Близость

      Чару изнутри разъедало чувство вины.       — Я больше никогда не отпущу тебя одну, — говорила она ночью, лежа на кровати. — Прости меня.       Фриск всё ещё была обеспокоена случившимся, но она не хотела смотреть на то, как Чара винит себя за это.       — Это не твоя вина.       — Не нужно пытаться меня заставить чувствовать себя лучше, — прошептала Чара. — Это была моя вина. Если бы пошла с тобой, тогда мы вместе смогли бы сбросить и ничего бы из этого не произошло.       — Это не первый раз, когда меня пытаются убить.       — Я убью их.       Фриск покачала головой.       — Речная Личность уже позаботилась об этом. Тебе не нужно вмешиваться.       — Разве ты не боишься, что их может быть больше?       — Боюсь, но…       Травматический опыт похищения всё ещё ярко стоял в её сознании. Да, это был не первый раз, когда её пытались убить. Однако, это был первый раз, когда её связали, завязали глаза и подвергли психическим пыткам. Чувство беспомощности, которое пронизывало всё это испытание, оставляло шрамы. Это было воспоминание, которое она не забудет ещё очень долго.       Тем не менее, каким бы травмирующим это событие не было, она знала, что не может себе позволить колебаться или сдаваться. Она должна была оставаться решительной. Она должна была сохранять позитивный настрой. Ей нельзя было падать духом, иначе Убийца победит. Тяжело было сохранять оптимизм после всего того, через что она прошла. Но ради своих друзей, ради этого мира и, может быть, ради любого другого мира, она должна была сохранять решительность.       Сегодня, однако, это было сделать слишком сложно.       — Фриск..? — спросила Чара, открыв глаз. — Ты… Ты плачешь?       Девушка шмыгнула носом, произнеся:       — Чара, всё в порядке.       — …Фриск! — она схватила девушку и заключила в самые крепкие объятия на которые только была способна. Фриск уткнулась носом в плечо девушки, позволив себе расплакаться. — Извини, — прошептала Чара. — Мне очень, очень очень жаль.       — Чара, ты не виновата, — приглушённо всхлипывая сказала Фриск. — Это не твоя вина.       Чара нежно погладила её по спине.       — Это моя вина. Я не должна была отпускать тебя одну. Я была так неосторожна.       Фриск шмыгнула носом.       — Всё в порядке, Чара. Я не сержусь на тебя.       — Тебе не стоит повторять это. Если… Если хочешь поплакать, Фриск, дай волю слезам! Пожалуйста. Я с тобой. Можешь плакать сколько душе угодно! Я всегда подставлю тебе плечо, чтобы поплакаться!       Услышав это от Чары, Фриск почувствовала себя такой счастливой.       — …Спасибо, — нежно произнесла она и обняла Чару настолько крепко, насколько могла.       Чара снова погладила Фриск.       — Я больше никогда, никогда, никогда не оставлю тебя.       Даже сквозь слёзы Фриск всё равно улыбалась.       — Спасибо, Чара…       — Всё хорошо, Фриск.       — Спасибо… Чара не отпускала Фриск всю ночь, даже когда она рыдала, пока не уснула.

***

      Когда Фриск проснулась утром, то, на удивление, чувствовала себя отдохнувшей. Она открыла глаза и пару раз моргнула, пытаясь убедиться, что она действительно там, где, по её мнению, она была. Девушка лежала на кровати в объятьях Чары, в их маленькой квартире. В их маленьком доме. В безопасном месте.       Выглянув в окно, она увидела яркий солнечный свет. Был либо полдень, либо очень позднее утро.       Девушка протёрла глаза и толкнула Чару, чтобы та проснулась.       — Фриск..?       — Доброе утро, — произнесла она, улыбнувшись. — Мне кажется, мы проспали.       Чара всё ещё выглядела сонно и снова закрыла глаза.       — Давай вставать.       — Просто дай мне поспать немного дольше…       — Хорошо.       Фриск встала с кровати, надев свитер со штанами и пошла на кухню. Уже было одиннадцать часов утра. Девушка хотела сделать завтрак и начала рыться в холодильнике. Она могла бы пожарить картофельные оладьи, или сварить яйца, или приготовить французские тосты. По какой-то причине сейчас ничего из этого не ей не казалось аппетитным. Может потому что уже был почти обед. Вместо этого всего она могла бы попробовать приготовить поздний завтрак, но другой еды на кухне не осталось.       Тут ей пришла в голову другая мысль.       Фриск пошла сначала в ванную, чтобы почистить зубы, умыться и причесаться. Затем она вернулась и включила свой ноутбук, который стоял рядом с ноутбуком Чары.       Тоби и Тэм начали чирикать и девушка открыла клетку, дав им немного больше свободы.       На ноутбуке она начала искать места неподалеку, где можно пообедать. Всегда был вариант фаст-фуда, но она хотела найти место получше. В отличие от того времени, когда они жили в лаборатории, которая была недалеко от центра города, возле этой квартиры было не слишком много ресторанов. Те немногие, которые были, они уже посещали и либо ей, либо Чаре не особо понравилась еда. Сегодня же она хотела найти место, которое понравится им обеим.       Поискав пару минут, она нашла новое кафе, которое открылось относительно недалеко. До него было чуть более десяти минут ходьбы. Просматривая меню, девушка довольно обнаружила, что там подают поздний завтрак.       — Эй, Чара, — позвала Фриск, потряся Чару по плечу.       Девушка повернулась к ней и открыла глаза.       — Да?       Фриск усмехнулась.       — Давай сходим на бранч.       — Куда?       — Я нашла новое место.       — Зачем?       — Я хочу устроить обеденное свидание.       — Свидание? Сегодня?       — Ага, — кивнув сказала Фриск. — Думаю, это поможет отвлечься от всего.       — Ох, эммм, хорошо, — Чара откинула волосы с глаз и потянулась. — Пойду оденусь.       Она встала с кровати, оделась и пошла в ванную. Когда та вернулась, то подошла к Фриск со спины.       — Куда идём?       — Место называется «Вкусная Лодка». Оно открылось недалеко.       Чара захихикала.       — Странное название.       — Зато у него хорошие отзывы, — Фриск пролистала несколько отзывов на Google картах. Многие из них были между тремя с половиной и пятью звёздами, со средней оценкой в четыре целых шесть десятых.       — Что у них есть?       — Бранч, — ответил Фриск. — Тебе нравятся омлеты, да, Чара? У них есть омлет комбо с блинчиками, всего за девять ВМ.       — Что за блинчики?       Фриск открыла меню и пролистала вниз.       — Шоколадно-банановые.       Чара посветлела.       — Тогда почему мы всё ещё здесь?       — Хорошо, — Фриск рассмеялась.       Они быстро надели свои куртки и вышли.       На улице было холодно, как и вчера, но, по крайней мере, больше не было ветра. Фриск осторожно вышла на улицу и осмотрелась, чтобы убедиться, что за ней никто не наблюдает, особенно подозрительно выглядящие люди, одетые в тёмные мантии. Хотя, поразмыслив, она поняла, что такие люди также подходят под описание Речной Личности. Почему он одевался также, как и эти сектанты?       Чара обратила внимание на напряженность Фриск. Выражение лица девушки стало свирепым и она засунула руку в карман, где, как она уже говорила, лежал её нож.       — Не волнуйся, Фриск, — произнесла Чара. — Я прикрою тебя. Если кто-нибудь придёт и попытается забрать тебя, я вырежу ему сердце.       Как бы Фриск не нравилась жестокость, она не могла не чувствовать, насколько Чара заботится о ней. Девушка даже немного захихикала.       — Главное не напади на Речную Личность, если он появится.       — Наверное.       — Чтобы ты знала, люди, которые похитили меня вчера, были в длинных чёрных мантиях. Одежда же Речной Личности тёмно-синяя и короткая, а ещё он носит огромный капюшон.       — …Знаю.       К счастью, уже был день, поэтому на улицах было много людей и похищение было маловероятно. Но единственной гарантией, в которой действительно нуждалась Фриск, было то, что Чара была с ней. Вместе они точно будут знать, когда другой понадобится помощь. Если что-то плохое случиться, они вместе смогут сбросить с помощью общей решительности, и победят Убийцу, вернувшись в лучшие времена.       Кафе находилось в северной части квартала, недалеко от городской гавани. Оно было построено в форме настоящей лодки с палубой в качестве крыши, а входная дверь вела внутрь. На крыше стояли столы и стулья, но пол был усыпан снегом, поэтому там никого не было. Наверное, было слишком холодно, чтобы заморачиваться.       Внутри был зал, заполненный столами и едящими посетителями. Окна вдоль зала открывали ясный и успокаивающий вид на озеро снаружи. В дальнем конце заведения стояло деревянное пианино, которое пока было не занято. Справа от входа было что-то вроде барной стойки и Фриск с удивлением обнаружила, что за ней стоит Речная Личность.       — Привет! — помахав произнесла Фриск. — Не знала, что ты работаешь в этом кафе!       Понять, какое у него сейчас выражение лица было невозможно.       — Привет, Фриск, — ответил он. — Привет, Чара. Добро пожаловать в мой магазин.       — Твой собственный магазин? — спросила Чара.       — Да… Сначала я зарабатывал бесплатно катая людей на моей лодке по гавани, но не все были готовы доверять мне из-за того, как я выгляжу, — Он двигал головой, словно в унынии, как казалось Фриск. — Кроме того, по мере того, как становилось холоднее, прогулки на лодках остановились всё менее и менее популярными. Поэтому я решил попробовать себя в предпринимательстве и переоборудовал свою лодку в это… Здание. Потом мой знакомый дал мне несколько советов, и я начал продавать всякое. Сначала я продавал хот-доги и всем они нравились, поэтому я решил расширить мое меню. Поэтому этот магазинчик стал полноценным кафе, и теперь у меня столько посетителей.       — Поздравляю, — улыбнувшись сказала Фриск. — Из отзывов, которые я читала о твоём кафе, могу сказать, что оно стало достаточно успешным.       Речная Личность издала звук, похожий на смешок.       — Спасибо, спасибо, — мягко произнёс он.       Чара уже взяла меню с прилавка и стала листать его.       — А где шоколадные блинчики?       — Шоколадно-банановые? Они закончились, — ответил монстр.       Выражение лица Чары стало грознее, чем когда либо видела Фриск. Даже по сравнению с её «жутким лицом» (которое до сих пор иногда пугало Азриэля).       — Этого… не может… БЫТЬ! — глубоко дыша воскликнула Чара. — Я весь этот путь проделала только ради них!       Теперь монстр выглядел расстроенным.       — Мне правда жаль, что так случилось. Не хочешь вместо этого попробовать наши блинчики с другим вкусом? У нас есть клубника, персик, голубика…       Фриск положила руку на плечо Чары.       — Ну же. Мы потом пойдём по магазинам и ты сможешь купить весь шоколад, который только пожелаешь. Давай пока покушаем тут, хорошо?       Чара сбросила руку девушки.       — Ладно.       — Мне правда жаль, — повторила Речная Личность, покачав головой.       — Какой вкус больше всего похожий на шоколад у вас есть? — спросила Чара.       — Ух… Чара. Все остальные вкусы фруктовые.       — Ну, а какой фрукт по вкусу похож на шоколад?       Фриск застонала, а монстр выглядел смущённо.       — Ладно! — воскликнула Чара, повернувшись обратно к меню. Она зло пролистала пару страниц и указала на один из вкусов. — Я попробую блины с персиком. О, и ещё я возьму их с омлет комбо.       — А я буду просто английский завтрак, — сказала Фриск. — И хризантемный чай, пожалуйста.       Монстр кивнул.       — Спасибо. Пожалуйста, садитесь и я скоро принесу ваш заказ.       Чара ушла вглубь зала, сев за столик недалеко от пианино. Вскоре к ней присоединилась Фриск.       — Хочешь попробовать поиграть на пианино? — спросила она.       Девушка пожала плечами.       — А можно?       — Можешь спросить, когда подойдёт официант.       — …Ладно.       Чара выглядела подавлено. Фриск могла сказать, что та всё ещё была недовольна тем, что не смогла заказать блинчики с шоколадным вкусом.       Было странно, как просто такие маленькие вещи могут испортить чей-то день. Такие вещи, как неоправданные ожидания. Мир был в опасности, а вокруг были люди, которые пытались их убить, но именно нехватка шоколада огорчала Чару.       Фриск выглянула в окно рядом со столиком. Небо было серым, и вода озера казалась беспокойной и непокорной. Сейчас там было несколько лодок и плыли они довольно медленно.       — …Извини, что повела себя так по-детски, — вдруг сказала Чара.       — Всё хорошо.       Чара вздохнула.       — Я правда очень хотела съесть на обед те шоколадные блинчики.       — Мне жаль, что тебе не удалось их отведать на нашем свидании.       — Нет, правда, всё хорошо, — Чара попыталась улыбнуться, но выглядело так, словно она съёжилась.       — Чара, мы можем потом в магазине купить шоколадный торт…       — Я в порядке, правда, — повторила Чара. — Извини, Фриск. Мы уже давно не ходили на свидание и я его испортила.       — Ты не испортила его!       — Ну… Я сделаю его лучше, — произнесла девушка. — Есть кое-что, что я хотела тебе показать. Я хотела это показать ещё с того момента, когда мы жили в лаборатории Альфис, но у меня так и не появилось возможности.       — Что показать?       — Я покажу, но только если мне дадут сыграть на пианино.       Практически сразу же после этого пришла Речная Личность с их заказом.       — Это было быстро, — сказала Фриск. — Спасибо.       — Кстати, можно сыграть на пианино? — спросила Чара.       — Конечно можно, — ответил монстр, кивнул. — Вы можете наслаждаться временем проведённым в моём кафе, как хотите.       — Спасибо, — ответила девушка.       Она пару раз откусила омлет и улыбнулась, кажется ей нравилось. Потом она встала и подошла к пианино, которое стояло за ними.       — Я пыталась написать собственное произведение, — начала Чара. — Андайн сказала, что звучит хорошо. Но у меня так и не получилось закончить его.       — Как называется? — спросила Фриск.       — …Я пока не придумала, — ответила Чара. — Но, мне кажется, Фриск… Когда я играю это произведение, оно напоминает мне о тебе. Не знаю почему. Просто такое чувство.       — Сыграй, — улыбнувшись сказала Фриск.       — Хорошо.       Чара начала играть.       Первое, что заметила Фриск, так это то, что произведение было простым. Мелодия начиналась с двух нот, которые повторялись снова и снова, а левая рука Чары играла столь же незамысловатый аккомпанемент. Две ноты, которые повторялись, затем стали превращаться в две другие ноты снова и снова. Это создавало атмосферу спокойствия и умиротворения. За нотами было ощущение мягкости, граничащее с меланхолией, и пока Фриск слушала, то ощущала чувство ностальгии.       До тех пор, пока оно не закончилось.       Звучало, словно произведение должно было превратиться во что-то другое, что-то иное, что-то, что закончит мелодию, но… Чара просто начала сначала, вернувшись к двум повторяющимся нотам.       — А? — спросила Фриск.       — Знаю. Оно сбивает с толку, — сказала Чара, резко прервав игру. — Если быть честной, я пробовала много разный вариантов закончить произведение, но… Я никак не могу найти верный конец.       — Можешь сыграть один из них?       Чара покачала головой.       — Нет. Оно незаконченно. Оно будет ощущаться неправильно. Мне нужно ещё подумать над ним.       — О…       Девушка вернулась на своё место и продолжила трапезу.       — Извини, Фриск, — вновь сказала Чара. — Я хотела показать тебе, что я сочинила, но просто всё испортила.       — Мне понравилось! — ответила Фриск. — Это очень хорошее произведение!       — Но оно могло быть гораздо лучше.       Фриск ободряюще улыбнулась.       — Просто сыграй мне это снова, когда закончишь.       — Хорошо… Наверное.       Остаток их свидания стало каким-то неловким, ведь Чара молча ела, а попытки Фриск начать разговор подавлялись её осознанием настроения Чары, которое снова упало ниже плинтуса. Она не знала, как заставить девушку чувствовать себя лучше. О поцелуях или других ласковых вещах, наверное, не могло быть и речи.       Когда они закончили, то оплатили обед и вышли на улицу, на прощание помахав Речной Личности.       — Давай… Сходим по магазинам, — предложила Фриск. — Нам нужно купить еды на ужин.       — Хорошо, — прошептала в ответ Чара.       Фриск поймала себя на мысли о том, что жалеет, что сказала «А?» так бестактно. Возможно дела пошли бы лучше, если бы она просто сказала Чаре, что ей понравилось произведение.       К счастью, продуктовый магазин тоже был рядом с гаванью. Они зашли и купили еды на следующие три дня. Фриск привыкла готовить японскую еду, а также макароны, поэтому купила много лапши и помидоров. Чаре тоже нравились простые блюда, например жаркое, поэтому Фриск наполнила тележку овощами и соусами.       Когда они закончили, купив всё, то пошли домой.       — …Если бы у меня только было пианино на котором я могла бы практиковаться, — вдруг сказала Чара.       — Мы можем купить синтезатор.       — Не будь такой самоотверженной, Фриск, — слегка противным тоном сказала Чара. — Это слишком дорого.       — Я могу купить его в качестве подарка. Когда у тебя день рождения?       — Спасибо, но нет, я не хочу синтезатор, — ответила Чара. — Мне нравится играть на пианино. Синтезатор будет ощущаться по-другому.       — Почему бы тебе не ходить в кафе Речной Личности, когда захочешь поиграть?       — Разве он и вправду даст мне играть каждый раз, если я не куплю что-то?       Фриск опустила голову.       — И то правда.       — Ну, он должен следить за ними, разве нет? Как думаешь, значит ли это, что у нас есть какие-то особые привилегии?       — …Может быть.       Чара покачала головой.       — Извини, но мне было бы неудобно играть на пианино зная это.       — Почему?       — …Просто потому что.       Они шли по главной улице, которая проходила рядом с гаванью. Чара вдруг остановилась и повернулась к озеру.       Пронёсся холодный ветер. Фриск смахнула прядь волос с глаз.       — Чара?       Не ответив девушка пошла по краю улицы и остановилась перед перилами. Она положила на них руки, опершись на них, а Фриск подошла к ней.       Она наконец поняла, что увидела Чара.       Глядя на озеро, Фриск вспомнила их старый дом, где они жили с Ториэль. Это был вид с их балкона, который они видели каждый божий день, пусть озеро и не было океаном. Там был пляж, по-прежнему полный посетителей, несмотря на то, что было слишком холодно, чтобы купаться. Неподалёку был порт, где у причала стояли корабли и каждый день приплывали и уплывали новые. Там был огромный водоём, полный бурлящих волн, с бесконечным горизонтом. Это было знакомое ностальгическое зрелище.       — Фриск, — наконец подала голос Чара.       — Ага.       — Тогда, когда я жила… Моей прежней жизни, когда я жила в маленькой деревне, — начала она. — Мы тоже жили у небольшого озера. Каждый день приходили новые лодки. Там были посетители или торговцы и они всегда привозили что-то интересное на всеобщее обозрение. Ну, интересное тогда для меня, учитывая, что я почти ничего не видела. Иногда они привозили еду и я очень хотела её съесть. Но у меня никогда не было возможности попробовать. Иногда они привозили сувениры или ненужное барахло или одежду или ювелирные украшения и… Они всегда очаровывали меня. Они заставляли меня задуматься, что там, в этом мире, за пределами моей деревни… Я хотела убежать. Я думала о том, чтобы сбежать с помощью тех лодок. Но если бы меня поймали мои «родители», то выпороли бы. И… Мне было страшно. Страшно, что люди на лодках выбросят меня оттуда и я утону, либо они увезут меня в какое-то далекое место, где я умру, потому что ничего не знаю. Поэтому, в конце концов, я сдалась. Я никогда не сбегала, — Чара развернулась и оперлась спиной о перила. Она громко вздохнула, но девушка выглядела расслабленно. — Ну. Ты знаешь, что и вправду случилось. Я сбежала, но не на лодке. Вместо этого я убежала на гору и упала вниз. Но, знаешь, иногда я думаю, что бы случилось, если бы я убежала на одной из тех лодок, — продолжила она. — Конечно я бы не открыла для себя Подземелье и не испортила бы брата, эммм, семью Азриэля. Может я бы даже не умерла. Но всё же, в то же время, я знаю, что это звучит эгоистично, но не то чтобы у меня совсем ничего не получилось…       — Чара, — начала Фриск. — Если бы ты этого не сделала, я бы не встретила тебя.       Девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но вдруг остановилась. Фриск повернулась к ней, чтобы взглянуть. На глазах Чары наворачивались слёзы.       — Я… Я бы не встретила тебя, — повторила она.       — Чара?       — Я…       Девушка протёрла ладонью глаза.       — Я бы не встретила тебя, если бы не убила себя.       — …       — И монстры бы, может, всё ещё были бы заточены в Подземелье, — сказала Чара. — Я могла бы вырасти и стать наследницей престола. Азгор и Тор… Мама состарились бы и могли бы умереть, а я могла бы стать новой королевой или что-то в этом роде.       — Королевой?       — Ну, Азриэль стал бы королём, так что…       Фриск хихикнула.       — Ты бы вышла замуж за Азриэля?       Чара рассмеялась.       — Может. Или может нет.       — В любом случае, если бы я всё ещё была жива… Может, мы относились бы к каждому новому человеку, упавшему в Подземелье, как к другу, вместо того, чтобы забирать их души. Может, хотя и монстры всё ещё были бы заточены под землей, они, по крайней мере, могли бы мирно сосуществовать с людьми.       — Но… Разве сейчас всё не мирно? — спросила Фриск.       — Да, наверное, если забыть про Убийцу.       Чара встала.       — Извини. Я не хотела углубляться, думая обо всём этом. Это бессмысленно, потому что ничего из этого не случилось. И не то чтобы я предпочла это, ну, встречи с тобой.       Фриск тепло улыбнулась.       — Это могло случиться в какой-то другой временной линии.       — Я хочу забыть всю эту фигню со временными линиями.       — …Знаю.       Чара повернулась, смотря в том направлении, откуда они пришли.       — Знаешь, Фриск. Я просто кое о чём подумала.       — О чём?       — …Я хочу показать тебе, но нам нужно будет вернуться обратно в кафе Речной Личности.       Фриск догадывалась, что та имела в виду.       — Хорошо. Идём.       — Правда?       — Конечно!       Они быстро пошли обратно к кафе и когда зашли, Чара спросила, может ли сыграть на пианино ещё раз. Монстр кивнул и Чара села за инструмент. Фриск подошла к ней и села на стул.       — Поехали, — сказала Чара, сделав глубокий вдох. — Думаю… Думаю, я теперь знаю, как закончить это произведение.       Она снова начала играть.       Это было то же самое произведение, начинающиеся с одних и тех же двух нот, которые повторялись снова и снова. Но теперь Фриск чувствовал что-то иное в игре Чары. Раньше она играла казалось неохотно, почти безэмоционально. Сейчас же Фриск чувствовала какое-то новое чувство в произведении. Вместо того, чтобы быть просто спокойным, меланхоличным или умиротворенным, оно несло в себе чувство надежды. В произведении росла решительность, пока…       …Пока оно полностью не выросло из той части, на которой Чара в прошлый раз остановилась. Она не вернулась к началу, а наоборот продолжила с новой мелодии, которая идеально развивала произведение. Это была мелодия без повторяющихся нот и, тем не менее, она соответствовала настроению, что приятно удивило. Мелодия больше не была тоскливой, теперь она несла в себе чувство решительности, полное тепла и духа.       А затем Чара ещё больше удивила Фриск, продолжив отрывок произведения, которое звучало совершенно иначе. Теперь оно было беззаботным и бодрым, с новой и всё же знакомой мелодией, которую, по мнению Фриск, она уже где-то слышала много раз. По мере того, как она слушала, ей становилось всё веселее и веселее. Это было очень красиво.       Наконец, мелодия снова стала замедляться и стала спокойной. В нём повторялся другой набор нот, приближаясь к финалу, а затем заканчивался идеальным финальным аккордом.       — Это было так красиво, — сказала Фриск.       Чара повернулась к ней, встав, и слегка поклонилась. Фриск хихикнула.       — Спасибо, Фриск.       — Придумала название?       Чара подумала мгновение.       — Я хочу посвятить его тебе.       — Ну..?       — Я хочу посвятить это моменту, когда встретила тебя, — сказала Чара. — И это момент… Момент, когда ты упала вниз с горы Эботт и приземлилась на поляну цветов.       Фриск кивнула.       — Поэтому… Я назову его… Упавшая.