что все прекрасно знали о её укрытии, однако не верили в серьёзность намерений подруги. От подобных размышлений на душе скреблась целая орава миссис Норрис, да ещё по-мартовски тоскливо выла. Деметрия Миллер изо всех сил старалась подбодрить и отвлечь. Поражало стремительное преображение отстранённой девочки, когда близкий человек переживал кризис. Чтобы они не пересекались с Джеймсом и остальными, Деметрия предложила ходить есть на кухню, ведь домовые эльфы всегда были рады накормить «голодных мисс», а домашней работой заниматься в гостиной Рэйвенкло. Там помимо роскошной коллекции книг царила спокойная атмосфера в противовес бесшабашному веселью гриффиндорцев. Наконец, новая подруга каким-то чудом уговорила соседок по комнате принять ещё одного жильца и держать рот на замке касательно его присутствия. Шестое чувство, редко подводившее Мак, подсказывало, что дело не обошлось без лёгкого шантажа и манипуляции. М-да, стоящий из них получался дуэт: вспыльчивая драчунья и хладнокровная стратег. Попахивало творчеством Конан Дойла, которым Деметрия зачитывалась летом. Кстати о великом сыщике… — А существуют какие-нибудь заклинания, чтобы вычислить автора послания? — Рия оторвалась от переписывания свойств жала шмеля-вампира в зельях и задумалась. — Наверняка нечто подобное есть, только вряд ли мы найдём эти чары в стандартных учебниках, — она не спешила возвращаться к подготовке домашнего задания и смотрела перед собой, что-то прикидывая. — Утешает, что до уровня запретной секции они не дотягивают, — заметила Мак. — Не скажи, они ведь должны выдавать личную информацию о человеке. Подобное держать в открытом доступе чревато. Но можно проверить письмо на намеренье, это намного проще! — - Деметрия аж подскочила на месте, воодушевлённая перспективой быстро покончить со свалившейся на их голову загадкой. — Подобное заклинание я видела в расширенном издании сборника Миранды Гуссокл. Или в справочнике бытовых заклинаний? Погоди, я сейчас… Рэйвенкловка едва не бегом направилась в сторону секции чар. Майя пока вновь занялась перерисовкой трансфигурической формулы и закончила аккурат к возвращению подруги, тащащей под мышкой три увесистых книги. — Это должно быть где-то здесь, — Деметрия отодвинула в сторону литературу по зельеварению и с энтузиазмом начала листать оглавление первого тома. Мак предусмотрительно переложила пергамент на соседнее кресло (не дай бог, опять что-то сведёт на «нет» её старания) и взяла второе издание за авторством некоего Харви Спаркли. Глава «Магия персонификации. Виды и формулы» находилась в самом начале, только вопреки названию самих схем и чётких объяснений, как творить чары, оказалось немного. Опасения про закрытый доступ подтвердились. — Не густо, — Мак ещё раз для верности пролистала нужный раздел, но интересующей их информации как не было, так и не оказалось. — Нашла, — Рия триумфально ткнула пальцем в крохотный абзац. — Заклинание простое, но с нюансом: сработает, если колдовать будет адресат. То есть ты. Майя придвинулась ближе, заглядывая в книгу через плечо подруги. Заклинание и правда было примитивным: от волшебника требовалось только пару раз постучать палочкой по письму и сказать «Пропонименто», а дальше наблюдать. Чернила должны поменять цвет в зависимости от намерений автора. Так же книга предостерегала от применения чар на длинные послания, аргументируя тем, что чувства человека могли меняться на протяжении письма. — Попробуем? Мак достала волшебную палочку и злополучную анонимку, коснулась два раза её поверхности кончиком палочки и прошептала: «Пропонименто». Чёрные чернила вспыхнули всеми цветами радуги, а затем стали синими. — Надёжность и доверие, — без восторга прочитала толкование Деметрия. — Но всё равно места для встреч твой аноним подбирать не умеет. — Он такой же «мой», как и твой, — возразила Майя, хотя мысленно согласилась с Рией. Последнее, чего ей хотелось, это попасться патрулирующим коридор преподавателям или старостам. Без «Карты Мародёров» придётся ой как не просто.

***

«Это точно не кончится добром,» — возмущённо причитал внутренний голос, пока Майя чертила по указанию профессора Синистры созвездие Дракона в своей небесной карте. До конца урока оставалось не больше пятнадцати минут и в её же интересах было закончить работу раньше: лишний раз сталкиваться с Джеймсом не сильно хотелось, и заодно при встрече с патрулём ничего не грозило. Она идёт с занятия по Астрономии в гостиную, а сделала крюк из-за Пивза, проявлявшего нездоровый интерес к люстре на пятом этаже. Деметрия фыркнула от смеха, когда услышала заготовленную отмазку, хоть и признала её хорошей. В хулиганящего полтергейста поверить легче, чем в топографический кретинизм ученицы третьего курса. Подписав, где у Дракона голова, а где хвост, Мак подняла руку. Профессор Синистра с облегчением отстранилась от изучения карты Роксаны и только бросила напоследок: «Завтра у меня здесь занятия с пятым курсом Гриффиндора, мисс Уизли. Я настоятельно прошу вас посетить его». Быстро пробежавшись глазами по рисунку Майи, профессор посоветовала самостоятельно уплотнить более яркие звёзды и отпустила девочку до следующей недели. Впопыхах собрав сумку, Мак одной из первых покинула класс. Путь до рыцарской галереи лежал практически через весь замок. Конечно, будь ей известны все тайные ходы, она наверняка смогла бы добраться до туда быстрей, но увы и ах. Сейчас рядом не шёл Джеймс с дедовской картой или та же Роксана, расспросившая на кануне старшего брата о лазейках в их маршруте… Впервые Майя отправилась бродить ночью по школе абсолютно одна. Она спустилась до коридора, соединявшего теплицы с внутренним двором, и на цыпочках направилась к кабинету трансфигурации. Надо не пропустить третий поворот налево — тогда она выйдет аккурат к лестнице в библиотеку, а там рукой подать до подвесного моста и длиннющего коридора с доспехами и нудным портретом Бориса-бестолкового. Хогвартс спал. Проходы непривычно пустовали. Мягкую тишину нарушали лишь лёгкие шаги третьекурсницы и треск пален в факелах. И всё же ночное шатание по школе в обществе самых неугомонных представителей Гриффиндора не прошло даром: девочка ни разу не сбилась с пути и не встретила ни один патруль. То ли учителя в начале учебного года решили не усердствовать, то ли загадочный аноним хорошо знал их маршруты и поэтому выбрал для встречи рыцарскую галерею. Самым сложным переходом оказался подвесной мост, натянутый над пропастью между восточной и северной частями замка. По планировке — необходимая переправа напрямик. По факту — открытое пространство длинной в десять ярдов, идеально просматривающееся из кабинетов Защиты от Тёмных Искусств и Заклинаний. Майя поудобнее перехватила сумку и ринулась бежать, что есть мочи, надеясь от всей души, что профессора сейчас видят десятый сон, а не любуются в окно ночным пейзажем. Понятно, почему Фред Уизли настоятельно советовал ходить через верхние этажи и башни… Однако на этом мелкие неприятности не закончились. Когда до конечной точки маршрута оставалось совсем немного недалеко послышались голоса. Не растерявшись, Майя юркнула к ближайшей статуе какого-то магического животного и затаилась. Вскоре коридор озарил тусклый свет волшебной палочки в руках Виктуар Уизли, тихо переговаривавшейся со своим однокурсником-старостой. На счастье Мак, оба были слишком заняты беседой, чтобы выискивать потенциальных нарушителей в тёмных закоулках. Выждав пару минут, после того, как их голоса окончательно стихли, девочка покинула своё укрытие и вновь пустилась в путь. — И кто кого будет ждать? — тихо буркнула она, добравшись до злополучной галереи. Никого. Хотя, если автор послания человек с её курса, не удивительно — с Астрономии раньше неё ушла только Бакана, в списке хобби которой явно не стояло бродить по школе средь ночи и назначать поздние свидания. Майя выбрала себе в качестве укрытия нишу около конских лат и прислонилась спиной к стене. Пока аноним не объявился, она располагала временем, чтобы собраться с силами. А заодно подумать, кому из сокурсников потребовалось выдёргивать её на разговор ночью. И если исключить из уравнения Джеймса, Джо, Адама, Роксану и Бакану, оставалось не так много народу. Точнее — трое: Кэтрин Денкрод, Чуи Гонсалез и… — Извини. Долго ждёшь? — Мак едва не подскочила на месте и запрокинула голову: за прошедшее лето Картер Бутман стал ещё шире в плечах и практически на фут выше, оставляя позади других мальчишек на курсе. С её ракурса он очень походил на великана, закрывая собой большую часть коридора и даже свет от факелов. Майя поспешила подняться, но, даже выпрямившись, особо не изменила ситуацию: Картер по-прежнему возвышался над ней, правда теперь ещё мягко усмехался. Захотелось пнуть его, чтобы он согнулся и нивелировал их разницу в росте на целую голову. И с чего все резко решили вымахать? Джеймс ненамного отставал от того же Картера, правда, в плечах был значительно уже. Чуи и Адаму Мак едва доставала макушкой до виска. Джо практически не вытянулся, однако достающие до плеч волосы и тонкие черты лица делали его похожим на сказочного принца. Но самым болезненным «открытием» нового учебного года стали Бэк и Роксана: у обеих как-то резко начала выдаваться область груди, когда у самой Майи там разве что вогнутости не наблюдалось… Обидно. — Можешь отойти, пожалуйста? — вежливо попросила девочка. — Чувствую себя… — Малявкой? Не-ет, всё-таки идея пнуть однокурсника не была дурной. А может последовать прощальному «совету» Джеймса и вместо физической расправы вызвать Картера на дуэль? Это будет самый нелепый повод за всю историю школы, не иначе. — Ладно, релаксируй, — верно угадав её настрой, Картер посторонился. — Но имей в виду, я не такой добренький, как Поттер: начнёшь драку, я не посмотрю, что ты девчонка… Майя едва сдержалась, чтобы не проорать собственные мысли на весь замок. Линда Оулдридж в кои-то веки могла гордиться дочерью. Нарочно сохраняя дистанцию, девочка прошипела: — Судя по твоему поведению, ты нарочно позвал меня сюда, чтобы нарваться! — Не интересно, — без тени насмешки отозвался однокурсник. — Я физически сильнее, не продержишься и пяти минут. Как ни странно, его беззлобная прямота оказала чудодейственный эффект. Злость отхлынула, уступив место усталости и лёгкому стыду. Заводиться из-за Картера Бутмана, который ещё на первом курсе прославился своим пофигизмом ко всему, кроме квиддича и драк? Даже звучит смешно. Но оставлять за ним последнее слово в этом маленьком споре она не собиралась. — Мог бы просто сказать, что не дерёшься с девчонками, — уже спокойнее заметила Мак. — Какая разница? — опешил Картер. — Не, в рукопашную да, но по магии скорее ты меня уделаешь. Девочка замерла от неожиданного комплимента и тупо уставилась на приятеля, хлопая глазами на манер совы. Подобный расклад ей в голову не приходил до сегодняшней ночи, хотя рассуждения парня были очевидны: мастерство владением волшебной палочкой и быстрота реакции у обоих полов зависели от конкретных навыков мага и только. В подобном вопросе волшебный мир, на удивление, оказался куда справедливее обычного. Картер воспринял её ступор, как сомнение, поэтому принялся разъяснять: — Ты едва ли не лучшая в заклинаниях на потоке, по трансфигурации тоже существенных проблем нет. На счёт скорости и выносливости судить не берусь, не видел, но даже если средненькие, всё равно выстоять против тебя задачка не из лёгких… — Спасибо, — пискнула Майя, отчаянно чувствуя, как у неё горят щёки. — За правду не благодарят, — пофигистично сказал Картер. Хотя из-за причудливой игры света от факелов Мак показалось, что парень покраснел. Ненадолго воцарилось молчание. Треск поленьев и уютный полумрак успокаивал. Картер присел на постамент у передних ног лошади-рыцаря и стал рыться в сумке. Через непродолжительное время он извлёк на свет бутылочку сливочного пива и пару импровизированных сэндвичей с окороком. Скорее всего, состряпал их из тех ингредиентов, которые подавали на ужине. — Налетай, — он похлопал рядом с собой. — Ты же питаешься теперь кислородом, раз даже в Большом Зале не появляешься. — Спасибо, мам, — съязвила Майя, но приглашение приняла. — Удивительно, что только ты заметил… — Заметили все, — не утруждая себя этикетом, Картер одновременно говорил и заразительно жевал. — Просто… Уважают тебя, наверное. Поэтому не наседают. Правда, я считал тебя умнее… Мак на этих словах едва не подавилась листком салата из нехитрого перекуса. — Игнорировать весь факультет из-за одного придурка не лучшее решение. Вот значит, какие выводы сделал Картер. Скорее всего, большая часть её приятелей по факультету разделяла его мнение. Только… — Я сама виновата. В своих мыслях она не могла признаться даже Деметрии, не говоря уж о том, чтобы подойти к Джеймсу и извиниться. Дело было уже не в гордости и уязвлённом самолюбии, а в болезненной правоте Поттера. Она не жалела, что вмешалась и защитила (ведь защитила же?) Альбуса с приятелем. Она жалела о том, что произошло после. Картер терпеливо молчал, и Майя была ему за это благодарна. — Я… Ударила его. Джеймса. Он меня очень разозлил. Я не… Она запнулась. Отпила немного сливочного пива, собираясь с мыслями. «Я не хотела?» — да нет, как раз наоборот: врезать она ему хотела и ещё как. «Не сдержалась?» Можно подумать, Джим тогда утруждал себя адекватным поведением. Да, блин, дело в другом! — Я не думала, — «вот уж верно, дальше можно не продолжать». — Что настолько взбешу его сама. А самое ужасное, что сейчас я практически уверена в его правоте. Мне не место на Гриффиндоре. Последнее предложение она выдавила практически шёпотом. Картер по-прежнему не проронил ни звука и внимательно её слушал. — Я никогда не рассчитывала, что Джеймс может ввязаться со мной в настоящую драку. Среди маглов подлостью бы считалось применение магии. Здесь всё наоборот. Я к подобному ещё не привыкла и, вряд ли, привыкну вообще. Фактически, я действительно полезла на того, кто сильнее и не ответит мне в силу принципов. Иначе, чем подлостью, такое назвать трудно. Картер молча наблюдал. Для столь нетерпеливого парня подобное поведение было сравни подвигу. — Если я не соответствую своему факультету, какое право у меня здесь находиться? А может, всё куда банальнее, и я просто струсила. Она, наконец, повернулась к собеседнику и смогла заглянуть ему в лицо. Картер сидел в той же позе с недоеденным сэндвичем в руках и, нахмурившись, рассматривал носки своих кроссовок. То ли услышанное откровение его крайне раздосадовало, то ли он просто задумался.

В противовес его настроению, сама девочка впервые за последние две недели испытала чувство облегчения. Наконец, она смогла хоть как-то примириться со сложившейся ситуацией. Даже всё равно, какое мнение после её рассказа составил Картер, просто выговориться о наболевшем уже принесло некое ощущение лёгкости. Правда, длилось прекрасное состояние недолго: неожиданный вопрос от однокурсника быстро спустил Майю с небес на землю. — И что ты планируешь делать дальше? Она неопределённо пожала плечами. Этот вопрос мелькал пару раз в голове, но Мак предпочитала отмахиваться от него, как от надоедливой мухи. В глубине души теплилась тщетная надежда, что всё каким-нибудь образом уляжется само. Напрасно. — Не будешь же ты нелегально жить в каком-то классе до самого выпуска? – до ужаса хотелось с ним поспорить, вот только крыть было нечем. – Старшая Уизли, которая староста... Виктория, кажется... Она не станет держать глаза закрытыми дольше положенного! — Хорошо, просвети меня, о гениальный Картер Бутман, – у Майи не осталось сил ни нормально огрызаться, не ехидничать. – Как бы ты поступил на моём месте? — Вернулся бы домой. Девочка едва подавила в себе протяжный стон: своей прямолинейностью Картер бесил её похлеще упёртого Джеймса. В его картине мира всё решалось так просто, аж зависть брала. — Гениальный план, Уолтер. Надёжный, как швейцарские часы... — Чего? – ожидаемо мальчик не понял её пассажа. — Я имею в виду, как ты себе это представляешь? – Мак вздохнула, понимая, что Картер абсолютно не улавливает её мотивов. – Сначала сбежала, потом вернулась с опущенной головой. Будто он прав! У меня, вообще-то, гордость есть! На лице однокурсника крупным шрифтом читался ответ: «Ну, и дура!». Хвала высшим силам, озвучивать он свои мысли не стал. И вместо этого выдал нечто совершенно неожиданное: — Тогда попроси Распределяющую Шляпу перевести тебя на другой факультет. Хоть к хаффам, хоть к рэйвенкловцам... Да можешь вообще на Слизерин поступить, если так будет легче. Майя зависла, переваривая услышанное. Удивительно, как ей самой или Деметрии не пришёл в голову столь очевидный вариант... — Правила школы, по-моему, не запрещают менять факультет, но лучше уточнить это у кого-нибудь из учителей, – уверенности в голосе Картера поубавилось. Он успел пожалеть, что вообще открыл рот на эту тему, а не добивался исполнения первого варианта. — Спасибо. Хоть совесть скреблась о рёбра и твердила, что задумка – абсурд и вернуться в гостиную более взрослое и мудрое решение, другая часть Мак ликовала. Возможно, ещё не всё потеряно, и, не прижившись на одном факультете, она сможет отыскать себя в стенах другого?.. Решено! Завтра же она поговорит с профессором Лонгботтомом, и будь, что будет. Если Распределяющая Шляпа примет решение переправить её к Деметрии, как подумывала изначально два года назад, то это существенно облегчит ей жизнь. Если же нет... Остаётся надеяться, что ей хватит мужества достойно начать вновь в родных стенах. Одиночество вопреки ссоре с друзьями ей не грозит, раз уж Картер... — Кстати, – Майя с удовольствием отпила ещё сливочного пива и вернула мальчику полупустую бутылку. – Зачем ты меня сюда пригласил? — До жути интересно, что вы с Поттером не поделили, – вопреки предыдущим уверенным замечаниям, голос Картера дрогнул. И второй раз за вечер Мак приняла отблески факела за румянец на бледном лице.