Становление

Вернуть сознание обратно было сложно. Приходилось собирать его по крупицам, пытаясь разложить все по полочкам, но вокруг и внутри творился такой хаос, который было невозможно упорядочить. Иронично. Он всегда считал, что невозможного не существовало. Только задачи и пути для их решения, вопрос оставался лишь в том, как этот путь найти и достаточно ли рвения его искать. Осознав, что мысли, наконец, приняли понятную форму, Вэй Ин открыл глаза. Все еще пустое сумрачное ущелье. Значит, не приснилось. В районе груди скрутила боль так, что Вэй Ин моментально перевернулся на спину и схватился руками за сердце, стараясь унять боль. Ничего не помогало. Жжение, лишь нарастало. Словно в него одна за другой влетают острые стрелы с зазубренными наконечниками, рассекая плоть, ломая кости, продираясь к его сердцу. Нет. Болью сковало золотое ядро. Сделав рваный вдох, Вэй Ин опустил руки по швам и сильно зажмурился. Он не надеялся на то, что боль пройдет, он пытался сконцентрироваться на чем-то кроме дробящейся в песок грудной клетки. Долг, Цзян Чэн, Лань Ванцзи, ордены, ставшие беззащитными перед тиранами. Ненависть вспыхнула праведным огнем. Он почувствовал, как его ядро запульсировало, как темная магия оживилась и стала кружить вокруг него, стараясь найти выход. Как разрушительная сила трепетала в нем, надеясь получить разрядку, получить цель и взорваться мощной энергией, разрушив все на своем пути. Она стала не болезненной. Внутри зачесалось, руки стали ужасно зудеть. Вэй Ин приподнялся на локтях, после чего, не без труда, встал на колени и оглянулся. Кругом сплошные скалы. Скалы, которые мешают ему пройти к близким людям, помочь им справиться с напастями. Злость и ненависть бурлили в нем, и этот смертоносный коктейль образовал небывалую ярость, что подкармливала темную магию, ее желание вырваться наружу стало неудержимым. Вэй Усянь знал, как только выпустит ее, он не сможет найти путь назад. У него и сейчас практически не было шансов, но если он даст этой силе поглотить его разум, разрушить его волю, то контроль темной магии так и останется несбыточной мечтой, ведь это именно она завладеет им. Руки продолжали зудеть. Вэй Ин непроизвольно почесал правую руку и сам не заметил, как с нее начала капать кровь, а под ногтями оставаться его же кожа. Острая боль внезапно заглушила приступ ярости и дала мгновение просветления. Не завладеет. — Слабак! Глупец! Даже не пытайся сопротивляться, — мерзкий скрипучий голос, один из множества, заговорил с ним. «Явились» — пронеслось в мыслях Вэй Ина. Он и хотел бы отмахнуться от них, как от назойливого комара, или заорать так громко, чтобы заглушить любые речи, но он знал — бессмысленно. Они в его голове, ему дали это понять, и пока он не знал, как от них избавиться. — Ты не изба-а-авишься, — шипящий тягучий женский голос выплюнул эту фразу, словно змея поразила ядом. — Ты просто останешься с нами, превратишься в незначимый для мира голос. Будешь так же, как и мы, пугать путников и пророчить их судьбу. — Вы не пророки, — превозмогая боль и желание рычать, ответил Вэй Ин. — Вы слабы, вы только говорите. Вам подвластны только языки, но не я! — Да что ты, — хитро ответил голос женщины. — Посмотрим. Наступила тишина и даже показалось, что одиночество. Голоса покинули его, но он знал, что это ненадолго. Хотя бы отступила ярость. Темная магия вновь принялась за ядро, но пока она клубилась вокруг, Вэй Ин умудрился построить защиту. Он сам не понял, как у него это получилось, но прекрасно знал, что это лишь на короткое время. Тогда он поднялся с колен. Необходимо найти выход отсюда. Необходимо определить направление и найти еду и воду. Хотя бы что-то, чтобы пополнить запас сил. Живот скрутило от голода. Да уж. Он блаженно улыбнулся, вспомнив острую еду в его любимом городе и… завопил. Неутешно. Вэй Ин почувствовал, как его нога горит заживо, он опустил голову. Левая нога была охвачена черно-красным пламенем, который появился из ниоткуда. Просто возник. От болевого шока его мысли вновь разбились о тщетность настоящего. Вэй Ин завалился на бок, начал пытаться стряхнуть с себя дьявольское пламя, стуча по ноге ладонями. Правая рука откликнулась болью, но она была ничтожна по сравнению с пылающей ногой. Кожа плавилась, подпаленная корочка быстро сошла, он увидел мышцы, пока еще кроваво-красные, но если ничего не предпринять, то от него останется один лишь уголь. Пахло жареным мясом. От криков сорвало горло, оно саднило, но у Вэй Ина не было времени на такие мелочи. Панически пытаясь найти решение, он огляделся. Сплошные камни. Он попытался набрать в руки песок и засыпать огонь, ничего. Страх сковал его естество, он не мог идти. Пришлось ползти. Только куда? Скалы, камни и песок — все, что окружало Вэй Ина. Он судорожно вдохнул. Здесь наступит его конец? Боль уже превысила порог невыносимой. Его било мелкой дрожью. Что странно, огонь не распространялся. Но нога выгорела уже до костей. Вэй Ин давно должен был потерять сознание от шока, что-то оставляло его в сознании. — Не что-то, — тот самый издевающийся тон. Ненависть. Она разгорелась более жарким огнем, чем тот, что был на ноге. По ощущениям огонь подпалил органы, охватил его внутри так, что он даже не успел задуматься о том, что сделал. Он вскочи, не обращая внимания на пульсирующую боль в ноге. Рука в мгновение поднялась на уровень глаз. Вэй Ин почувствовал, как могущество заструилось по венам, как из золотого ядра вырвалась мощь сокрушительной силы. Он направил здоровую руку в сторону одной из многочисленных скал и обрушил на нее свою ярость. Столб темной энергии вырвался из ладони и проделал дыру насквозь через несколько скал. Вэй Ин рухнул на колени. Снова. Он даже не знал, что ему досаждало больше — боль от синяков после стольких падений или его слабость. Нет, конечно, он знал что именно. «Мысли? Сознание, мышление… оно вернулось?» Вэй Ин взглянул на ногу. В полном порядке, не считая, что отпечатков кровавой ладони и налипшей грязи. Чувствовался лишь едва заметный запах жареного мяса — Какого дьявола… — недоумевал в пустоту Вэй Ин. Большим удивлением было, что ему никто не ответил. Вечные спутники, поселившиеся в его голове, казалось, испуганно молчали. Он тут же пожалел о подобной мысли, но никто не объявился. Вэй Ин был этому рад. Наконец, есть возможность побродить по окрестностям. Он вгляделся в проделанную им дыру. Недоумок из ордена Вэнь не обманывал. Из грязи торчали останки людей, некоторые из них зацепила его ярость, отрезав идеально ровные части. Магия была настолько мощной, что даже приняла геометрическую форму. Вэй Ин вспомнил это ощущение, когда он ее выпусти — полного очищения. Освобождения от оков. Вот, что значило дать волю своей ненависти, подпитав ею темную энергию. А стоила ли та боль… Ветви этой силы вновь окружили его. Он их замечал лишь краем глаза, зато чувствовал прекрасно. Они тянули к нему свои когтистые лапы, извивались, но продвигались медленно, словно неуверенно. Так, стоило ли оно того? Вэй Ин вспомнил лица всех тех, кого поклялся защищать. Сестра… его драгоценная сестра. Где же она сейчас? Ей ведь никто не сказал, что он все еще жив. Сердце вновь больно сжалось, но уже от скорби. Рассказали ли ей, что случилось с ее родителями? Да и цела ли она сама? А все эти псы из ордена Вэнь. Они должны поплатиться. Кровь за кровь. — Ты неугомонен, — голос вновь появился, но он не слышал в нем издевки. Интересно, что бы это значило. — Это было неплохо, молодой господин. Некоторые из нас сходили с ума после той боли, которую вы испытали. А большинство из заблудших теряли рассудок и тело после первого выпуска ярости. — Меня не взять такими игрушками, — гордо заявил Вэй Ин. Он оторвал кусок ткани от рукава ханьфу* и взглянул на ладонь. Истерзана, кровь почти остановилась, но вся в пыли и грязи. Какова вероятность заражения? Вэй Ин перевязал руку клочком. — Твоя правда. И все же мы пророчили тебе двое суток, юнец. — Не дождешься. Я выберусь отсюда. Я знаю, я должен! — Конечно-конечно. — Не смей так со мной разговаривать! — однако это было сказано уже в пустоту. Вэй Ин остался один. Усянь смог окончательно подняться. Ладонь саднила, ноги откликались тупой болью, кажется, кровь стекала по левой ноге. Оно и не мудрено столько падать. Все тело ощущалось, как огромная гематома. Ему было не привыкать. Изнуряющие тренировки с госпожой были порой куда жестче. Вэй Ин поплелся к единственному выходу из небольшого кратера, в котором все это время находился в поисках еды или выхода из ущелья. Он не знал, сколько был в пути, но за это время он успел о многом подумать. Главным образом о мести и защите. Тот факт, что он выжил после падения и даже остался в сознании, несмотря на происходящее, о многом говорил. Судьба также жаждала его мести. Вэй Ин верил в это. Прохладный ветер поднял несколько локонов волос, зашуршал халатом. До Усяна донесся хвойный запах. Он узнал его. Ведомый обонянием он шел, огибая скалы. Через како-то время он вышел к небольшим зарослям обычного можжевельника, на котором сохранилось достаточно много ягод. Он разглядел их внимательнее, чтобы убедиться в том, что они не ядовиты, вспоминая уроки. После чего закинул в рот сразу три, пережевал и выплюнул небольшие косточки. Приторно, но довольно сочно. Вполне можно было сделать вид, что жажду он тоже утолил. Темная энергия вновь приближалась. Он был готов принять ее. Теперь он осознавал, что необходимо для ее порабощения. Оставалось загадкой лишь одно — каким образом, отомстивши, продолжить подчинять темные силы своей воле. Вэй Ин хотел бы посерьезнее сейчас над этим задуматься, но его защита подошла к концу, и цепкие лапы, без предупреждения, схватились за его золотое ядро. Обвили словно цепями и в секунду сжали так, что показалось, оно вот-вот лопнет. Вэй Ину ничего не оставалось кроме как завопить от боли и отчаянья. И от бессилия. Он хотел, он пытался вновь призвать ненависть. Вновь скормить этой темной силе, подпитать ее, чтобы обрушить на очередной горный массив, но ничего не выходило. — Слабый, слабый, слабый, — скандировали голоса в голове наперебой. Они появились, как и всегда, неожиданно и в самый неподходящий момент. — Слабый, слабый слабый! — женские, мужские, голоса стариков — все наперебой стучали ему по вискам, насмехаясь над ним, угнетая его. Ноги подкосились. Вэй Ин почти рухнул на колени вновь, но лицо сестры возникло перед его невидящим реальность взором. Она улыбалась. Его милая Яньли. Такая прекрасная, такая добрая и… он должен ее защищать. Должен! Никакой темной силе не овладеть его разумом, не поставить на колени. Он даст бой сначала здесь, а потом во всеоружии пойдет на псов ордена Вэнь. И именно они упадут перед ним на колени. Вэй Ин выпрямился, немного скривившись от боли в спине. — Не в этот раз, — исподлобья произнес он, глядя перед собой. Он знал, что там никого не было. Знал, что разговаривал со своим разумом, знал, что он на грани с потерей рассудка. И все же, он не позволит себе перейти эту грань. Голоса в голове разразились новой волной хохота. Вэй Ин пытался ненавидеть. Пытался найти в себе то могущество, которым не так давно овладел за считанные секунды. Ногу свело. Руку закололо. Пальцы скрючились. Он почувствовал, как сустав плеча вышел из пазов, и закусил губу, чтобы не завопить. Хватит слабости. На этом пути нет места тем, кто не может пережить боль. Вэй Ин понял, что это снова происки голосов в голове. Все-таки что-то они могли. Творили с его телом все, что хотели, после чего заживляли? Не слишком ли сложно для бесплотных существ? — Ты нас недооцениваешь, — трескучий голос старика резанул уши. Теперь сустав предплечья громко хрустнул. Адская боль, но сжимающееся от темной магии ядро все равно перебивало все ощущения. Вэй Ин не кричал, даже когда почувствовал, как в поврежденном плече ломается кость. Это эффект темной магии? Его тело не выдерживало? Кость с хрустом переломилась, прорвав кожу с внутренней стороны плеча и ткань халата. Кровь брызнула на лицо, на халат и стекала горячей струйкой вниз прямо к недавно перевязанной ладони. Ткань неприятно липла к телу. Брызги крови отчего-то горели на лице, словно это был ожог. К глазам подступили слезы, но он не смел. Не смел! — Слабый! Это был один голос. Детский голос. Глаза Вэй Ина налились бордовым оттенком — из-за крови, хлынувшей в лицо и угодившей на слизистую. Он успел лишь раз сморгнуть перед тем, как мощная энергия прилила к здоровой руке. Казалось, если он ее сейчас же не высвободит, она разорвет его руку на мелкие кровавые ошметки, после чего ее ни один дух назад не соберет. Ненависть бурлила в нем. Слова не важны. Ребенок. Это был голос маленькой девочки, не старше шести лет. Даже ее невинная душа каким-то образом попала под воздействие этих безжалостных духов. Ее также мучала темная сила только из-за того, что она забрела в это гнилое место. Оно сгубило ее, эти голоса сгубили ее. Ярость клокотала. И нашла выход. Вэй Ин с громогласным ревом метнул столб энергии куда-то в сторону, пробив очередную гору. Кровь капала с пальцев обездвиженной руки, глаза застилала пелена усталости, боль не отступала ни на секунду, а цепкие лапы еще более темной энергии подступали ближе. Сила чувствовала сосуд, она хотела его. Она желала заполучить его тело, превратить его душу и золотое ядро в такую же красно-черную всепоглощающую энергию, разрушающую судьбы невинных людей. Вэй Ин закусил губу до крови. Легкий укол лишь на миг протрезвил его мысли, но этого не хватило, чтобы создать защиту вокруг золотого ядра. Нельзя терять сознание. Нельзя. Это конец. Это смерть. — Я просто… — он говорил так тихо, что можно сказать двигал лишь губами, — я просто присяду отдохнуть. Я не буду спать. Не сейчас. — Его тело потряхивало от переживаемой боли, от страха и ненависти. Голоса, темная магия, девочка. Вихрем проносились в голове, он пытался сообразить, что ему делать дальше, но в итоге — лишь опускался на локоть здоровой руки, приближаясь головой к земле. — Нельзя, — с трудом выдавил Вэй Ин, почти опустившись на холодный камень. Последнее, что он ощутил перед забвением — бесконечную нестерпимую агонию, которая схватила его в свои объятия, когда очередной поток темной силы пробился к золотому ядру. Сознание отключилось, но он продолжал вопить от боли.